АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А17-3638/2021

16 октября 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09.10.2023.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Чижова И.В.,

судей Белозеровой Ю.Б., Прытковой В.П.,

 

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего имуществом ФИО1 

ФИО2

 

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 09.05.2023 и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023

по делу № А17-3638/2021

 

по заявлению финансового управляющего ФИО2

к ФИО3

о признании брачного договора недействительным и 

применении последствий его недействительности,

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 

ФИО1

(ИНН 

<

***>),

 

и   у с т а н о в и л: 

 

в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – должник) его финансовый управляющий ФИО2 (далее – финансовый управляющий) обратился в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании недействительным  брачного договора от 11.06.2016, заключенного с ФИО4, и применении последствий его недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника недвижимости – жилого помещения под кадастровым номером 37:25:020325:116, расположенного по адресу 

<

...>, площадью 50,1 квадратного метра. В случае невозможности возврата имущества финансовый управляющий просил взыскать рыночную стоимость этого имущества, установленную на момент его отчуждения.

Требования заявлены на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            Арбитражный суд Ивановской области определением от 09.05.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от 17.07.2023, отказал в удовлетворении требований финансового управляющего.

            Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 09.05.2023 и постановление от 17.07.2023, принять новый судебный акт о признании брачного договора от 11.06.2016 недействительным и о применении последствий его недействительности.

            В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов, сделанных судами, обстоятельствам дела, на неправильное применение норм материального права. По мнению финансового управляющего, оспариваемая сделка совершена должником с заинтересованным лицом (с супругой) с целью избежать обращения взыскания на спорное имущество и не допустить погашения требований АО КИБ «Евроальянс» по кредитным договорам, исполнение которых обеспечены залогом имущества. Указанное обстоятельство позволяет квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.   

Заявитель считает, что суды не приняли во внимание доказательства наличия у должника перед кредиторами задолженности на момент совершения сделки. Таким образом, у должника имелись признаки неплатежеспособности, предусмотренные пунктом 3 статьи 213.6 Закон о банкротстве. 

Как полагает финансовый управляющий, суды не учли довод о злоупотреблении правом со стороны заинтересованного по отношению к должнику лица при заключении брачного договора. Бывшая супруга должника не могла не знать о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем нарушения принципа равноценности долей в имуществе, нажитом в период брака. 

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

            Законность определения Арбитражного суда Ивановской области от 09.05.2023 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам, изложенным в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела и установили суды, ФИО1 и ФИО5 с 30.06.2007 состояли в зарегистрированном браке, который расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 4 Кинешемского нотариального округа Ивановской области от 27.07.2018.

Супруги 11.06.2016 заключили брачный договор, удостоверенный нотариусом Кинешемского нотариального округа Ивановской области ФИО6 и зарегистрированный в реестре под номером 2-1476, бланк 37 АА № 0850190. 

В пункте 2 брачного договора стороны определили, что в случае расторжения брака супругами по взаимному согласию на все нажитое в период брака имущество сохраняется правовой режим (общей совместной собственности или собственности одного из супругов), действующий в отношении соответствующего имущества в период брака.

Пунктом 3 брачного договора супруги установили раздельный режим собственности на следующее имущество: квартиру, находящуюся по адресу 

<

...>, состоящую из трех комнат общей площадью 50,1 квадратного метра, расположенную на первом этаже двухэтажного кирпично-бревенчатого жилого дома, которая принадлежит ФИО1 на основании договора купли-продажи квартиры от 27.10.2009, зарегистрированного в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 24.11.2009. Указанная квартира переходит в личную собственность ФИО4.

Арбитражный суд Ивановской области определением от 29.04.2021 возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1; определением от 24.11.2021 ввел процедуру реструктуризации долгов; решением от 17.05.2022 признал  ФИО1 несостоятельным (банкротом), открыл процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансовым управляющим ФИО2

Полагая, что стороны при совершении сделки допустили злоупотребление правом, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации обратился в суд с соответствующим заявлением. 

Отказав в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 40, 44 Семейного кодекса Российской Федерации, статьей 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что брачный договор заключен должником за пределами трехгодичного периода подозрительности и не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок. 

Рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для отмены принятых судебных актов.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В подпункте 4 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными во втором абзаце пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Учитывая заключение брачного договора от 11.06.2016 более чем за три года до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника (29.04.2021), суды правомерно признали, что он не может быть оспорен как подозрительная сделка, однако может быть признан недействительным по общим основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности. При рассмотрении вопроса о мнимости сделки, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке.

            При этом отступление от законного режима совместной собственности супругов само по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении брачного договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.04.2019 № 309-ЭС19-3099).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций установили, что на момент заключения брачного договора от 11.06.2016 у должника не имелось обязательств перед кредиторами, срок исполнения которых был нарушен. Исходя из существа требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, задолженность ФИО1 начала формироваться не ранее 2018 года.

Вопреки доводам заявителя должник после заключения брачного договора продолжал исполнять обязательства перед АО КИБ «Евроальянс», возникшие на основании договора от 13.07.2015 № 14-ДКЛ/2015 об открытии  кредитной линии с лимитом выдачи на сумму 10 000 000 рублей. Последний платеж по кредитному договору произведен ФИО1 10.02.2020 на сумму 50 960 рублей 83 копейки.  

Как верно отметили суды, АО КИБ «Евроальянс», в свою очередь, осуществляло кредитование должника после совершения оспариваемой сделки путем заключения договоров от 29.08.2017 № 22-КДЛ/2017, от 24.09.2018 № 22-ДКЛ/2018. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что кредитная организация положительно оценивала финансовое состояние  ФИО1  

Проанализировав брачный договор, суды признали, что он заключен на обычных, характерных для таких правоотношений условиях, имеет своей целью урегулировать имущественные отношения супругов на период брака и на случай его расторжения и предупредить возможные финансовые риски обращения взыскания по личным обязательствам одного из супругов. 

Финансовый управляющий не представил доказательств наличия как пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в частности того, что при заключении брачного договора стороны злоупотребили правом, фактически осуществили вывод активов с целью не допустить обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами должника, так и умысла сторон на реализацию какой-либо противоправной цели. 

Вывод об отсутствии у брачного договора признаков мнимости сделан судом первой инстанции с учетом фактически наступивших правовых последствий в виде перехода права собственности на спорное имущество от должника к ФИО4

Довод заявителя о нарушении принципа равноценности долей в имуществе, нажитом супругами в период брака, является несостоятельным. Суд первой инстанции, установив, что на момент заключения брачного договора у ФИО1 имелось движимое и недвижимое имущество, не нашел оснований для признания способа распределения имущества между супругами в брачном договоре не соответствующим принципу равноценности долей.

При указанных обстоятельствах судебные инстанции пришли к верному выводу об отсутствии признаков недействительности сделки в виде причинения вреда кредиторам должника путем отчуждения имущества, на которое может быть обращено взыскание, и злоупотребления правом сторонами сделки. 

Суды правомерно отказали в признании брачного договора недействительным на основании статей 10, 168, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации пресекается возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения, однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не свидетельствует о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Признаки порочности оспариваемых сделок, на которые ссылается финансовый управляющий (безвозмездное отчуждение имущества в условиях неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица без равноценного встречного предоставления с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам должника), по существу, не выходят за рамки подозрительной сделки, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом оспариваемый договор заключен более чем за три года до даты принятия судом к производству заявления должника о банкротстве. Указанные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Доводы заявителя жалобы были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и оценкой судами предыдущих инстанций доказательств, то есть по существу направлены на их переоценку, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами первой и апелляционной инстанций полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушения норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлены.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы составляет 3000 рублей и расходы по ее уплате относятся на заявителя, которому при принятии жалобы к производству была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, поэтому последняя подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

 

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Ивановской области от 09.05.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 17.07.2023 по делу № А17-3638/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 – без удовлетворения.

            Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                         И.В. Чижов

 

Судья                                                                                                          Ю.Б. Белозерова

                                                                                                                      В.П. Прыткова