АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3743/2024

г. Петропавловск-Камчатский

20 января 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 января 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 20 января 2025 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску Дальневосточного межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (ИНН 

<

***>, ОГРН

<

***>)

к акционерному обществу «Камчатские электрические сети им. И.А. Пискунова» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Октябрьское городское поселение в лице администрации Октябрьского городского поселения Усть-Большерецкого муниципального района Камчатского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании 107 766 руб.,

при участии:

от истца: не явились,

от ответчика: ФИО1 – представитель по доверенности от 14.02.2024 (сроком на 1 год), диплом № 8361, ФИО2 – представитель по доверенности от 15.02.2024 (сроком на 1 год), диплом № 696,

от третьего лица: не явились,

установил:

Дальневосточное межрегиональное управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – истец, Управление, адрес: 690091, 

<

...>) обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу «Камчатские электрические сети им. И.А. Пискунова» (далее – ответчик, Общество, адрес: 683031, 

<

...>) о взыскании 107 766 руб. в счет возмещения вреда, причиненного почвам. 

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 1, 3, 5, 34, 51, 77, 78 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон об охране окружающей среды), статьи 11, 13.4 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее – Закон № 89-ФЗ) и мотивированы причинением ответчиком вреда почвам вследствие захламления арендуемого земельного участка отходами производства и потребления.

В направленном суду отзыве на иск ответчик указывает на необоснованность предъявленных к нему требований, утверждая, что несанкционированная свалка находится за пределами земельного участка, арендованного ответчиком, на землях, принадлежащих муниципальному образованию – Октябрьскому городскому поселению, которое, в свою очередь, уже приняло меры к ликвидации свалки. 

Определением суда от 30.09.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Октябрьское городское поселение в лице администрации Октябрьского городского поселения Усть-Большерецкого муниципального района Камчатского края (далее – третье лицо, администрация Октябрьского ГП), которое в письменном мнение по существу спора подтвердило факт ликвидации спорной свалки и обратило внимание на обязанность пользователей земельных участков нести бремя содержания прилегающих территорий. 

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проводилось в отсутствие истца и третьего лица, извещенных о месте и времени его проведения надлежащим образом по правилам статей 121-123 АПК РФ и не явившихся в суд.

Выслушав в судебном заседании доводы представителей ответчика, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, на основании приказа от 22.04.2024 № 1120 с целью проверки информации, полученной из средств массовой информации, о разливе нефтепродуктов в устьевой зоне реки Большая в районе поселка Октябрьский Усть-Большерецкого района Камчатского края Управлением проведено выездное обследование указанной территории, в ходе которого выявлена свалка отходов производства и потребления (отработанные автомобильные покрышки, остовы 2 легковых автомобилей, полиэтиленовые бутылки, стеклотара, пластиковые канистры из-под автомобильного масла, куски пенопласта, обрывки рыболовных сетей, отходы одежды и прочие текстильных изделий и др.).

Согласно протоколу осмотра от 23.04.2024 № 1120 и акту выездного обследования от 23.04.2024 № 17-10/2024 свалка выявлена в районе улицы Цепляева поселка Октябрьский в 103 метрах от уреза воды Охотского моря напротив пожарной части в непосредственной близости от мачты ветрогенератора (7 м) в средних географических координатах 52°39'30,34" СШ 156° 14'36,31" ВД. 

Как указывает истец, путем наложения зафиксированных в ходе выездного обследования географических координат на Публичную кадастровую карту Росреестра установлено, что часть географических координат свалки расположена в границах земельного участка 41:08:0010110:146, арендуемого ответчиком, и прилегающего к нему смежного земельного участка. Площадь загрязненного отходами земельного участка, арендуемого ответчиком,  составила 50,8 кв.м.

По итогам обследования Обществу выдано предостережение от 26.04.2024 № 17-36/2024-П о недопустимости нарушения обязательных требований, а также требование от 27.04.2024 № 17/5851 о возмещении вреда, причиненного в результате порчи почв при перекрытии поверхности почвы отходами производства и потребления, размер которого рассчитан Управлением в сумме 107 766,60 руб. в соответствии с Методикой, утвержденной приказом Минприроды России от 08.07.2010 № 238.

Общество с предъявленным требованием не согласилось, направило возражения от 24.05.2024 № 339, в котором указало, что вывод уполномоченного органа о нахождении свалки на границах земельного участка, арендованного Обществом, не соответствует действительности, поскольку правильным местом расположения свалки следует считать земли Октябрьского городского поселения, смежные по отношению к земельному участку с кадастровым номером 41:08:0010110:146.

Поскольку в досудебном порядке спор урегулировать не удалось, истец обратился с рассматриваемым иском в суд.

Частью 1 статьи 2 Закона об охране окружающей среды предусмотрено, что данный нормативный правовой акт регулирует отношения в сфере взаимодействия общества и природы, возникающие при осуществлении хозяйственной и иной деятельности, связанной с воздействием на природную среду как важнейшую составляющую окружающей среды, являющуюся основой жизни на Земле, в пределах территории Российской Федерации, а также на континентальном шельфе и в исключительной экономической зоне Российской Федерации. Законодательство в области охраны окружающей среды основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из названного Закона, других федеральных законов, а также принимаемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

Согласно статье 3 Закона об охране окружающей среды хозяйственная и иная деятельность органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться, в том числе, на основе принципов платности природопользования и ответственности за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды.

Объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и (или) иной деятельности являются компоненты природной среды, природные объекты и природные комплексы (статья 4 Закона об охране окружающей среды). 

Компонентами природной среды в силу статьи 1 вышеуказанного закона являются земля, недра, почвы, поверхностные и подземные воды, атмосферный воздух, растительный, животный мир и иные организмы, а также озоновый слой атмосферы и околоземное космическое пространство, обеспечивающие в совокупности благоприятные условия для существования жизни на Земле.

К видам негативного воздействия на окружающую среду относится, в том числе, хранение, захоронение отходов производства и потребления (размещение отходов), складирование побочных продуктов производства, признанных отходами в соответствии с пунктом 8 статьи 51.1 настоящего Федерального закона (абзац третий части 1 статьи 16 Закона об охране окружающей среды).

Требования в области охраны окружающей среды при обращении с отходами производства и потребления установлены в статье 51 Закона об охране окружающей среды, где указано, что отходы производства и потребления, радиоактивные отходы подлежат сбору, накоплению, утилизации, обезвреживанию, транспортировке, хранению и захоронению, условия и способы которых должны быть безопасными для окружающей среды и регулироваться законодательством Российской Федерации. Запрещается сброс отходов производства и потребления, в том числе радиоактивных отходов, в поверхностные и подземные водные объекты, на водосборные площади, в недра и на почву (абзац первый части 2 статьи 51 Закона об охране окружающей среды).

Отношения в области обращения с отходами производства и потребления регулируются соответствующим законодательством Российской Федерации, в том числе Законом № 89-ФЗ. Юридические лица и индивидуальные предприниматели при эксплуатации зданий, сооружений и иных объектов, связанной с обращением с отходами, обязаны соблюдать федеральные нормы и правила и иные требования в области обращения с отходами (пункт 2 статьи 11 Закона № 89-ФЗ).

Из пункта 1 статьи 13 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ) следует, что охрана земель представляет собой деятельность органов государственной власти, органов местного самоуправления, юридических и физических лиц, направленную на сохранение земли как важнейшего компонента окружающей среды и природного ресурса.

В соответствии со статьей 42 ЗК РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту, осуществлять мероприятия по охране земель, лесов, водных объектов и других природных ресурсов, в том числе меры пожарной безопасности, не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы.

Юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством (пункт 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды).

Непривлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не исключает возможности возложения на него обязанности по возмещению вреда окружающей среде. Равным образом привлечение лица к административной, уголовной или дисциплинарной ответственности не является основанием для освобождения лица от обязанности устранить допущенное нарушение и возместить причиненный им вред (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее – Постановление № 49)).

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном статьями 15, 1064 ГК РФ. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу статьи 1064 ГК РФ для применения такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение вреда необходимо доказать одновременное наличие нескольких условий: факт причинения вреда и его размер, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, его вину, причинно-следственную связь между противоправным деянием и возникшим ущербом. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается. При этом вина причинителя вреда презюмируется.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 6 Постановления № 49, основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

Таким образом, по смыслу статьей 15, 1064 ГК РФ во взаимосвязи с положениями статьи 77 Закона об охране окружающей среды и разъяснениями, приведенными в пункте 7 Постановления № 49, лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом. 

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности условий деликтной ответственности. При этом недоказанность хотя бы одного обстоятельства является основанием для отказа в иске. 

В соответствии с положениями статей 65, 67, 68 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылаются участники арбитражного процесса, подлежат доказыванию надлежащими с точки зрения закона и относимыми к спорным правоотношениям доказательствами. Имеющиеся в деле доказательства суд оценивает во взаимосвязи и совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании (статья 71 АПК РФ).

Истец утверждает, что ответчиком допущено нарушение требований законодательства об охране окружающей среды, выраженное в размещении отходов производства на арендуемом земельном участке с нарушением правил размещения отходов производства (перекрытие отходами производства и потребления части арендуемого земельного участка). 

Не оспаривая факта аренды земельного участка с кадастровым номером 41:08:0010110:146, ответчик, в то же время, указывает на необоснованность утверждения истца о том, что выявленная свалка в какой-либо части находилась в пределах арендуемого Обществом земельного участка.

Изучив доводы сторон и доказательства, на которых эти доводы основаны, суд пришел к выводу о недоказанности истцом факта совершения ответчиком противоправных действий, которые бы являлись основанием для привлечения ее к ответственности виде возмещения вреда.

Утверждение истцом о нахождении свалки в пределах арендуемого Обществом земельного участка основано на результатах осмотра, оформленных протоколом осмотра от 23.04.2024 № 1120 и актом выездного обследования от 23.04.2024 № 17-10/2024, в которых зафиксировано, что спорная свалка выявлена в районе улицы Цепляева поселка Октябрьский в 103 метрах от уреза воды Охотского моря напротив пожарной части в непосредственной близости от мачты ветрогенератора (7 м) в средних географических координатах 52°39'30,34" СШ 156° 14'36,31" ВД. 

Местоположение свалки и в протоколе, и в акте отражено идентичным образом, то есть указанием географической точки, расстоянием этой точки от уреза воды с ориентиром на ряд расположенных на земельном участке объектов. 

При этом на прилагаемых фототаблицах не зафиксированы соответствующие измерения в виде расстояния свалки от поименованных в акте и протоколе объектов (урез воды, пожарная часть, мачта ветрогенератора), что при наличии иных противоречащих документов, позволяет усомниться в достоверности таких измерений.

Причем в возражениях на отзыв истец сам же указывает, что в ходе осмотра им выявлено несколько несанкционированных свалок на территории пос. Октябрьский, а в акте указаны средние географические координаты всех свалок. То есть при осмотре конкретные географические границы свалки не устанавливались, включая ее фактический размер (общая длина, ширина), удаленность крайних точек свалки от конкретных объектов, сопоставление свалки с границами земельных участков и пр. (соответствующие сведения в акте осмотра, в протоколе отсутствуют, в фототаблицах не отражены), тогда как в ходе рассмотрения дела истец указывал не только на выявление нескольких свалок на территории поселения, но и на то обстоятельство, что спорная свалка одновременно располагалась и на арендованном ответчиком земельном участке, и на смежном с ним. Однако данный факт в акте обследования и протоколе осмотра также не зафиксирован.

Само обследование проводилось без приглашения заинтересованных лиц – представителей Общества и уполномоченных лиц Октябрьского городского поселения.

В выданном Обществу предостережении от 26.04.2024 № 17-36/2024-П о недопустимости нарушения обязательных требований, равно как и в требовании от 27.04.2024 № 17/5851 о возмещении вреда местонахождение выявленной свалки отражено в точном соответствии с протоколом осмотра от 23.04.2024 № 1120 и актом выездного обследования от 23.04.2024 № 17-10/2024.

При этом выставляя предостережение и требование, Управление ссылалось на выписку из ЕГРН, на основе которой, как следует из указанных документов, Управление пришло к выводу, что свалка расположена именно в границах арендованного ответчиком земельного участка.

Позднее в ответе на возражения ответчика (письмо от 06.06.2024) и в исковом заявлении Управление указало, что спорными отходами захламлена территория участка в географических координатах Т1 - 52.658386° СШ 156.243214° ВД; Т2 - 52.658447° СШ 156.243275° ВД; Т3 - 52.658483° СШ 56.243367° ВД; Т4 - 52.658431° СШ 156.243392° ВД, а также что при вводе указанных координат в поисковую систему Публичной кадастровой карты Росреестра, истец выявил, что свалка расположена в границах земельного участка 41:08:0010110:146, обозначенных угловыми точками: 146-1, 146-2, 146-3, 146-4, 146-5, 146-6, 146-7.

Однако указанные географические координаты не отражены ни в акте обследования, ни в протоколе осмотра, ни в позднее выданных предостережении и требовании о возмещении вреда, и из представленных документов выездной проверки не ясно, каким образом и в какой момент времени истцом производилось установление спорных географических координат. 

Истец указывает, что координаты зафиксированы прибором GPS и с помощью лицензированного программного обеспечения «Google Earth Pro – Google Планет Земля» рассчитана площадь. В то же время факт фиксации таких координат при проведении проверки в акте обследования и протоколе осмотра не отражен. При этом истец ссылается на наложение границ на публичную кадастровую карту, однако прилагает лишь фотосъемку со спутника, которая к тому же имела место лишь 26.05.2024, то есть спустя более месяца после обследования территории, и которая не сопоставлена с кадастровой картой. 

В свою очередь, ответчик, получив от истца предостережение и требование, организовал совместный осмотр земельного участка с представителями администрации Октябрьского ГП, по итогам которого составлен акт обследования от 27.04.2024, в котором указано, что несанкционированная свалка в районе ул. Цепляева в поселке Октябрьский расположена на землях Октябрьского городского поселения на расстоянии 13300-13700 мм от фундамента ветрогенератора ВЭУ-5, то есть за пределами земельного участка с кадастровым номером 41:08:0010110:146. К акту прилагается фотофиксация соответствующих измерений. 

Дополнительно, в целях проверки информации, содержащейся в предостережении, и точного определения месторасположения свалки, расстояния между ней и границами участка с кадастровым номером 41:08:0010110:146, Общество обратилось в ООО «Топографическое бюро» за проведением геодезического исследования, которое проводилось 20.05.2024, то есть до того как истцом производилась приложенная в дело съемка со спутника. По итогам геодезического исследования составлено геодезическое заключение, содержащее вывод, что контур свалки мусора расположен за границами земельного участка 41:08:0010110:146, минимальное расстояние от контура свалки мусора до объектов составило: 2,2 м до границы земельного участка, 13,3 м до мачты ветрогенератора.

Установив по итогам совместного осмотра, что спорная свалка находится за пределами арендованного ответчиком земельного участка, администрация Октябрьского ГП осуществила мероприятия по ликвидации этой свалки, что зафиксировано актом приемки работ по ликвидации несанкционированной свалки (места несанкционированного размещения отходов) на территории Октябрьского городского поселения от 24.05.2024 № 3, согласно которому работы по ликвидации несанкционированной свалки выполнены в полном объёме, период проведения работ – с 20.05.2024 по 24.05.2024, фактическая площадь очищенных земель – 50,8 кв.м., работы выполнены за счёт средств муниципального учреждения.

В отзыве на иск администрация Октябрьского ГП подтвердила доводы ответчика о ликвидации спорной свалки за счет средств муниципального образования и представила аналогичный акт от 24.05.2024 № 3, ранее приложенный ответчиком к отзыву.

Таким образом, из представленных ответчиком документов и его доводов, подтвержденных третьим лицом, следует, что спорная свалка до ее ликвидации третьим лицом располагалась на землях Октябрьского городского поселения за пределами арендованного Обществом земельного участка и вывезена силами и средствами муниципального образования.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств в опровержение доводов ответчика истцом не представлено, собственное геодезическое исследование истец не проводил, в документах выездной проверки надлежащим образом границы свалки относительно границ арендованного Обществом земельного участка не зафиксированы, а определены лишь усредненной географической точкой, в которой, как указал сам же истец, выявлено несколько свалок. При этом спорная свалка, по собственному указанию истца, выявлена на значительной территории, в том числе не принадлежащей ответчику, что в отсутствии корректных географических измерений в акте обследования и протоколе осмотра не исключает нахождение свалки полностью за пределами арендованного ответчиком земельного участка, а в совокупности с организованными ответчиком исследованиями, напротив, свидетельствует в пользу данного факта. 

Доводы истца со ссылкой на акт ликвидации свалки, где указано, что ликвидированная свалка располагалась в 7 метрах от мачты ветрогенератора, а не в 13,3-13,7 метрах, как указано в акте обследования от 27.04.2024 и геодезическом заключении, судом отклоняются как не свидетельствующие о недостоверности представленных ответчиком доказательств.

Исходя из того, что представители третьего лица непосредственно присутствовали при обследовании земельного участка и подписали акт от 27.04.2024, которым зафиксировано, что свалка площадью 50,8 кв.м. в районе ул. Цепляева расположена за пределами арендованного ответчиком земельного участка (что также подтверждено геодезическим исследованием), в дальнейшем за счет муниципального образования спорная свалка ликвидирована, а в дополнениях к отзыву администрация Октябрьского ГП сослалась на отсутствие у нее возможности определить точное местоположение свалки (не имеется технических средств, отсутствует в штате кадастровый инженер, соответствующие специалисты не привлекались), суд признает обоснованным и наиболее вероятным утверждение ответчика о том, что в акте ликвидации свалки от 24.05.2024 № 3 место свалки указано путем воспроизведения ее местоположения, отраженного в документах выездной проверки, а не в результате самостоятельного определения соответствующих границ в процессе ликвидации свалки. Подтверждение третьим лицом факта нахождения спорной свалки за пределом арендованного ответчиком земельного участка, принятие им на себя расходных обязательств по ликвидации этой свалки в условиях установленных требований о целевом расходовании бюджетных средств расцениваются как обстоятельства, подтверждающие занятую ответчиком правовую позицию. 

Кроме того, следует отметить, что границы принадлежащего ответчику земельного участка относительно расположенной на нем ветроэнергетической установки, равно как и наоборот, расположение установки относительно границ земельного участка, ни в договоре аренды земельного участка, ни в выписке из ЕГРН в отношении земельного участка не определены, а значит, сама по себе ссылка на размещение свалки в 7 метрах от мачты ветрогенератора в отсутствие иных восполняющих документов не является безусловным доказательством размещения свалки в пределах земельного участка с кадастровым номером 41:08:0010110:146. 

При изложенных обстоятельствах суд признает недоказанными доводы о том, что спорная свалка, с размещением которой истец связывает причинение взыскиваемого ущерба, в какой-либо части расположена в границах арендованного ответчиком земельного участка, а в отсутствии доказательств тому, что данная свалка образовалась по вине ответчика и в ходе его производственной деятельности (все доводы сводились исключительно к ее местоположению), следует признать, что необходимая совокупность обстоятельств для возложения на Общество гражданско-правовой ответственности, предусмотренная положениями статей 15, 1064 ГК РФ, также не доказана.

Доводы третьего лица относительно обязанности ответчика по содержанию прилегающей территории со ссылкой на правила благоустройства подлежат отклонению как не имеющие правового значения для рассмотрения требования о возмещении ущерба окружающей среде, предъявленного уполномоченным органом. При наличии у органа местного самоуправления претензий к исполнению арендатором установленных в городском округе правил благоустройства, он вправе предъявить соответствующие требования в самостоятельном порядке. При этом выявление и ликвидация несанкционированных свалок, создание мест накопления отходов на землях публичного правового образования относится к вопросам местного значения (подпункт 24 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», пункт 2 статьи 7 Закона об охране окружающей среды, пункт 4 статьи 8, пункты 1, 2 статьи 13 Закона № 89-ФЗ), а титульный владелец несет обязанность по надлежащей организации мест накопления отходов в пределах принадлежащего ему земельного участка. 

Помимо изложенного, суд также отмечает, что по смыслу приведенных ранее правовых норм и их разъяснений при разрешении исковых требований о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, необходимо устанавливать не только факт причинения вреда, но и его последствия, выразившиеся в деградации естественных экологических систем, истощении природных ресурсов и иных последствий.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, и в пункте 28 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, – целью ответственности за причинение вреда окружающей среде является достижение компенсации, восстановления ее нарушенного состояния, в связи с чем истец вправе выбрать способы, предусмотренные статьей 1082 ГК РФ, статьей 78 Закона об охране окружающей среды, а суд, с учетом конкретных обстоятельств по делу, оценивая в каждом случае эффективность этих способов, применить тот, который наиболее соответствует этим целям. Определение способа возмещения вреда – в натуре или в денежном выражении – зависит прежде всего от возможности его возмещения в натуре, необходимости оперативно принимаемых мер, их эффективности для восстановления нарушенного состояния окружающей среды. В отсутствие таких обстоятельств суд вправе избрать способ защиты в виде компенсации вреда в денежном выражении (взыскание убытков).

Пунктом 3 статьи 77 Закона об охране окружающей среды установлено, что вред окружающей среде, причиненный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды.

Статьей 78 Закона об охране окружающей среды установлено, что определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

Согласно пунктам 13, 18 Постановления № 49 возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. 

Также возможность возмещения вреда окружающей среде путем ее восстановления как один из способов возмещения вреда предусмотрена статьей 1082 ГК РФ, согласно которой удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь) или возместить причиненные убытки.

Из системного толкования вышеназванных норм следует, что действующим законодательством предусмотрено два способа возмещения вреда окружающей среде взыскание суммы убытков в денежной форме и возмещение вреда в натуре путем проведения мероприятий по восстановлению нарушенного состояния.

Каждый из указанных способов является достаточным для возмещения вреда, как такового, приоритет денежной компенсации перед реальным возмещением вреда окружающей среде не установлен.

При этом компенсация вреда окружающей среде, причиненного в результате нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда (пункт 1 статьи 78 Закона об охране окружающей среде).

Предъявляя требование о возмещении ущерба, причиненного в результате порчи почв при перекрытии поверхности почвы отходами производства и потребления, Управление исходит из того, что сам факт негативного воздействия на земли и почвы предполагает, что в результате таких действий (бездействия) происходит нарушение естественных плодородных и иных свойств почвы, то есть причинение вреда почве как объекту окружающей среды. 

Отборы проб почвы по месту выявления свалки и соответствующие лабораторные исследования истцом не осуществлялись и не организовывались, документы, указывающие на превышение загрязняющих веществ, в материалы дела не представлены. Размер вреда определен расчетным путем, исходя из площади свалки.

Таким образом, выводы Управления о причинении ущерба почвам основываются исключительно на визуальном осмотре, то есть исходя из самого факта размещения несанкционированной свалки, а расчет размера вреда произведен уполномоченным органом только исходя из площади покрытия свалкой земельного участка в отсутствие каких-либо доказательств порчи и уничтожения почвы.

Вместе с тем предъявление требования о возмещении вреда предполагает представление доказательств, которые с разумной степенью достоверности подтверждают негативный характер воздействия на земли и почвы хозяйствующим субъектом при ведении своей деятельности. 

С учетом того обстоятельства, что спорная свалка оперативно ликвидирована силами третьего лица, то есть проведены мероприятия по очистке земельного участка, а исследование почвы по месту выявления свалки не осуществлялось ни на момент ее обнаружения, ни после ее ликвидации, оснований для вывода о том, что очистка территории от свалки в рассматриваемом случае не является эффективной мерой, достаточной и покрывающей возникший ущерб, не имеется.

Совокупность приведенных обстоятельств свидетельствует о недоказанности истцом не только вины ответчика в причинении ущерба почвам размещением свалки на арендованном им земельном участке либо на прилегающей к нему территории, но и самого факта причинения ущерба (его сохранения) в условиях принятых третьим лицом восстановительных мер по ликвидации свалки и очистке территории, достаточность и эффективность которых не опровергнута.

Исходя из изложенного, заявленные истцом требования не подлежат удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины судом не рассматривался, поскольку истец от уплаты государственной пошлины освобожден в силу статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации и при обращении в суд соответствующих расходов не понес. 

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                             О.А. Душенкина