АРБИТРАЖНЫЙ  СУД   

  ЦЕНТРАЛЬНОГО  ОКРУГА

 

  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

         кассационной инстанции по проверке законности

         и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

     вступивших в законную силу

Дело  № А83-16725/2018

г. Калуга

19 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11.07.2024

Постановление в полном объеме изготовлено 19.07.2024

 

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

 

Председательствующего                              Ахромкиной Т.Ф.

Судей                                                             Андреева А.В.

                                                                       Ипатова А.Н.,

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дебрянской С.А.,

при участии в заседании:

 

от конкурсного управляющего ООО «Южный бастион» ФИО1:

от ФИО2:

 

от ФИО3:

 

от АКБ «Пересвет» (ПАО):

 

от иных лиц, участвующих в деле:

 

ФИО4 – представитель по доверенности от 10.01.2024;

ФИО2 – паспорт гражданина РФ;

ФИО3 – паспорт гражданина РФ;

ФИО5 – представитель  по доверенности от 15.11.2023 №276/19-03-23;

не явились, извещены надлежаще.

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Двадцать первого арбитражного апелляционного суда кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Южный бастион» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Крым от 29.08.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А83-16725/2018, 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Южный бастион» (далее – ООО «Южный бастион», должник) конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего генерального директора ФИО2 и бывшего участника общества ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 29.08.2023 (судья Белоус М.А., оставленным без изменения постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 (судьи: Вахитов Р.С., Калашникова К.Г., Оликова Л.Н.), в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Южный бастион» ФИО1 отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд  Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Крым от 29.08.2023 и постановление Двадцать первого Арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым привлечь бывшего генерального директора ООО «Южный бастион» ФИО2 и бывшего участника общества ФИО6 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Южный бастион».

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на то, что единственной крупной операцией по счетам ООО «Южный бастион» было получение кредитных средств от АКБ «Пересвет» (ПАО) и перечисление указанных средств в пользу ООО «ПКП «Стройнорма» по договору поставки от 25.12.2015 № 4/2015, что указанная сделка нанесла существенный вред интересам кредиторов и должника, вызвала у ООО «Южный бастион» состояние неплатежеспособности и лишило должника экономических перспектив. По мнению кассатора, контролирующие должника лица, а именно генеральный директор ООО «Южный бастион» ФИО2 и бывший участник общества ФИО7 своими действиями привели общество к неплатежеспособности, что привело к банкротству. 

АКБ «Пересвет» (ПАО) в отзыве на кассационную жалобу просит отменить определение Арбитражного суда Республики Крым от 29.08.2023 и постановление Двадцать первого Арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023.

ФИО7, ФИО2 в отзывах на кассационную жалобу просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ООО «Южный бастион» ФИО1 и АКБ «Пересвет» (ПАО) поддержали доводы кассационной жалобы.

ФИО3 и ФИО2 возражали против отмены обжалуемых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе путем размещения информации в Картотеке арбитражных дел, в суд округа не явились. Дело рассмотрено в порядке статьи 284 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, судебная коллегия кассационной инстанции находит определение Арбитражного суда Республики Крым от 29.08.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023  подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в связи со следующим.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением,  конкурсный управляющий ссылался на то, что 25.12.2015 между ООО «ПКП «Стройнорма», и ООО «Южный бастион» был заключен договор поставки, по которому ООО «ПКП «Стройнорма» (Поставщик) обязался поставить в адрес ООО «Южный бастион» (Покупатель) товар в соответствии со спецификациями, а покупатель - принять и оплатить поставленный товар. 

29.12.2015 между Акционерным коммерческим банком содействия благотворительности и явному развитию Отечества «ПЕРЕСВЕТ» (Акционерное общество) (АКБ «Пересвет» АО) и ООО «Южный бастион» заключен кредитный договор 

<

***> (кредитная линия).

Согласно пункту 1.1. данного договора Банк обязался открыть Заемщику возобновляемую кредитную линию с лимитом выдачи (кредитования) в размере 60 000 000 руб., а Заемщик обязался возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование Кредитом в размере, в сроки и на условиях указанного договора (пункт 1.2). 

По данному кредитному договору денежные средства в сумме 60 000 000 руб. были предоставлены Заемщику, что подтверждается банковским ордером № 430 от 29.12.2015.

29.12.2015 денежные средства в размере 60 000 000 руб. были списаны со счета ООО «Южный бастион» и перечислены в ООО «ПКП «Стройнорма», назначение платежа «Оплата за оборудование по договору поставки оборудования № 4/2015 от 25.12.2015 г.». 

Однако, в дальнейшем, конкурсным управляющим после проведения инвентаризации имущества должника не было выявлено у ООО «Южный бастион» никаких материальных активов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая, что единственной крупной операцией по счетам ООО «Южный бастион» было получение кредитных средств от АКБ «Пересвет» (ПАО) и перечисление указанных средств в пользу ООО «ПКП «Стройнорма», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что заключенная сделка - договор поставки от 25.12.2015 № 4/2015 нанесла существенный вред интересам кредиторов и должника, вызвала у ООО «Южный бастион» состояние неплатежеспособности и лишило должника экономических перспектив.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве) (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)).

Судами установлено, что руководителями ООО «Южный бастион» являлись: ФИО2 в период с 13.08.2015 по 18.02.2016; ФИО8 в период с 18.02.2016 по 02.03.2017.

В период с 24.12.2015 по 19.04.2018 участниками должника были: ФИО2 (доля 9,5%), ФИО6 (доля 90,5%).

Установив, что на момент заключения сделок (кредитного договора и договора поставки) единоличным исполнительным органом должника (генеральным директором) являлся ФИО2, а ФИО7 являлась мажоритарным участником ООО «Южный бастион» с долей участия в уставном капитале общества в размере 90,5%, суды пришли к выводу, что ответчики являлись контролирующими должника лицами.

В качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал сделку по получению кредита и направление кредитных средств ООО «ПКП «Стройнорма».

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, суды указали, что в материалы дела не представлено достаточных и допустимых доказательств, подтверждающих, что ею были совершены действия, которые привели к объективному банкротству ООО «Южный бастион».

При этом суды исходили из того, что участниками ООО «Южный бастион», в том числе ФИО9, на собрании участников общества было единогласно одобрено решение о заключении крупной сделки - кредитного договора с АО «АКБ «Пересвет».

Вместе с тем, заключенный с ООО «ПКП «Стройнорма» договор поставки на рассмотрение собрания участников не выносился, относительно его одобрения/неодобрения голосование не проводилось. Каких-либо доказательств совершения со стороны ФИО7 действий, направленных на причинение вреда ООО «Южный бастион», а равно незаконного с ее стороны бездействия, сторонами не представлено.

Кроме того, решение о принятии ФИО7 в ООО «Южный бастион» было принято единоличным участником ФИО2 18.12.2015, при этом заявка на получении кредита в АО «АКБ «Пересвет» была направлена уже 29.12.2015, договор поставки с ООО «ПКП «Стройнорма» был заключен 25.12.2015.

Делая вывод об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, суды указали на то, что на момент подписания документов, подтверждающих надлежащее исполнение ООО «ПКП «Стройнорма» обязательств по поставке товара, ФИО2 прекратил свой статус контролирующего должника лица и не мог оказать существенного влияния на дальнейшую судьбу сделки. 

Данный вывод суды сделали исходя из того, что 18.02.2016 в ЕГРЮЛ была внесена запись № 2169102088362, согласно которой обязанности единоличного исполнительного органа должника были возложены на ФИО8, ФИО2 был освобожден от таких обязанностей.

ФИО8 подписана счет-фактура от 15.02.2016 № 1, товарная накладная от 15.02.2016 № 7, дополнительное соглашение № 2 от 19.04.2016, счет-фактура № 9 от 19.05.2016, товарная накладная № 9 от 19.05.2016.

Судебная коллегия кассационной инстанции не может согласиться с выводами судов, считая их недостаточно обоснованными, в связи со следующим.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом в абзаце 4 пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

В рассматриваемом случае определением Арбитражного суда Республики Крым от 06.05.2022, оставленным без изменения постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2022, сделка по перечислению денежных средств в пользу ООО «ПКП «Стройнорма» от 29.12.2015 в размере 60 000 000 руб. была признана недействительной. В указанном определении суд пришел к выводу, что такая сделка была осуществлена в отношении заинтересованного лица и без встречного предоставления, то есть, безвозмездно. 

При этом указали, что заключенная сделка - договор поставки от 25.12.2015 № 4/2015 нанесла существенный вред интересам кредиторов и должника, вызвала у ООО «Южный бастион» состояние неплатежеспособности.

Таким образом, судами установлены причины и период объективного банкротства должника. 

При этом, делая вывод о том, что ФИО7 не может быть привлечена к субсидиарной ответственности, поскольку в материалы дела не представлено доказательств совершения ею действий, которые привели к объективному банкротству ООО «Южный бастион», суды не учли, что к банкротству могут привести не только действия участника, но и его бездействие в отношении общества, участником которого он является. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В настоящем случае судами не дано оценки тому обстоятельству, что ФИО7, зная о получении обществом кредита на сумму 60 000 000 руб., являясь мажоритарным участником ООО «Южный бастион» и имея реальную возможность влиять на его хозяйственно-экономическую деятельность посредством одобрения (неодобрения) сделок, заменой руководства общества и т.д., не предпринимала никаких мер к контролю за расходованием указанных денежных средств, за погашением задолженности перед банком. 

Кроме того, ответчиками не представлено разумного экономического обоснования отчуждения ФИО2 в пользу ФИО10 (Гайдаш) О.А мажоритарной доли участия в ООО «Южный бастион» за несколько дней до заключения кредитного договора.

Доводы ФИО7, заявленные ею в ходе судебного заседания суда округа, о том, что причиной вхождения в состав учредителей общества было то, что она видела перспективы в ООО «Южный бастион», несостоятельны, поскольку практически сразу после вхождения в состав участников должника ответчик устранилась от контроля за ним.

Для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которой является субсидиарная ответственность, заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Как следует из подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8), от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), при установлении обстоятельств того, повлекло ли поведения ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное, банкротное состояние; 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Судами установлено, что неплатежеспособность должника была вызвана не заключением кредитного договора с АО «АБК «Пересвет», а ненадлежащим исполнением ООО «ПКП «Стройнорма» обязательств по договору поставки.

При этом отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, суды указали на то, что исполнение по договору поставки товара должно было начаться в период руководства должником нового директора - ФИО8.

Вместе с тем, вопрос о привлечении ФИО8 к участию в деле в качестве ответчика судом на обсуждение участников процесса не ставился.

Позиция судов сделана без учета разъяснений, содержащихся в пункте 22 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причиненного им вреда. При невозможности определения размера причиненного вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определен пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

Судами не дано надлежащей оценки тому обстоятельству, что кредитный договор с АО «АБК «Пересвет» был подписан ФИО2 При этом Технико-экономическое обоснование проекта компании ООО «Южный бастион»,  представленное Банку в качестве обоснования необходимости получения кредита и возможности исполнения обязательств заемщиком, утверждено ФИО2, в связи с чем он не мог не знать, что в указанном обосновании  изготовителем и поставщиком закупаемой продукции указано ЗАО «Взлет» (г. С.Петербург), тогда как на момент заключения кредитного договора должником уже был заключен договор поставки ООО «ПКП «Стройнорма».

Вопрос о том, кто подготовил экономическое обоснование для Банка, каковы причины указания в обосновании, представленном в Банк, ЗАО «Взлет» (г. С.Петербург) как изготовителя и поставщика закупаемой продукции, при условии, что до заключения кредитного договора ООО «Южный бастион» договор поставки был заключен с ООО «ПКП «Стройнорма», судами не исследовался. 

Кроме того, судами не исследовался вопрос о том, какие действия были совершены ФИО2, как руководителем должника, для проверки экономической состоятельности и способности реально выполнить свои обязательства со стороны ООО «ПКП «Стройнорма», зарегистрированного в качестве юридического лица 06.04.2015, до вступления с указанным обществом в гражданско-правовые отношения и перечисления ему 60 млн.руб.

Однако, данные обстоятельства являются существенными для правильного разрешения спора, поскольку суды пришли к выводу о том, что ключевым фактором, приведшим к экономическому коллапсу ООО «Южный бастион» стало заключение договора поставки с ООО «ПКП «Стройнорма» и оплата по нему денежных средств. При этом указанные действия были осуществлены должником в период руководства ФИО2

В силу изложенного, принятые по делу судебные акты не отвечают требованиям законности и обоснованности, в связи с чем подлежат отмене.

Поскольку у суда кассационной инстанции в силу положений главы 35 АПК РФ отсутствуют полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела, в связи с чем дело подлежит направлению в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть указанные обстоятельства, дать оценку доводам участников процесса с учетом фактических обстоятельств дела, принять  законный, обоснованный и мотивированный судебный акт. 

Доводы ФИО2 о том, что, осуществляя руководством должником, он фактически выполнял указания ФИО11, то есть был номинальным директором, по внимание не принимаются.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Руководствуясь статьями 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

 

                                                             ПОСТАНОВИЛ: 

 

определение Арбитражного суда Республики Крым от 29.08.2023 и постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 по делу № А83-16725/2018 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Крым. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                   Т.Ф. Ахромкина

 

Судьи                                                                                                 А.В. Андреев 

 

                                                                                                            А.Н. Ипатов