﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6943/06 

Екатеринбург

23 марта 2020 г.

 

Дело № А50-43610/2005

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 марта 2020 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Шершон Н. В., Соловцова С. Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Разиной Д.Ф., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) на определение Арбитражного суда Пермского края от 26.08.2019 по делу № А50-43610/2005 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края. Материальный носитель видеозаписи приобщен к материалам дела.

В судебное заседание 10.03.2020 в Арбитражный суд Уральского округа представители лиц, участвующих в деле, не явились.

В судебном заседании 10.03.2020 в помещении Арбитражного суда Пермского края приняли участие представители:

уполномоченного органа  - Стерлягов И.А. (доверенность от 07.02.2020  № 15);

конкурсного управляющего Федерального государственного унитарного предприятия «Машиностроительный завод им. Ф.Э. Дзержинского» (далее – предприятие «Машзавод им. Ф.Э. Дзержинского», должник) Еремина Александра Михайловича - Матюков А.Ю. (доверенность от 31.01.2020 № 57);

межрегиональной общественной организации содействия реализации программ в области противодействия и борьбы с коррупцией «Национальный комитет общественного контроля» (далее – МОО «НКОК») - Будрин М.С. (доверенность от 05.07.2019).  

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 10.03.2020 рассмотрение кассационной жалобы отложено на 18.03.2020.

После отложения судебное заседание продолжено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края, в том же составе суда, при участии тех же представителей, а также Сентябова А.А. (в качестве слушателя). 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 19.03.2010 отказано в утверждении отчета внешнего управляющего; предприятие «Машзавод                   им. Ф.Э. Дзержинского» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на внешнего управляющего Лысова Е.Н.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.11.2010 конкурсным управляющим должником утвержден Лысов Е.Н.; определением               от 14.10.2011 конкурсным управляющим утвержден Легалов В.Н.; определением от 30.12.2011 конкурсным управляющим утвержден                Иванов А.В.; определением от 21.06.2018 конкурсным управляющим утвержден Еремин А.М.

В рамках деда о банкротстве предприятия «Машзавод им. Ф.Э. Дзержинского» 07.06.2019 конкурсный управляющий Еремин А.М. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора                            от 26.02.2018 № 85/15-75, заключенного между должником и МОО «НКОК»                 на сумму 500 000 руб., применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника спорных денежных средств.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Иванов Александр Владимирович, Комаров Олег Юрьевич.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.08.2019, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Уполномоченный орган, не согласившись с принятыми судебными актами, обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 26.08.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 14.11.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Кассатор считает, что судом апелляционной инстанции не дана должная оценка выводам суда первой инстанции.

Кассатор указывает, суд первой инстанции необоснованно ставит положение Федерального закона № 275-ФЗ (о государственном оборонном заказе, далее - ГОЗ) в приоритетное положение при рассмотрении спора в рамках дела о банкротстве.

Кассатор обращает внимание, что в материалы дела не представлено доказательств того, что на дату заключения спорной сделки (26.02.2016) и дату оплаты по платежным поручениям № 1120 от 07.03 - 12.03.2018 должником осуществлялась деятельность только исключительно в рамках ГОЗ.

По мнению кассатора, суды фактически не исследовали вопрос в рамках какого конкретного ГОЗ осуществлена сделка и предусмотрены ли для выполнения данного ГОЗ расходы (заложены в себестоимость продукции) на проведение такого рода антикоррупционной экспертизы, согласованы ли подобные  расходы военной приемкой.

Кассатор отмечает, что ни Федеральный закон № 275-ФЗ от 29.12.2012, ни 44-ФЗ от 05.04.2013 включение затрат на проведение антикоррупционной экспертизы в себестоимость продукции, произведенной в рамках ГОЗ, не предусматривает.

Кассатор утверждает, что выводы судов о том, что МОО «НКОК» не знало и не могло знать о нарушении очередности таких платежей не основан на материалах  дела и противоречит фактическим обстоятельствам спора: при рассмотрении жалобы на Иванова А.В. (определение суда от 21.06.2018) судами было установлено, что с 20.12.2016 конкурсный управляющий знал об очередности уплаты как текущего НДФЛ, так и текущих страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в порядке второй очереди, то есть по информации из публичных источников (картотеки арбитражных дел, база данных ФССП) очевидно прослеживается картина задолженности, в том числе перед уполномоченным органом.

Кассатор отмечает, что самим должником признан факт злоупотребления правом при заключении договора с МОО «НКОК», кроме того, должником признан тот факт, что экспертиза проведена в интересах одного сотрудника должника - Комарова О.Ю., что также следует из поставленных вопросов перед экспертами.

При этом кассатор указывает, что из поставленных перед экспертами вопрос и полученных ответов усматривается отсутствие необходимости в потребности проведении спорных видов работ в рамках текущей хозяйственной деятельности по выполнению ГОЗ и/или для обеспечения исполнения целей конкурсного производства.

По утверждению кассатора, совершая спорную сделку по антикоррупционной экспертизе и ее оплате, должник оказал предпочтение ответчику перед иными кредиторами: при наличии неисполненных текущих обязательств второй и четвертой очереди оплата по спорному договору произведена с нарушением очередности.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа пояснил, что на заявленных требованиях настаивает, полагает, что правовым основанием оспаривания сделки являются положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Злоупотребление правом со стороны ответчика МОО «НКОК» кассатор видит в том, что контрагент (ответчик) должен был запросить информацию о наличии у должника текущей задолженности и очередности других кредиторов. 

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.   

Как следует из материалов дела и установлено судами, решением Арбитражного суда Пермского края от 19.03.2010 предприятие «Машзавод                   им. Ф.Э. Дзержинского» признано банкротом с открытием конкурсного производства, определением суда от 21.06.2018 конкурсным управляющим утвержден Еремин А.М.

На основании служебной записки специалиста отдела экономической безопасности предприятия «Машзавод им. Ф.Э. Дзержинского» от 20.02.2018 № 59/07-32, адресованной в бюро конкурсных закупочных процедур, в целях защиты экономических интересов предприятия на основании извещения о проведении закупки была проведена закупка на право заключения договора на информационно-консультационные (правовые) услуги и услуги по проведению антикоррупционной экспертизы (правовой оценки) документов.

В соответствии с протоколом № 31806171489-1 единственным поставщиком признана МОО «НКОК».

Согласно представленной в материалы дела копии свидетельства Министерства юстиции Российской Федерации от 22.11.2016 № 2543, МОО «НКОК» признана аккредитованной в качестве независимого эксперта, уполномоченного на проведение независимой антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов.

Между предприятием «Машзавод им. Ф.Э. Дзержинского» (заказчик) и МОО «НКОК» (эксперт) 26.02.2018 был заключен договор № 85/15-75, по условиям которого эксперт принял на себя обязательства оказать информационно-консультационные (правовые) услуги и услуги по проведению антикоррупционной экспертизы (правовой оценки) представленных заказчиком документов (материалов уголовного дела № 2814, возбужденного 27.09.2012 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю), сдать результат оказанных услуг заказчику, а заказчик принять результат оказанных услуг и уплатить обусловленную настоящим договором цену.

Сроки оказания услуг определены в пункте 1.2 договора: с даты заключения договора до 14.03.2018.

В соответствии с пунктом 2.1 договора цена договора составляет                     500 000 руб.

На основании платежных ордеров № 1120 от 07.03.2018 на сумму                    499 790 руб., № 1120 от 12.03.2018 на сумму 60 руб., № 1120 от 12.03.2018                  на сумму 150 руб. должником проведена оплата в пользу МОО «НКОК» с назначением платежа «оплата за информационно-консультационные услуги 275-ФЗ (счет № 00032/2 от 07.03.2018) Расходы, необход. для осущ. ГОЗ согл. опред. АС ПК от 30.07.13 по делу № А50-43610/2005. Период март 2018».

В качестве результата работ по договору было подготовлено экспертное заключение № 441/1 от 06.03.2018.

В соответствии с указанным заключением перед экспертами МАКК при МТПП и МОО «НКОК» заказчиком ставились следующие вопросы: 1) имеются ли в материалах уголовного дела безусловные доказательства наличия события преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации по уголовному делу № 2814, возбужденному 27.09.2012 СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю; 2) имеется ли в действиях Комарова О.Ю. по подготовке проектов договоров уступки прав требования между обществами «Бытпромторг» и «НПФ Эксперт» состав преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации; 3) причинен ли заключением договора уступки прав требования между обществами «Бытпромторг» и «НПФ Эксперт» ущерб предприятию «Машзавод им. Ф.Э. Дзержинского» в размере 403 182 942 руб. 09 коп.;                        4) имеется ли между действиями Комарова О.Ю. по подготовке проектов договоров уступки (цессии) между обществами «Бытпромторг» и «НПФ Эксперт» и возможным ущербом предприятию «Машзавод                               им. Ф.Э. Дзержинского» в размере 403 182 942 руб. 09 коп. причинно-следственная связь; 5) имеются ли в материалах уголовного дела безусловные доказательства наличия события преступления, предусмотренного частью 2 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации, и состава данного преступления в действиях Комарова О.Ю.; 6) с учетом ответов на предыдущие вопросы ответить, имеются ли основания для прекращения уголовного дела              № 2814 и уголовного преследования в отношении Комарова О.Ю.;                              7) правомерно ли возбуждение уголовного дела по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении Комарова О.Ю. и неустановленных лиц по факту покушения на приобретение имущества предприятия «Машзавод им. Ф.Э. Дзержинского», перечисленного в постановлении о возбуждении уголовного дела от 27.02.2018 путем обмана или злоупотребления доверием путем выставления на торги по заведомо заниженной стоимости в общей сумме 61 710 000 руб.; 8) имеются ли в действиях должностных лиц органов предварительного расследования (СЧ ГСУ ГУ МВД России по Пермскому краю), осуществляющих уголовное преследование Комарова О.Ю. признаки личной заинтересованности (коррупционная составляющая).

Обращаясь с рассматриваемым заявлением о признании недействительным договора  от 26.02.2018 № 85/15-75, заключенного между должником и МОО «НКОК» на сумму 500 000 руб., применении последствий недействительности сделки, конкурсный управляющий Еремин А.М., ссылался на то, что при заключении спорного договора допущено злоупотребление правом, поскольку из представленной экспертизы усматривается, что у должника отсутствовала необходимость и потребность в проведении экспертизы в рамках обеспечения деятельности предприятия, его текущей деятельности по выполнению государственного оборонного заказа, необходимость в проведении экспертизы была оправданна только для работника должника, подозреваемого по уголовному делу,  Комарова О.Ю., что свидетельствует о том, что денежными средствами должника были оплачены услуги ответчика для защиты Комарова О.Ю. в уголовном деле № 2814; также конкурсный управляющий указывал на то, что при совершении оплат по договору ответчику было оказано большее предпочтение, чем перед другими кредиторами, поскольку очередность удовлетворения требований ответчика в порядке статьи 134 Закона о банкротстве - четвертая, а у должника имеются непогашенные текущие требования второй очереди (НДФЛ).

Ответчик, возражая против заявленных требований, пояснял, что является организацией, зарегистрированной в качестве юридического лица с 08.08.2013 и с 2013 года оказывающей на территории Российской Федерации услуги по проведению аналогичных экспертиз по обращениям организаций и граждан (подробный перечень содержится на сайте организации). Ответчик также пояснял, что для заказчика (должника) принципиальным при заключении договора являлся вопрос – является или не является должник потерпевшим по уголовному делу, что в свою очередь должно определять дальнейшее поведение заказчика (при наличии реального причинения ущерба Заводу). Также ответчик ссылался на то, что является единственной организацией, оказывающей такого рода услуги и аккредитованной при Министерстве юстиции РФ на проведение такого рода экспертиз, указанная деятельность является для ответчика основной, при заключении договора действовал добросовестно, информацией о наличии приоритетных текущих очередей не располагал. 

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суды нижестоящих инстанций исходили из следующего. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, при доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении очередности. 

По смыслу приведенных разъяснений текущие операции могут быть признаны недействительными при наличии совокупности обстоятельств: 

осведомленность кредитора о нарушении принятым им исполнением (суррогатом исполнения) очередности совершения текущих платежей (его осведомленности о погашении долга преимущественно перед уже ожидающими исполнения кредиторами приоритетной очередности удовлетворения, а для текущих требований, относящиеся к одной очереди, - о нарушении календарной очередности); 

недостаточность конкурсной массы для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным. 

Сама по себе информированность контрагента о банкротстве должника не может рассматриваться в качестве достаточного обоснования того, что контрагент должника знал или должен был знать о признаках предпочтительного получения исполнения по текущим обязательствам. 

Оспаривающий текущие операции конкурсный управляющий должен был представить конкретные доказательства недобросовестности контрагента (ответчика) в этой части (например, подтвердить, что ответчик имел доступ к реестру текущих обязательств или иным документам, которые содержали информацию об очередности проведения расчетов по текущим платежам).

Суды первой и апелляционной инстанции, отказывая в признании сделки недействительной по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве, не усмотрели оснований для констатации вышеуказанных условий. Судами также отмечено, что доказательств, свидетельствующих о нарушении прав каких-либо кредиторов по текущим обязательствам более привилегированных очередей, - в материалах настоящего обособленного спора не имеется; доказательств того, что конкурсной массы должника будет недостаточно для исполнения таких текущих обязательств, также не представлено.

Рассматривая вопрос о доказанности либо недоказанности факта осведомленности ответчика о нарушении оспариваемой сделкой очередности гашения текущих платежей, суды также обоснованно приняли во внимание, что МОО «НКОК» не является конкурсным кредитором должника, информация о наличии задолженности по текущим платежам и о ее размере не раскрыта должником в открытых источниках.

То обстоятельство, что в отношении должника возбуждено дело о банкротстве и имеются требования, заявленные иными кредиторами, имеющими приоритет перед МОО «НКОК», само по себе не может свидетельствовать об осведомленности контрагента о нарушении очередности при оплате текущих платежей, с учетом положений статьи 134 Закона о банкротстве и пункта 13 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

В связи с тем, что после принятия судом заявления о признании должника банкротом, хозяйственная деятельность должника, как правило, продолжается, в целях обеспечения нормального функционирования должника в период применения к нему процедур банкротства, для текущих платежей законодательство о банкротстве предусматривает исключение из общих правил о порядке предъявления и удовлетворения требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам не являются лицами, участвующими в деле о банкротстве, права их участия ограничены вопросами, связанными с нарушением прав кредиторов по текущим платежам, и, следовательно, такие кредиторы не располагают полным спектром соответствующих прав в арбитражном процессе, реализация которых могла бы способствовать получению ими сведений о наличии требований иных кредиторов, имеющих приоритет по текущим платежам.

Картотека арбитражных дел не может служить достаточным инструментом для анализа финансового состояния должника и установления состава требований иных кредиторов по текущим платежам. Кроме того действующее законодательство, с учетом презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 1, пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), не предусматривает стандарта поведения, при котором кредитор, добросовестно принимающий исполнение обязательства по оплате товара, услуг по гражданско-правовой сделке, должен анализировать финансовое состояние должника. Кредитор по текущим платежам, пока не доказано иное, не имеет разумных причин отслеживать финансовое положение своего контрагента и наличие либо отсутствие судебных процессов с иными кредиторами. Стороны настоящего спора не ссылались и соответственно материалы дела не содержат сведений о полном приостановлении должником расчетов с кредиторами по текущим обязательствам.

На основании изложенного суды пришли к выводу, что ответчик, получивший удовлетворение по оспоренной сделке, не знал и не мог знать о нарушении оспариваемой сделкой очередности.

Судами также принято во внимание, что имущественный комплекс должника на дату произведения спорных платежей не оценен, оценочный отчет, содержащий сведения о возможном размере денежных средств, планируемых к поступлению в конкурсную массу должника для погашения требований кредиторов (в том числе по текущим платежам), не опубликован, соответственно, соотнести производимое погашение с предполагаемой возможностью (невозможностью) должника погасить требования кредиторов по текущим платежам, при том, что должник осуществляет хозяйственную деятельность по исполнению государственного оборонного заказа, соответственно, имеет прибыль за счет заключенных контрактов, не представляется возможным (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Таким образом, у ответчика не имелось возможности, опираясь на публичные источники раскрытия информации, оценить нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, более привилегированных очередей.

С учетом изложенного суд округа признает достаточно обоснованными и правомерными выводы судов  об отсутствии основания для  признания спорной сделки недействительной по статье 61.3 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего и уполномоченного органа о признании спорной сделки недействительной ввиду злоупотребления сторонами сделки правом (статья 10 Гражданского кодекса РФ), суды руководствовались следующим.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам (статья 10 Гражданского кодекса РФ, пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В обоснование совершения сделки со злоупотреблением правом, ее направленности на причинение вреда кредиторам, конкурсный управляющий указывает, что у должника отсутствовала необходимость и потребность в проведении экспертизы в рамках обеспечения деятельности предприятия, его текущей деятельности по выполнению государственного оборонного заказа, необходимость в проведении экспертизы была оправданна только для работника должника, подозреваемого по уголовному делу, Комарова О. Ю., что свидетельствует о том, что денежными средствами должника были оплачены услуги ответчика для защиты Комарова О. Ю. в уголовном деле №2814.

Однако, как обоснованно отмечено судами, в рассматриваемой ситуации наличие сговора между руководством завода (должника) и экспертной организацией (ответчиком), либо осведомленности экспертов о какого-либо рода недобросовестных действиях со стороны руководства завода по инициированию соответствующей закупки, прикрываемой целями защиты экономических интересов предприятия, и несению расходов на производство экспертизы с целью причинения вреда кредиторам, - не имеется. Доводов об этом ни конкурсным управляющим, ни уполномоченным органом – не приводилось. Оснований полагать, что МОО «НКОК», вступая в правоотношения с должником по оспоренной сделке, действовало с целью прикрыть другую сделку, имело намерение оправдать подозреваемого по уголовному делу работника должника Комарова О. Ю., не имеется. Доводов об аффилированности или иной заинтересованности в отношениях кредитора и должника в настоящем споре не заявлено, соответствующих признаков судами не установлено. 

Предполагаемое нарушение органами управления завода обязанности действовать в интересах предприятия разумно и добросовестно, выразившееся в совершении данной сделки в отсутствии необходимости и потребности в проведении экспертизы в рамках обеспечения текущей деятельности предприятия, необоснованное расходование денежных средств должника,  - само по себе не является основанием для признания недействительной сделки, совершенной упомянутыми органами от имени завода с экспертной организацией, достаточных оснований для сомнения в добросовестности действий которой нет.

В отсутствие доказательств заключения оспариваемых сделок злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам должника, мнимости либо притворности сделки, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к возникшим правоотношениям сторон сделки положений статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ, статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказали.

Суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой конкурсным управляющим сделки (как по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 61.2 Закона о банкротстве, так и по статье 61.3 Закона о банкротстве) сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств данного обособленного спора и имеющихся в деле доказательств.

Ссылка уполномоченного органа на информацию о состоявшихся судебных разбирательствах с участием должника, размещенных в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,  - выводов судов не опровергает, и не может быть достаточным свидетельством информированности ответчика о наличии у должника иных текущих обязательств, имеющих приоритет в их удовлетворении перед спорными платежами. 

Обстоятельства наличия в действиях ответчика недобросовестного (неразумного) поведения при заключении и исполнении спорной сделки были включены судами апелляционной и первой инстанции в предмет судебного исследования, изучены с учетом всех заявленных доводов и возражений участников спора, а также всех обстоятельств совершения сделки и всех представленных в материалы обособленного спора доказательств - и получили надлежащую правовую оценку суда апелляционной инстанции (статья 65, 71 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации).

Мотивировочная часть обжалуемого постановления апелляционного суда в соответствии с требованиями статей 170, 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации содержит полное обоснование выводов судов об отсутствии (недоказанности) в действиях ответчика недобросовестного (неразумного) поведения. Таким образом, ни нарушений норм материального права, ни нарушений норм процессуального права, позволяющих констатировать неполноту исследования всех значимых обстоятельств и преждевременность сделанных выводов - судами при рассмотрении настоящего  обособленного спора не допущено. 

Доводы кассатора о необходимости иной оценки установленных судами  обстоятельств не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права. Суд округа не наделен полномочиями для переоценки доказательств, поскольку в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в определении от 17.02.2015 N 274-О, положения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо

Суд округа полагает необходимым отметить, что недобросовестное, по мнению уполномоченного органа, поведение должника в лице его органов управления, допустившего необоснованное расходование денежных средств на проведение экспертизы – может являться основанием для рассмотрения вопроса о возмещении такими лицами в пользу конкурсной массы неразумно утраченного, однако негативные последствия такого поведения не могут возлагаться на контрагента должника в ситуации, когда какая-либо недобросовестность либо неразумность в его поведении отсутствует (судами не установлена).  

Таким образом, приведенные уполномоченным органом доводы и обстоятельства являлись предметом исследования и оценки судов обеих инстанций, получили надлежащую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено, следует признать, что обжалуемые судебные акты отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26.08.2019 по делу                      № А50-43610/2005 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            Н.В. Шершон 

 

                                                                                             С.Н. Соловцов