Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-4305/2024

г. Владивосток

15 сентября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 сентября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 сентября 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей К.П. Засорина, А.В. Ветошкевич,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-3750/2025

на определение от 09.07.2025

по делу № А59-4305/2024 Арбитражного суда Сахалинской области

по обособленному спору по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным договора дарения от 07.06.2023, заключенного между ФИО2 и ФИО3,

в рамках дела по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» к ФИО2 о признании её несостоятельной (банкротом),

при участии:

от ФИО3: представитель ФИО4 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 27.05.2025 сроком действия 2 года, паспорт,

от финансового управляющего ФИО1: представитель ФИО5 (в режиме веб-конференции) по доверенности от 25.06.2024 сроком действия 3 года, паспорт,

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее - ПАО «Сбербанк России», банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО2 (далее – должник) несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 15.10.2024 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

Решением суда от 17.02.2025 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) 15.05.2025 финансовый управляющий обратился в суд заявлением о признании недействительной сделкой договора дарения, заключенного между должником и ФИО3 07.06.2023, применении последствий недействительности в виде обязания ответчика вернуть в собственность должника земельный участок с кадастровым номером 65:25:0000006:113, расположенный по адресу: относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: Сахалинская область, р-н Южно-Курильский, пгт. Южно-Курильск, ул.Океанская, и жилой дом с кадастровым номером 65:25:0000005:181, расположенный по адресу: Сахалинская область, р-н Южно-Курильский, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская, д. 6а.

Определением суда от 09.07.2025  в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

По тексту апелляционной жалобы финансовый управляющий, ссылаясь на то, что ответчик, являясь братом ФИО2, располагал информацией о ее неплатежеспособности на дату совершения сделки. Отметил, что суд первой инстанции не принял во внимание длительное (с 2011 года) не оформление ответчиком права собственности на дом на свое имя. Полагал, что если бы ответчик действительно относился к своему дому, как к своему собственному, он бы не стал дожидаться неплатежеспособности должника. Считал, что оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов. Указал, что поскольку на дату ее совершения у должника имелись просроченные обязательства перед банком; ответчик знал о цели должника причинить вред кредиторам, ввиду безвозмездности сделки и аффилированности по отношению к должнику. Указал, что ответчик не доказал факт строительства спорного жилого дома за счет собственных средств. Полагал, что материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик осуществил строительство дома исключительно за свой счет.

Определением апелляционного суда от 30.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 08.09.2025.

До начала судебного заседания от ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором ответчик указал, что он является собственником спорного дома, ссылаясь при этом на приобретение им материалов для его строительства (подтверждается чеками, накладными, фотографиями дома), оплату аренды земельного участка, уплату налогов. Отметил, что причиной длительного не оформления недвижимости на свое имя являлась юридическая неграмотность. Указанный отзыв в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщен к материалам дела.

Представитель финансового управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судом установлено, что к отзыву ответчика приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Коллегия, совещаясь на месте, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, определила приобщить к материалам дела дополнительные доказательства, как представленные в опровержение правовой позиции по апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статей 121, 123, 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Коллегией из материалов дела усматривается, что между должником (даритель) и ФИО3 (одаряемый, ответчик) 07.06.2023 заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передает, а одаряемый принимает в дар земельный участок площадью 1 601 кв.м., расположенный по адресу: Сахалинская область, Южно-Курильский район, ул. Океанская, в границах плана (чертежа), со всеми постройками (далее – объекты недвижимости), расположенными на данном земельном участке, указанными в пункте 1.5 настоящего договора; кадастровый номер земельного участка: 656256000000:113 (далее – земельный участок).

По условиям пункта 1.2 договора дарения земельный участок, указанный в пункте 1.1 договора, расположен на землях населенного пункта и предоставлен для строительства и размещения двухэтажного четырехкомнатного жилого дома со встроенным гаражом.

Даритель передает земельный участок в состоянии, пригодном для его использования в соответствии с целевым назначение (пункт 1.4 договора дарения). На земельном участке, указанном в пункте 1.1 настоящего договора, размещены следующие объекты недвижимости: жилой дом с кадастровым номером 65:25:0000005:181, расположенный по адресу: Сахалинская область, р-н Южно-Курильский, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская, д. 6а (пункт 1.5 договора дарения, далее – жилой дом).

Согласно акту приемки передачи земельного участка с расположенным на нем жилым домом от 07.06.2023, даритель передал, а одаряемый принял земельный участок и жилой дом. Также даритель передал одаряемому техническую и иную документацию, необходимую для надлежащего владения и пользования имуществом. Указанный акт приобщен к материалам дела 14.05.2025.

Полагая, что оспариваемая сделка обладает признаками подозрительности, регламентированными пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), совершена с заинтересованным лицом, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, повлекшим уменьшение конкурсной массы,  финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Арбитражный суд Сахалинской области, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, исходил из недоказанности заявителем совершения оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. При этом суд первой принял во внимание, что строительство жилого дома на земельном участке  и закупка строительных материалов для его строительства производилась ответчиком. Кроме того, ответчик производил оплату арендной платы за земельный участок, уплату налогов (земельного налога и налога на имущество) и коммунальных платежей. С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к постановке вывода о том, что факт причинения вреда имущественным правам кредиторов финансовым управляющим не доказан.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, в пределах доводов апелляционной жалобы, коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по субъектному составу, исходя из следующего.

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона о банкротстве и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в пункте 1 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством РФ, процессуальным законодательством РФ и другими отраслями законодательства РФ, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как отмечено выше, в качестве основания оспаривания сделки финансовым управляющим указан пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка) установлена пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оспариваемая сделка (договор дарения от 07.06.2023) совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (12.08.2024), то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем при наличии предусмотренных законом условий данная сделка может быть признана недействительной по названному основанию.

Согласно пункту 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, приведенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258, квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Данная норма содержит указания на конкретные обстоятельства, при установлении которых сделка должника может быть признана арбитражным судом недействительной как подозрительная, что препятствует произвольному применению этих норм с целью обеспечения баланса экономических интересов кредиторов должника и иных его контрагентов, получивших исполнение.

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.).

Исходя из правовой позиции, сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Мотивируя заявление о признании договора дарения недействительной сделкой, финансовый управляющий ссылался на аффилированность сторон оспариваемой сделки, а также на причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку земельный участок и жилой дом переданы ответчику безвозмездно.

Действительно, материалы дела подтверждают, что ФИО2 является ФИО3 сестрой (сведения ЗАГС, том 1 л.д. 11-14).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка совершена между заинтересованными лицами в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве.

При этом действующее законодательство не содержит положений, запрещающих заключение сделок между аффилированными лицами, а сама по себе аффилированность лиц не является обстоятельством, свидетельствующим о несоответствии сделки закону, ее ничтожности или недействительности по иным основаниям, соответственно, не является достаточным основанием для вывода о мнимом характере сделки или ее совершении с целью вывода имущества, поскольку не исключает возможности вступления кредитора и должника в гражданские правоотношения, а лишь возлагает на указанных лиц обязанность подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение не противоречащей закону цели.

Оценивая возражения апеллянта в данной части, судебная коллегия не установила обстоятельств, свидетельствующих о совершении спорной сделки с целью причинения имущественного вреда кредиторам, поскольку фактически собственником спорного дома являлся ФИО3, который осуществлял закупку строительных материалов, строительство дома, получил разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, организовал проведение канализации, электричества, воды, проживал в спорном доме, оплачивал арендную плату за спорный земельный участок, покупал уголь, оплачивал коммунальные платежи за дом и иные расходы.

В подтверждение указанного, коллегией по материалам дела усматривается, что ответчик пояснил суду, что в 2006 году ФИО3 со своей сестрой ФИО2 договорились о строительстве жилого дома на двух хозяев в пгт. Южно-Курильск, в связи с чем ФИО2 обратилась в администрацию пгт. Южно-Курильск с заявлением о предоставлении земельного участка (отзыв ответчика, том 1 л.д. 18-19).

Пояснения ответчика соотносятся с постановлением главы администрации МО «Южно-Курильский городской округ» от 11.05.2007 (том 1 л.д. 25), на основании которого ФИО2 предоставлен в аренду земельный участок для строительства 2-х этажного четырехкомнатного жилого дома со встроенным гаражом по адресу: Сахалинская область, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская.

После получения земельного участка в аренду ФИО2 отказалась от участия в строительстве дома, предложив ФИО3 на предоставленном ей участке построить для себя дом самостоятельно. При этом должник и ответчик договорились, что в строительстве дома ФИО2 участия принимать не будет, все расходы, связанные со строительством, ремонтными работами, будет нести ФИО3 и после того, как ФИО2 выкупит земельный участок у Департамента по УМС МО «Южно-Курильский городской округ», она оформит договор дарения земельного участка и возведенного на нем дома на ФИО3 Приведенные обстоятельства усматриваются из отзывов должника и ответчика (том 1 л.д. 16-19).

В 2008 году ФИО3 начал строительство дома и закупил строительные материалы, что подтверждается:

- счетом на оплату от 09.04.2009 № ВЛД -7672 (том 1 л.д. 20) профиля стенового С-25 1А «Shake» (бежевый 1014) в количестве 389,880 кв.м. на сумму 89 672,40 руб.; профиля стенового С-13 «1А» (бежевый 1014) в количестве 70,20 кв.м. на сумму 15 851,16 руб. поставщик ЗАО «ИНСИ»; заказчик: ФИО3;

-спецификацией от 10.04.2009 (том 1 л.д. 21) на приобретение кровельного покрытия, элементов крепежа на сумму 124 200,50 руб.; дополнительной гидроизоляции, элементов крепежа на сумму 15 440 руб.; материалов да устройства «кровельного пирога» на сумму 21 091 руб.; декоративных изделий из оцинкованной стали с полимерным покрытием на сумму 8 576 руб.; исполнитель: ООО «Тегола-Восток»; заказчик: ФИО3;

- накладной от 23.04.2010 № 39 (том 1 л.д. 47) на приобретение кранов, термометра, сгонов, ниппелей, муфт, подмотки, радиаторов, кронштейнов для радиаторов, клапанов, переходников на общую сумму 82 041,05 руб.; поставщик: склад «Невская»; заказчик: ФИО3

После завершения строительства дома ответчиком получено разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 15.04.2011 № 65309000-32 (том 1 л.д. 26).

В 2011 году ответчиком на основании ордера, выданного Отделом архитектуры, строительства и строительного контроля администрации МО «Южно-Курильский городской округ», согласовано производство земляных работ (ордер № 38 от 14.09.2011, ответственным за производство работ указан ФИО3, том 1 л.д. 28) и проведены канализация, электричество, вода.

По материалам дела судом первой инстанции установлено, что ответчик с 2011 года по настоящее время проживает в спорном доме со своей семьей.

Как верно отмечено судом первой инстанции, с даты получения ФИО2 земельного участка в аренду фактическим собственником земельного участка и возведенного на нем дома являлся ФИО3

Приведенное обстоятельство подтверждено материалами дела, в частности договором № 26 на оказание услуг по сбору, вывозу и размещению твердых коммунальных отходов от 01.01.2018, заключенным ответчиком (том 1 л.д. 36); счетом на оплату № 319 от 18.09.2018, где покупателем указан ответчик (том 1 л.д. 37); товарным чеком от 01.02.2017 на приобретение мусорного бака (том 1 л.д. 37); товарным чеком от 16.01.2015 на приобретение фасада, оплаченный ответчиком (том 1 л.д. 49); актами приемки и ввода прибора учета в эксплуатацию от 01.04.2014, 28.10.2020, 17.03.2021 (том 1 л.д. 33-35); проектно-сметной спецификацией № 1 к договору В 71-18 от 23.04.2018 (том 1 л.д. 39-40) на изготовление кухонного гарнитура, где в качестве заказчика указана ФИО6 -супруга ответчика (подтверждено свидетельством о заключении брака 

<

...>, том 1 л.д. 53); кассовыми чеками об оплате коммунальных услуг (за водоснабжение, теплоснабжение, вывоз ТБО) от 09.02.2022, 05.03.2022, 08.02.2023, плательщиком которых являлась супруга ответчика (том 1 л.д. 44-46); накладной от 04.02.2025 № 3 о приобретении угля, покупатель: ФИО3 (том 1 л.д. 38); сведениями о приобретении литературной подписки супругой ответчика по адресу: Сахалинская область, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская, д. 6 «А», за 2016-2017 годы (том 1 л.д. 42-43); сведениями из Центра лицензионно-разрешительной работы Управления Росгвардии по Сахалинской области о том, что регистрационные действия оружия, принадлежащего ФИО3, в период с 2014 по 2024 годы проходили по адресу: Сахалинская область, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская, д. 6 «А» (том 1 л.д.41).

Указанные доказательства признаны надлежащими доказательствами по делу, участвующими в деле лицами (в том числе и финансовым управляющим) не опровергнуты, не оспорены, о фальсификации названных документов в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено.

С учетом изложенного, доводы апеллянта о том, что ответчик не являлся собственником спорного жилого дома и ответчик не доказал факт его строительства за счет собственных средств, опровергаются материалами дела, носят предположительный характер и отклоняются коллегией в связи с необоснованностью.

Помимо указанного, материалы дела подтверждают факт проживания и пользования ответчика спорным жилым домом. Так ФИО3 производил уплату земельного налога и налога на имущество (налоговое уведомление, том 1 л.д. 68-69); лично оплачивал арендную плату за земельный участок путем перечисления денежных средств на счет Департамента УМС МО «Южно-Курильский городской округ» (чеки от 04.05.2023 на суммы: 13 306,36 руб., 14 200,90 руб., всего на 27 233,92 руб. за 2022 год, том 1 л.д. 50-52). Приведенное обстоятельство соотносится с заявлением Департамента по управлению муниципальной собственностью Южно-Курильского муниципального округа Сахалинской области о включении в реестр требований ФИО2 требований в размере 916 029,90 руб., в состав которых задолженность по спорному земельному участку не вошла.

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что фактическим собственником оспариваемого имущества с 2007 года по настоящее время является ФИО3, который владеет, пользуется земельным участком и жилым домом.

При этом согласно адресной справки № 58/8855 от 29.05.2025, представленной органом миграции по запросу суда первой инстанции (том 1 л.д. 14), ФИО2 с 04.02.2010 зарегистрирована по адресу: Сахалинская область, Южно-Курильский р-н, пгт. Южно-Курильск, ул. Мира, д. 3, кв. 2, а ФИО3 с 20.04.2016 по настоящее время зарегистрирован по месту жительства по адресу: пгт. Южно-Курильск, Южно-Курильский р-н, ул. Океанская, д. 6А. Приведенное обстоятельство соотносится с выпиской из домовой книги от 22.05.2025, выданной МО Южно-Курильский ГО «ЖКХ» Универсал», согласно которой ответчик зарегистрирован по адресу 

<

...>, с 20.04.2016 по настоящее время (том 1 л.д. 67).

Также между Департаментом по УМС МО «Южно-Сахалинский городской округ» (продавец) и ФИО2 (покупатель) 10.05.2023 заключен договор купли-продажи оспариваемого земельного участка № 22-2023 (том 1 л.д. 29-30).

Согласно пункту 1.1 договора продавец обязуется передать по акту приема-передачи в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить по цене и на условиях настоящего договора земельный участок из земель населенных пунктов с кадастровым номером 65:25:0000006:113, общей площадью 1 601 кв.м., расположенный по адресу: Российская Федерации, Сахалинская область, Южно-Курильский р-н, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская, вид разрешенного использования – для строительства и размещения 2-х этажного четырехкомнатного жилого дома со встроенным гаражом.

На участке имеется жилой дом, площадью 334,5 кв.м., кадастровый номер 65:25:0000005:181, расположенный по адресу: Российская Федерации, Сахалинская область, Южно-Курильский р-н, пгт. Южно-Курильск, ул. Океанская, принадлежащий покупателю на праве собственности, о чем в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним 28.06.2011 сделана запись регистрации № 65-25-01/015/2011-844 (пункт 1.2 договора).

В соответствии с разделом 2 договора кадастровая стоимость земельного участка составляет 1 339 176,40 руб.; цена продаваемого земельного участка определена в соответствии с Законом Сахалинской области от 19.03.2013 № 16-ЗО в следующем размере 1 339 076,40 руб. (Кс) х 0,03 (К) = 40 172,29 руб.

Земельный участок передан должнику по акту приема-передачи от 25.05.2023, в котором указано, что расчеты по договору произведены полностью, имеется ссылка на квитанцию от 25.05.2023 № операции 5907 (том 1 л.д.31).

Оплату по вышеуказанному договору произвел ФИО3 по чеку-ордеру от 25.05.2023, что также подтверждается справкой, выданной Департаментом УМС МО «Южно-Курильский городской округ» от 30.05.2025 № 620 (том 1 л.д.32).

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что, совершая сделку по дарению имущества в пользу своего брата ФИО3, должник действовал добросовестно, с целью приведения в соответствие фактического пользования и распоряжения имуществом со стороны брата с момента получения земельного участка в аренду в 2006 году, формально-юридическому оформлению владением. Указанная сделка является реальной, желаемые правовые последствия наступили, действия должника и ответчика не выходили за рамки обычных семейных отношений, в силу чего оформление дарения от близкого родственника (брата) имущества, которое уже находилось в пользовании ответчика и было создано за счет ответчика, не могло свидетельствовать о порочности сделки с целью причинения вреда кредиторам, и не свидетельствует о наличии недобросовестных мотивов со стороны должника и ответчика с целью причинения вреда кредиторам.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

При этом в ходе оценки достаточности предоставленных доказательств должно учитываться, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений (определение Верховного Суда РФ от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978).

Кроме того, следует учитывать, что в исключительных ситуациях применим наиболее высокий стандарт доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений), когда основания для повышения стандарта доказывания до уровня «ясные и убедительные доказательства» дополняются еще и тем, что кредитор аффилирован (формально-юридически или фактически) с должником, а противостоящим им в правоотношении субъект оборота в связи с этим не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки.

По существу правовая позиция финансового управляющего основана на критической оценке представленных ФИО3 доказательств, направленных на доказывание факта покупки материалов и строительства им спорного жилого дома, факта владения, пользования спорными объектами, а также несения расходов по их содержанию, однако это не снимает обязанности по представлению опровергающих доводы указанного лица доказательств; суд не вправе нарушить принципы состязательности и процессуального равноправия сторон и возложить исключительно на ответчика чрезмерное бремя доказывания, тем самым полностью освободив конкурсного управляющего от необходимости обосновать свою позицию по делу.

Вопрос о наличии (отсутствии) признаков неплатежеспособности в рассматриваемом случае, с учетом недоказанности совокупности иных условий для признания сделки недействительной, не является существенным обстоятельством для рассмотрения настоящего спора, в связи с чем не подлежит проверке коллегией.

Довод апеллянта о длительном бездействии ответчика по оформлению имущества в свою собственность опровергается пояснениями ФИО3, а также проектом постановления Администрации МО «Южно-Курильский городской округ» от 04.04.2012            № 213. Ответчик пояснил, что ФИО2 обращалась с заявлением в орган местного самоуправления с целью перерегистрации договора аренды на ответчика, однако ей было отказано. При этом о возможности оформления дома в собственность ответчика при наличии договора аренды, заключенного с должником, ФИО3 в силу своей неграмотности не знал, как и не был осведомлен о возможности дарения арендованного земельного участка.

Более того, поскольку ФИО2 не участвовала в строительстве жилого дома, расходы по оплате арендных платежей за спорный земельный участок не несла, имущественная масса должника не пострадала, следовательно, отсутствует квалифицирующий признак - причинение вреда кредиторам.

При этом, отклоняя аргументы финансового управляющего, суд первой инстанции обоснованно указал, что на дату совершения оспариваемой сделки зарегистрировано следующее имущество: жилой дом (доля в праве 1/4), площадью 33,3 кв.м., кадастровый номер 48:13:1200223:103 (дата регистрации прекращения права 29.03.2023); объект незавершённого строительства, площадью 303,8 кв.м., кадастровый номер 65:25:0000008:943 (дата регистрации прекращения права 09.08.2023); здание жилое, площадью 13,3 кв.м., кадастровый номер 65:25:0000011:852 (в собственности до настоящего времени); здание жилое, площадью 39 кв.м., кадастровый номер 65:25:0000011:831 (в собственности до настоящего времени); здание жилое, площадью 86,5 кв.м., кадастровый номер 65:25:0000008:446 (в собственности до настоящего времени, в залоге у общества с ограниченной ответственностью «Микрокредитная компания Интернет кредит»); земельный участок, площадью 404+/-176, кадастровый номер 65:25:0000011:513 (в собственности до настоящего времени); земельный участок, площадью 448+/-185, кадастровый номер 65:25:0000011:116 (в собственности до настоящего времени); здание нежилое, площадью 73,1, кадастровый номер 65:25:0000007:528 (в собственности до настоящего времени). Названные обстоятельства свидетельствуют о том, что возможность пополнения конкурсной массы не исчерпана.

Принимая во внимание отсутствие доказательств, позволяющих усомниться в том, что ответчик осуществил строительство дома и является фактическим собственником спорного недвижимого имущества (жилого дома и земельного участка), учитывая оплату ответчиком коммунальных платежей, арендной платы, уплату имущественных налогов за спорные объекты, учитывая, что само по себе наличие просроченной задолженности перед кредиторами и аффилированность сторон сделки, на основании чего основаны требования финансового управляющего, не влечет недействительности сделки, коллегия приходит к выводу о недоказанности совокупности условий, необходимых для признания спорных перечислений недействительными применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так как в признании сделки должника недействительной отказано, отсутствуют основания для применения последствий ее недействительности в порядке пунктов 1, 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Разрешая спор, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции, не опровергают выводов суда, а сводятся к несогласию подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Учитывая предоставление финансовому управляющему отсрочки по уплате государственной пошлины до рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции и результат рассмотрения апелляционной жалобы, с финансового управляющего ФИО1 за счет конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета надлежит взыскать 10 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 09.07.2025 по делу №А59-4305/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с финансового управляющего ФИО1 за счет конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Председательствующий

М.Н. Гарбуз

Судьи

К.П. Засорин

А.В. Ветошкевич