АРБИТРАЖНЫЙ СУД

СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-53756/2017

г. Краснодар

28 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе:

председательствующего судьи Конопатова В.В.,

судей Денека И.М., Калашниковой М.Г.,

при участии:

ФИО1 – лично, паспорт,

представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 06.09.2021, 

ФИО3 – лично, паспорт,

представителя АО «Акционерный банк «Россия» – ФИО4, доверенность от 03.03.2022,

представителя ООО «Инвест МСК» – ФИО5, доверенность от 29.10.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1и ФИО3

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022

по делу № А32-53756/2017

по заявлению ФИО1 о признании недействительными торгов от 12.05.2021 № РАД-256556, договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.05.2021, заключенного финансовым управляющим ФИО6 и обществом с ограниченной ответственностью «Инвест МСК», акта приема-передачи к договору купли продажи недвижимого имущества от 13.05.2021 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 в Арбитражный суд Краснодарского края обратилась ФИО1 с заявлением:

о признании торгов от 12.05.2021 № РАД-256556 недействительными;

о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 13.05.2021, заключенного между финансовым управляющим имуществом гражданина ФИО3 – ФИО6 и обществом с ограниченной ответственностью «Инвест МСК»;

о признании недействительным акта приема-передачи к договору купли-продажи недвижимого имущества от 13.05.2021, заключенному между финансовым управляющим имуществом гражданина ФИО3 – ФИО6 и обществом с ограниченной ответственностью «Инвест МСК», и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление ФИО1

В обоснование своей кассационной жалобы ФИО1 указывает на то, что финансовым управляющим ФИО6 не приняты меры по защите имущества должника ФИО3 и имущества ФИО1 при условии, что жилой дом является единственным жильем для должника, ФИО1 и их совместных детей. По мнению кассатора, рыночная стоимость недвижимого имущества согласно экспертному заключению от 01.07.2021 № Э021/2021 по состоянию на октябрь 2020 года составила: 8 848 000 рублей. ФИО1 ссылается на то, что согласно условиям договора, которым имущество приобретено семьей должника, ФИО3 оплатил продавцу собственные средства в размере 2 256 000 рублей, что подтверждается распиской от 23.05.2013, уплаченная продавцу сумма является общим имуществом супругов ФИО3 и ФИО1, находящихся в браке на момент покупки жилого дома и получения кредитных средств, являясь солидарными заемщиками. Податель жалобы указывает на то, что недвижимое имущество было приобретено с использованием средств материнского капитала. Кроме того, указывает на то, что к рассмотрению настоящего дела о банкротстве не привлечены Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации, Управление по вопросам семьи и детства муниципального образования города Новороссийска.

В обоснование своей кассационной жалобы ФИО3 указывает также на то, что спорное недвижимое имущество являлось единственным жильем для должника, ФИО1, и их детей. Полагает также неправомерным отказ суда апелляционной инстанции в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, мотивированного невозможностью обеспечить явку в судебное заседание по болезни.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв ООО «Инвест МСК», в котором изложены доводы против удовлетворения кассационных жалоб.

В суд округа поступило ходатайство ФИО1 о приобщении к материалам дела новых доказательств.

Согласно части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65, часть 1 статьи 156 Кодекса предусматривают, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений, и несет риск непредставления доказательств.

Новые и (или) дополнительные доказательства, имеющие отношение к установлению обстоятельств по делу, судом кассационной инстанции не принимаются.

В связи с изложенным, ходатайство ФИО1 о приобщении доказательств не подлежит удовлетворению, приложенные к ходатайству доказательства подлежат возвращению заявителю.

В судебном заседании ФИО1, ее представитель и ФИО3 поддержали свои кассационные жалобы, просили определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление ФИО1

Представитель акционерного общества «Акционерный банк «Россия» (далее – Банк) и общества с ограниченной ответственностью «Инвест МСК» возражали против удовлетворения кассационных жалоб, просили оставить судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Кодекса, кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.12.2017 заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 27.01.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

08 апреля 2021 года на ЕФРСБ опубликовано сообщение № 6464099 о проведении торгов посредством публичного предложения в отношении залогового имущества должника: лот № 1 – жилой дом, площадь – 161,8 кв. м, этажность: 2, кадастровый номер: 23:47:0304053:31, расположенный по адресу: Россия, 

<

...>; земельный участок, назначение: для индивидуального жилищного строительства, категория земель: земли населенных пунктов, площадь: 360 кв. м, кадастровый номер: 23:47:0304053:9, расположенный по адресу: 

<

...> (Вид торгов – открытый аукцион; открытая форма подачи предложений о цене. Прием заявок с 12.04.2021 08:00 по 21.05.2021 18:00. Дата проведения торгов – 21.05.2021 18:00. Начальная цена – 5 630 400 рублей. Шаг аукциона: 5%; задаток: 10%; снижение цены: цена в соответствующие периоды: 1) 5 630 400 рублей, 2) 5 348 880 рублей, 3) 5 067 360 рублей, 4) 4 785 840 рублей, 5) 4 504 320 рублей, 6) 4 222 800 рублей, 7) 3 941 280 рублей).

12 мая 2021 года на официальном сайте ЕФРСБ финансовым управляющим опубликовано сообщение № 6636682, согласно которому торги признаны состоявшимся.

Победителем признано ООО «Инвест МСК», предложившее лучшую цену – 4 556 555 рублей (протокол о результатах торгов посредством публичного предложения в электронной форме по продаже имущества должника от 12.05.2021 РАД-256556).

Между должником в лице финансового управляющего и ООО «Инвест МСК» заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.05.2021.

Сообщение о заключении договора купли-продажи имущества должника по результатам торгов опубликовано на сайте ЕФРСБ 18.05.2021 № 6669387.

Полагая, что торги по реализации указанного имущества, договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.05.2021 и акт приема-передачи к договору купли-продажи недвижимого имущества от 13.05.2021 являются недействительными, ФИО1 обратилась в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в признании торгов, договора купли-продажи и акта приема-передачи недействительными, суды указали на то, что торги проведены в соответствии с нормами действующего законодательства.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей и проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Согласно статье 449 Гражданского кодекса Российской Федерации торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица.

В частности, торги могут быть признаны недействительными в случае, если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

Таким образом, по смыслу названной нормы права торги могут быть признаны недействительными в случае, когда допущены такие существенные нарушения закона, которые могли повлиять на определение результата торгов.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации публичные торги, проведенные в порядке, установленном для исполнения судебных актов, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в случае нарушения правил, установленных законом. Споры о признании таких торгов недействительными рассматриваются по правилам, установленным для признания недействительными оспоримых сделок. Если лицо полагает, что сделка, заключенная на торгах, недействительна, оно вправе оспорить сделку.

Как указано в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства», лицо, обращающееся с требованием о признании торгов недействительными, должно доказать наличие защищаемого права или интереса с использованием мер, предусмотренных гражданским законодательством. Нарушения порядка проведения торгов не могут являться основаниями для признания торгов недействительными по иску лица, чьи имущественные права и интересы данными нарушениями не затрагиваются и не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки.

Для признания торгов недействительными по иску лица, заинтересованного в надлежащем проведении торгов вследствие нарушения порядка их проведения, суд должен оценить, насколько допущенное нарушение является существенным, и могли ли нарушения, на которые ссылается заявитель, повлиять на результаты торгов. В случае, если нарушения, на которые ссылается заявитель, не повлияли и не могли повлиять на результаты торгов, то отсутствуют основания для удовлетворения заявленного требования.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 23.10.2020 между финансовым управляющим и Банком (залоговый кредитор) было согласовано Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника.

31 декабря 2020 года на официальном сайте ЕФРСБ финансовым управляющим опубликовано сообщение № 5990209, в котором содержится информация об определении начальной продажной цены, утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога.

Отклоняя довод ФИО1 и ФИО3 о том, что финансовый управляющий ФИО6 не обращался в суд с заявлением об утверждения положения о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника, суды указали на то, что в соответствии с пунктом 4 статьи 213.26 продажа предмета залога осуществляется с учетом положений статьи 138 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества.

При этом суды отметили, что положение о порядке сроках и условиях продажи имущества должника, опубликованное финансовым управляющим ФИО6 в ЕФРСБ, лицами, участвующими в деле, оспорено не было.

Доводы заявителя о том, что залоговым кредитором и финансовым управляющим не заявлены требования о разделе общего имущества супругов, также отклонены судами со ссылкой на следующие правовые позиции.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации). Данное требование подлежит рассмотрению судом общей юрисдикции с соблюдением правил подсудности. К участию в деле о разделе общего имущества супругов привлекается финансовый управляющий. Все кредиторы должника, требования которых заявлены в деле о банкротстве, вправе принять участие в рассмотрении названного иска в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Подлежащее разделу общее имущество супругов не может быть реализовано в рамках процедур банкротства до разрешения указанного спора судом общей юрисдикции.

Таким образом, ни финансовый управляющий, ни залоговый кредитор не наделены правом на обращение в суд с требованием о разделе общего имущества супругов.

Отклоняя довод ФИО1 о непривлечении ее к проведению торгов, суды указали на то, что у финансового управляющего имуществом гражданина отсутствует обязанность, установленная Законом о банкротстве, привлекать и извещать супруга гражданина-должника при реализации имущества должника посредством торгов. 

ФИО1 не была лишена права на участие в торгах на общих основаниях, поскольку сведения о проведении торгов находились в открытом доступе.

При этом суды отметили, что на торгах реализовывалась не доля должника в праве собственности на квартиру, а объект недвижимости в целом, ввиду чего у супруги должника не возникло преференций в приобретении имущества как сособственника.

Суды отклонили довод ФИО1 о том, что торги проведены с нарушением прав несовершеннолетних детей со ссылкой на то, что реализуемое недвижимое имущество приобреталось, в том числе, за счет средств материнского капитала, отметив следующее.

Возможность направления средств материнского капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредитам или займам на приобретение (строительство) жилого помещения предусмотрена в статье 10 Федеральный закон от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее – Закон № 256-ФЗ).

Правом на реализацию материнского (семейного) капитала можно воспользоваться лишь единожды. Направление материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредитам или займам на приобретение (строительство) жилого помещения – одна из форм реализации материнского (семейного) капитала.

Суды установили, что право на распоряжение средствами материнского капитала реализовано семьей должника путем их направления на частичное погашение задолженности по кредитному договору; с учетом указанной оплаты сформирован размер задолженности должника перед банком.

Таким образом, денежные средства, составляющие материнский капитал, в конкурсной массе должника отсутствуют.

Банкротство должника и обращение взыскания на квартиру, приобретенную с использованием средств материнского капитала, в силу положений Закона № 256-ФЗ не является основанием для возврата кредитной организацией средств материнского капитала.

При этом действующим законодательством не предусмотрен правовой механизм возврата денежных средств в Пенсионный фонд в случае обращения взыскания на объект недвижимости, являющийся предметом залога, и приобретенный с использованием средств материнского капитала.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 7 Закона № 256-ФЗ использование средств материнского капитала на погашение ипотечного кредита не является основанием, препятствующим обращению взыскания на предмет ипотеки.

Из положений данного закона следует, что материнский (семейный) капитал, предоставляется за счет средств федерального бюджета и предназначен для реализации дополнительных мер государственной поддержки семей, имеющих детей, то есть средства материнского капитала не являются собственностью малолетних детей и в силу закона предоставляются их родителям (усыновителям).

В соответствии статьей 1, частью 1 статьи 10 Закона № 256-ФЗ средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах /включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах/, путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору /договору займа/ денежные средства на указанные цели.

Таким образом, ФИО1 реализовала свое право на использование средств материнского капитала при приобретении недвижимости. 

Суды подчеркнули, что обременение в виде ипотеки за банком не снято, кредитные обязательства не исполнены, доля несовершеннолетних детей в спорной недвижимости не определена.

Положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи с пунктом 1 статьи 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» не исключают обращение взыскания на имущество, заложенное по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата ипотечного кредита, в том числе и в отношении жилого помещения, приобретенного с использованием средств материнского капитала, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания должника и членов его семьи.

Учитывая изложенное, доводы заявителя о нарушении прав несовершеннолетних детей отклонены судами со ссылкой на то, что имущество, являющееся предметом залога, принадлежало на праве собственности должнику, раздела совместной собственности супругами не произведено, доли детей в праве собственности на жилой дом и земельный участок не выделены и обременение в виде ипотеки на приобретенный за счет материнского капитала объект недвижимости (соответствующей доли) за ними в установленном порядке не зарегистрировано, что подтверждается выпиской из ЕГРН в отношении спорного недвижимого имущества.

Согласно действующему правовому регулированию принадлежащее должнику жилое помещение, обремененное ипотекой (в том числе, обладающее признаками единственного пригодного для постоянного проживания помещения, в случае предъявления залоговым кредитором своего требования в рамках дела о банкротстве должника), включается в конкурсную массу и подлежит дальнейшей реализации в рамках дела несостоятельности (банкротстве) (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац 2 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 50, 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан»).

Исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, как в ситуации исполнительного производства, так и в случае банкротства должника действует исключительно в отношении имущества, не обремененного ипотекой.

Кроме того, предоставляя единственное пригодное для проживания жилье в залог, должник должен был оценивать все возможные риски, которые могут возникнуть при неисполнении обязанностей по возврату заемных средств.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что то обстоятельство, что в нарушение части 4 статьи 10 Закона № 256-ФЗ жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского капитала, не оформлено в общую собственность членов семьи должника, не влечет признание договора ипотеки ничтожным, поскольку действующее законодательство не предусматривает недействительность сделки в случае неисполнения лицом, взявшим на себя обязательства передать доли в праве членам его семьи на приобретенное им недвижимое имущество с использованием средств материнского капитала.

Изменение режима общей собственности супругов с совместной на долевую и определение долей в праве собственности на имущество супруги и детей должника по смыслу положений статей 7, 38 Закона об ипотеке, статьи 353 Гражданского кодекса Российской Федерации не влечет трансформации залога имущества в залог долей в праве общей долевой собственности; кредитор, требования которого обеспечены залогом такого имущества, вправе рассчитывать на погашение своих требований из средств, вырученных в ходе конкурсного производства от продажи самого заложенного имущества, а не доли в праве.

Соответственно, не подлежат исключению из конкурсной массы гражданина принадлежащие несовершеннолетним детям (супругу) доли в общем имуществе, обремененные ипотекой, выделенные судом общей юрисдикции в связи с использованием средств материнского капитала.

Аналогичная правовая позиция поддержана в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2021 № 309-ЭС19-13069 (2).

Суды не приняли во внимание доводы заявителя о невыделении ему, должнику и несовершеннолетним детям жилого помещения взамен реализованного жилого помещения, отметив, что в настоящем случае правила пункта 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве нельзя применять в отрыве от положений, регулирующих банкротство граждан.

Отклоняя довод ФИО1 о продаже недвижимого имущества по цене, значительно ниже рыночной, суды указали на то, что действительная (реальная) продажная цена предмета залога может быть определена только в результате выставления предмета залога на торги в зависимости от наличия спроса потенциальных покупателей на этот предмет залога.

Изначально высокая начальная продажная цена может существенно снизить спрос потенциальных покупателей на предмет залога и повлечь за собой затягивание процедуры банкротства, связанное с затруднениями в реализации заложенного имущества (невозможности его продажи по причине отсутствия спроса потенциальных покупателей).

Необходимо также отметить, что в соответствии с Законом о банкротстве, аукцион по продаже недвижимости проводится на повышение, следовательно, максимальная цена за объект недвижимости, которую могут предложить потенциальные покупатели, ничем не ограничивается

В этой связи суды учли, что ФИО1 не направляла запросы в отношении торгов в адрес организатора торгов, не подавала заявку на участие в торгах, не оплачивала задаток и в спорных торгах участие не принимала, что ею не оспаривается.

Указание ФИО1 на то, что она была готова погасить имеющуюся перед банком задолженность самостоятельно, не прибегая к реализации недвижимого имущества, суды сочли необоснованным, сославшись на то, что заявитель не представил доказательств обращения в банк с соответствующим предложением, а также того, что банком было отказано в его удовлетворении.

В связи с изложенным, проанализировав фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, принимая во внимание указанные правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, учитывая, что предмет торгов находился в залоге у Банка, то, что супругами И-выми не были распределены доли в реализованном имуществе, а также то, что положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника не было оспорено лицами, участвующими в деле, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии нарушения прав должника, его супруги и их детей при проведении спорных торгов, в связи с чем правомерно отказали в признании торгов в отношении жилого дома и земельного участка, заключенных по результатам их проведения договора купли-продажи договора и акта приема-передачи недействительными.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Довод о неправомерном отказе суда апелляционной инстанции в отложении судебного заседания по ходатайству ФИО3, судебная коллегия полагает несостоятельным, поскольку, апелляционный суд обоснованно отметил то, что в суде апелляционной инстанции не допускается заявление новых доводов, которые не были предметом оценки суда первой инстанции, а представление дополнительных доказательств возможно лишь при доказанности невозможности представления их суду первой инстанции в соответствии с частью 1 статьи 269 Кодекса, в связи с чем правомерно с учетом положений части 1 статьи 156 Кодекса счел возможным рассмотреть апелляционные жалобы без участия не явившихся в судебное заседание лиц, извещенных надлежащим образом.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, основаны на неверном толковании положений действующего законодательства, и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 АПК РФ, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.06.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.08.2022 по делу № А32-53756/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяВ.В. Конопатов

 

Судьи И.М. Денека 

 

М.Г. Калашникова