ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-266/2018

г. Вологда

24 сентября 2019 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2019 года.

В полном объёме постановление изготовлено 24 сентября 2019 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Виноградова О.Н. и Журавлева А.В.

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

         при участии финансового управляющего Должника ФИО2, от Общества ФИО3 по доверенности от 08.05.2019, от                                    ООО «РусБиоАльянс» ФИО4 по доверенности от 08.08.2019, от Банка ФИО5 по доверенности от 13.09.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО6 ФИО7 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 10.06.2019 по делу № А13-266/2018, 

 

у с т а н о в и л:

финансовый управляющий ФИО6 (далее – Должник)_Аверина Анастасия Витальевна обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Вологодской области от 10.06.2019 об отказе в признании недействительными договоров купли-продажи долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Вологодская ягода» (далее – Общество), заключенных Должником с компанией ФРАМЕТОН ЭНТЕРПРАЙЗИС ЛИМИТЕД, компанией СТАРЕЛОН ХОЛДИНГС ЛИМИТЕД, компанией Рамбутан Корп и компанией ГРЕЙНЕК ВЕНЧЮРС ЛИМИТЕД , и применении последствий их недействительности.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Общество, публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее – Банк), нотариус города Москвы ФИО8.

В обоснование жалобы её податель ссылается на несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, нарушение судом норм материального права, просит его отменить. Доводы жалобы сводятся к тому, что правовых оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований не имелось, так как сделка совершена по заниженной стоимости, привела к уменьшению конкурсной массы и нарушению тем самым имущественных интересов кредиторов Должника. Судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении психолого-психиатрической  и оценочной экспертиз.

От ООО «РусБиоАльянс» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором оно просило определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции податель жалобы поддержал доводы, в ней изложенные.

 Представители Общества, ООО «РусБиоАльянс» и Банка просили определение суда оставить без изменения.

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению. 

         Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Должник являлся единственным участником Общества.

Должник (продавец) и компания Рамбутан Корп  (покупатель) 19.05.2017 заключили договор купли-продажи  33 % уставного капитала Общества за           1 650 руб. 

Кроме того, Должником (продавец) с компанией ФРАМЕТОН ЭНТЕРПРАЙЗИС ЛИМИТЕД (покупатель) 15.06.2017 заключен договор купли-продажи 33 % уставного капитала Общества за 1 650 руб.

Помимо того, Должником (продавец) с компанией СТАРЕЛОНХОЛДИНГС ЛИМИТЕД (покупатель) 21.02.2018 заключен договор купли-продажи 18 % уставного капитала Общества за 900 руб.

Вместе с тем Должником (продавец) и компанией ГРЕЙНЕК ВЕНЧЮРС

ЛИМИТЕД (покупатель) 15.06.2017 заключен договор купли-продажи 16 % уставного капитала Общества за  800 руб.

Вышеуказанные договоры удостоверены нотариально.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 22.02.2018 возбуждено дело о банкротстве Должника.

Решением суда от 04.05.2018 Должник признан банкротом, в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2, которая 15.06.2018 обратилась в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными вышеупомянутых договоров купли-продажи и о применении последствий их недействительности, ссылаясь на их кабальность, совершение вследствие стечения тяжелых обстоятельств, продажу имущества по заниженной стоимости, в отсутствие экономической выгоды для Должника.

Определением суда от 12.02.2019 данные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

 Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, признал их необоснованными.

Проверив материалы дела, апелляционная инстанция не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ определено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

   В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

  Из разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. 

  Согласно абзацу второму пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в    пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

  При этом в случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве определено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств. 

  Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:   а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 указанного Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

  При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

  Бремя доказывания обстоятельств и приведенных оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, в силу статьи 65 АПК РФ, возложено на заявителя, а бремя опровержения - на ответчика.

  Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

  В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

  Обжалуемый договор заключен в течение одного года до принятия заявления о признании Должника банкротом.

  В подтверждение довода о занижении стоимости спорного имущества заявитель ссылается  на отчет об оценке рыночной стоимости отчужденных долей в уставном капитале Общества от 31.02.2016 № 540-09.

  Между тем данный документ обоснованно не принят во внимание судом первой инстанции в качестве доказательства, подтверждающего неравноценность встречного предоставления по обжалуемым сделкам, так как он устанавливает стоимость спорного имущества не на момент его отчуждения, а по состоянию на 31.12.2015 – то есть на дату за полтора года, предшествующие совершению спорных сделок.

   Вместе с тем, исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ имеющийся в деле отчет об оценке от 21.04.2017 № 26/04/17, суд не усмотрел существенного занижения стоимости проданных спорных долей в уставном капитале Общества, поскольку стоимость данного имущества определена по состоянию на 31.12.2016, то есть по дате, наиболее приближенной к моменту совершения спорных сделок.

  Кроме того, Арбитражным судом Вологодской области правильно принят во внимание факт того, что Общество решением Арбитражного суда Республики Карелия от 14.05.2018 по делу № А26-2419/2018 признано несостоятельным (банкротом) и в отношении его открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

  Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии объективных факторов, влияющих на порядок определения стоимости доли в уставном капитале хозяйственного общества, притом что общая сумма кредиторской задолженности Общества только перед заявителем (ООО «РусБиоАльянс») составляет более 6 млрд руб.

  Кроме того,  в Законе о банкротстве отсутствуют единые критерии определения существенности разницы цены сделки по отношению к действительной стоимости для применения основания пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  Оценка существенности должна производиться судом применительно к фактическим обстоятельствам конкретного спора и дела о банкротстве и может отличаться в зависимости от этих обстоятельств.

  Согласно части 6 статьи 13 АПК РФ в случаях, если спорные отношения прямо не урегулированы федеральным законом и другими нормативными правовыми актами или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, арбитражные суды применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм рассматривают дела исходя из общих начал и смысла федеральных законов и иных нормативных правовых актов (аналогия права).

  В абзаце седьмом пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

  Апелляционная коллегия полагает, что в рассматриваемом случае для установления действительной стоимости проданной доли в уставном капитале не совсем корректно определять стоимость таких долей исходя из подхода, предложенного лицами, участвующим в деле, - оценка объекта в целом с последующим делением полученной величины на знаменатель дроби. Данный алгоритм может быть применен при продаже 100 % уставного капитала целиком и дальнейшем распределении денег между совладельцами.

  В нашем случае необходимо сравнение с аналогами объекта оценки – части доли в уставном капитале. Необходимо использовать информацию о цене, по которой совершались сделки по отчуждению долей, сходных с объектом оценки. Следует отметить, что, если отчуждается только часть имущества, ее рыночная цена объективно несколько ниже, чем оценочная стоимость всего объекта.

  Учитывая факторы, обусловленные пониженной ликвидностью объекта (продажа  доли в уставном капитале по частям), апелляционная коллегия считает, что в данном случае правомерен вывод суда первой инстанции о недоказанности несоответствия встречного предоставления со стороны покупателей, а также занижения стоимости объектов купли-продажи.

  При указанных обстоятельствах Арбитражный суд Вологодской области правильно  пришел к выводу о нецелесообразности проведения судебной экспертизы на предмет установления рыночной стоимости уставного капитала Общества, так как решением Арбитражного суда Республики Карелия от 14.05.2018 по делу № А26-2419/2018 установлены факты недостаточности имущества у Общества для удовлетворения требований его кредиторов, в том числе на основании инвентаризационных описей принадлежащего ему имущества.

  Таким образом, у суда отсутствовали законные основания для вывода о нерыночном характере примененных сторонами обжалуемых сделок цен.

  Сам по себе факт отсутствия оплаты по договорам, даже в случае его установления, не является доказательством безвозмездности данных договоров, и, более того, не может служить основанием для признания их недействительными  сделками.

  Как усматривается в условиях обжалуемых договоров, в них установлена стоимость отчуждаемого имущества, то есть воля сторон не направлена на передачу спорного имущества в качестве дара.

  Факт заключения сделки в состоянии заинтересованности не установлен, объективных доказательств, с очевидностью свидетельствующих о том, что покупатели располагали информацией о финансовом состоянии Должника, не предъявлено.

Таким образом, совокупность обстоятельств, позволяющих признать спорные сделки недействительными на основании  статьи 61.2 Закона о банкротстве, не установлена.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

   В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

  Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5           статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

  Кроме того, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

  С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении упомянутых сделок (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами     статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

  Вместе с тем в данных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

  В рассматриваемом случае, как следует из доводов заявления и жалобы, финансовый управляющий ссылается на правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на отчуждение имущества Должника в преддверии его банкротства в целях причинения вреда кредиторам Должника, фактически не приводя при этом доводов о наличии у спорных сделок иных пороков, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  В отношении покупателей заявитель вообще не указал, в чем именно выразилось злоупотребление правом со стороны данных лиц.

  В связи с этим правовых оснований для признания сделок недействительными по приведенному основанию также не имелось.

  Также апелляционная коллегия считает верным отказ Арбитражного суда Вологодской области в удовлетворении заявленных требований на основании кабальности обжалуемых сделок, исходя из следующего.

  По общим нормам гражданского законодательства граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Вместе с тем принцип свободы договора не исключает при определении его содержания соблюдение правил разумности и справедливости.

  В соответствии с пунктом 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

  Между тем достоверные и убедительные доказательства того, что Должник при заключении договоров купли-продажи доли в уставном капитале Общества намеренно и с умыслом умолчал о наличии неких обстоятельств, которые могли бы повлиять на принятие им решения о заключении указанных договоров, либо доказательства совершения каких-либо действий, в результате которых он был введен в заблуждение относительно действительной стоимости отчуждаемых долей в уставном капитале Общества, не предъявлены.

  Суд обоснованно принял во внимание то обстоятельство, что Должник до заключения спорного договора являлся единственным участником Общества и его руководителем, в связи с этим должен был располагать информацией о действительной стоимости отчуждаемых долей на момент их продажи.

  Суд установил, что оспариваемые договоры заключены в нотариальной форме, подписаны сторонами в присутствии нотариуса. 

  Само по себе мнение заявителя о коммерческой невыгодности достигнутого результата в данном случае не является основанием для признания сделок недействительными, поскольку не представлено доказательств недобросовестности действий ответчиков, а также создания у Должника ложного представления об обстоятельствах заключения оспариваемых договоров купли-продажи.

         С учетом изложенного правовых оснований для признания сделок недействительными по данному основанию не имелось.

Ссылка подателя жалобы на неправомерный отказ суда в удовлетворении ходатайства о назначении психолого-психиатрической  экспертизы не может служить основанием, влекущим отмену принятого судебного акта, поскольку психоэмоциональное состояние Должника правового значения для разрешения спора не имеет. Более того, доказательства наличия у Должника порока воли при совершении юридически значимых действий, направленных на продажу доли в уставном капитале Общества, отсутствуют.

Таким образом, выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований основаны на обстоятельствах дела, установленных в полном объёме, и соответствуют действующему законодательству. Предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены судебного акта первой инстанции не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на Должника в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении жалобы отказано.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 10.06.2019 по делу № А13-266/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО6 ФИО7 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

О.Г. Писарева

 

Судьи

О.Н. Виноградов

 

А.В. Журавлев