АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-8887/2023

Дело № А55-22189/2022

г. Казань

20 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 октября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Хабибуллина Л.Ф.,

судей Мухаметшина Р.Р.,  Сибгатуллина Э.Т.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гарифуллиной Л.Р.,

при участии представителей:

Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб» – ФИО1, доверенность от 10.08.2021,

Управления Федеральной антимонопольной службы по Самарской области – ФИО2, доверенность от 13.02.2023,

при участии в Арбитражном суде Поволжского округа представителя:

общества с ограниченной ответственностью «Крафтверк»- ФИО3, доверенность от 22.04.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем веб-конференции кассационную жалобу Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб» 

на решение Арбитражного суда Самарской области от 24.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023

по делу № А55-22189/2022

по заявлению Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб», г. Самара, к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Самарской области, об оспаривании, при участии третьих лиц: ФИО4, Нижне-Волжского бассейного водного управления Федерального агентства водных ресурсов, общества с ограниченной ответственностью «Крафтверк», 

УСТАНОВИЛ:

Самарская городская общественная организация «Красноглинский «Лодочный клуб» (далее - общественная организация) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании незаконным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Самарской области (далее - антимонопольный орган, управление) от 04.05.2022 № 3958/6 и обязании принять решение о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО4, Нижне-Волжское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов, общество с ограниченной ответственностью «Крафтверк» (далее – общество).

Решением Арбитражного суда Самарской области от 24.01.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023 решение суда первой инстанции оставлено без изменений.

В кассационной жалобе общественная организация просит отменить принятые судебные акты, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права.

Проверив законность обжалуемых актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд кассационной инстанции считает кассационную жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, Отделом водных ресурсов по Самарской области Нижне-Волжского бассейнового водного управления Федерального агентства водных ресурсов на официальном сайте Российской Федерации для размещения информации о проведении торгов http://torgi.gov.ru опубликовано извещение № 110222/2359392/03 о проведении аукциона на право заключения договора водопользования в целях использования участка акватории Саратовского водохранилища (протока Серная Воложка) площадью 0,0035 кв.км., расположенного в границах: Красноглинский район, г.о. Самара, Самарская область, на 1426 км. от устья р. Волга, левый берег, для размещения плавучих объектов (понтонов) для причаливания и отстоя маломерных судов.

Начальная цена предмета аукциона – 46 064,43 руб. Шаг аукциона - 10 процентов начальной цены предмета аукциона - 4604,44 руб.

Аукцион проводился в соответствии с Правилами проведения аукциона по приобретению права на заключение договора водопользования, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.04.2007 № 230 (далее - Правила проведения аукциона).

Участник аукциона ФИО4 предложил наивысшею цену предмета аукциона в размере 46 110 444, 43 руб. Предпоследнее предложение о цене предмета аукциона сделано обществом и составило 50 670,87 руб. 

Согласно пункту 46 Правил проведения аукциона победителем аукциона признается участник аукциона, предложивший наиболее высокую цену предмета аукциона. В связи с этим, ФИО4, предложивший наиболее высокую цену предмета аукциона, был признан победителем аукциона.

Пунктом 10 Правил подготовки и заключения договора водопользования, право на заключение которого приобретается на аукционе, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.04.2007 № 230, установлено, что организатор аукциона в день подписания протокола аукциона передает победителю аукциона один экземпляр этого протокола и договор водопользования для его подписания. Победитель аукциона в течение трех рабочих дней с даты подписания протокола аукциона представляет организатору аукциона подписанный им договор водопользования, а также документ, подтверждающий оплату победителем аукциона предмета аукциона.

Однако ФИО4 уклонился от заключения договора водопользования и оплаты цены предмета аукциона.

В соответствии с пунктом 56 Правил проведения аукциона в случае если победитель аукциона в течение трех рабочих дней после дня завершения аукциона уклоняется от заключения договора водопользования, организатор аукциона заключает договор водопользования с участником, предложившим предпоследнюю цену предмета аукциона, по цене предмета аукциона, предложенной им. В случае согласия этого участника аукциона заключить договор водопользования этот участник признается победителем аукциона.

Организатор торгов направил обществу проект договора водопользования, как участнику, предложившему предпоследнее ценовое предложение по аукциону. Договор подписан обществом и зарегистрирован в государственном водном реестре 24.02.2022.

В Управление поступило заявление общественной организации о сговоре на торгах и  нарушении антимонопольного законодательства.

В заявлении общественная организация согласилась на обстоятельства, которые, по его мнению, подтверждают факт сговора на торгах. В частности, заявитель указал на то, что поведение участников – общества и ФИО4 свидетельствуют о том, что данные участники аукциона действуют в интересах друг друга и не конкурируют между собой. Согласно заявлению, в аукционе общество участвовало в лице представителя ФИО5, ФИО4 в лице представителя по доверенности ФИО6, при этом указанные лица являются учредителями общества. Обществом сделано предложение с минимальным повышением цены, а затем второй участник - ФИО6, действуя от имени ФИО4, сделал предложение явно завышенное, в размере 46 110 444,43 руб., то есть многократно превышающее начальную цену. При этом ФИО4 договор не подписал, признан уклонившимся от его заключения, в связи с чем право на заключение договора перешло к другому участнику аукциона - обществу, предложившему предпоследнее ценовое предложение. Такая схема поведения участников аукциона, как указал заявитель жалобы, указывает на неправильное определение победителя аукциона и на сговор на торгах в интересах общества с целью заключения договора с минимальным увеличением, искусственно отстранив от участия других участников аукциона. Победитель, сделав наивысшее предложение, сговорившись с участником (обществом), сделавшим предпоследнее предложение, отказывается от заключения договора в его пользу. Фактически общество подало одновременно две заявки, так как участвовал каждый из учредителей общества, участник торговался сам собой, создав условия по искусственному устранению конкурентов.

Изучив предоставленные материалы, управление отказало в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в связи с отсутствием прямых доказательств заключения обществом и ФИО7 антиконкурентного соглашения при участии в данном аукционе и также не установления достаточной совокупности косвенных доказательств, подтверждающих в действиях названных лиц признаков нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции).

Не согласившись с решением антимонопольного органа, общественная организация обратилась в арбитражный суд.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды согласились с доводами антимонопольного органа о проведении аукциона в строгом соответствии с требованиями действующего законодательства. Как отметили суды, какие-либо соглашения между участниками аукциона, которые могли бы привести к ограничению конкуренции, не заключались. ФИО6 действительно является участником общества, однако в оспариваемой процедуре торгов он лично не принимал участия как «участник» аукциона, а действовал как представитель по доверенности другого физического лица. Между гражданином ФИО4 и гражданином ФИО6 была заключена сделка (договор), оформленная путем выдачи доверенности. Сделка оформлена в соответствии с требованиями гражданского законодательства. Общество в лице единоличного исполнительного органа не имеет никаких оснований препятствовать участнику общества с заключении гражданско-правовых договоров с иными лицами, в том числе с ФИО4 Учредительными документами общества также не установлен какой-либо запрет (ограничение) на заключение договоров участниками общества с иными физическими и юридическими лицами, так как это привело бы к ограничению законных прав и интересов таких участников. Следовательно, участие ФИО6 в качестве представителя физического лица ФИО4 в процедуре аукциона не противоречит требованию действующего законодательства. До проведения процедуры аукциона и при подписании договора водопользования по его итогам, общество не уведомляло и не согласовывало данные действия с участником ФИО6 Участник общества - ФИО6 также не уведомлял и не согласовывал в письменной или устной форме с обществом свое участие в качестве представителя физического лица ФИО4 в процедуре аукциона. С учетом изложенного, суды признали ошибочным довод общественной организации о подаче обществом двух заявок на участие в аукционе.

Между тем судебная коллегия считает, что судами не учтено следующее.

На основании части 1 статьи 23 Закона о защите конкуренции к компетенции антимонопольного органа отнесено возбуждение и рассмотрение дел о нарушениях антимонопольного законодательства.

Антимонопольный орган в пределах своих полномочий возбуждает и рассматривает дела о нарушении антимонопольного законодательства, принимает по результатам их рассмотрения решения и выдает предписания (часть 1 статьи 39 Закона о защите конкуренции).

Правила и сроки рассмотрения заявления и материалов, направленных в антимонопольный орган, а также порядок возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства регламентированы статьей 44 Закона о защите конкуренции.

Основаниями для возбуждения и рассмотрения антимонопольным органом дела о нарушении антимонопольного законодательства являются, в том числе, заявление юридического или физического лица, указывающее на признаки нарушения антимонопольного законодательства и обнаружение антимонопольным органом признаков нарушения антимонопольного законодательства (пункты 2 и 3 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции).

В соответствии с пунктом 2 части 5 статьи 44 Закона о защите конкуренции при рассмотрении заявления или материалов антимонопольный орган устанавливает наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства и определяет нормы, которые подлежат применению.

Оценка доказательств по существу на этой стадии не осуществляется.

Исходя из положений пункта 1 части 1 статьи 49 Закона о защите конкуренции доказательства и доводы, представленные лицами, участвующими в деле, оценивает комиссия при принятии решения по делу о нарушении антимонопольного законодательства. Выводы о наличии либо отсутствии нарушения антимонопольного законодательства могут быть установлены лишь при рассмотрении дела в порядке главы 9 Закона о защите конкуренции.

Таким образом, на стадии возбуждения дела на основании поданного заявления исследуются само заявление на предмет наличия в нем доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указывает сам заявитель, и то, приложены ли к заявлению доказательства, на которые заявитель ссылается как на подтверждающие эти доводы.

Пунктом 2 статьи 11 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Под соглашением, согласно пункту 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции, понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

При возникновении спора о наличии соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, судам следует давать оценку совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями участников торгов и повышением, снижением или поддержанием цен на торгах (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», далее - постановление Пленума от 04.03.2021 № 2).

Как отмечено выше, на стадии решения вопроса о возбуждении дела антимонопольный орган устанавливает лишь наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства. Доводы о признаках нарушения антимонопольного законодательства в заявлении, поданном в антимонопольный орган, должны свидетельствовать о том, что, по мнению подателя заявления, указанные в заявлении действия нарушителей имеют признаки нарушений антимонопольного законодательства, в рассматриваемом случае – сговора.

Как следует из материалов дела, обращаясь в антимонопольный орган с заявлением, общественная организация указала на недобросовестное поведение участников аукциона, свидетельствующих о наличии антиконкурентного соглашения (первое предложение от общества, затем сразу же подача предложения представителем ФИО4 многократно превышающее начальную цену, дальнейшее не подписание победителем (ФИО4) договора, признание уклонившим от его заключения, в связи с чем право заключения договора перешло к обществу, предложившему последнее ценовое предложение). 

В пункте 52 постановления Пленума от 04.03.2021 № 2 разъяснено, что по смыслу положений частей 1 и 2 статьи 44 Закона о защите конкуренции на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган не рассматривает по существу вопрос о наличии нарушения, но анализирует, приведены ли в заявлении обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии в действиях конкретного лица признаков нарушения антимонопольного законодательства, и представлены ли в подтверждение этих обстоятельств доказательства (либо указано на невозможность представления определенных документов и лицо, у которого они могут быть истребованы). Антимонопольный орган также не связан квалификацией указанных в заявлении действий, которую дает заявитель, а самостоятельно дает им квалификацию, в том числе на стадии возбуждения дела, исходя из содержания заявления и приложенных к нему доказательств.

В связи с этим при оценке законности отказа в возбуждении дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 части 9 статьи 44 Закона о защите конкуренции, арбитражный суд проверяет правильность выводов антимонопольного органа о возможной квалификации нарушения, а также полноту проверки доводов заявителя, свидетельствующих о возможном наличии нарушения антимонопольного законодательства в поведении соответствующих лиц.

Заявитель просил оценить поведение участников аукциона на предмет наличия сговора между ними, поскольку полагал, что действия участников являются неразумными, нелогичными и необоснованными и лишенными экономической целесообразности (предложение ФИО4 в 1000 раз превышает начальную цену аукциона), а свидетельствуют о совместном характере действий названных лиц и единстве их умысла. 

Однако выводов относительно отказа в возбуждении дела в данной части оспариваемый ненормативный правовой акт не содержит.

Антимонопольный орган вместо исследования заявления на предмет наличия в них доводов о признаках нарушения антимонопольного законодательства в тех действиях, на которые указал заявитель, сослался лишь на то, что участвуя в аукционе и повышая цену, участники самостоятельно определяют для себя приемлемый минимум ценового предложения, проявляя тем самым необходимую заботливость по минимизации своих предпринимательских рисков. При этом пассивное поведение одного из участников торгов либо отказ от участия в торгах после подачи заявки сами по себе не являются следствием участия в ограничивающем конкуренцию соглашении на торгах. Заявки, поданные обществом и ФИО4, представлены отдельными хозяйствующими субъектами. Участник общества ФИО6 на аукционе представлял интересы другого участника, данные действия не входят в зону контроля общества и не запрещены законодательством. С учетом изложенного, антимонопольный орган пришел к выводу об отсутствии доказательств  одновременной подачи обществом двух  заявок. 

Вместе с тем судебная коллегия считает, что выводы антимонопольного органа, содержащиеся в оспариваемом ненормативном правовом акте, сделаны с существенным нарушением предусмотренной законом процедуры рассмотрения заявления при разрешении вопроса о возможности возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Все доводы подателя заявления антимонопольным органом не рассмотрены.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым отметить, что каждый участник экономической деятельности самостоятельно и независимо от конкурентов определяет, какую политику он намерен проводить на соответствующем товарном рынке, в том числе при участии в государственных и муниципальных закупках, проводимых в форме торгов.

Антимонопольное законодательство не препятствует хозяйствующим субъектам учитывать возможности и поведение своих конкурентов, не запрещает взаимовыгодную кооперацию между ними, включая привлечение одним хозяйствующим субъектом другого в качестве соисполнителя (субподрядчика) по гражданско-правовому договору, возмездное техническое сотрудничество и т.п.

Однако антимонопольное законодательство запрещает хозяйствующим субъектам вступать в сговор относительно их поведения при участии в торгах с целью нарушения механизма торгов - повышения, снижения или поддержания цен на торгах вследствие соглашения нескольких участников торгов, направленных на обеспечение победы в торгах одного из них и (или) исключение возможности победы на торгах иных субъектов, не являющихся участниками соглашения.

Принимая во внимание, что антиконкурентные соглашения запрещены законом и их заключение может влечь наступление административной, уголовной ответственности, от хозяйствующих субъектов-конкурентов, как правило, не следует ожидать того, что их договоренности будут зафиксированы в письменной форме либо добровольно раскрыты самими участниками картеля.

Оценивая совместимость поведения хозяйствующих субъектов с требованием конкуренции, необходимо учитывать, что в большинстве случаев наличие антиконкурентного соглашения может вытекать из различных неслучайных совпадений в поведении субъектов при том, что их поведение не имеет логичного (разумного) обоснования.

В большинстве случаев наличие антиконкурентных соглашений может быть подтверждено с помощью косвенных доказательств, которые в своей совокупности и при отсутствии какого-либо другого объективного объяснения, могут служить доказательством нарушения правил конкуренции.

На стадии решения вопроса о возбуждении дела антимонопольный орган обязан установить лишь наличие признаков нарушения антимонопольного законодательства, что в рассматриваемой ситуации управлением сделано не было.

При таких обстоятельствах выводы судов об обоснованности отказа антимонопольного органа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем принятые по делу судебные акты подлежат отмене, а заявленные требования – удовлетворению.

Согласно пункту 3 части 5 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, об отказе в совершении действий, в принятии решений должно содержаться указание на обязанность соответствующих органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц совершить определенные действия, принять решения или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

При этом выбор способа восстановления нарушенного права, является самостоятельным процессуальным действием суда, зависящим от конкретных предмета и фактических обстоятельств спора.

В то же время, осуществляя функции судебного контроля за законностью решений, действий (бездействий) органов, наделенных публичными полномочиями, должностных лиц, арбитражный суд при определении способа восстановления нарушенного права не связан требованиями заявителя, но при этом не вправе подменять орган, наделенный исключительными полномочиями по принятию соответствующих решений, принимая решения вместо него.

Разрешая вопрос о применении последствий удовлетворения заявленных требований с учетом положений статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает, что с учетом характера допущенного нарушения в данном случае в порядке восстановления нарушенного права заявителя следует обязать антимонопольный орган повторно рассмотреть вопрос о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства по заявлению общественной организации, с учетом выводов, изложенных в настоящем судебном акте.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Самарской области от 24.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2023 по делу № А55-22189/2022 отменить, кассационную жалобу Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб» удовлетворить.

Признать незаконным решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Самарской области от 04.05.2022 № 3958/6 об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства.

Обязать Управление Федеральной антимонопольной службы по Самарской области повторно рассмотреть вопрос о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства по заявлению Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб».

Возвратить Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб» из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 1500 рублей, перечисленную по чеку-ордеру от 22.08.2023.

Выдать справку на возврат излишне уплаченной государственной пошлины.

Взыскать с Управления Федеральной антимонопольной службы по Самарской области в пользу Самарской городской общественной организации «Красноглинский «Лодочный клуб» 6000 рублей государственной пошлины по заявлению, апелляционной и кассационной жалобам.

Поручить Арбитражному суду Самарской области выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЛ.Ф. Хабибуллин

СудьиР.Р. Мухаметшин

Э.Т. Сибгатуллин