АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

09 июля 2024 года

Дело №

А21-11065/2021

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Бычковой Е.Н., Колесниковой С.Г.,

при участии финансового управляющего ФИО1 (паспорт),

рассмотрев 20.06.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 25.10.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 по делу № А21-11065-11/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 22.10.2020 принято к производству заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом).

Определением от 23.11.2021 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Решением от 19.04.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

ФИО3 умер 22.10.2022. 

Определением от 10.11.2022 к рассмотрению дела применены правила параграфа 4 главы Х Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО2 19.06.2023 обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) требования в размере  1 722 038,74 руб., в том числе 936 909 руб. основного долга и 785 129,74 руб. неустойки, как обеспеченных залогом имущества должника.

ФИО2 также заявила ходатайство о восстановлении срока для включения требования в реестр.

Определением от 25.10.2023 суд восстановил ФИО2 срок для включения в реестр; включил ФИО2 в третью очередь реестра с суммой      1 490 510,04 руб., при этом сумма 606 983,04 руб. учитывается в реестре отдельно; в остальной части требований отказано. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 определение от 25.10.2023 отменено; ФИО2 отказано в восстановлении пропущенного срока для включения требования в реестр; требование в размере 1 494 927,68 руб. признано обоснованным как обеспеченное залогом имущества должника и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от         25.10.2023 в части отказа во включении требования как обеспеченного залогом имущества должника, постановление от 25.10.2023 - в части отказа в восстановлении срока на подачу заявления о включении требования в реестр. ФИО2 просит принять новый судебный акт о включении в реестр ее требования как обеспеченного залогом имущества должника.   

По мнению ФИО2, судом первой инстанции неверно установлено отсутствие у нее прав залогодателя.

Податель жалобы считает, что судом апелляционной инстанции сделан ошибочный вывод о пропуске ФИО2 срока для обращения с требованием к должнику.

ФИО2 считает, что до получения свидетельства о праве на наследство она не имела права требования к должнику. Ее матерью ФИО4 своевременно не реализовано право на обращение с требованием к ФИО3 в связи с ухудшением состояния здоровья.   

Также податель жалобы указывает, что двухмесячный срок для подачи заявления о включении в реестр начал течь с 20.04.2023 (с момента выдачи свидетельства о праве на наследство) и 19.06.2023 ФИО2 обратилась с таким заявлением в суд.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1 просит отменить определение от 25.10.2023 и постановление от 26.02.2024 как принятые с нарушением норм материального и процессуального права и оставить заявление ФИО2 без удовлетворения.

По мнению финансового управляющего, судами не учтено, что договоры и дополнительные соглашения заключены аффилированными лицами: должником и ФИО4 Управляющий указывает на ничтожность таких сделок. Податель жалобы ссылается на то, что целесообразность заключения дополнительных соглашений после состоявшейся продажи автомобиля не обоснована, а сведения о залоге транспортного средства не опубликованы.

По мнению подателя кассационной жалобы, срок на обращение с заявлением о включении требования в реестр, в отсутствие доказательств уважительности причин его пропуска, не подлежит восстановлению.

От ФИО2 в электронном виде 19.06.2024 поступили возражения на кассационную жалобу финансового управляющего.

В судебном заседании финансовый управляющий поддержал доводы своей кассационной жалобы и возражал против удовлетворения кассационной жалобы ФИО2

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационных жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) 24.07.2019 заключили в г. Минске, Республика Беларусь, договор купли-продажи автомобиля LAND-ROVER RANG-ROVER, 2011 г.в., регистрационный знак 0085 РС7, кузов (шасси, рама) № SALLSAAF4CA723475 (далее – автомобиль).

В пункте 3 договора стороны согласовали стоимость автомобиля в размере 30 900 белорусских рублей.

Согласно пункту 4 договора оплата автомобиля производится до подписания настоящего договора 24.07.2019 наличными средствами.

В этот же день, 24.07.2019, стороны договора подписали дополнительное соглашение к нему, в котором согласовали следующий порядок оплаты: 900 белорусских рублей покупатель оплачивает до момента подписания договора купли-продажи, оставшуюся сумму в размере 30 000 белорусских рублей ФИО3 оплачивает продавцу не позднее 31.12.2019 в валюте «российский рубль» наличными средствами, при этом обменный курс не должен быть меньше, чем обменный курс, действующий на дату подписания настоящего соглашения. В случае просрочки платежа покупатель выплачивает продавцу неустойку в размере 0,1% за каждый день просрочки платежа.

В пункте 3 указанного дополнительного соглашения стороны предусмотрели заключение договора залога автомобиля от 24.07.2019, в соответствии с которым покупатель передал автомобиль в залог продавцу. На время действия договора залога автомобиль остается в пользовании у покупателя.

В материалы настоящего обособленного спора также представлен договор залога транспортного средства от 24.07.2019, заключенный в г. Минске, Республика Беларусь, в соответствии с которым ФИО3 передал автомобиль в залог ФИО4 в целях обеспечения надлежащего и полного исполнения обязательств по договору купли-продажи автомобиля от 24.07.2019. Стоимость предмета залога согласована сторонами в размере 30 900 белорусских рублей. На период действия договора предмет залога остается у залогодателя.

В дополнительном соглашении от 27.09.2021, заключенном в Калининграде,  ФИО4 и ФИО3 констатировали, что задолженность покупателя по договору купли-продажи автомобиля без учета неустоек составляет 30 000 белорусских рублей.

В пункте 2 указанного дополнительного соглашения стороны изменили редакцию пункта 1.4 договора залога от 24.07.2019 и предусмотрели, что на период действия договора предмет залога остается у залогодержателя. При этом стороны согласовали, что данное дополнительное соглашение является актом приема-передачи автомобиля от покупателя (залогодатель) продавцу (залогодержатель).

ФИО4 умерла 12.06.2022.

При рассмотрении настоящего спора судами установлено, что ФИО2 являлась супругой ФИО3, брак между ними расторгнут 25.03.2019.

Вступившим в законную силу определением от 14.07.2022 по обособленному спору № А21-11065-2/2021 суд обязал ФИО3 передать финансовому управляющему имущество и документацию, в том числе автомобиль.

ФИО2 31.08.2022 обратилась в рамках настоящего дела с ходатайством о приостановлении производства по обособленному спору                         № А21-11065-2/2021 до момента вступления в права наследования по закону после смерти ФИО4

Определением от 13.10.2022 по обособленному спору № А21-11065-2/2021 суд отказал в удовлетворении ходатайства ФИО2, поскольку определение от 14.07.2022 вступило в законную силу и производство по нему не производится. Суд пришел к выводу, что заявителем избран ненадлежащий способ защиты права.

ФИО3 умер 22.10.2022.

ФИО2 не принимала мер к обжалованию определения от 14.07.2022.

Нотариус Минского городского нотариального округа выдал дочери        ФИО4 - ФИО2 свидетельство о праве на наследство по закону от 20.04.2023.

ФИО2 обратилась в суд с рассматриваемым заявлением о включении требования в реестр 19.06.2023, заявив ходатайство о восстановлении пропущенного срока для включения требования в реестр.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период рассмотрения настоящего спора в суда первой и апелляционной инстанциях).

Публикация сообщения о введении в отношении ФИО3 процедуры реструктуризация долгов гражданина произведена в ЕФРСБ 29.11.2021 (сообщение № 7763977).

Публикация сообщения о введении в отношении ФИО3 процедуры реализации имущества гражданина произведена в ЕФРСБ 21.04.2022 (сообщение  № 8657848).

Таким образом, ФИО2 обратилась в суд с настоящим требованием с пропуском срока, установленного пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства о восстановлении срока, приняв во внимание, что уже в августе 2022 года  ФИО2 располагала сведениями о настоящем деле о банкротстве, обратившись с ходатайством о приостановлении производства по обособленному спору № А21-11065-2/2021.

Судом апелляционной инстанции также учтено, что наследник является правопреемником ФИО4, которая не реализовала право на своевременное обращение в суд с заявлением о включении требования в реестр. Реестр был закрыт ранее даты смерти ФИО4

При этом ФИО2 не приводила довод и не ссылалась на то, что она и/или ФИО4 не располагали сведениями о наличии возбужденного в отношении ФИО3 настоящего дела о банкротстве.

Безусловных, достоверных и достаточных доказательств уважительности причин не обращения ФИО4, в том числе по состоянию здоровья, с требованиями к должнику не представлено.

После наступления срока исполнения обязательств по договору купли-продажи автомобиля продавец не принял мер ко взысканию соответствующей задолженности с покупателя. 

Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО2 в марте 2022 года обратилась в Светлогорский городской суд Калининградской области с заявлением о разделе совместно нажитого с ФИО3 имущества, финансовый управляющий был привлечен к участию в указанном деле.

Оценив в совокупности и взаимосвязи установленные по делу фактические обстоятельства, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии уважительных причин пропуска срока на предъявление требования к должнику.

Суд округа не усматривает законных оснований для иной оценки обстоятельств по делу.

При таком положении вывод апелляционного суда об учете требования ФИО2 за реестром в порядке пункта 4 стати 142 Закона о банкротстве является обоснованным.

 Суд округа считает верным отклонение доводов финансового управляющего о мнимости договора залога и отсутствии задолженности у ФИО3 перед ФИО4

Аффилированность либо заинтересованность участников спорных правоотношений, даже будучи доказанной, не является правовым препятствием для признания требования кредитора к должнику обоснованным.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции ФИО2 представила объяснение причин, по которым в один день, 24.07.2019, были подписаны договор купли-продажи и дополнительное соглашение к нему: форма договора купли-продажи является типовой, заполняемой сотрудниками РЭП ГАИ     г. Минска, поэтому у участников сделки отсутствует возможность внести в нее какие-либо особые условия. По этой причине сторонами было заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи, в котором были указаны условия оплаты.

То обстоятельство, что ФИО3 не сообщил финансовому управляющему сведения об обременении автомобиля залогом в пользу продавца по договору от 24.07.2019, само по себе не означает мнимость таких сделок. Должник, который не сотрудничает с финансовым управляющим и не передает соответствующее имущество и документацию в конкурсную массу, несет риск наступления иных неблагоприятных последствий, в том числе предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. 

 Вопреки доводу финансового управляющего, по российскому праву залог автомобиля не подлежит государственной регистрации либо нотариальному удостоверению. Доказательства того, что белорусский правопорядок предусматривает обязательную регистрацию либо нотариальное удостоверение залога транспортного средства, финансовым управляющим не представлено и на такое правовое регулирование управляющий не ссылался.

С целью обеспечения публичности сведений о залоге движимых вещей абзацем первым пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ предусматривается добровольный учет залога путем внесения уведомлений в реестр уведомлений о залоге движимого имущества (вещей) единой информационной системы нотариата (далее - реестр уведомлений). Отсутствие записи об учете не затрагивает отношения залогодателя с залогодержателем. Момент возникновения залога для указанных лиц определяется по общим правилам (абзац третий пункта 4 статьи 339.1 ГК РФ).

При изложенных обстоятельствах довод управляющего об отсутствии регистрации залога подлежит отклонению, поскольку не влияет на момент возникновения права залога. 

Апелляционным судом верно учтено, что согласно пункту 3 дополнительного соглашения от 27.09.2021 к договору залога от 24.07.2019 предмет залога находится у залогодержателя. Доказательств наличия оснований для прекращения права залога, установленных в статье 352 ГК РФ  материалы дела не содержат. 

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил возражения финансового управляющего об отсутствии оснований для признания требования кредитора обеспеченным залогом имущества должника.

С учетом указанного суд округа приходит к выводу, что постановление от 26.02.2024 подлежит оставлению без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 по делу № А21-11065-11/2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы финансового управляющего ФИО1 и ФИО2 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Т.В. Кравченко

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

С.Г. Колесникова