АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5283/2021

г. Петропавловск-Камчатский

14 марта 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 09 марта 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 14 марта 2022 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к Управлению жилищно-коммунального хозяйства администрации Елизовского городского поселения (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: администрация Елизовского городского поселения (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 696 938 руб.,

при участии:

от истца: ФИО3 – представитель по доверенности от 10.01.2022 (сроком на 1 год), удостоверение адвоката № 73,

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности от 23.12.2021 (сроком до 31.12.2022), диплом № 112-47,

от третьего лица: не явились,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, Предприниматель, адрес: 683031, Камчатский край, г. Петропавловск-Камчатский) обратился в арбитражный суд с иском к Управлению жилищно-коммунального хозяйства администрации Елизовского городского поселения (далее – ответчик, Управление, адрес: 684000, 

<

...>) о взыскании 696 938 руб. убытков (с учетом принятых уточнений 31.01.2022).

Требование истцом заявлены со ссылкой на статьи 15, 307, 309, 393, 719, 763 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы причинением истцу убытков, связанных с невозвратом Управлением имущества Предпринимателя после расторжения муниципального контракта.

Определением от 31.01.2022 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято увеличение истцом размера исковых требований до 696 938 руб.

Этим же определением на основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена, администрация Елизовского городского поселения (далее – третье лицо), которая, будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени судебного разбирательства по правилам статей 121-123 АПК РФ, своего представителя в суд не направила, в связи с чем дело рассмотрено в отсутствие третьего лица на основании статьи 156 АПК РФ.

Заслушав пояснения представителей сторон, поддержавших свои правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 19.10.2017 между Управлением (муниципальный заказчик) и ИП ФИО2 (подрядчик) заключен муниципальный контракт от 19.10.2017 № 0138300002117000095-0196446-02, по условиям которого подрядчик принял на себя обязательство в срок до 30.09.2018 выполнить работы по обустройству сквера Комсомольской славы в г. Елизово в соответствии с условиями контракта, требованиями технического задания и сметы, а муниципальный заказчик – принять и оплатить выполненные работы по цене, определенной размере 50 127 968 руб. (пункты 1.1, 2.1, 3.1 контакта).

Вступившими в законную силу судебными актами по делам № А24-7675/2018 и А24-4827/2019 установлено, что сопроводительным письмом от 26.07.2018 подрядчиком в адрес заказчика представлены формы КС-2 от 16.04.2018 № 1, 2, от 15.06.2018 № 3, от 20.06.2018 № 4 на общую сумму 6 956 340 руб.

28.07.2018 предпринимателем принято решение, оформленное уведомлением от 28.07.2018, которое получено Управлением 01.08.2018, об отказе от исполнения контракта со ссылкой на отсутствие возможности продолжения выполнения работ вследствие наличия конструктивных несоответствий в проектно-сметной документации, в отсутствие указаний заказчика по порядку выполнения работ, а также в отсутствие содействия заказчика в условиях выявленных несоответствий.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 15.03.2019 по делу № А24-7675/2018 решение подрядчика об одностороннем отказе от исполнения контракта признано правомерным, контракт от 19.10.2017 – расторгнутым с 13.08.2018 (через десять дней с даты надлежащего уведомления подрядчиком заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта), а последовавшее решение Управления об одностороннем отказе от исполнения контракта, принятое 19.11.2018, то есть в отсутствие действующего контракта, – недействительным.

В рамках дела № А24-4827/2019, возбужденного на основании искового заявления ИП ФИО2 о взыскании с Управления стоимости работ, фактически выполненных подрядчиком за период до прекращения контракта, по результатам судебной экспертизы установлено, что работы выполнены ИП ФИО2 частично на сумму 9 268 233,92 руб. Решением Арбитражного суда Камчатского края от 14.12.2021 по делу № А24-4827/2019, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2022, с Управления в пользу Предпринимателя взыскана стоимость фактически выполненных работ в указанном размере.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указывает, что в период производства работ с целью их выполнения им было закуплено и завезено на строительную площадку следующее имущество: 

1.   Бетонные кольца: 3 шт. по цене 16 500 руб. за 1 шт., всего: 49 500 руб.;

2.   Уровень строительный многоцелевой 1800 мм: 1 шт. - 2 000 руб.;

3.   Емкость 127 л: 4 шт. по цене 3 250 руб. за 1 шт., всего: 13 000 руб.;

4.   Фанера влагостойкая 4 мм 1,22*2,44: 50 шт. по цене 20 500 руб. за 1 шт. всего: 100 000 руб.;

5.   Кабель КГ-ХЛ 2x1,5: 100 м по цене 250,00 руб. за 1 м, всего: 25 000 руб.;

6.   Счетчик ЗФ: 1 шт. - 3 000 руб.;

7.   Лоток Л4-15/2: 1 шт. -13 000 руб.;

8.   Швеллер двутавровый: 5 шт. по цене 11 000 руб. за 1 шт., всего: 55 000 руб.;

9.   Вагончик строительный: 1 шт. - 385 000 руб.;

10. Бензопила Husgvarna 61 9670624-18: 2 шт. по цене 20 342 за 1 шт., всего: 40 684 руб.

11. Холодильник Indesit МТ 08: 1 шт. – 10 754 руб.

Истец утверждает, что после прекращения исполнения контракта ответчик не возвратил ему все вышеперечисленное имущество, которое либо было утрачено, либо использовано при производстве работ новым привлеченным подрядчиком, и не возместил стоимость утраченного имущества, несмотря на направленное Предпринимателем требование (претензию) от 21.09.2021.

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела документы, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

В силу статьи 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

По общему правилу, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ).

Применительно к обязательственным правоотношениям указанное правило конкретизировано в пункте 1 статьи 393 ГК РФ, в силу которого должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. При этом использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает кредитора, если иное не установлено законом, права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (абзац второй пункта 1 статьи 393 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 393 ГК РФ установлено, что убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков является доказанность фактов причинения убытков, их размера, противоправности поведения причинителя убытков, причинно-следственной связи между поведением указанного лица и наступившими убытками.

Разъяснения относительно порядка применения положений статей 15, 393 ГК РФ приведены в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).

В частности, согласно пункту 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (абзац третий пункта 12 Постановления № 25, пункт 5 Постановления № 7).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом  случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац второй пункта 12 Постановления № 25). Аналогичное правило закреплено также в пункте 5 стати 393 ГК РФ и пункте 4 Постановления № 7.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (пункт 5 Постановления № 7).

Обращаясь к ответчику с требованием о возмещении убытков, истец связывает их возникновение с утратой имущества, приобретенного с целью исполнения муниципального контракта и размещенного на строительной площадке. Вина ответчика, по мнению истца, выражается в неисполнении обязанности возвратить подрядчику данное имущество после прекращения между сторонами договорных правоотношений вследствие одностороннего отказа подрядчика от исполнения контракта.

В свою очередь, ответчик настаивает на недоказанности истцом обстоятельств, с которыми он связывает возникновение убытков, а также на пропуске истцом срока исковой давности, в связи с чем просит применить последствия, установленные пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, и отказать в иске.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ). 

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43) разъяснено, что если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

При этом с учетом разъяснений, указанных в пункте 16 Постановления № 43 со ссылкой на пункт 3 статьи 202 ГК РФ, течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока – на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно пункту 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В рассматриваемом случае взаимоотношения сторон урегулированы условиями муниципального контракта от 19.10.2017, а исковые требования являются следствием прекращения контракта ввиду одностороннего отказа подрядчика от его исполнения. Пунктом 11.2 контракта установлен срок 15 дней на досудебное урегулирование спора.

Таким образом, с учетом установления соглашением сторон срока на досудебное урегулирование споров (15 календарных дней), течение исковой давности по требованиям в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением контракта подлежит приостановлению на указанный срок. 

Следовательно, применительно к рассматриваемым требованиям о взыскании убытков, явившихся следствием ненадлежащего исполнения муниципального контракта, общий трехгодичный срок исковой давности подлежит продлению на 15 календарных дней, установленных сторонами для досудебного порядка урегулирования спора (3 года + 15 календарных дней).

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исходя из оснований, положенных в основание иска, определяя момент, с которого надлежит исчислять срок исковой давности, суд принимает во внимание следующие обстоятельства. 

Как видно из представленных в материалы дела документов и обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами, возникшие между сторонами обязательственные правоотношения, связанные с исполнением муниципального контракта от 19.10.2017, подлежат регулированию по правилам главы 37 ГК РФ, общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре, а также Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ).

Как установлено решением по делу № А24-7675/2018, причиной отказа подрядчика от исполнения контракта послужили обстоятельства, препятствовавшие выполнению работ (отсутствие ряда конструктивных решений и наличие несоответствий в проектно-сметной документации.), о чем Предприниматель своевременно уведомил Управление в порядке, установленном статьями 716, 719 ГК РФ.

В силу статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 ГК РФ). Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Прекращение обязательства по требованию одной из сторон является одним из способов прекращения обязательств (пункт 2 статьи 407 ГК РФ), возможно лишь в случаях, установленных законом (в том числе названной статей 719 ГК РФ) и предполагает расторжение договора, которым данные обязательства были установлены, (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Из пунктов 2 и 4 статьи 453 ГК РФ и разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» следует, что после расторжения договора происходит определение завершающих имущественных обязательств сторон, в том числе возврат и уравнивание осуществленных ими при исполнении расторгнутого договора встречных имущественных предоставлений.

То есть расторжение договора по любым основаниям возлагает на стороны обязанность определить объемы встречных предоставлений, произвести окончательные расчеты, завершить работы, вывезти имущество, которое не подлежит передаче второй стороне, включая оборудование и материалы, и пр.

Таким образом, анализ перечисленных правовых норм позволяет прийти к выводу, что срок исковой давности применительно к требованию подрядчика о возмещении убытков, причиненных невозвратом и утратой имущества, оставшегося на строительной площадке после прекращения (расторжения в одностороннем порядке) муниципального контракта, подлежит исчислению с даты прекращения (расторжения) этого контракта, то есть с 13.08.2018 как установлено решением Арбитражного суда Камчатского края от 15.03.2019 по делу № А24-7675/2018, которое в силу части 2 статьи 69 АПК РФ имеет преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела.

Соответственно, рассматриваемые требования, основанные на последствиях расторжения муниципального контракта от 19.10.2017, могли быть предъявлены Предпринимателем в суд с учетом положений статей 191, 193 ГК РФ не позднее 30.08.2021 (в течение 3 лет и 15 дней с даты расторжения договора в одностороннем порядке).

Истец обратился в суд с настоящим иском 03.11.2021, то есть за пределами срока исковой давности.

Доводы истца о необходимости исчисления срока исковой давности с момента направления предпринимателем претензии о возмещении убытков подлежит отклонению как основанный на неверном толковании норм материального права. Суд обращает внимание, что действуя разумно и добросовестно, подрядчик, отказываясь от исполнения контракта, должен предпринять меры к вывозу собственного имущества, а следовательно, о наличии нарушенного права (невозврат имущества, использовавшегося при выполнении работ) он должен узнать не позднее даты расторжения контракта (по истечении 10 дней с даты вручения заказчику одностороннего отказа от договора), поскольку с этой даты основания для нахождения на строительной площадке его имущества, не подлежащего передаче заказчику и не входящего в состав фактически выполненных и переданных заказчику работ, прекратились. 

При таких обстоятельствах суд находит обоснованными доводы Управления о пропуске истцом срока исковой давности, что при наличии заявления ответчика о применении этого срока в порядке пункта 2 статьи 199 ГК РФ, само по себе, является основанием для отказа в иске без исследования иных обстоятельств дела.

Вместе с тем суд полагает необходимым также отметить следующее.

Как отмечено ранее со ссылкой на статьи 15, 393 ГК РФ и разъяснения, изложенные в Постановлениях № 25 и № 7, основаниями для удовлетворения требования о взыскании убытков является доказанность фактов причинения убытков, их размера, противоправности поведения причинителя убытков, причинно-следственной связи между поведением указанного лица и наступившими убытками.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Права участников процесса неразрывно связаны с их процессуальными обязанностями, поэтому в случае нереализации участником процесса предоставленных ему законом прав последний несет риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с несовершением определенных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений (пункт 1 статьи 65 АПК РФ). Исходя из закрепленного в статье 9 АПК РФ принципа состязательности и положений части 2 статьи 66 названного Кодекса арбитражный суд вправе, но не обязан предлагать участвующим в деле лицам представлять дополнительные доказательства в обоснование своей позиции. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Истцу неоднократно предлагалось представить доказательства в обоснование своих требований, а именно: доказательства помещения спорного имущества на строительную площадку, доказательства чинения ответчиком препятствий в вывозе принадлежащего истцу имущества после прекращения контракта (определения от 15.11.2021, 30.11.2021). 

Однако такие документы суду представлены не были. 

Представленные в материалы дела фотоснимки не подтверждают данные обстоятельства, поскольку не имеют достоверной привязки ни к времени, ни к местности, ни к контракту, ни к идентифицирующим признакам спорного имущества.

Требуя возмещения убытков, истец не представил относимых и допустимых доказательств тому, что спорное имущество приобреталось для выполнения работ по муниципальному контракту от 19.10.2017, что оно завозилось на строительную площадку и что после реализации права на отказ от договора и расторжения муниципального контракта от 19.10.2017 подрядчик был лишен возможности вывезти с места производства работ принадлежащее ему имущество (включая спорное, если оно там находилось) и что лицом, чинившим ему в этом препятствия, являлся ответчик. 

Также истец не привел правового обоснования со ссылками на нормы закона и условия контракта в части довода о том, что в данном случае на ответчика возлагалась обязанность передать истцу имущество, установленное на строительной площадки, с освобождением истца от обязанности вывезти это имущество самостоятельно, в том числе применительно к тому обстоятельству, что к иску не приложены документы, свидетельствующие о наличии у истца препятствий к вывозу собственного имущества.

В отсутствие доказательств, явно свидетельствующих об отказе заказчика в допуске подрядчика к месту производства работ для целей вывоза оборудования и материалов, об удержании заказчиком какого-либо принадлежащего подрядчику имущества, следует вывод, что даже если спорное имущество Предпринимателем завозилось на территорию строительства, то после отказа от контракта подрядчик сам оставил его на этой территории, не предприняв мер к его сохранности и не обеспечив его вывоз, то есть своими действиями способствовал возникновению убытков, а, соответственно, не вправе возлагать вину за утрату невывезенного имущества на лицо, которое ни в силу закона, ни по условиям контракта не являлось лицом, ответственным в данном случае за имущество подрядчика.

Как следует из материалов дела, письмом от 28.07.2018 истец уведомил заказчика об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта в связи с ненадлежащим исполнением заказчиком обязательств. Односторонний отказ подрядчика вступил в силу 13.08.2018. 

Заявляя о прекращении обязательств (об отказе от их исполнения), подрядчик, действуя разумно и добросовестно, должен был принять меры к передаче заказчику строительной площадки и вывозу собственного имущества. В свою очередь, нереализация предоставленных законом прав и неисполнение возложенных законом обязанностей влечет возникновение соответствующих предпринимательских рисков. 

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу, что истцом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, статей 15, 393 ГК РФ не доказана совокупность обстоятельств, необходимая для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков, а, следовательно, правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, в том числе, и по данным основаниям.

Таким образом, исковые требования не подлежат удовлетворения как в связи с пропуском срока исковой давности, так и по причине их необоснованности и недоказанности.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований в силу положений статьи 110 АПК РФ понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат. При этом поскольку сумма исковых требований истцом увеличена, а государственная пошлина при этом не доплачивалась, с Предпринимателя в доход федерального бюджета подлежит взысканию оставшаяся государственная пошлина в размере 1 737 руб.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета 1 737 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья                         О.А. Душенкина