АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

24 января 2022 года

Дело №

А56-133540/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей  Боровой А.А. и                     Воробьевой Ю.В., 

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 12.02.2021),

рассмотрев 17.01.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.07.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 по делу № А56-133540/2018/ход.2, 

 

у с т а н о в и л:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Управляющая компания Шпалерная», адрес: 191123, Санкт-Петербург, Шпалерная ул., д. 36, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), ФИО3 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о взыскании с ФИО1 в пользу должника                             196 710 000 руб. убытков.

В ходе рассмотрения заявления к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлеченf финансовый управляющий ФИО3 ФИО4, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора,  –закрытое акционерное общество «Бизнес-центр Голдекс», адрес: 191123, Санкт-Петербург, Шпалерная ул., 36, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ЗАО «БЦ Голдекс»), в лице конкурсного управляющего ФИО5.

Определением от 06.07.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021, названное заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 06.07.2021 и постановление от 20.09.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на необоснованность выводов судов о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и неблагоприятными последствиями – утратой Обществом права требования к ЗАО «БЦ Голдекс», а также наличии в деяниях ответчика состава правонарушения, необходимого для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков. 

По мнению подателя жалобы, в обжалуемых судебных актах суды подменяют правоотношения между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ГСК «Наука», адрес: 121351, Москва, ул. Коцюбинского, д. 9, корп. 2, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «ГСК «Наука»), и правоотношения между должником и ЗАО «БЦ Голдекс». Податель жалобы полагает, что, излагая выводы о недобросовестности ФИО1 в одном правоотношении, суды взыскивают убытки в другом правоотношении.

Податель жалобы отмечает, что ответчиком были приняты своевременные и надлежащие меры по прекращению договора цессии (уступки права требования) от 02.06.2014, заключенного с ЗАО «БЦ Голдекс». 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, 02.06.2014 между ЗАО «БЦ Голдекс» (цедент) и Обществом (цессионарий) заключен договор цессии (уступки права требования) по инвестиционному договору от 24.05.2007, по которому цедент передал цессионарию права требования по инвестиционному договору от 24.05.2007 на строительство многоэтажного комплекса с гаражом на 840 машино-мест с помещениями сервисных служб и административным корпусом с обслуживающей инфраструктурой по адресу: Москва, Голубинская ул., вл. 22.

В силу пунктов 4.2 и 5.6 инвестиционного договора заказчик оплачивает затраты инвестора-застройщика в полном объеме.

Из положений договора цессии следует, что на момент его заключения инвестором-заказчиком понесены затраты в размере 289 466 189,73 руб. Затраты согласованы протоколами согласования понесенных инвестором-застройщиком затрат с приложением документов, подтверждающих их несение.

В пункте 2.1 договора цессии предусмотрено, что цедент обязуется в течение 60 дней после заключения договора передать цессионарию по акту приема-передачи все необходимые документы, имеющиеся у него и относящиеся к инвестиционному договору, по которому происходит уступка прав требования.

По условиям пункта 2.2 договора цессии акт приема-передачи составляется и подписывается полномочными представителями. С момента подписания акта приема-передачи обязанности цедента по договору считаются исполненными.

В соответствии с пунктом 3.1 договора цессии цессионарий обязался выплатить цеденту за уступаемые права по инвестиционному договору                 196 710 000 руб., в том числе 18 % налога на добавленную стоимость, путем перечисления денежных средств на расчетный счет либо иным не противоречащим законодательству способом.

Из материалов дела следует, что стороны договора цессии 25.06.2014 подписали акт приема-передачи документов, подтверждающих понесенные инвестором-застройщиком затраты. В свою очередь, Общество в счет исполнения обязательств по договору цессии перечислило контрагенту                196 710 000 руб.

Впоследствии стороны договора цессии заключили дополнительное соглашение к договору цессии от 12.12.2017, которым изменили редакцию пункта 5.5 договора цессии.

Так, согласно пункту 5.5 договора цессии в редакции дополнительного соглашения каждая из сторон имеет право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) в соответствии со статьей 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае неисполнения другой стороной своих обязательств по договору. Упомянутый односторонний отказ от договора (исполнения договора) осуществляется путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения уведомления стороной соответствующего уведомления.

Согласно уведомлению от 09.01.2018 Общество отказалось от договора цессии на основании того, что должник не исполнил обязательства, предусмотренные пунктом 2.1 договора цессии, а именно: не передал в полном объеме документы, относящиеся к инвестиционному договору, в том числе векселя, полученные ЗАО «БЦ Голдекс» от ООО «ГСК «Наука» в обеспечение исполнения им своих обязательств по инвестиционному договору.

Как следствие, Общество 10.01.2018 возвратило ЗАО «БЦ Голдекс» ранее полученные им от цедента документы, относящиеся к инвестиционному договору, и потребовало возвратить сумму оплаты данного требования  -             196 710 000 руб.

В связи с признанием цедента несостоятельным (банкротом) Общество подало заявление о включении в реестр требований кредиторов ЗАО «БЦ Голдекс» требования в размере 196 710 000 руб. основного долга (обособленный спор № А56-30144/2016/тр.7). Определением от 16.04.2018 заявление удовлетворено. Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2021 определение от 16.04.2018 отменено, в удовлетворении названного заявления отказано.

Обращаясь с заявлением о взыскании убытков, ФИО3 указывал на то, что ФИО1, будучи генеральным директором Общества, заключила спорный договор в отсутствие одобрения сделки акционерами, в нарушение обязанностей единоличного исполнительного органа не обратилась к ООО «ГСК «Наука» с требованием о погашении задолженности, в установленный срок не предъявила векселя к оплате, не совершила протест в неакцепте и платеже, не обратилась в суд за взысканием задолженности по векселям в сроки, установленные для обращения в суд по вексельным обязательствам, и в сроки исковой давности. По мнению ФИО3, указанными действиями (бездействием) ответчика должнику причинены убытки в размере 196 710 000 руб.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия причинно-следственной связи между недобросовестными действиями (бездействием) со стороны ФИО1 и причинением прямого материального ущерба должнику в виде неполучения денежных средств, а следовательно, наличия состава правонарушения, необходимого для применения гражданско-правовой ответственности.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа  приходит  к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 ГК РФ). Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Причинно-следственная связь между противоправным деянием и причиненным вредом также является обязательным условием для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности, при этом в законе определения причинно-следственной связи не приводится.

Судами установлено, что, будучи директором компании, ФИО1 подала в Арбитражный суд города Москвы иск о взыскании с ООО «ГСК «Наука» 289 444 247,78 руб. убытков в виде возмещения затрат, произведенных на основании инвестиционного договора от 27.05.2007, в соответствии со статьей 309 ГК РФ, статьей 18 Федерального закона от 25.02.1999 № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» лишь 28.05.2018, то есть по истечении четырех лет после получения права требования от ЗАО «БЦ Голдекс».

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2019 по делу № А40-117368/2018 в удовлетворении искового заявления Общества отказано. Названным судебным актом установлено, что сторонами определен порядок возмещения затрат инвестора-застройщика в разумный срок, но не позднее трех месяцев с даты, когда инвестиционный договор в отношении предмета договора или его части будет заключен с другим инвестором. Истцом не представлены доказательства заключения ответчиком договора с новым инвестором, исходя из условий договора о солидарной ответственности ответчика по обязательству, связанному с компенсацией затрат инвестора-застройщика, и, учитывая, что протоколы согласования понесенных инвестором-застройщиком затрат были подписаны в период с 30.06.2007 по 31.12.2011, истцом пропущен срок исковой давности. Договором предусмотрены условия возмещения затрат инвестора-застройщика в случае невозможности продолжения работ и расторжения договора, а также способ обеспечения сохранения прав инвестора при условии составления акта об оплаченных и выполненных работах, на момент подачи иска истцом пропущен трехлетний срок исковой давности, уважительных причин пропуска срока исковой давности, а также доказательств перерыва течения срока исковой давности истцом не представлено.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что в результате непринятия ФИО1 при исполнении ею обязанностей генерального директора Общества мер к внесудебному урегулированию задолженности ООО «ГСК «Наука» перед Обществом и фактического отказа от судебной защиты Обществу нанесен убыток в размере 196 710 000 руб. (выплаченных должником в пользу ЗАО «БЦ Голдекс»), следует признать правомерным.

Довод подателя жалобы о противоречивости указанного вывода был предметом исследования суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонен, поскольку в случае принятия ФИО1 своевременных мер по реализации прав, полученных компанией по договору цессии, подлежащая взысканию с ООО «ГСК «Наука» сумма денежных средств покрывала размер перечисленных по договору цессии денежных средств. Однако в результате неправомерного бездействия ФИО1 Общество лишилось права на компенсацию затрат, понесенных вследствие оплаты по договору цессии.

Позиция подателя жалобы о разумности ее действий во взаимоотношениях с ЗАО «БЦ Голдекс», вытекающих из договора цессии, опровергнута судом апелляционной инстанции со ссылкой на содержание постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2018 по делу № А56-30144/2016/тр.7.

С учетом изложенных обстоятельств вывод судов о наличии совокупности правовых оснований для взыскания с ФИО1 убытков в предъявленном размере является обоснованным.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ. 

Иные оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд                   Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.07.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 по делу № А56-133540/2018/ход.2 оставить без изменения, а  кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

 

А.А. Боровая

Ю.В. Воробьева