ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-17379/2020

08 ноября 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  08 ноября 2021 года.

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Тетериной Н.В.,

судей  Сафронова М.М., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-12040/2021) общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Успех Вент Инжиниринг» на решение Арбитражного суда Омской области от 01.02.2021 по делу № А46-17379/2020 (судья Луговик С.В.), принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром»                                  (ИНН 5501257221, ОГРН 1145543016728) к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Успех Вент Инжиниринг» (ИНН 5406761407, ОГРН 1135476152481) о взыскании 2 480 863 руб., и встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Успех Вент Инжиниринг» (ИНН 5406761407, ОГРН 1135476152481) к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром» (ИНН 5501257221,                               ОГРН 1145543016728) о взыскании 1 396 852 руб. 70 коп.,

при участии в судебном заседании представителей: 

общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Успех Вент Инжиниринг» - ФИО2 (доверенность от 08.06.2020 сроком действия три года); ФИО3 (доверенность от 09.09.2020 сроком действия три года);

общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром» - ФИО4 (доверенность от 10.04.2020 сроком действия три года);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром» (далее - ООО «ГК «РусВентПром», компания) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением, уточненным в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Успех Вент Инжиниринг» (далее - ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг», общество) о взыскании неустойки в размере 2 734 825 руб. 30 коп.

ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг», в свою очередь, обратилось с встречным исковым заявлением к ООО «ГК «РусВентПром» о взыскании неустойки в размере 1 396 852 руб. 70 коп. 

Решением от 01.02.2021 Арбитражного суда Омской области по первоначальному иску с ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» в пользу                               ООО «ГК «РусВентПром» взыскано 2 734 825 руб. 30 коп. неустойки, а также                               35 404 руб. 32 коп. расходов по уплате государственной пошлины. 

По встречному иску с ООО «ГК «РусВентПром» в пользу ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» взыскано 154 699 руб. 08 коп. неустойки, а также 2 987 руб. расходов                 по уплате государственной пошлины. В удовлетворении встречного иска в остальной части отказано. 

В результате зачёта с ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» в пользу ООО «ГК «РусВентПром» взыскано 2 580 126 руб. 22 коп. неустойки, а также 32 417 руб. 32 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе                               в удовлетворении первоначальных исковых требований ООО «ГК «РусВентПром»                       и об удовлетворении встречных исковых требований ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг».

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что судом первой инстанции не принято во внимание, что между сторонами заключено дополнительное соглашение от 23.12.2019 № 1, которым изменен срок поставки товара; расчет суммы неустойки по первоначальным исковым требованиям произведен ошибочно, исходя из всей стоимости товара без учета поставки товара поэтапно; истцом не представлено доказательств поставки некомплектного товара; судом первой инстанции по первоначальному иску необоснованно не применены положения о снижении размера неустойки; судом первой инстанции приняты во внимание факты, не имеющие юридического значения при рассмотрении встречного искового заявления, такие как обстоятельства направления писем-уведомлений о возможном изменении технических параметров; неправомерно отклонено ходатайство об истребовании сведений у ФГУП «ГВСУ № 9» о перечислении денежных средств, в связи с чем не обоснована ссылка на наличие от генерального подрядчика всего двух платежей.

Также с принятым решением не согласился истец, направив апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции изменить, отказав                              в удовлетворении встречных исковых требований.

Мотивами подачи апелляционной жалобы ООО «ГК «РусВентПром» послужили следующие основания: со стороны ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» неоднократно поступали предложения изменить габаритные параметры оборудования после заключения договора, в результате чего покупатель имел объективные сомнения относительно поставки оборудования соответствующего условиям договора, не смотря на это оплата аванса произведена; при этом поставщик систематически поставлял некомплектный товар, что привело к срыву монтажа оборудования по договору                         с заказчиком – ФГУП «ГВСУ № 9». Так, истец полагает, что поставщиком не соблюдена поставка товара в разумный срок, а на стороне покупателя не возникла обязанность по оплате, в связи с чем встречные требования являются необоснованными.

Постановлением от 05.07.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение от 01.02.2021 Арбитражного суда Омской области отменено; принят новый судебный акт, которым в удовлетворении иска ООО «ГК «РусВентПром» отказано; с ООО «ГК «РусВентПром» в доход федерального бюджета 1 269 руб. 68 коп. государственной пошлины; в удовлетворении встречного иска ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.09.2021 постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2021 по делу                    № А46-17379/2020 отменено в части результатов рассмотрения исковых требований ООО «ГК «РусВентПром» и распределения судебных расходов. В отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в Восьмой арбитражный апелляционный суд. 

В остальной части постановление оставлено без изменения.  

Определением от 11.10.2021 апелляционный суд принял на новое рассмотрение апелляционную жалобу в части результатов рассмотрения исковых требований ООО «ГК «РусВентПром» и распределения судебных расходов.

ООО «ГК «Успех Вент Инжиниринг» представило в материалы апелляционного производства отзыв на апелляционную жалобу истца, где выразил несогласие                       с доводами ООО «ГК «РусВентПром». 

В заседании суда апелляционной инстанции представители истца и ответчика поддержали доводы и возражения, представленные ранее относительно исковых требований компании.

Изучив материалы дела с учетом пределов рассмотрения дела, направленного на новое рассмотрение в части результатов рассмотрения исковых требований ООО «ГК «РусВентПром» и распределения судебных расходов, заслушав позиции представителей сторон, проверив в порядке статей 266, 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого решения суда первой инстанции в спорной его части, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для его изменения по следующим основаниям.

Исковые требования как ООО «ГК «РусВентПром» заявлены с указанием на ненадлежащее исполнение обязательств в рамках договора поставки от 19.07.2019 № ГК 19/19 (далее - договор), по условиям пункта 1.1 которого ООО ГК «Успех Вент Инжиниринг» (поставщик) обязалось в течение срока действия настоящего договора передать в собственность ООО «ГК «РусВентПром» (покупатель), а покупатель обязался принять и оплатить вентиляционное оборудование.

Наименование, ассортимент, количество, качество согласованы сторонами в спецификации к договору (приложение № 2) и техническом описании оборудования (приложение № 4); сроки поставки оборудования в приложении № 3 к договору.

Так, в приложении № 2 к договору сторонами конкретизировано оборудование, подлежащее поставке, с указанием наименования, количества и стоимости каждой единицы товара; общая стоимость оборудования, включая товарно-экспедиционные услуги г. Рязань - г. Красноярск, составила 54 696 506 руб.

В соответствии с пунктом  4.3 договора поставка оборудования осуществляется до адреса и на условиях указанных в спецификации. Адрес доставки может быть изменен по письменному согласию сторон с возмещением дополнительных расходов поставщику (при наличии таковых).

При этом согласно приложению № 3 к договору поставка разбита на три этапа: срок поставки системы К11, К12, К13, К14 – этап № 1 в течение 35 рабочих дней с момента выполнения условий пункта 1.1 (внесение авансового платежа 50 № этапа № 1 и № 2 в размере 118 999 929 руб.); срок поставки системы К1, К2, К3, К4 – этап № 2 в течение 55 рабочих дней с момента выполнения условий пункта 1.1 (внесение авансового платежа 50№ этапа № 1 и № 2 в размере 118 999 929 руб.); срок поставки системы К5, К6, К7, К8, К9, К10 – этап № 3 в течение 25 рабочих дней с момента выполнения условий пункта 1.6 (покупатель перечисляет на лицевой счет поставщика 14 056 824 руб. в течение 5 рабочих дней с момента уведомления о готовности к отгрузке этапа № 2 (авансовый платеж за этап № 3)).

В этом же приложении по каждому этапу сторонами согласована общая стоимость оборудования и порядок оплаты, который делится на внесение авансового, промежуточного и окончательного платежа в рамках каждого этапа.

Как следует из искового заявления, основанием для его подачи послужило исполнение поставщиком обязательства по поставке товара с нарушением согласованных сроков, что послужило основанием для начисления неустойки (пени) в порядке пункта 8.1 договора, размер которой составило 2 734 825 руб. 30 коп. с учетом установленного договором ограничения (не более 5% от суммы не исполненного обязательства).

Оценив условия договора, суд апелляционной инстанции считает, что правовая квалификации такового дана судом первой инстанции верно в качестве договора поставки.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. 

В силу статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя. 

Из приведенных норм права следует, что договор поставки является двустороннеобязывающей сделкой: каждая из сторон одновременно является в части определенных обязанностей и должником, и кредитором. То есть, по договору поставки поставщик обязан передать товар и вправе требовать его оплаты. В свою очередь, покупатель вправе требовать передачи товара и обязан его оплатить.

По правилам статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Как установлено пунктом 1 статьи 330 ГК РФ, неустойкой (штраф, пеня) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения денежного обязательства.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (статья 331 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации                                          об ответственности за нарушение обязательств», соглашение о неустойке должно быть заключено в письменной форме по правилам, установленным пунктами 2, 3 статьи 434 ГК РФ, независимо от формы основного обязательства (статья 331 ГК РФ). Несоблюдение письменной формы такого соглашения влечет его ничтожность (пункт 2 статьи 162, статья 331, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В данном случае стороны ответственность поставщика согласовали в пункте 8.1 договора, согласно которому в случае нарушения сроков готовности оборудования к отгрузке (при условии своевременной оплаты соответствующей партии оборудования покупателем) поставщик выплачивает покупателю неустойку в размере 0,1% от общей стоимости (с учётом НДС) недопоставленной части оборудования за каждый календарный день задержки, но не более 5% (пяти процентов) от общей стоимости (с учётом НДС) недопоставленного оборудования. 

Статьей 431 ГК РФ определено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. Помимо этого, как следует из определений Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2017 № 305-ЭС17-5496, от 22.06.2015 № 305-ЭС15-2155, постановлений Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2014 № 3853/14, от 02.10.2012 № 6040/12 толкование условий обеспечительного обязательства должно осуществляться в пользу кредитора в целях сохранения обеспечительного обязательства, а не его аннулирования.

Из положений условий пункта 8.1 договора, следует, что ответственность предусмотрена за нарушение сроков готовности оборудования к отгрузке.

Однако необходимо учитывать также и то, что условие, касающееся юридической ответственности, его содержание должны определенно указывать на признаки состава правонарушения и не допускать двоякого толкования. В противном случае спорное условие должно толковаться в пользу лица, привлекаемого к ответственности, в том числе потому, что противоположная сторона, как правило, является профессионалом в определенной сфере и подготавливает проект договора (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»). Иными словами, договорное условие о неустойке не должно толковаться расширительно (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2019 № 305-ЭС19-8124, от 15.10.2019 № 305-ЭС19-12786, от 09.07.2020 № 305-ЭС20-5261).

И поскольку у сторон не имелось сомнений или разногласий о понимании пункта 8.1 договора, предусматривающего фактически меру ответственности за  ненадлежащее исполнения обязательства по поставке товара, то суд апелляционной инстанции в настоящем случае исходит не из буквального толкования, а из расширительного толкования приведенного пункта договора, учитывая поведение сторон, в том числе в рамках рассмотрения настоящего дела.

Следовательно, условиями спорного договора ответственность за нарушение сроков поставки товара установлена пунктом 8.1 договора. 

Согласно представленному в материалы дела расчету компании сумма неустойки составила 2 734 825 руб. 30 коп. и исчислена истцом за период с 30.11.2019 по 27.07.2020.

Расчет произведен исходя из того, что первая партия оборудования подлежала поставке в срок до 29.11.2019, фактически передана покупателю 31.01.2020, неустойка составила 279 403 руб. 87 коп.; вторая партия оборудования подлежала поставке в срок до 27.12.2019, фактически передана покупателю 27.07.2020, неустойка составила                     4 109 482 руб. 27 коп.; третья партия оборудования подлежала поставке в срок до 12.02.2020, фактически передана покупателю 23.04.2020 (но в связи с невозможностью монтажа ранее оборудования по второму этапу, просрочка по уточненному расчету истца составила по 27.07.2020).

Однако, предъявляя возражения, относительно исковых требований ответчик указывает на то, что расчет суммы неустойки за просрочку поставки товара произведен без учета внесенных дополнительным соглашением от 23.12.2020 № 1 изменений, согласно которым график платежей и сроков поставки (приложение № 3) изложен в новой редакции.

Истец в свою очередь указывает на незаключенность данного дополнительного соглашения от 23.12.2020 № 1 и не согласованность новых сроков, поскольку дополнительное соглашение не подписывалось директором компании и подписывалось для приведения в соответствие с положениями пункта 11 Приказа Минфина России от 10.12.2019 № 220н «Об утверждении Порядка осуществления территориальными органами Федерального казначейства санкционирования расходов, источником финансового обеспечения которых являются целевые средства, при казначейском сопровождении целевых средств в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О федеральном бюджете на 2020 год и на плановый период 2021 и 2022 годов».

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 13970/10, в случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценить обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательства, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Таким образом, вывод о незаключенности консенсуального гражданско-правового договора может быть сделан только при наличии неясности у сторон договора относительно порядка его исполнения, влекущей правовую неопределенность в подобном отношении, претендующем на договорно-обязательственный характер. Исполняемый гражданско-правовой договор не может быть признан незаключенным, так как заключение консенсуального договора как процесс завершается перед началом его исполнения, а не длится параллельно с ним.

Применительно к настоящему случаю изменения в договор внесены в соответствии с пунктом 11.1 договора в письменной форме в виде дополнительного соглашения с подписанием его обеими сторонами.

Как указывает ответчик, инициатором заключения дополнительного соглашения являлся истец в связи с необходимостью перечисления денежных средств в рамках казначейского сопровождения, так как в порядке оплаты очередные платежи должны быть авансовыми. В связи с чем спорное дополнительное соглашение, подписанное ответчиком, направлено истцу, затем истец поле подписания данного соглашения направил его в Управление Федерального казначейства по Омской области. В последующем на основании данного соглашения истцом совершались авансовые платежи.

Следовательно, при совершении авансовых платежей после подписания дополнительного соглашения, истец, тем самым, фактически исполнил условия данного соглашения.

Если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ, пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», далее - постановление № 49).

Из разъяснений, приведенных в пункте 44 постановления № 49, следует, что при наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.

Создавая или допуская создание подобной обстановки, сознательно вводя в хозяйственный оборот дополнительное соглашение, истец не вправе ссылаться на отсутствие изменений сроков поставки товара.

То есть в настоящем случае, истец давал основания полагать не только ответчику, но и третьим лицам, что договор действует в измененном виде с учетом  дополнительного соглашения от 23.12.2019 № 1, в связи с чем истец не вправе ссылаться на его не заключенность с учетом приведенных разъяснений, а также непоследовательного своего поведения.

Таким образом, график платежей и срок поставки товара изменен сторонами приложением № 3 к дополнительному соглашению от 23.12.2019 № 1 и они должны учитываться при определении срока исполнения обществом обязательства по поставке.

При этом апелляционный суд принимает во внимание, что на момент подписания дополнительного соглашения – 23.12.2019 срок поставки по первому этапу уже наступил.

Так, платежным поручением от 10.10.2019 № 2 внесен первый авансовый платеж в размере 11 899 929 руб. 

Согласно графику 1 этап - установки К11, К12, К13, К14 со сроком оплаты в течение пяти дней общей стоимостью 4 506 514 руб. подлежал поставке в течение 35 рабочих дней с момента внесения авансового платежа в размере 11 899 929 руб. 

Следовательно, с 30.11.2019 по первому этапу началась просрочка на стороне общества.

Коль скоро, при заключении дополнительного соглашения от 23.12.2019 № 1 стороны не исключили ответственность поставщика за период, предшествующий заключению указанного соглашения, а в силу пункта 3 статьи 453 ГК РФ в случае изменения договора обязательства считаются измененными с момента заключения соглашения сторон об изменении договора, соответственно, за период с 30.11.2019 по 23.12.2019 истцом обоснованно произведено начисление неустойки за нарушение срока поставки товара по первому этапу.

Далее, срок поставки по первому этапу изменен – увеличен на 10-55 рабочих дней.

При этом стороны не указали, с какого момента подлежит исчислению данный срок в отношении первого этапа.

Толкуя обозначенное условие договора в совокупности с прежней договоренностью сторон, апелляционный суд считает, что данный срок также зависит от внесения авансового платежа, а не заключения договора либо дополнительного соглашения.

Таким образом, срок поставки по первому этапу в измененном виде составил 27.12.2019. 

Согласно универсальному передаточному документу от 24.01.2020 № ГК009, установки К11, К12, К13, К14 отгружены ответчиком 24.01.2020, а приняты истцом без замечаний 31.01.2020.

Следовательно, второй период просрочки по первому этапу составил с 28.12.2019 по 31.01.2020.

Кроме того, следует учитывать, что в результате внесения изменений в договор дополнительным соглашением от 23.12.2019 № 1 установки, подлежащие поставке в рамках первого этапа, дополнены указанием на установки К1, К2, К3, К4.

Данные установки переданы поставщиком 12.03.2020.

При таких обстоятельствах срок поставки по первому этапу нарушен ответчиком, неустойка за период с 30.11.2019 по 23.12.2019 и с 28.12.2019 по 12.03.2020 составила 1 732 178 руб. 47 коп. или 1 189 992 руб. 90 коп. с учетом 5% ограничения, установленного договором.

Относительно 2 и 3 этапов поставки, то оборудование в рамках данных этапов подлежало поставке в течение 10-55 рабочих дней, отгрузка осуществляется при условии поступления авансового платежа по этапу № 3 на расчетный счет поставщика.

Исходя из условий приложения № 3 к договору в редакции дополнительного соглашения от 23.12.2019 № 1, платежи по всем этапам согласованы в качестве авансовых, при этом по этапу № 3 авансовый платеж составил 9 318 903 руб., окончательный платеж – 1 035 434 руб. По сути, это последние платежи в рамках договора.

Это означает, что совершенные в октябре 2019 года и 27.12.2019 (платежное поручение № 4, т.д. 1, л.д. 40) оплаты на общую сумму 44 342 169 руб. являются авансовыми платежами, но в соответствии с приложением № 3 в редакции дополнительного соглашения от 23.12.2019 № 1 только по двум первым этапам.

Впоследствии истец произвел дополнительно оплату по платежным поручениям от 12.03.2020 № 63, № 66, от 23.03.2020 № 95, № 96 на общую сумму 6 024 972 руб.

Остаток задолженности в размере 4 329 365 руб. является предметом спора в рамках дела № А45-25851/2020.

Таким образом, в полном объеме платеж, обозначенный в приложении № 3 к договору в редакции дополнительного соглашения от 23.12.2019 № 1, в качестве авансового по этапу № 3 истцом не внесен ответчику, а потому нарушения срока поставки, который зависит от исполнения данного условиям покупателем, нет.

К тому же поставка оборудования по 2 и 3 этапу обществом осуществлена, оборудование передано в апреле 2020 года.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения иска компании в части взыскания неустойки сверх 1 189 992 руб. 90 коп. нет.

При этом апелляционный суд также отмечает, что истцом не доказан факт надлежащего исполнения обществом обязательства по передаче товара, принятого покупателем по первому этапу 12.03.2020, только 27.07.2020.

Так, данное обстоятельство компания связывает с тем, что оборудование передано некомплектное, поскольку отсутствовали крепежные элементы, не позволяющие произвести монтаж вентиляционных установок.

Между тем обозначенный довод в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ истцом не доказан.

Компанией представлена претензия от 29.04.2020 № 1/1082, в которой истец указал на недопоставку крепежа. К претензии приложены выдержка из технического паспорта и упаковочный лист.

Из анализа перечисленных документов усматривается, что упаковочный лист приложен только на одну вентиляционную установку К-10, в таковом указано на наличие крепежных элементов. При этом сопоставить перечень крепежа, обозначенного в упаковочном листе, с выдержкой из технического паспорта в целях установления отсутствия крепежных элементов в достаточном количестве для монтажа оборудования не возможно по причине представления истцом выдержки их технического паспорта в части схем соединения секций и ярусов в нечитаемом виде.

Упаковочные листы на остальные 13 установок не представлены.

Не свидетельствует об этом и содержание переписки сторон, из которой следует, что общество выразило согласие допоставить крепежные элементы, но не по причине того, что таковые изначально не переданы вместе с установками либо в количестве, меньшем, нежели требовалось в соответствии с техническим паспортом, напротив, общество указало на поставку оборудования в полном объеме, а допоставить крепежные элементы согласилось для увеличения герметичности корпуса установок (письмо от 29.04.2020 № 1274 – т. 3, л.д. 40). 

То есть из приведённой переписки не следует, что поставленные установки переданы истцу не в комплекте.

Риск наступления последствий не совершения соответствующих процессуальных действий в соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ несет истец.

Негативные последствия, наступление которых законодатель связывает с неосуществлением лицом, участвующим в деле своих процессуальных прав и обязанностей (статья 41, статья 65 АПК РФ), следуют в виде рассмотрения судом первой инстанции спора по существу на основании имеющихся в материалах дела доказательств.

В настоящем случае представленные истцом доказательства не подтверждают факт поставки ответчиком оборудования без необходимого количества крепежных элементов. 

Об обратном свидетельствует и то, что истец подписал универсальные передаточные документы в марте и апреле 2020 года без замечаний относительно комплектности товара, в то время как компания располагала информаций о поставленном оборудовании, включая крепеж, исходя из содержания упаковочных листов. Соответственно, подобные замечания должны были быть предъявлены при приемке товара, а не после получения письма от организации, осуществляющей монтаж оборудования.

При изложенных обстоятельствах исковые требования компании обоснованы только в части 1 189 992 руб. 90 коп.

Вместе с тем обществом заявлено о снижении размера неустойки со ссылкой на несоразмерность такового последствия нарушенного обязательства.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку (пункт 1); при этом правила о возможности уменьшения неустойки не затрагивают права кредитора на возмещение убытков (пункт 2).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Из указанной нормы следует, что уменьшение размера неустойки является правом, но не обязанностью суда, и применяется им только в случае, если он сочтет размер предъявленной к взысканию неустойки не соответствующим последствиям нарушения обязательства.

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод конкретного лица в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона такого его условия, как размер неустойки: он должен быть соразмерен указанным в этой конституционной норме целям.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против злоупотребления кредитором своим правом на свободное определение размера неустойки.

Так, в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7) разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 71 названного постановления, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. В свою очередь, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно (пункты 73, 74 постановления № 7).

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 263-О от 21.12.2000, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При разрешении настоящего спора апелляционный суд считает, что неустойка несоразмерна последствия нарушенного обязательства, принимая во внимание отсутствие информации о возможном размере убытков кредитора, в то время как ответчик является поставщиком сложной изготавливаемой продукции, стоимость которой является значительной, при этом сама по себе просрочка не носила длительного характера (допущена только по первому этапу общей продолжительностью 59 и 76 календарных дней).

При этом апелляционный суд также учитывает, что к взысканию заявлена неустойка за нарушение не денежного обязательства (нарушение срока поставки), данное обязательство в полном объеме выполнено обществом добровольно, без обращения в суд.

Доказательств наличия на стороне истца убытков либо иных негативных последствий, сопоставимых с размером неустойки, в материалах дела нет.

Предоставленное истцу пунктом 74 постановления № 7 право на возражение против заявления об уменьшении размера неустойки в полной мере компанией не реализовано, а потому в силу части 2 статьи 9 АПК РФ он несет риск несовершения процессуальных действий, в том числе в виде разрешения спора по имеющимся в деле доказательствам.

Суд апелляционной инстанции также исходит из того, что неустойка является способом обеспечения исполнения обязательств должником и не должна служить средством обогащения кредитора, и принимает во внимание отсутствие в материалах дела доказательств наступления негативных последствий для истца, с учетом компенсационной природы неустойки. 

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что неустойка не соответствует принципу компенсационного характера санкций в гражданском праве, несоразмерна последствиям нарушения обязательства, применительно к данному конкретному случаю, а потому подлежит уменьшению до 0,05%

В связи с этим с общества подлежала взысканию неустойка в размере 866 089 руб. 23 коп.

В удовлетворении остальной части иска следовало отказать.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии с частями 1, 5 статьи 110 АПК РФ относятся на сторон пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований с учетом разъяснений пунктов 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 1 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Омской области от 01.02.2021 по делу                                      № А46-17379/2020 в части рассмотрения исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром» и распределения судебных расходов изменить, изложив в указанной части резолютивную часть решения следующим образом:

Взыскать с  общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Успех Вент Инжиниринг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром»                          (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) неустойку в размере 866 089 руб. 23 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 570 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «РусВентПром» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 1 269 руб. 68 коп. государственной пошлины. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Н.В. Тетерина

Судьи

М.М. Сафронов

 Ю.М. Солодкевич