АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-702/23 

Екатеринбург

20 марта 2023 г.

 

Дело № А07-382/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 марта 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Плетневой В. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юг-Коллекшн» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.08.2022 о завершении процедуры реализации имущества должника по делу № А07-382/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.02.2022 ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2 (далее – финансовый управляющий).

Финансовый управляющий обратилась в суд ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, с приложением отчета о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина.

Кредитор - общество с ограниченной ответственностью «Юг-Коллекшн» (далее – общество «Юг-Коллекшн», кредитор, кассатор) заявило о неприменении в отношении должника правил об освобождении его от обязательств перед обществом «Юг-Коллекшн».

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.08.2022 процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО1 завершена; в отношении должника применены положения пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 определение суда от 22.08.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, в суд округа обратилось общество «Юг-Коллекшн» с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить, направить спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Кассатор считает, что вывод судов об отсутствии в материалах дела доказательств недобросовестного поведения должника по предоставлению недостоверной информации, а также о самостоятельных рисках Банка при выдаче кредита,  ошибочен. 

Заявитель полагает, что суды ошибочно приняли неосуществление должником трудовой деятельности без каких-либо противопоказаний как добросовестное поведение.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции на основании статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением суда от 12.01.2022 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 на основании заявления самого должника. 

Решением суда от 22.02.2022 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества. 

В ходе процедуры реализации имущества в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования в общей сумме 595 039,56 руб.  

Управляющим предприняты меры по выявлению имущества должника, направлены запросы в отношении наличия зарегистрированного имущества должником, оснований для оспаривания сделок не выявлено. Ликвидного имущества выявлено не было, признаки преднамеренного и (или) фиктивного банкротства не выявлены.   

Согласно представленным ответом из госорганов, иного имущества, зарегистрированного за должником, не выявлено, должник не является индивидуальным предпринимателем, получателем пенсии не значится, в зарегистрированном браке не состоит, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. 

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Установив, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, пополнение конкурсной массы невозможно, суды первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве, пришли к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества должника. 

Предметом кассационного обжалования со стороны одного из конкурсных кредиторов является применение к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства. 

Применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, суды исходили из следующего.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. 

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума № 45). 

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. 

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Возражая против применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, общество «Юг-Коллекшн» ссылалось на то, что должник не осуществляет трудовую деятельность, в органах службы занятости в целях поиска подходящей работы не зарегистрирован, меры по улучшению материального положения не предпринимал, что по мнению кредитора является основанием для отказа в освобождении от исполнения обязательств; оставлена без внимания продажа совместно нажитого имущества в предусмотренный трехлетний срок до подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), так как согласно имеющимся материалам дела, за супругом должника было зарегистрировано транспортное средство марки Лада 211440 (УГМ) ХТА211440А4863994, 2010 года выпуска; указанный автомобиль является совместно нажитым имуществом супругов; на момент совершения сделки по отчуждению транспортного средства у должника уже имелись неисполненные обязательства, однако полученные денежные средства должником были направленны на цели, не связанные с удовлетворением требований кредиторов (денежные средства в адрес кредитора не поступали); в материалах дела содержатся сведения о предоставлении недостоверных сведений кредитору при заключении кредитного договора.

Суды, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, оснований для отступления от общего правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами как итога процедуры реализации имущества и неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения от обязательств не установили, исходили при этом из того, что поведение должника в процедуре банкротства являлось добросовестным: злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено, признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника не установлено, равно как и фактов сокрытия или умышленного уничтожения должником своего имущества, не выявлено фактов создания должником препятствий к осуществлению мероприятий процедуры банкротства, уклонения от сотрудничества с арбитражным управляющим или судом; доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений не представлено.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации общество «Юг-Коллекшн» не представило доказательств противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения обязательств. 

Относительно довода кредитора о том, что на момент совершения сделки по отчуждению транспортного средства (совместно нажитого имущества) у должника уже имелись неисполненные обязательства, полученные денежные средства были направленны на цели, не связанные с удовлетворением требований кредиторов, суды верно заключили, что указанное обстоятельство не может являться основанием для вывода о злонамеренном поведении должника.

При этом судами учтено, что финансовым управляющим не выявлены сделки, заключенные на нерыночных условиях, что послужило причиной возникновения или увеличении неплатежеспособности должника.

Кроме того, суд округа считает необходимым отметить, что по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения гражданина от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судами верно отмечено, что в рассматриваемом случае необходимо учитывать, что согласно пункту 2 статьи 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» размещение банком привлеченных денежных средств в виде кредитов осуществляется банковскими организациями от своего имени и за свой счет; банк самостоятельно принимает решение о предоставлении кредита, исходя из имеющихся у него свободных ресурсов. 

Именно банк, выдавая кредит, заинтересован в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика, и должен быть убежден в наличии таковой. 

Являясь профессиональным участником рынка кредитования, кредитор должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств. 

Судами установлено, что из материалов дела не следует, при заключении кредитных договоров должник указала заведомо недостоверные сведения о доходах, отсутствуют доказательства подтверждающие, что должник уклонялся от представления в суд документов, или сообщал суду недостоверные сведения.

В отсутствие убедительных доказательств недобросовестного поведения должника суды признали недоказанным со стороны общества «Юг-Колекшн» наличие в данном конкретном случае оснований для неприменения в отношении должника пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Суд округа оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права. 

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности. 

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). 

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. 

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Доводы кассатора были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции и отклонены, как не свидетельствующие о недобросовестности должника, дублируют аргументы, приведенные кредитором при рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции; доводы заявителя не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт потребительского банкротства, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие кассатора с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. 

Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения. 

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.08.2022 о завершении процедуры реализации имущества должника по делу № А07-382/2022 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Юг-Коллекшн» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                          Н.В. Шершон 

 

                                                                                      В.В. Плетнева