Арбитражный суд Калининградской области

236040, г. Калининград, ул. Рокоссовского, д. 2

E-mail: kaliningrad.info@arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

г. Калининград                                                                                Дело № А21-155/2025

«11» марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 06 марта 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 11 марта 2025 года

Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Лошакова К.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Учакиной К.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, далее также: ИП ФИО1, истец) к ФИО2 (далее также: ФИО2, ответчик), 

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации №№ 299509, 647502 в размере 300 000 руб., 

установил:

истец является правообладателем средств индивидуализации – товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации №№ 299509 и 647502.

Истцу по результатам проведенных 15.01.2022 и 14.04.2022 закупок стало известно, что ответчик без заключения лицензионного договора и иных соглашений об использовании товарных знаков истца использовал обозначение «ПЛАНЕТА» при осуществлении деятельности в магазинах, находящихся по адресам: 

<

...>; 

<

...>, а именно установлено наличие обозначения «ПЛАНЕТА» на товарных этикетках, вывесках на фасадах зданий торговых центров, в которых располагались магазины ответчика.

По мнению истца, используемое ответчиком обозначение является сходным до степени смешения с вышеуказанными товарными знаками истца, 

Истец считает, что нарушение длилось в период с 30.06.2020 по 29.06.2023.

ФИО2 в спорный период имел статус индивидуального предпринимателя (дата прекращения деятельности в качестве ИП - 13.12.2023).

28.10.2024 истец направил ответчику претензию заказным письмом, которая была оставлена без удовлетворения, что послужило поводом для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

27.01.2025 от ответчика поступили возражения на исковое заявление, в которых он просит отказать в удовлетворении заявленных требований ввиду отсутствия нарушения со своей стороны, в том числе указав со ссылкой на ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также ГК РФ), что истец злоупотребляет своими правами. Ответчик считает, что деятельность истца по приобретению прав на товарные знаки направлена исключительно на сутяжничество и на причинение вреда другим лицам, а не на занятие предпринимательской деятельностью с использованием товарного знака как таковой.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

В судебном заседании 27.02.2025 был объявлен перерыв до 06.03.2025, после чего оно продолжилось в том же составе суда в отсутствие явки лиц, участвующих в деле.

Ходатайство истца от 25.02.2025 об отложении судебного заседания в связи с подачей им апелляционной жалобы на решение по делу № А21-7998/2023 судом отклоняется, поскольку истец просит изменить обжалуемое решение только в одном абзаце мотивировочной части, а не оспаривает судебный акт по существу, в связи с чем суд не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства по настоящему делу до рассмотрения указанной апелляционной жалобы.

Рассмотрев материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства, суд признает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно 1 ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (ст. 1481 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (п. 3 ст. 1484 ГК РФ).

Из названной нормы права следует, что обозначение, сходное до степени смешения или тождественное товарному знаку, зарегистрированному в отношении определенных товаров и услуг, перечень которых изложен в свидетельстве на товарный знак, не может быть использован в отношении указанных товаров и услуг, или однородных с ними, без разрешения правообладателя, способами, перечисленными в п. 2 ст. 1484 ГК РФ.

В соответствии с пп. 1 п. 2 ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как установлено в п. 1 ст. 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Согласно п. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена ст. 1515 ГК РФ.

В соответствии с пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно п. 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (п. 6 ч. 2 ст. 131, абз. 8 ст. 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 7 ч. 2 ст. 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. 

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Как следует из п. 162 Постановления № 10, согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении от 18.07.2006 № 2979/06 и от 17.04.2012 № 16577/11, в п. 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу п. 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее также Правила № 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Пунктом 42 Правил № 482 предусмотрено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с п. 45 Правил № 482 при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также АПК РФ), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, или однородных им, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Судом проведен сравнительный анализ товарных знаков истца («ПЛАНЕТА» и «ПЛАНЕТА») и обозначения, используемого ответчиком в спорный период («ПЛАНЕТА ОДЕЖДА ОБУВЬ»), с учетом положений Правил № 482, а также разъяснений Постановления № 10.

Сравниваемые товарные знаки и обозначение ответчика включают в себя элемент - слово «ПЛАНЕТА». Между тем, только лишь наличие в сравниваемых обозначениях одного и того же слова автоматически не свидетельствует о сходстве сравниваемых товарных знаков в целом.

Сравнение, согласно  Правилам № 482, проведено по звуковым, графическим и смысловым признакам.

1.      Звуковые признаки.

Сравниваемые товарные знаки и обозначение ответчика не совпадают по большинству признаков фонетического сходства: имеют разное количество слов, слогов, разное количество букв, звуков и звукосочетаний. Наличие в обозначении ответчика кроме словесного элемента «ПЛАНЕТА» также словесных элементов «ОДЕЖДА» и «ОБУВЬ» значительно увеличивает длину его словесной части, влечет за собой иное фонетическое звучание анализируемого обозначения по сравнению с обычным словом «ПЛАНЕТА».

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что у сравниваемых обозначений отсутствует сходство по звуковому критерию сходства.

2.      Графические признаки.

Знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 299509 представляет собой слово «ПЛАНЕТА», выполненное черным цветом заглавными буквами жирным курсивным шрифтом с наклоном вправо, на переднем плане которого, начиная от буквы «Л» и до конца слова, проведена дугообразная линия, которая как-бы «зачеркивает» слово, кернинг (межбуквенное расстояние) практически отсутствует (л.д. 10).

Знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 647502 представляет собой слово «ПЛАНЕТА», написанное черным цветом заглавными буквами тонким курсивным шрифтом с наклоном вправо, с засечками, кернинг 

практически отсутствует (оборот л.д. 12).

Спорное обозначение, использованное ответчиком, представляет собой комбинированную, составную композицию: белый полумесяц, расположенный концами вниз, сверху которого вдоль его контура полукругом расположено слово «ПЛАНЕТА», которое написано белым цветом заглавными буквами тонким шрифтом без засечек, кернинг достаточно «разреженный». Внизу полумесяца слева и справа находятся написанные белым цветом слова «Одежда» и «обувь» (л.д. 27-34).

Проведя сравнение по визуальным признакам, суд приходит к выводу, что сопоставляемые обозначения визуально производят разное общее зрительное впечатление, ассоциирование обозначений друг с другом отсутствует, у сравниваемых обозначений отсутствует сходство по графическому критерию сходства: словесные обозначения отличаются по цветам, шрифтам, композиции, количеству словесных и зрительных элементов.

3.      Смысловые признаки.

Оба товарных знака истца состоят только лишь из слова «ПЛАНЕТА», без каких-либо сопутствующих, дополняющих слов, которые могли бы повлиять на восприятие слова «ПЛАНЕТА» в его общеизвестном смысле.

В состав обозначения ответчика, помимо спорного слова «ПЛАНЕТА», входят словесные элементы «ОДЕЖДА» и «ОБУВЬ», что  придает ему отличные от товарных знаков истца звучание и смысловую окраску. 

Обозначение ответчика имеют смысл и семантическую направленность, связанную с одеждой и обувью, в отличие от словесного элемента «ПЛАНЕТА» противопоставленных товарных знаков, которое не обладает каким-либо иным смыслом, отличным от общеизвестного.

Исходя из изложенного, с точки зрения семантического критерия сходства, сопоставляемые обозначения также являются несходными. 

Таким образом, при сравнении товарных знаков истца и спорного обозначения в целом, суд приходит к выводу, что сравниваемые обозначения производят различные звуковое, зрительное и смысловое впечатление, поскольку общее впечатление от их восприятия в целом формируется всеми элементами, составляющими эти знаки. 

С учетом изложенного, по итогам анализа на предмет сходства сравниваемых обозначений по звуковому, графическому и смысловому критериям, а также оценив упомянутые обозначения в целом, учитывая наличие у сравниваемых обозначений только лишь общего словесного элемента «ПЛАНЕТА»  суд приходит к выводу о низкой степени сходства спорного и противопоставленного обозначений.

В отношении однородности товаров и услуг, для индивидуализации которых зарегистрированы товарные знаки истца, и осуществляемой ответчиком деятельности, суд отмечает следующее. 

Знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 299509, зарегистрирован в отношении услуг 35-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее также МКТУ): снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами), продвижение оборудования: автосервисного, автомоечного, строительного, сантехнического, сварочного, насосного, отопительного, энергетического, электротехнического, компрессорного, дерево-, металлообрабатывающего; садовой техники; автоматических ворот и шлагбаумов; спецодежды; средств индивидуальной защиты; электродвигателей, электростанций; запорной арматуры; промышленной мебели; инструмента: электрического, пневмонического, слесарного; запасных частей автомобилей; автомобилей; автошин (для третьих лиц); коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной торговлей; консультации по подбору оборудования; прокат оборудования и инструмента, продвижение товаров через всемирную компьютерную сеть, магазины; услуги оптовой и розничной торговли, торговозакупочная деятельность.

Знак обслуживания по свидетельству Российской Федерации № 647502, зарегистрирован в отношении услуг 35-го класса МКТУ - розничная продажа непродовольственных товаров, розничная продажа продовольственных товаров, неспециализированная розничная продажа, оптовая продажа непродовольственных товаров, оптовая продажа продовольственных товаров, неспециализированная оптовая продажа; продвижение товаров (для третьих лиц); снабженческие услуги для третьих лиц (закупка и обеспечение предпринимателей товарами); организация выставок в коммерческих целях; организация торговых ярмарок в коммерческих целях; продажа аукционная; сбыт товаров через посредников; коммерческие операции, связанные с оптовой и розничной продажей; услуги по сбору и группированию (за исключением транспортировки) в торговых залах товаров для удобства приобретения и изучения потребителям; услуги оптовой и розничной продажи; услуги магазинов; оптовая и розничная продажа; дистанционная продажа товаров потребителям. 36-го класса МКТУ - страхование; финансовая деятельность; кредитно-денежные операции; операции с недвижимостью, сдача помещений в аренду. 41-го класса МКТУ - воспитание; обеспечение учебного процесса; развлечения; организация спортивных и культурно-просветительных мероприятий. 43-го класса МКТУ - агентства по обеспечению мест [гостиницы, пансионы]; аренда временного жилья; аренда помещений для проведения встреч; базы отдыха; бронирование мест в гостиницах; бронирование мест в пансионах; бронирование мест для временного жилья; гостиницы; дома для престарелых; мотели; пансионы; пансионы для животных; прокат кухонного оборудования; прокат осветительной аппаратуры, за исключением используемой в театрах или телестудиях; прокат палаток; прокат передвижных строений; прокат раздаточных устройств [диспенсеров] для питьевой воды; услуги баз отдыха [предоставление жилья]; услуги кемпингов; ясли детские.

В период наличия у ФИО2 статуса индивидуального предпринимателя его основной вид экономической деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности (далее также ОКВЭД) - 47.71 торговля розничная одеждой в специализированных магазинах, дополнительные виды деятельности - 47.19 торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах, 47.71.1 торговля розничная мужской, женской и детской одеждой в специализированных магазинах, 47.71.4 торговля розничная одеждой из кожи в специализированных магазинах, 47.71.5 торговля розничная спортивной одеждой в специализированных магазинах, 47.78 торговля розничная прочая в специализированных магазинах, 47.82.1 торговля розничная в нестационарных торговых объектах текстилем, одеждой и обувью, 47.82.2 торговля розничная на рынках текстилем, одеждой и обувью, 47.99 торговля розничная прочая вне магазинов, палаток, рынков.

Как следует из материалов дела, спорное обозначение использовалось ответчиком в период занятия им предпринимательской деятельностью в наименовании магазинов по розничной продаже одежды и обуви в  г. Гурьевске Калининградской обл.

Сопоставив товарные знаки истца и используемое ответчиком обозначение на предмет однородности услуг 35, 36, 41, 43 классов МКТУ, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки с основным видом экономической деятельности ответчика, суд приходит к выводу об отсутствии однородности товаров и услуг 36, 41, 43 классов МКТУ товарных знаков и вида экономической деятельности ответчика, поскольку они различны по своей природе и назначению, не являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, относятся к разным видам хозяйственной деятельности, в связи с чем не могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения. 

В то же время суд отмечает, что услуги 35 класса МКТ «услуги оптовой и розничной торговли», «розничная продажа непродовольственных товаров», «оптовая и розничная продажа», в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца, в целом являются однородными вышеуказанному виду деятельности ответчика. При этом суд отмечает, что, в отличие от услуг 35 класса МКТУ, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца, описание вида деятельности ответчика содержит указания на способ обеспечения товарами (торговля в специализированных/неспециализированных магазинах, в нестационарных торговых объектах, вне магазинов, палаток, рынков) и на конкретный вид товаров (мужская, женская, детская одежда, одежда из кожи, спортивная одежда, текстиль, обувь).

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии низкой степени однородности товаров и услуг, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца, и вида экономической деятельности ответчика. 

Оснований считать, что использование спорного обозначения ответчиком способствовало продвижению ответчика на рынке продажи одежды и обуви именно в связи с известностью товаров, работ и услуг, осуществляемых под аналогичным товарным знаком истца, по мнению суда, не имеется. 

В подтверждение факта использования товарного знака истец сослался на то, что между ним и ИП ФИО3 заключен лицензионный договор от 01.01.2020 (далее также лицензионный договор), согласно которому Правообладатель (истец) предоставляет Лицензиату (ИП ФИО3) неисключительное право на использование товарных знаков №№ 299509, 647502, 574404. 

Согласно выписке из ЕГРИП, основной вид экономической деятельности ИП ФИО3 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) по ОКВЭД - 68.2 Аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом, дополнительный вид деятельности - 68.10 Покупка и продажа собственного недвижимого имущества.

Пунктом 2 лицензионного договора предусмотрено, что лицензия предоставляется для индивидуализации услуг торгового центра «ПЛАНЕТА», расположенного по адресу: 

<

...>.

По сведениям сервиса «Гугл карты» (https://maps.app.goo.gl/w4LZQWfFRbSeaG1h8) на торговом центре ИП ФИО3 на самом верху здания над входной группой установлена надпись «ПЛАНЕТА», выполненная желтым цветом жирным шрифтом без насечек, без каких-либо дополнительных элементов, буквы расположены по прямой линии.

Вывеска на торговом центре ИП ФИО3 и вывески ответчика тождественными не являются, визуально разные, отличаются по звуковым, графическим и смысловым признакам.

Доказательств использования самим истцом как предпринимателем товарных знаков после их приобретения для индивидуализации каких-либо товаров или услуг материалы дела не содержат. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что, несмотря на однородность ряда услуг 35-го класса МКТУ услугам ответчика, с учетом низкой степени сходства сравниваемых товарных знаков и обозначения ответчика, фактического использования товарных знаков при осуществлении разнородной деятельности, в разных регионах страны, с различным кругом потребителей и условиями работы, в данном случае вероятность (угроза) смешения сравниваемых товарных знаков истца и используемого ответчиком обозначения отсутствует.

Оснований считать, что использование спорного обозначения ответчиком способствует продвижению ответчика на рынке продажи одежды и обуви именно в связи с известностью товаров, работ, услуг, осуществляемых под спорными товарными знаками истца, не имеется.

Следовательно, в рассматриваемом случае факт нарушения исключительных прав истца не установлен.

Ссылка истца на примеры из судебной практики по иным делам не влияют на выводы суда относительно отсутствия в данном случае нарушения прав истца, которое является предметом рассмотрения судом конкретного дела с учетом конкретных обстоятельств. 

Относительно доводов ответчика о наличии в действиях предпринимателя злоупотребления правом суд отмечает следующее. 

Согласно положениям ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с положениями пп. 1 и 2 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Пунктом 3 ст. 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные п. 2 этой же статьи Кодекса, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены ГК РФ.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных положений ст. 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не может являться следствием предположений.

При рассмотрении судом вопроса о добросовестности регистрации товарного знака исследованию могут подлежать как обстоятельства, связанные с самой регистрацией, так и последующее поведение правообладателя, из которого может быть установлена цель такой регистрации (абз. 8 п. 15 Обзора судебной практики по делам, связанным с оценкой действий правообладателей товарных знаков, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023). 

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 154 Постановления № 10, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Заявленные требования, по сути, обоснованы лишь тем, что ответчиком было использовано слово «ПЛАНЕТА», входящее в товарные знаки истца, при этом никакого сравнительного анализа своих товарных знаков и спорного обозначения истцом не проведено, надлежащих доказательств в обоснование наличия высокой степени их смешения, тождественности деятельности истца и ответчика, не представлено. 

В иске приведено обоснование заявленной суммы компенсации применительно к условиям лицензионного договора с ИП ФИО3, который заключается в следующем: 58 720 руб. (стоимость права использования трех товарных знаков по п 4. лицензионного договора) : 3 (количество товарных знаков по лицензионному договору) х 2 (количество товарных знаков истца, исключительные права на которые нарушены ответчиком) х 3 (количество лет использования ответчиком обозначения) х 2 (двукратная стоимость) х 2 (количество магазинов ответчика) = 469 760 руб.

Однако, пользуясь правом на самостоятельное снижение, истец снижает заявленный размер компенсации и просит суд взыскать с ответчика 300 000 рублей.

Истцом в обоснование фактического использования товарных знаков представлен лицензионный договор, при этом в собственной предпринимательской деятельности истец спорные товарные знаки не использует. 

В постановлении от 24.07.2020 № 40-П Конституционный суд Российской Федерации указал, что по делам о взыскании компенсации за нарушение интеллектуальных прав имеется риск заключения лицензионных договоров лишь для обоснования взыскания компенсации, без намерения их реально исполнять. 

Суд считает, что истец заключил лицензионный договор, предоставляющий иному лицу право пользования товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации №№ 299509, 647502, с целью имитации деятельности, создания видимости осуществления предпринимательской деятельности по использованию товарных знаков №№ 299509, 647502.

Кроме того, согласно сведениям из Картотеки арбитражных дел, ФИО1 по состоянию на дату вынесения настоящего решения является истцом в 1 374 делах такой же категории в арбитражных судах большинства регионов Российской Федерации.

Масштаб деятельности истца, направленной на взыскание компенсации в судебном порядке, в сотни раз превышает масштаб деятельности истца, связанной с собственно использованием товарного знака.

Суд приходит к выводу, что воля истца, как правообладателя товарных знаков, выражена не в стремлении данного лица защитить право на знак обслуживания, а в извлечении выгоды из своего преимущественного положения с намерением причинить другому лицу вред путем взыскания с него необоснованно высокой компенсации и не соответствующей определенной самим истцом, как правообладателем, ценности товарного знака.

Таким образом, в рассматриваемом случае действия истца по обращению в суд с заявленными требованиями по настоящему делу расцениваются судом как злоупотреблением правом.

Судом также принято во внимание, что неоднократно действия истца, связанные с предъявлением в суды аналогичных требований о взыскании компенсации по делам о защите прав на товарные знаки, были признаны судами недобросовестными и на этом основании ему было отказано в защите исключительных прав (постановления Суда по интеллектуальным правам от 05.11.2019 по делу № А19-24633/2018, от 04.04.2019 по делу № А65-12179/2018, от 25.08.2022 по делу № А65-16828/2021, от 26.12.2022 по делу № А55-32851/2021, от 05.02.2025 по делу № А28-9097/2023).

Учитывая низкое наличие вероятности смешения сравниваемых обозначений в глазах потребителей при оказании сравниваемых услуг, в связи с не представлением надлежащих доказательств их использования самим правообладателем, суд считает недоказанным факт нарушения прав истца. Кроме того, в действиях истца судом усматриваются признаки злоупотребления правом по приобретению и использованию спорных знаков обслуживания, направленных на получение необоснованных преимуществ в предпринимательской деятельности, в связи с чем в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с этим направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» по адресу: http://kad.arbitr.ru. 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии судебных актов, выполненных в форме электронного документа, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении.

Руководствуясь ст.ст. 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

решил:

в удовлетворении искового заявления индивидуального предпринимателя ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                             К.В. Лошаков