Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-75695/2016

12 июня 2017 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена  26 мая 2017 года.

Полный текст решения изготовлен  12 июня 2017 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Лилль В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

ФИО2,  ООО "ТП-Инвест", ООО «ПРОКАМИ» 

к ФИО3, ООО «ТП-Инвест», ООО «Уютный дом» , индивидуальный предприниматель ФИО3

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью "Петербургские отели", Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №15 по Санкт-Петербургу, ФИО4, ФИО5, общество с ограниченной ответственностью "Уютный дом", ФИО2, ФИО3

о признании недействительными:

договора купли-продажи 50% долей в уставном капитале ООО «Петербургские отели»; договора купли-продажи 100% долей в уставном капитале ООО «Уютный дом» ;

решения общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» от 26.10.2016;

договоров уступки прав требований между ООО «ПРОКАМИ», терентьевым А.В., ООО «Уютный дом» от 26.20.2016;

при участии

- от истцов: представители ФИО6, доверенность от 27.12.2016, ФИО7, доверенность от 27.12.2016, ФИО8, доверенность от 27.12.2016, ФИО9, доверенность от 16.12.2016;

- от ответчиков: представители Дубровская, И.И., доверенность от 17.11.2016, ФИО10, доверенность от 17.11.2016;

- от третьих лиц: ФИО11, по паспорту, представитель МИ ФНС – ФИО12, доверенность от 09.01.2017;

установил:

ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «ТП-Инвест», общество с  ограниченной ответственностью «ПРОКАМИ» обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковыми заявлениями к ФИО3 и обществу с ограниченной ответственностью  «ТП-Инвест» (далее – ответчики), обществу с ограниченной ответственностью «Уютный дом» и предпринимателю ФИО3, с учетом ходатайства Истцов от 14.03.2017 об уточнении исковых требований вследствие объединения  нескольких дел в одно производство, в  соответствии с определениями арбитражного суда от 20.02.2017 по делу №А56-75695/2016, от 03.03.2016 по делу №А56-79193/2016, и от 21.03.2017 по делу №А56-87791/2016 о признании недействительными:

договора купли-продажи 50% долей в уставном капитале ООО «Петербургские отели» (ОГРН 

<

***>) между ФИО2 и ФИО3 от 26.10.2016 и применении последствий его недействительности, в виде возврата сторон сделки в существовавшее состояние (с принадлежностью каждому по 50% долей, номинальной стоимостью 50 000 рублей, в уставном капитале ООО «Петербургские отели» (ОГРН 

<

***>);

договора купли-продажи доли 100% долей уставного капитала ООО «Уютный дом» (ОГРН 

<

***>) между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3 от 26.10.2016;

решений общего собрания участников ООО «ТП-Инвест», оформленных протоколом №10-16 от 26.10.2016, по всем вопросам повестки дня:

об избрании председателем собрания - ФИО3, секретарем собрания - ФИО2»;

об оформлении настоящего собрания, а также принимаемых участниками решений протоколом в простой письменной форме, с подписанием его всеми участниками Общества, не требующим нотариального удостоверения;

об одобрении заключения ООО «ТП-Инвест» не крупной сделки, в которой имеется заинтересованность участника Общества (ФИО3) по отчуждению Обществом по договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Уютный дом», зарегистрированного 31.10.2012 за основным государственным регистрационным номером (ОГРН) 

<

***>, ИНН 

<

***>, КПП 783801001, ФИО3 в размере 100%, номинальной стоимостью 5 000 000 рублей, по цене равной  5 000 000  рублей;

договоров уступки прав требования от 26.10.2016, составленных на бланках 78 АБ 1504655, 78 АБ 1504656 реестровый номер 20-1895; 78 АБ 1504657, 78 АБ 1504658 реестровый номер 20-1896; 78 АБ 1504659, 78 АБ 1504660 реестровый номер 20-1897; 78 АБ 1504661, 78 АБ 1504662 реестровый номер 20-1898; 78 АБ 1504663, 78 АБ 1504664 реестровый номер 20-1899; 78 АБ 1504665, 78 АБ 1504666 реестровый номер 20-1900, и применении последствий их недействительности путем возврата исполненного (реституции), в том числе:

Договора уступки права требования между ООО «Проками», ОГРН 

<

***>, «Цедент» ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 1 508 804, 79 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №0809-15 от 08.09.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования сумму в размере 1 000 рублей;

Договора уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***> «Цедент», ФИО3 -    «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому   ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 5 532 208,90 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №0909-15 от 09.09.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования сумму в размере 1 000 рублей.

Договора уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***> - «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***> «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 100 524,66 рублей. к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №0911-15 от 09.11.2015., а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования сумму в размере 500 рублей.

Договора уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***> «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 53 263,22 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору № 1804/16 от 18.04.2016, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования сумму в размере 500 рублей.

Договора уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***>  «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 1 551 441,78 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №2008/15 от 20.08.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования сумму в размере 1 000 рублей.

Договора уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***>, «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 7 034 952,05 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №1211-15 от 12.11.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования сумму в размере 1 000 рублей.

К участию в деле, в совокупности, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены: общество с ограниченной ответственностью "Петербургские отели", общество с ограниченной ответственностью «Уютный дом», Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 15 по Санкт-Петербургу (далее - регистрирующий орган), временно исполняющий обязанности нотариуса -  ФИО4, нотариус ФИО5, ФИО3, ФИО2.

В обоснование предъявленных требований ФИО2, ООО «ТП-Инвест»- с 50% долей участия в нем ФИО2, ООО «ПРОКАМИ» с равными 59% долями участия ФИО2 и ФИО3, при обращении с вышеперечисленными требованиями в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО3. ООО  «ТП_Инвест», ООО «Уютный дом» (со 100% участием ООО «ТП-Инвест») к индивидуальному предпринимателю ФИО3, сослались на следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки.

Из установленного пунктом 2 статьи 179 ГК РФ основания недействительности сделок усматривается, что обман, злонамеренное соглашение представителя и кабальная сделка характеризуется несоответствием воли волеизъявлению в сделке.

При этом указанное основание может повлечь признание оспариваемой сделки недействительной только в том случае, когда оно являлось необходимой причиной совершения сделки, без которого сделка не была бы совершена, когда противоправные действия виновных оказали решающее влияние на совершение сделки потерпевшим.

Таким образом, обман, представляющий собой умышленное введение стороны в заблуждение, приобретает юридическое значение тогда, когда к нему прибегают как к средству склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у другой стороны не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

Обман при совершении сделки (статья 179 ГК РФ) может выражаться в намеренном умолчании лица об обстоятельствах, о которых оно должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной только, если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки (пункты 7, 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 №162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Следовательно, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит факт умышленного обмана недобросовестной стороной другой стороны относительно предмета и природы сделки либо тождества ее предмета.

По данному основанию для признания сделки недействительной входит доказывание того факта, что Истец был обманут Ответчиком, в чем именно состоит обман и как он повлиял на заключение оспариваемой сделки.

Терентьев АП.В. с требованиями истца не согласился, сославшись на следующее.

Из буквального толкования положений статьи 179 Гражданского Кодекса Российской Федерации следует, что обман должен затрагивать существенные моменты формирования внутренней воли, такие, при достоверном представлении о которых сделка бы не состоялась.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ Истцом не представлено доказательств того, что Ответчик обещал заключение каких-либо сделок в пользу ФИО14

Истцом не представлены достаточные доказательства, подтверждающие наличие у Ответчика прямого умысла на сообщение ложной информации с целью заключения Договора.

В соответствии со статьей 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит. 

Сделка считается совершенной под отменительным условием, если стороны поставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

В спорном случае  отсутствует  Договор,  содержащий какие-либо условия и потому не является условной сделкой: не содержит отменительного условия о том, что его действие прекращается в случае несовершения иных сделок в пользу иного лица - одного из участников Истца - ФИО14 

Кроме того, сделки, подлежащие заключению в пользу ФИО14, также условными не являются: их заключение не поставлено в зависимость от отлагательного условия в виде заключения Договора.

Следовательно, если бы Стороны желали достичь правового эффекта, указанного Истцом, то в силу принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) предусмотрели бы определенный порядок вступления Договора в силу, поставив его вступление в силу в зависимость от наступления конкретных обстоятельств (отлагательных условий) в виде совершения Сделок в пользу ФИО14

Ни проектов документов, ни переписки, ни переговоров об этом Истец не представил.

Доказательств недобросовестного способствования наступлению или ненаступлению того или ионного условия со стороны Ответчика Истцом не представлено.

Истцом не доказано, что угроза, насилие, обман, злонамеренное соглашение представителя и стечение тяжелых обстоятельств являлись необходимой причиной заключения Договора.

Доказательств свидетельствующих о том, что заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создала у Истца не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, цене, других обстоятельствах, повлиявшее на решение Истца заключить спорные сделки, а также свидетельствующих о том, что заинтересованная в совершении сделки сторона воздействовала на волю Истца с целью принудить его к заключению Договора посредством носящих реальный и существенный характер угроз, не представлено.

Оснований для признания оспариваемых решений и сделок недействительными (ничтожными) в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, также не имеется, поскольку не подтверждено, что все спорные Договоры был заключены исключительно с намерением причинить вред Истцу либо как следствие злоупотребления правом в иных формах.

Доказательства недобросовестности со стороны Ответчика в материалах дела отсутствуют, а заблуждение относительно мотивов сделки значения не имеет.

Все представленные в материалы дела доказательства являются косвенными и не доказывают ни одного факта, о наличии которых утверждает противоположная сторона. 

Обращаясь с требованиями о признании сделки недействительной, истец обязан представить прямые доказательства, поименованные в законе, в частности, посредством представления письменных или бесспорных устных доказательств доказать наличие обмана со стороны ФИО3 

В предмет доказывания входит доказывание ясно выраженной договоренности ФИО3 и ФИО2 о подписании исчерпывающего перечня сделок на конкретных, заранее согласованных условиях.

Такими доказательствами могли бы быть рамочное соглашение, соглашение о намерениях, договор мены, предварительный договор, сделки под условиями.

Ни одного подобного письменного доказательства за полгода ведения переговоров в дело не представлено.

Риск непредоставления надлежащих бесспорных прямых доказательств недействительности сделки сторона, обратившаяся с иском, несет самостоятельно, коль скоро она с таким требованием обратилась. Судебное решение не может быть основано на предположениях, основанных на косвенных доказательствах. 

Обстоятельства и факты, на основе свидетельских показаний являются косвенными доказательствами и не могут в достаточной мере служить основой для вывода суда о недействительности сделки.

По результатам просмотренного видеофайла, Ответчик полагает, что это доказательство также является косвенным, поскольку доводы и комментарии относительно тех или иных фрагментов носят предположительный характер.

В частности, утверждение о наличии у ФИО3 некого списка всех запланированных к подписанию сделок ничем не подтверждается, кроме как предположениями, основанными на том, что по мере совершения сделок ФИО3 вносил в список какие-то пометки. Между тем, это мог быть список документов, необходимых для совершения той или иной сделки, что и отмечал ФИО3

ФИО3 не отрицает наличие договоренности о совершении сделок, но указывает на то, что совершение сделок по отчуждению имущества ФИО2 было поставлено условие: 

Передача ФИО3 части активов (рассматриваемые сделки) и  передача ФИО3 денежных средств в согласованном сторонами объеме для компенсации финансовых потерь и обязательств компаний.

Одно условие выполнено не было - денежные средства не переданы, более того, выражено намерение их не передавать со стороны ФИО2, что явилось основанием для отказа в совершении сделок, поставленных под условие.

Факт наличия и необходимости исполнения одновременно этих двух условий для передачи активов ФИО2 как раз и объясняет то, почему сначала подписывали сделки по передаче активов ФИО3, поскольку передача активов ФИО3 - первичное условие для передачи активов ФИО2

Поэтому сам по себе некий список не может подтверждать наличие обмана, поскольку ФИО3 не оспаривает наличие общей договоренности о передаче активов.

Кроме того, никто из присутствовавших возражений относительно указанного списка не высказали.

Ссылки оппонентов на то, что все сделки были определены исчерпывающим перечнем, а также определены их условия, не находят документального подтверждения. 

Тот факт, что с условиями ознакомлены все присутствующие представители ФИО3 и ФИО2, не означает, что с условиями ознакомлены сами стороны сделок -ФИО3 и ФИО2, а наоборот, противоположный факт их неосведомленности о подробных условиях сделок подтверждается тем, что каждая сторона, в особенности ФИО2, как следует из видеозаписи, подробно изучает условия каждой сделки, прежде чем ее подписать. 

Поэтому на подписание 3-х сделок понадобился час времени, хотя при простом автоматическом подписании это заняло бы не более минуты.

Следовательно, конклюдентными действиями сторон подтверждается тот факт, что условия сделок их сторонам не были известны на момент их подписания.

Данное обстоятельство, в свою очередь, подтверждает отсутствие порока воли у ФИО2, поскольку, как видно из видеозаписи, он не автоматически подписывал сделки и протокол собрания участников ООО «ТП-Инвест», как до этого утверждал Истец, а изучал с помощью юристов в лице сына и не только подробно и долго содержание каждого подписываемого документа.

Кроме того, ФИО2 подписывал не только сделки и протоколы к ним, но также ставил подпись в журнале нотариальных записей, то есть неоднократно выражал свою волю на подписание указанных сделок.

Обращается внимание на то, что, как следует из видеозаписи и не оспаривается сторонами, стороны ставили подписи в журнале у нотариуса в подтверждение совершения той или иной сделки после подписания каждой сделки, а не всех, тем самым данное обстоятельство очередной раз подтверждает тот факт, что между сторонами не было договоренности о подписании всех сделок одновременно, поскольку в противном случае стороны расписались бы в журнале у нотариуса после подписания всех сделок, а не каждой отдельной.

По мнению ФИО15, совокупностью приведенных обстоятельств,  подтверждается отсутствие порока воли у ФИО2 относительно подписания рассматриваемых сделок:

Тщательное длительное изучение каждого документа;

Подписание нескольких сделок и протоколов к ним;

Роспись в нотариальном журнале после совершения сделок;

Произнесение вслух существо каждой сделки перед ее подписанием.

Однако окончательное волеизъявление формируется и выражается непосредственно в момент совершения сделки.

Свидетельские показания, как и рассмотренный выше видеофайл, такжеявляются косвенными доказательствами, поскольку даны заинтересованными лицами, тем или иным образом связанными со сторонами.

Из показаний свидетелей и из искового заявления ООО «ТП-Инвест» к ООО«Уютный дом» следует, что генеральный директор ООО «ТП-Инвест», подписавшийисковое заявление в отношении сделки с ООО «Уютный дом» - заинтересованное лицо,выступающее на стороне ФИО2

Между тем, именно его как организатора заключения сделок называли свидетели, в то время как данное лицо представляет волю ФИО2, выступая на его стороне и в его интересах.

Также из выступлений свидетеля ФИО18 следует, что всегда проводились общие собрания подобным образом, что не все сделки были внесены в реестровые книги.

Из аудиторского заключения специалиста №16-ТЭ-2017 от 27.03.2017,проведшего исследование по заказу генерального директора ООО «ТП-Инвест» ФИО11 в ООО «МЦ «АргументЪ», следует, что с номера телефона ФИО3 отправлено сообщение от 26.12.2016 в адрес ФИО2, подтверждающее наличие неразрешенных финансовых противоречий, где подтверждаются претензии ФИО3 к ФИО2 о причинении ФИО3 в течение 4-х лет убытков, что не отрицается сторонами и соответствует позиции ФИО3

Из заключения специалиста №23/17 от 20.02.2017 Экспертно-криминалистического бюро подтверждается, что между сторонами на протяжении всего процесса переговоров по заключению сделок постепенно развивался конфликт, который достиг своего максимума в определенный момент, и что в итоге привело к отсутствию согласия в заключении последующих сделок.

Следует отметить, что во всем остальном указанное заключение не представляет собой никакой доказательственной ценности, поскольку не информативно в силу неразборчивости речи всех присутствовавших на переговорах.

Кроме того, каждое из представленных противоположной стороной доказательств можно неоднозначно трактовать в ту или иную сторону, каждое из них является косвенным, все доводы являются предположениями, умозаключениями, суждениями и домысливанием, не подтверждёнными ни одним надлежащим допустимым и относимым к предмету заявленных требований доказательствами по смыслу статьи 68 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, доводы  лиц, участвующих в деле, представленные доказательства по их  совокупности дт и взаимосвязи суд пришел к следующему.

Материалами дела подтверждается, что ФИО2, совместно с ФИО3, начиная с 2001 года, были созданы юридические лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью в сфере недвижимости (главным образом, в сфере гостиничного бизнеса и организации иных средств размещения).

Совместная деятельность в этой области началась с учреждения в 2001 году ЗАО «Петербургские отели» с долей участия 62,6% ФИО3  и 37,4% долей участия ФИО2, правопреемник - ООО «Отель Амбассадор». 

ООО «Отель Амбассадор» были выкуплены и расселены коммунальные квартиры в доме по адресу: 

<

...> д.5-7, с  реконструкцией  здания под отель. В настоящее время это четырехзвездочный отель в центре Санкт-Петербурга на 250 номеров с бассейном, банкетными и конференц-залами.

В собственности ООО «Отель Амбассадор» находятся доли в праве собственности на коммунальные квартиры №6 и 8 по адресу: Санкт-Петербург, пр. ФИО19, д.1.  

В   связи  с невозможностью  выкупа долей в  праве  собственности на указанные 3 квартиры, находящихся в государственной собственности, использование данных объектов в предпринимательской деятельности является затруднительным.

В 2007 году было создано ООО «Петербургские отели» (ОГРН 

<

***>), с равными долями в нем участия ФИО2 и ФИО3 (по 50%), в  собственность которого были выкуплены квартиры в соседнем с отелем «Амбассадор», доме №3 по проспекту ФИО19. 

Из 9 квартир был создан хостел «Резиденция Коффер» по адресу: 

<

...>. 

Остальные 22 квартиры использовались для сдачи в краткосрочную аренду.

Дочерним обществом по отношению к ООО «Петербургские отели» являлось ООО «Гостиница «На Садовой» (ОГРН 

<

***>), которое Истцом совместно с ФИО3 было куплено на торгах вместе с находящимися на его балансе земельным участком и зданием по адресу: Санкт-Петербург, ул. Садовая, д. 53. 

В здании расположена гостиница на 35 номеров, офисные помещения, сдаваемые в аренду, и 2 нежилых помещения, которые используются под кафе.

В 2007 году было создано ООО «ТП-Инвест» (ОГРН 

<

***>), с равными 50%долями участия Истца и ФИО3, в собственность которого были приобретены: земельный участок с нежилыми зданиями по адресу: Санкт-Петербург, наб. Крюкова канала, д. 26; квартиры в соседнем доме 28 по наб. Крюкова канала; квартиры в домах 1-3 на улице Большая Подьяческая.

В качестве дочернего по отношению к ООО «ТП-Инвест» в 2012 году было создано ООО «Уютный дом» (ОГРН

<

***>), в собственности которого находится земельный участок в Ленинградской области, п. Юкки.

Помимо указанных обществ и принадлежащего Истцу и Ответчику имущества в собственности каждого имеются объекты недвижимости и иное имущество, приобретенное на общие средства и используемое в общих бизнес-проектах, в частности:

в собственности ФИО2:

квартира №69 по адресу: Санкт-Петербург, наб. канала ФИО16, д. 72;

квартира №49 по адресу: 

<

...>;

квартира №7 по адресу: Санкт-Петербург, ФИО17 канал, д. 28;

квартира №29 по адресу: Санкт-Петербург, Большая Подьяческая, д. 1-3.

в собственности ФИО3:

квартира №51 по адресу: 

<

...>;

квартира №15 по адресу: 

<

...>, лит. А;

квартира №8 по адресу: Санкт-Петербург, наб. Крюкова канала, д. 28.

В собственности юридических лиц, учитываемое в качестве совместного, находится следующее имущество:

квартира №443 по адресу: Лыжный пер., д.8, корп. , лит. А, находящаяся в собственности ООО «Константа», собственником доли в размере 100% уставного капитала которого является ФИО3;

автотранспорт общей стоимостью более 10 000 000 рублей, находящийся на балансе ООО «Амбассадор-Тур», со 100% долей уставного капитала которого, владеет  Ж.В. Сморщок, доверенное лицо ФИО3;

несамоходный понтон плавучей гостиницы (Регистровый номер в Российской речном регистре 234983), находящийся в собственности ООО «Отель Амбассадор».

В начале 2016 года из-за разногласий личного характера, что не отрицается основными участниками спора, дальнейшее ведение совместного бизнеса стало невозможным, в связи с чем был поставлен вопрос о разделе бизнеса.

В ходе переговоров обсуждались различные варианты раздела бизнеса, в том числе путем продажи большинства объектов недвижимости и раздела полученных денежных средств, реорганизации созданных нами юридических лиц путем выделения или разделения и другие.

Обсуждение условий раздела имущества и способов оформления такого раздела продолжалось в период с февраля по октябрь 2016 года. 

В конечном итоге наиболее удобным для обеих сторон был избран раздел имущественных активов путем передачи в собственность каждого объектов недвижимости и иного имущества равной стоимости.

В том числе перераспределению при разделе имущества подлежало имущество ООО «Петербургские отели» в виде 50% доли в уставном капитале ООО «Петербургские отели», имущество ООО «ТП-Инвест» в виде 100% доли в уставном капитале ООО «Уютный дом».

В ходе переговоров стороны согласовали справедливую с точки зрения затрат на приобретение и доходности стоимость подлежащих разделу объектов в их совокупности, которые содержаться  в следующих документах:

в таблице за подписью ФИО3 от 20.04.2016, которая была составлена консультантами ФИО3, с подсчетами,  по его мнению, расходов понесенных на приобретение объектов недвижимости, на их содержание и приспособление под соответствующее использование, в  том числе , размере расходов ФИО3 и ФИО2. Подпись ФИО3 над таблицей означала, что он согласен с указанными в таблице цифрами;

в таблице «Согласование цены продаж» от 22.04.2016 в редакции от 01.06.2016, приведены общие затраты по объектам недвижимости, после чего Истцом и ФИО3 были вписаны от руки наши варианты минимальной и максимальной цены продажи указанных объектов, а также согласованные истцом суммы;

втаблице от 14.10.2016, направленной 25.10.2016 по mms с телефонного номера ФИО3 на номер ФИО11 (генеральный директор ООО «ТП-Инвест»), из содержания данной таблицы следует, что за несколько дней до встречи 26.10.2016 ФИО3 были подтверждены ключевые условия сделок по разделу активов;

втаблице «Структура раздела имущества» от 25.10.2016, отражающей договоренности сторон и составленной за день до назначенной даты подписания сделок. В соответствии с выводом ФИО3 о неравных вложениях в совместный бизнес, сделанным в таблице от 20.04.2016, в таблице был обозначен «долг» Истца перед ФИО3 в размере около 60 млн. рублей, который в дальнейшем учитывался при распределении активов;

в электронном письме ФИО11 от 11.08.2016, направленном в адрес ФИО3 и Ж.В. Сморщок (доверенное лицо ФИО3) (копия нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 2238642 от 28.03.2017 - ходатайство о приобщении к материалам дела заявлено 03.04.2017);

в таблице «Раздел имущества 07.09.2016, направленной ФИО11 в адрес Ж.В. Сморщок электронным письмом от 07.09.2016(копия нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 2238641 от 28.03.2017 - ходатайство о приобщении к материалам дела заявлено 03.04.2017.);

Ж.В. Сморщок отвечает на данное электронное письмо следующим образом: «Передам АВ.», что очевидно свидетельствует о том, что ФИО3 через своих доверенных лиц участвовал в обсуждении и разработке условий планировавшегося раздела имущества и согласовании конкретной стоимости объектов, подлежащих передаче в собственность каждой из сторон.

Баланс интересов Истца и интересов ФИО3 достигался в случае передачи в собственность каждого из нас объектов равной совокупной стоимостью, согласованной нами в ходе переговоров и нашедшей подтверждение в вышеуказанных таблицах. 

Договоренности по конкретным объектам, подлежащим передаче каждому из них, отражены в полученной от ФИО3 по mms таблице от 14.10.2016.

В целях достижения равенства стоимости имущества, передаваемого в пользу Истца, а также в пользу ФИО3, в таблицу от 14.10.2016 были  внесены следующие дополнения:

Доля в квартире №9 по адресу: Санкт-Петербург, пр. ФИО19, д.1 (в таблице от 14.10.2016 не учтена) -4 200 000 рублей;

Доли в квартирах №6 и 8 по адресу: Санкт-Петербург, пр. ФИО19, д.1 (в таблице от 14.10.2016 не учтены)6 410 000 рублей и 4 010 000 рублей. Всего: 10 420 000 рублей;

квартира №443 по адресу: Санкт-Петербург, Лыжный 

<

...>,  лит. А, находящаяся в собственности ООО «Константа» (в таблице от 14.10.2016 подлежала передаче ФИО3) - 8 500 000 рублей

квартира №15 по адресу: 

<

...>, лит.А (в таблице от 14.10.2016 подлежала передаче ФИО3) - 5 920 000 рублей

Доля в квартирах №36 и 40 по адресу: Санкт-Петербург, пр. ФИО19, д.1  - 32785 000 рублей и 3346 000 рублей, всего: 6 131 000 рублей

Итого:579 677 000 рублей; Итого:578 796 000 рублей.

Помимо перераспределения имущественных активов раздел бизнеса предполагал снятие финансовых претензий к передаваемым одному из бизнес-партнеров обществам со стороны обществ, контролируемых другим бизнес-партнером. 

Так, в ходе переговоров были достигнуты следующие соглашения по имеющимся правам требования: уступка прав требования, имеющихся у ФИО2 к ООО «Уютный дом», в пользу ФИО3; уступка прав требования, имеющихся у ООО «ПРОКАМИ», к ООО «Уютный дом», в пользу ФИО3.

В соответствии с указанными договоренностями уполномоченные лица ФИО2 приступили к подготовке проектов документов, оформляющих передачу имущества. 

То обстоятельство, что в проектах подлежащих подписанию договоров были указаны цены имущества, не имеющие ничего общего ни с рыночной, ни с согласованной сторонами стоимостью такого имущества, подтверждается содержанием электронных писем, поступавших от помощников ФИО3, по его указанию, занимавшихся составлением проектов договоров.

Несмотря на имевший место между конфликт, истец утверждает, что не предполагал, о возможном обмане со стороны своего многолетнего бизнес-партнера, в связи с чем согласился оформить достигнутые договоренности так, как это было предложено ФИО3, а именно путем одновременного подписания и удостоверения совокупности взаимосвязанных сделок, предусматривающих переход имущественных активов в единоличную собственность каждого из сторон, либо в собственность подконтрольных сторонам юридических лиц.

Проекты договоров были подготовлены нашими консультантами, что подтверждается электронной перепиской от 20-25 октября 2016 года, в которой содержатся проекты всех договоров, отражающих договоренности по разделу имущественных активов.

К подписанию 26.10.2016 были запланированы следующие договоры:

 В интересах Истца и ФИО2,:

Проект договора купли-продажи доли в размере 50% от размера уставного капитала ООО «ТП-Инвест», согласно которому ФИО3 (продавец) был обязан продать, а Истец (покупатель) купить вышеуказанную долю в уставном капитале ООО «ТП-Инвест» по цене 3 000 000 рублей, что составляло номинальную стоимость данной доли.

Намерение сторон на подписание данного договора подтверждается фактом его изготовления на нотариальном бланке, а также электронным письмом ФИО18 от 22.10.2016.

Проект расписки и заявления ФИО3 о том, что он получил от ФИО2, денежные средства в сумме 3 000 000 рублей в счет оплаты по обозначенному договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ТП-Инвест» содержится во вложении к электронному письму ФИО18 от 25.10.2016.

Проект договора  купли-продажи квартиры №8, общей площадью 40,7 кв.м., расположенной по адресу: Санкт-Петербург, наб. Крюкова канала, д.28, кадастровый номер 78:32:0001066:1465, согласно которому ФИО3 (продавец) был обязан продать, а ООО «ТП-Инвест» (покупатель) было обязано купить данную квартиру по цене 3 405 528 рублей;

Проект договора купли-продажи объектов недвижимости, согласнокоторому ООО «Петербургские отели» (Продавец), действуя в лицегенерального директора Ж.В. Сморщок, было обязано продать Истцу, а Истец купить указанные в проекте договора квартиры, а именно:

квартиру №3, общей площадью 18,4кв.м, расположенную по адресу:

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3392, по цене 624 111 рублей;

квартиру №11, общей площадью 70,3кв.м, расположенную по адресу:

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3367, по цене  3 330 000 рублей;

квартиру №17, общей площадью 98,1кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3375, по цене

3 500 000 рублей;

квартиру №18 общей площадью 78,2кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3376, по цене

1 135 000 рублей;

квартиру №19, общей площадью 78,8кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3377, по цене

1 020 000 рублей;

квартиру №22, общей площадью 81,7кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3383, по цене  3 430 000 рублей;

квартиру №26, общей площадью 81,1кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3387, по цене 3 690 000 рублей;

квартиру №29, общей площадью 100,6кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3390, по цене 3 310 000 рублей;

квартиру №30, общей площадью 83,2кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3394, по цене 1 080 000 рублей;

квартиру №32, общей площадью 103,5кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3396, по цене 3 560 000 рублей;

квартиру №35, общей площадью 77,7кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3399, по цене 3 530 000 рублей;

квартиру №41, общей площадью 74,6кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3408, по цене 1 550 000 рублей;

квартиру №42, общей площадью 80,9кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3409 по цене 3 500 000 рублей;

квартиру №47, общей площадью 67,6кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3414, по цене 1 912 508 рублей

квартиру №52, общей площадью 72,3кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3422, по цене 2 970 000 рублей;

квартиру №54, общей площадью 73,6кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3424, по цене 1 600 000 рублей;

квартиру №55, общей площадью 70,6 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3425, по цене 3 800 000 рублей;

квартиру №56, общей площадью 76,1кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3426, по цене 2 840 000 рублей;

квартиру №60, общей площадью 44,7кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3433, по цене 1 910 000 рублей;

квартиру №63, общей площадью 121,7кв.м, расположенную по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 78:32:0001149:3435, по цене 640 000 рублей.

Проект акта о проведении взаимозачета, согласно которому требования ФИО2 к ООО «Петербургские отели», возникшие из договоров займа, зачитываются в счет требования ООО «Петербургские отели» к Истцу об оплате квартир, находящихся по адресу: пр. ФИО19, д.3, содержится во вложении к электронному письму ФИО20 от 24.10.2016, что подтверждается копией нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 2238233 от 02.03.2017.

Общая стоимость имущества (квартир), приобретаемого Истцом по данному договору у ООО «Петербургские отели», должна была составить 48 931 619 рублей, а общая кадастровая стоимость данных объектов недвижимости в ценах 2016года. составила 141 882 793,54 рублей, соответственно, разность между кадастровой стоимостью и покупной ценой всех квартир составила 92 951 174,54 рублей.

Проект договора дарения квартиры №15, расположенной по адресу: 

<

...>, лит.А, кадастровый номер 78:32:0001633:1150, кадастровой стоимостью 6 186 985 рубдей, согласно которому ФИО3 (даритель) подарил бы, а Истец (одаряемый) принял бы в дар данную квартиру.

Проект данного договора содержится во вложении к электронному письму ФИО18 от 26.10.2016, что подтверждается копией нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 1654917 от 09.02.2017.

Проект договора дарения доли квартиры между ООО «ОтельАмбассадор» (даритель), ОГРН 

<

***>, и Истцом (одаряемый), - 36/96 долей в праве собственности на квартиру №6, кадастровый номер 78:32:0001149:3081, расположенную по адресу: 

<

...>, предусматривающего переход в собственность одаряемого комнаты №6 площадью 21.6кв.м, и комнаты №7 площадью 16.70 кв.м, кадастровая стоимость отчуждаемых долей составляла 5 597 526 рублей.

Проект протокола общего собрания участников ООО «Отель Амбассадор» об одобрении заключения обозначенного договора дарения содержится во вложении к электронному письму ФИО18 от 25.10.2016, что подтверждается копией нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 1654919 от 09.02.2017.

Проект договора дарения между ООО «Константа», ОГРН 

<

***>, (даритель) и мной (одаряемый») квартиры № 443, находящейся по адресу: Санкт-Петербург, Лыжный пер., д.8, корп.1, лит.А, площадью 99кв.м, кадастровый номер 78:34:0415902:16751, кадастровая стоимость квартиры 6 681 547 рублей.

Проект решения единственного участника ООО «Константа» ФИО3 об одобрении заключения данного договора как сделки с заинтересованностью содержится во вложении к электронному письму ФИО18 от 25.10.2016, что подтверждается копией нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 1654919 от 09.02.2017 (т.4л.д.43-49).

В интересах ФИО3:

Договор купли-продажи доли уставного капитала между ФИО2, (продавец) и А.В. Терентьевым (покупатель), в соответствии с которым Истец продавал, а ФИО3 приобретал долю в размере 50% уставного капитала ООО «Петербургские отели», ОГРН 

<

***>, по номинальной стоимости 50 000рублей.

Проект расписки и заявления Истца о том, что Истец получил от ФИО3 денежные средства в сумме 50 000 рублей в счет оплаты по обозначенному договору купли-продажи доли в размере 50% уставного капитала ООО «Петербургские отели» содержится во вложении к электронному письму ФИО18 от 24.10.2016, что подтверждается копией нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 1654954 от 10.02.2017.

Договор купли-продажи доли уставного капитала между ООО «ТП-Инвест» (общество, в котором 50% долей уставного капитала принадлежали Истцу, 50% долей уставного капитала принадлежали ФИО3 и которые он должен был передать ФИО2), и ФИО3, согласно которому ООО «ТП-Инвест» продало бы ФИО3 100% долю в уставном капитале ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, номинальной стоимостью 5 000 000 рублей, по цене 5 000 000 рублей.

Проект данного договора содержится во вложении к электронному письму ФИО18 от 22.10.2016, что подтверждается копией нотариального свидетельства об удостоверении факта 78 АБ 1654934 от 09.02.2017 (т.4л.д.85-95).

Проект протокола №10-16 общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» об одобрении заключения ООО «ТП-Инвест» данного договора как сделки, в совершении которой имеется заинтересованность участника общества ФИО3.

Намерение сторон, направленное на раздел активов ООО «Уютный дом», подтверждается также электронным письмом ФИО18 от 27.04.2015, в котором нашли отражение планы сторон по отчуждению земельного участка в поселке Юкки Всеволожского района Ленинградской области.

 Из содержания данного письма следует, что согласованная сторонами стоимость доли в размере 100 % уставного капитала ООО «Уютный дом» составляет 230 млн. руб., что опровергает выводы об оценке рыночной стоимости доли, содержащиеся в экспертном заключении, составленном по заказу ФИО3.

Договор уступки права требования между ООО «Проками», ОГРН 

<

***>, «Цедент» ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 1 508 804, 79 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №0809-15 от 08.09.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования  1 000 рублей.

Договор уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***> «Цедент», ФИО3- «Цессионарий», и ООО«Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому   ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 5 532 208,90 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №0909-15 от 09.09.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования 1 000 рублей.

Договор уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***> - «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***> «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 100 524,66 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №0911-15 от 09.11.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования 500 рублей.

Договор уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***> «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 53 263,22 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору № 1804/16 от 18.04.2016, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования 500 рублей.

Договор уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***>  «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий»,и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 1 551 441,78 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №2008/15 от 20.08.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования 1 000 рублей.

Договор уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ», ОГРН 

<

***>, «Цедент», ФИО3 - «Цессионарий», и ООО «Уютный дом», ОГРН 

<

***>, «Должник», по которому ООО «ПРОКАМИ» уступало ФИО3 денежные требования в размере 7 034 952,05 рублей к ООО «Уютный дом» (должник) по договору №1211-15 от 12.11.2015, а Цессионарий должен был выплатить Цеденту за уступаемые требования 1 000 рублей.

Таким образом, намерение сторон по совершению всех вышеперечисленных сделок (которые были согласованы в таблице за подписью ФИО3 от 20.04.2016, таблице «Согласование цены продаж» от 22.04.2016, таблице от 14.10.2016, таблице «Структура раздела имущества» от 25.10.2016, таблице «Раздел имущества 07.09.2016») полностью подтверждается электронной перепиской накануне 26.10.2016, а также фактом составления указанных договоров на нотариальном бланке и фактом внесения их в нотариальный реестр временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург СП. ФИО21 ФИО4.

Из представленной в материалы дела электронной переписки, усматривается, что воля ФИО2 была направлена на отчуждение принадлежащего ему имущества, а не на получение денежных средств в размере стоимости такого имущества. Взамен на отчуждение принадлежащего ему имущества он рассчитывал и должен был получить в единоличную собственность другое имущество равной стоимости, согласованной сторонами.

Фактически ФИО22 и ФИО3 было согласовано заключение ряда взаимосвязанных и взаимообусловленных сделок между ними, а также подконтрольными им юридическими лицами, результатом которых должно было стать прекращение права долевой собственности на ряд имущественных активов, прекращение совместного участия в обществах, передача имущественных активов в единоличную собственность каждого.

Отсутствие у сторон намерения производить расчеты по планируемым сделкам путем уплаты денежных средств и наличие воли именно на обмен имущественными активами подтверждаются следующим:

в письме ФИО20 от 11.07.2016 с проектами договоров указано, что «обе стороны склоняются к взаимозачетам (что позволит погасить взаимные долги и не нужно будет «перегонять» живые денежные средства со счета на счет)», что свидетельствует о намерении заключить договоры, предполагающие встречную передачу друг другу согласованного имущества;

в письме ФИО20 от 28.09.2016 указано, что «т.к. договор купли-продажи доли ООО «Уютный дом» будет между юр.лицом (ООО «ТП-Инвест») и физ.лицом (ФИО3), то движение денежных средств за продажу должно быть реальным», что свидетельствует о намерении создать видимость реальных расчетов между сторонами по заключаемым договорам;

письмом ФИО20 от 24.10.2016 направлены проекты договоров к подписанию 26.10.2016, в числе которых «Акт взаимозачета по отношениям: Квартира по ФИО17 каналу в зачет оплаты доли в уставном капитале Уютного дома», которым подтверждается наличие договоренности по одновременному заключению 26.10.2016 договоров, из которых возникнут зачитываемые обязательства;

из темы писем ФИО18 и ФИО20 от 28.09.2016-26.10.2016 и вложений в письма следует, что подготавливаемые документы касались именно «раздела имущества», а не купли-продажи или дарения, а «Схема подготовки документов по разделу имущества» предполагала заключение как договоров о передаче имущества в пользу ФИО3, так и одновременную передачу другого имущества в пользу ФИО2.

из писем ФИО20 следует, что за период с июля по октябрь 2016 года схема раздела бизнеса не претерпела существенных изменений и предполагала заключение совокупности договоров, результатом которых должно было стать перераспределение имущественных активов между ФИО2 и ФИО3 и подконтрольными им лицами;

из писем ФИО18 и ФИО20 от 22.10.2016 следует, что накануне запланированного подписания договоров проекты договоров о передаче всех имущественных активов, в отношении которых предполагалось произвести раздел, были разработаны, актуализированы, согласованы между сторонами и в окончательном виде оформлены нотариусом.

Указанное выше свидетельствует о наличии однозначных и непротиворечивых договоренностей между сторонами, неизменных на протяжении июля-октября 2016 года, а также о намерении заключить встречные и взаимосвязанные договоры, направленные на передачу имущественных активов, ФИО2, ФИО3 и подконтрольным лицам.

В материалах дела имеются письменные объяснения Истца, в которых подробно обосновано его намерение заключить договоры и подписать документы, запланированные на 26.10.2016, сформированное исключительно на наличии у ФИО2 оснований полагать, что ФИО3 в свою очередь будут заключены договоры и подписаны документы, предполагающие передачу имущества в пользу Истца.

Основания рассчитывать на заключение ФИО3 договоров в пользу Истца были созданы в первую очередь поведением самого ФИО3, который за две недели до запланированной даты подписания договоров  обсуждал с консультантами условия справедливого распределения   имущественных   активов   между   сторонами,   согласовывал приемлемую, с его точки зрения, стоимость конкретного имущества и условия достижения равенства стоимостей передаваемого каждому из нас имущества.

Кроме того, именно ФИО3 и его консультантами была подготовлена таблица учета затрат и доходности всех общих объектов от 20.04.2016, на основании которой им была выявлена разница в произведенных вложениях в объекты, подлежащая учету для достижения равенства передаваемого каждому из сторон имущества при его разделе.

Консультанты со стороны ФИО3 приняли непосредственное участие в разработке, согласовании и редактировании всех без исключения договоров, запланированных к подписанию 26.10.2016, что подтверждается представленной в материалы дела электронной перепиской.

Из совокупности обсуждения и пояснений. данных в ходе судебного процесса,  Истец не мог предположить, что после полугода обсуждений условий раздела бизнеса, неоднократных подтверждений согласия с такими условиями самого ФИО3 и разработки договоров, оформляющих согласованные условия раздела собственными помощниками ФИО3, у него остаются какие-то вопросы или возражения по подлежащим заключению договорам.

На 26.10.2016 было запланировано подписание взаимосвязанных сделок между ФИО23 ФИО13, а также подконтрольными хозяйственными обществами.

Подписание и нотариальное оформление договоров должно было проходить в помещении ООО «Отель Амбассадор», расположенном по адресу: Санкт-Петербург, пр. ФИО19, д.5-7, 9 этаж, куда была приглашена ФИО4, временно исполняющая обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга СП. Выменца.

Согласно утверждениям истца, не опровергнутым Ответчиком, первоначально встреча 26.10.2016 была запланирована на 9:00 для того, чтобы имелась возможность в спокойной обстановке проверить все договоры, предварительно выгруженные из программы нотариата с актуальным числом 26.10.2016. 

При этом,  подписание постоянно откладывалось. Участников встречи допустили в помещение только к 12 часам дня, а ФИО3 появился в переговорной комнате около 12.45.

Вместо временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО4, приглашенной на встречу от 26.10.2016 для нотариального удостоверения оспариваемых в настоящем деле договоров, процессом подписания договоров непосредственно руководил ФИО24, являющийся представителем ФИО3. 

ФИО25 в соответствии с планом, одобренным ФИО3, была определена очередность подписания и состав подписываемых на встрече документов. При этом, несмотря на то, что Истец являлся стороной подписания, указанный план не был согласован с ним.

В то же время роль временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО4 фактически сводилась к внесению записей в реестр нотариальных действий и проставлению подписей и печатей на договорах, что видно из видеозаписи процедуры подписания сделок.

В нарушение предписаний статьи 44 Основ законодательства Российской Федерации  о нотариате тексты договоров не были зачитаны ФИО4 сторонам подписания вслух, что подтверждается свидетельскими показаниями, в том числе и самой ФИО4.

Ориентировочно к 17.10 Истцом была подписана и ФИО4 была нотариально удостоверена часть договоров, предполагавших передачу имущественных активов в пользу ФИО3.

На обращенную к ФИО3 просьбу начать подписывать договоры о передаче активов в пользу Истца, ФИО3 была спровоцирована конфликтная   ситуация,   приведшая к фактическому  срыву   дальнейшего   подписания запланированных   сделок.

  ФИО3 без согласования с Истцом уехал из здания отеля, забрав личные вещи, одежду. Подписанные к этому моменту договоры оказались в распоряжении ФИО3.

С целью подтверждения обстоятельств заключения оспариваемых сделок к материалам дела было приобщено Заключение специалиста ООО «Экспертно-криминалистическое бюро» №22/17 от 14.03.2017, который провел фоновидеоскопическое экспертное исследование видеозаписи встречи от 26 октября 2016 года, представленной ответчиком в материалы дела. 

Согласно выводам специалиста причиной отсутствия звука на видеофонограмме из файла meting.MP4, представленной ответчиком, является его удаление после окончания съемки-записи оригинальной видеофонограммы. Видеофонограмма из файла meting.MP4 не является оригинальной.

Выводы специалиста о причинах отсутствия звука на видеозаписи опровергают доводы ФИО3, отраженные в его письменных объяснениях, и свидетельствуют о том, что звук на видеозаписи был удален умышленно, с целью обвинить Истца в срыве подписания договоров на встрече от 26.10.2016.

Из последовательности действий участников встречи 26.10.2016, зафиксированных на видеофонограмме, следует, что после того, как из переговорной временно удалились представители сторон, ФИО2 с использованием громкой связи вел телефонные переговоры с третьим лицом. Данный факт подтверждает доводы, содержащиеся в письменных объяснениях истца, о том, что подписание всей совокупности взаимосвязанных сделок было умышленно сорвано ФИО3, который обвинил в совершении экономических преступлений одного из бизнес-партнеров истца, с которым тот и вел телефонный разговор, что было запечатлено на видеозаписи.

Содержанием коммуникации участников встречи 26.10.2016, зафиксированной на видеозаписи, приобщенной к материалам дела, также подтверждается тот факт, что неподписание части договоров, предусматривающих переход имущественных активов в  пользу истца, не состоялось именно по причине спровоцированного ФИО3 конфликта.

Согласно описанию последовательности действий, отраженному в Заключении №22/17 от 14.03.2017, через некоторое время после того, как Истец закончил телефонный разговор и временно вышел из переговорной, ФИО3 покинул помещение.

При этом ФИО3, в отличие от Истца и иных лиц, присутствовавших на встрече, покинул переговорную, забрав свои личные вещи.

Зафиксированный на видеозаписи факт ухода ФИО3, досрочно покинувшего переговорную, в которой должно было состояться одновременное подписание совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных договоров, подтверждает доводы об имевшем место обмане ФИО2, со стороны ФИО3.

Примечательно, что в рамках дачи объяснений по настоящему делу в судебном заседании, которое состоялось 20.02.2017, ФИО3 отказался отвечать на вопрос о причинах неподписания договоров, предусматривавших переход имущественных активов в пользу Истца,   что   лишний   раз   свидетельствует   о   необоснованном, безмотивном характере отказа ФИО3 от подписания части сделок.

Доводы ФИО3 о том, что на встрече 26.10.2016 планировали подписать лишь те договоры, о которых договоримся», опровергаются представленной в материалы дела электронной перепиской и отсутствием каких-либо надлежащих и допустимых доказательств с его стороны, за исключением голословных утверждений об имеющихся иных обстоятельствах, согласно которым, совершенные сделки и были лишь запланированы, вопреки утверждениям истца.

При этом  намерение разделить бизнес, Ответчиком не отрицается.

Согласно материалам дела, подписание сделок 26.10.016 прервалось после просьбы, обращенной к ФИО3 подписать договор о передаче в пользу Истца доли в уставном капитале ООО «ТП-Инвест».

Соответственно, усматривается, что  ФИО3 изначально не имел намерения передавать долю в уставном капитале ООО «ТП-Инвест» в пользу Истца, несмотря на разработку проекта данного договора, включение данных активов в таблицы в качестве подлежащих передаче в пользу истца и иные действия ФИО3 и его консультантов были направлены на создание у Истца иллюзии наличия такого намерения с единственной целью – заполучить активы в свою пользу. 

Иными словами, в действительности ФИО3 не был намерен осуществлять раздел совместных имущественных активов, а изначально стремился получить под свой единоличный контроль все крупные активы, которые ранее находились в совместной собственности, без эквивалентного встречного предоставления.

Согласно утвреждениям истца и приобщенным к делу документам, о недобросовестном характере действий ФИО3, направленных на захват всех ранее принадлежавших ему с истцом совместно имущественных активов, свидетельствует также предпринятые сразу после предъявления истцом иска, рассматриваемого в рамках настоящего дела, действия ООО «Петербургские отели» по внезапному отчуждению принадлежавших обществу квартир и 100% долей уставного капитала ООО «Гостиница «На Садовой».

Указанные действия осуществлялись по инициативе ФИО3 и могут быть объяснены исключительно целью вывода активов из общества, то есть являются показателем недобросовестного поведения ФИО3, имеющим своей целью причинение вреда в условиях затяжного корпоративного конфликта и делающим восстановление корпоративного контроля бессмысленным, поскольку даже в случае удовлетворения иска ФИО2  получит почти не обеспеченную активами долю стоимостью более чем в 20 раз ниже по сравнению с имущественным положением ООО «Петербургские отели» к моменту возбуждения производства по делу № А56-75695/2016.

Приобретателем квартир и 100% долей уставного капитала ООО   «Гостиница   «На   Садовой»   выступило   ООО   «М-ФИНАНС», юридическое  лицо,   расположенное   по   адресу  массовой  регистрации юридических лиц. 

Близость дат внесения изменений в ЕГРН в отношении спорных квартир при их перепродаже от ООО «М-ФИНАНС» к ООО «Астра Холдинг» (06.12.2016, 12.01.2017) свидетельствует об осуществлении почти незамедлительной перепродажи спорных квартир. 

Ещё большие сомнения вызывает фигура приобретателя 28 из 32 принадлежавших ООО «Петербургские отели» объектов недвижимости, ООО «Астра Холдинг». 

Указанное юридическое лицо было создано 30.11.2016, то есть за несколько недель до заключения оспариваемых сделок, оно расположено по адресу массовой регистрации юридических лиц, а его единственным участником выступает кипрская компания с ограниченной ответственностью «ХЭКНИКО ЛТД.». 

Таким образом, из 392 400 000рублей балансовой стоимости имущества ООО «Петербургские отели» остались не проданными только имущественные активы стоимостью 18 390 000 рублей, причём оказалось отчуждено наиболее ценное имущество общества, что свидетельствует о недобросовестном характере действий ФИО3, направленных на вывод имущественных активов.

Заключенные истцом 26.10.2016 договоры, в том числе оспариваемые по настоящему делу, а также решение общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» об одобрении заключения одного из оспариваемых по настоящему делу договоров, являются недействительными, поскольку заключены под влиянием обмана, умышленно созданного ФИО3 относительно обстоятельств заключения сделок, из которых я исходил при их совершении.

Согласно содержанию подписанных и нотариально удостоверенных 26.10.2016 договоров, в результате подписания ФИО2 в пользу ФИО3 были переданы имущественные активы, общей согласованной стоимостью 544 182 000 рублей (на основании: таблицы за подписью ФИО3 от 20.04.2016, таблицы от 14.10.2016, направленной с телефонного номера ФИО3 на номер ФИО11, таблицы «Структура раздела имущества» от 25.10.2016, отражающей договоренности сторон и составленной за день до назначенной даты подписания сделок, а также таблицы, отражающей договоренности сторон по совершению сделок 26.10.2016) и последствия фактического неподписания части сделок.

В результате неподписания всех запланированных сделок фактическое имущественное положение Истца составило 208 320 000 рублей.

Таким образом, ущерб, нанесенный Истцу в результате неподписания всех запланированных сделок, составил 335 862 000 рублей.

В то же время договорная цена продажи указанных активов более чем в 60 раз меньше согласованной между Истцом и ФИО3 стоимости переданного имущества.

Кроме того, в соответствии с договорами уступки прав требования, подписанными 26.10.2016, ФИО2 произведено прощение долгов на сумму 15 781 195,40 рублей, имевшихся у ООО«Уютный дом», доля в размере 100% уставного капитала которого также отчуждена в пользу ФИО3 26.10.2016. 

Размер встречного предоставления за уступленные Истцом права требования составил 5 000 рублей, которое в действительности не было получено Истцом.

Подписанное Истцом заявление на бланке 78 АБ 1504641, реестровая запись №20-1892 о том, что Истец будто бы получил от ФИО3 денежные средства в размере 50 000 рублей в счет оплаты по договору купли-продажи доли в размере 50 % уставного капитала ООО «Петербургские отели», является фиктивным. 

Оплаты по иным сделкам ФИО2  от ФИО3 также не получил. 

При этом даже если бы оплата по указанным договорам была получена, это никак не повлияло бы  на недействительность сделок, поскольку цена договоров, как было указано выше, являлась символической.

Таким образом, принадлежащее Истцу имущество общей стоимостью 335 862 000 рублей, а также права требования на сумму 15 781 195,40 рублей перешли ФИО3 безвозмездно.

Протокол общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» №10-16 от 26.10.2016 об одобрении заключения сделки по отчуждению 100% доли в уставном капитале ООО «Уютный дом» также был подписан Истцом исключительно в связи с ожиданием заключения ФИО3 ряда взаимосвязанных сделок, предусматривающих переход имущественных активов в пользу Истца.

Согласно свидетельским показаниям временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург СП. ФИО21 ФИО4, указанный протокол был подписан также  на встрече 26.10.2016, а не по месту нахождения исполнительного органа общества, общее собрание участников при этом де-факто не проводилось.

Из вышеприведенного следует, что, если бы Истец мог предположить, что ФИО3 внезапно откажется от подписания и нотариального удостоверения договоров, опосредовавших передачу имущественных активов, Истец никогда не подписал бы договоры, предусматривающие переход имущественных активов в пользу ФИО3, в том числе договор купли-продажи доли в размере 50 % уставного капитала ООО «Петербургские отели», договоры уступки прав требования от имени подконтрольного ООО «ПРОКАМИ», а также не дал бы согласие на заключение договора купли-продажи 100 долей уставного капитала ООО «Уютный дом».

План по разделу совместных имущественных активов между ФИО23  ФИО13  предусматривал,  что  заключение  части  договоров, опосредующих имущественное предоставление в пользу ФИО3, является, по сути, «встречным предоставлением» по тем договорам, которые опосредовали имущественное предоставление в пользу Истца. 

В отсутствие такого «встречного предоставления» Истец никогда бы не совершил сделок, предусматривающих переход имущественных активов в пользу ФИО3, в том числе не были бы совершены оспариваемые по настоящему делу сделки.

Доводы ФИО3, содержащиеся в его процессуальных документах, о том, что 26.10.2016 должно было состояться лишь обсуждение проектов договоров, а подписание - только в случае достижения соглашения по всем условиям, несостоятельны и не способны объяснить, по какой причине сомнения относительно условий заключаемых договоров и необходимость их дополнительного обсуждения появились у ФИО3 уже после получения им выгодных для него договоров о передаче мной имущественных активов в его пользу.

Более того, указанные доводы ФИО3 опровергаются и содержанием коммуникации участников встречи 26.10.2016, зафиксированной на видеозаписи, приобщенной к материалам дела, согласно которой,  имел место не просто переговорный процесс, в рамках которого было достигнуто соглашение о заключении лишь части сделок, как утверждает ФИО3 (стороны не обсуждали условия сделок), а подписывали заранее подготовленные и согласованные ими договоры, внесенные нотариусом в нотариальный реестр. 

ФИО3 не читал договоры перед подписанием, а сразу подписывал, что подтверждается содержанием представленных в материалы дело видеозаписей, а также свидетельскими показаниями ФИО4.

Действуя добросовестно и осознавая взаимосвязанный встречный характер   подлежащих   заключению   договоров,   ФИО3   при обнаружении несогласованных условий любого из договоров обязан был сообщить о невозможности подписания всей совокупности взаимосвязанных договоров, прервать подписание договоров и оформить расторжение уже подписанных договоров.

Более того, если, как утверждает ФИО3, 26.10.2016 планировалось лишь проведение переговоров по поводу заключения сделок, то остается неясным, для чего на встречу была приглашена временно исполняющая обязанности нотариуса СП. ФИО21 ФИО4, зачем ею были заранее подготовлены и распечатаны на бланках все указанные в настоящем иске договоры, и наконец, с какой целью записи о запланированных к подписанию договорах уже были внесены нотариусом в реестр, что подтверждается копией нотариального реестра.

В действительности вопреки утверждениям ФИО3, ничего неожиданного для него в предложенных к подписанию 26.10.2016 договорах не было, поскольку проекты договоров были разработаны и перепроверены накануне подписания доверенными лицами ФИО3 - Ж.В. Сморщок, ФИО25, ФИО20. 

Если же по каким-то причинам предложенные к подписанию документы показались ФИО3 не соответствующими ранее достигнутым договоренностям, то ему следовало немедленно сообщить об этом Истцу, иным участникам встречи, нотариусу. 

Таким действий не было осуществлено,  ФИО3 создавал видимость намерения подписать договоры о передаче имущества в пользу ФИО2, что стало единственной причиной подписания последним оспариваемых договоров, а также протокола общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» № 10-16 от 26.10.2016.

Что касается права любого лица «передумать» заключать тот или иной договор, на что намекает ФИО3 в своем отзыве, то такое право, безусловно, было и у ФИО3. 

При этом, право «передумать» должно было быть предоставлено и Истцу. 

Подписанные Истцом договоры, а также протокол общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» №10-16 от 26.10.2016 в отрыве от встречных взаимосвязанных с ними договоров, подлежавших подписанию ФИО3, не отражают волеизъявления Истца и подлежат признанию недействительными как заключенные под влиянием обмана.

Таким образом, на 26.10.2016 было запланировано заключение и нотариальное удостоверение совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных сделок, которые должны были иметь своим результатом раздел имущественных активов между Истцом, ФИО2, ФИО3 и подконтрольными им организациями. 

При этом указанные сделки были заключены по номинальной стоимости, эквивалентность же предоставления обеспечивалась исключительно за счет ожидания заключения всей совокупности запланированных к подписанию 26.10.2016 сделок.

 В этой связи необоснованный отказ ФИО3 от подписания части сделок, предусматривавших переход имущественных активов в пользу ФИО2, делает недействительной договоренность по разделу совместных имущественных активов, что влечет недействительность заключенных 26.10.2016 сделок, предусматривающих переход имущественных активов в пользу ФИО3.

В рамках настоящего дела ФИО2, оспаривает действительность: договора купли-продажи 50% долей уставного капитала ООО «Петербургские отели» от 26.10.2016 между ФИО2 и ФИО3;

договора купли-продажи 100% долей уставного капитала ООО «Уютный дом» от 26.10.2016 между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3;

решения общего собрания ООО «ТП-Инвест» об одобрении заключения договора купли-продажи доли в размере 100 % уставного капитала ООО «Уютный дом», заключенного 26.10.2016 между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3,

шести договоров уступки права требования между ООО «ПРОКАМИ» (Цедент), ФИО26 и ООО «Уютный дом» (Должник) от 26.10.2016, являющихся частью системы взаимосвязанных и взаимообусловленных сделок, которые должны были быть заключены 26.10.2016 между ФИО2, ФИО3 и подконтрольными юридическими лицами в рамках реализации плана по разделу совместных имущественных активов.

Указанные сделки являются недействительными по следующим основаниям.

Согласно части 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.

По смыслу части 2 статьи 179 ГК РФ, принимая во внимание правовую позицию ВС РФ, выраженную в Постановлении Пленума от 23.06.2015  №25,  а также правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации, отраженную  в  Информационном  письме  от 10.12.2013 №162, обманом является намеренное (умышленное) введение в заблуждение стороны в сделке другой стороной либо лицом, в интересах которого совершается сделка, относительно характера сделки, ее условий и других обстоятельств, влияющих на решение потерпевшей стороны. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за ее пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки. Обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки).

Заключение оспариваемых по настоящему делу договора купли-продажи 50% доли в уставном капитале ООО «Петербургские отели», а также договора купли-продажи 100%  доли в уставном капитале ООО «Уютный дом» было основано исключительно на созданном у ФИО2, правомерном и обоснованном ожидании одновременного заключения 26.10.2016 ФИО3 и подконтрольными ему организациями совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных с оспариваемым договором сделок, которые так и не были совершены из-за недобросовестных действий ФИО3, выразившихся в отказе от заключения сделок, опосредовавших передачу имущественных активов в мою пользу. 

Формирование воли на заключение оспариваемых договоров происходило не свободно, под влиянием недобросовестных действий ФИО3, что свидетельствует о том, что оспариваемые сделки были совершены под влиянием обмана и в силу части 2 статьи 179 ГК РФ, соответственно, являются недействительными.

Согласно части 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Договор купли-продажи 50% долей уставного капитала ООО «Петербургские отели», а также договор купли-продажи 100 долей уставного капитала ООО «Уютный дом», шесть договоров цессии от 26.10.2016 являлись лишь несколькими из совокупности взаимосвязанных сделок, которые в силу договоренности между ФИО2, и ФИО3 подлежали заключению 26.10.2016. 

Принимая во внимание тот факт, что действительное намерение сторон заключалось в осуществлении раздела имущественных активов между мною и ФИО3, который предполагал заключение целого ряда взаимосвязанных сделок, сам по себе факт заключения лишь сделок, опосредующих перемещение имущественных активов в пользу ФИО3, без заключения встречных сделок, опосредующих передачу имущественных активов в мою пользу, свидетельствует о том, что сделки, заключенные 26.10.2016, в том числе оспариваемые договоры, являются притворными, поскольку, будучи рассмотренными обособленно, вне связи с заключением «встречных» сделок, не отражают действительных намерений сторон по разделу принадлежавших нам совместно имущественных активов.

Согласно пункту 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Оспариваемые договоры, будучи несколькими из взаимосвязанных сделок, которые в совокупности прикрывали единый договор раздела имущественных активов между мной, ФИО2, ФИО3 и подконтрольными нам организациями, являются притворными сделками, вследствие чего являются  недействительными на основании части 2 статьи 170 ГК РФ. На технический характер заключенных сделок указывает номинальный характер цен, зафиксированных в них.

При этом единого договора раздела имущественных активов между мной, ФИО2, и ФИО3, заключение которого в действительности соответствовало намерениям сторон, не заключено.

Соответственно, при незаключенности прикрываемой сделки к отношениям между сторонами должны быть применены правила о последствиях незаключенности прикрываемой сделки. 

Согласно ст. 1102 ГК РФ, ФИО3 должен возвратить всё полученное по договору в качестве неосновательного обогащения, что соответствует требуемому ФИО2 восстановлению положения, существовавшего до заключения договора (status quo).

Реплики   временно   исполняющей   обязанности   нотариуса   ФИО4, прозвучавшие на встрече, как следует из заключения специалиста ООО  «Экспертно-криминалистическое  бюро»  №  23/17  от  20.02.2017, подтверждают свидетельские показания ФИО4, согласно которым она не зачитывала вслух условия подписываемых договоров и не разъясняла их содержание, так как они уже были известны сторонам и их консультантам.

Согласно части 11 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению.

По смыслу статьи 16 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, нотариус обязан оказывать физическим и юридическим лицам содействие в осуществлении их прав и защите законных интересов, разъяснять им права и обязанности, предупреждать о последствиях совершаемых нотариальных действий с тем, чтобы юридическая неосведомленность не могла быть использована им во вред.

Статья 44 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате предусматривает, что содержание нотариально удостоверяемой сделки, а также заявлений и иных документов должно быть зачитано вслух участникам.

В соответствии со статьей  54 названных Основ нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

При подписании оспариваемых договоров на встрече от 26.10.2016, указанные выше требования не были соблюдены, что привело к существенному нарушению прав Истца.

Временно исполняющая обязанности нотариуса не установила тот факт, что в качестве встречного предоставления по оспариваемым в настоящем деле договорам ФИО2 рассматривал подписание ФИО3 договоров в его пользу, в частности, договора о продаже ему доли в уставном капитале ООО «ТП-Инвест». 

В случае разъяснения правовых последствий заключения нескольких сделок вместо единого договора раздела имущественных активов Истец бы отказался от подписания оспариваемых им договоров на встрече 26.10.2016.

Исходя из приведенных  свидетельских показаний, ФИО4 еще в мае 2016 года знала о наших намерениях разделить совместные имущественные активы путем заключения ряда сделок,  в частности, договоров купли-продажи долей в уставных капиталах ООО «Петербургские отели», ООО «ТП-Инвест» и ООО «Уютный дом».

ФИО4 была обязана предпринять   меры   по   информированию   участников   подписания  сделок  о необходимости выбора иной формы раздела совместных активов, нежели заключение нескольких сделок, и отказать в нотариальном удостоверении оспариваемых сделок на встрече 26.10.2016 в силу того, что они прикрывают единый договор раздела имущественных активов, т.е. являются притворными сделками.

Даже в том случае, если временно исполняющая обязанности нотариуса ФИО4 не осознавала цель заключения указанных выше договоров, в силу статьи 54 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате она обязана была выяснить действительную волю сторон и предотвратить последствия, которые имеют место в настоящее время.

Согласно части 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

 В соответствии с частью 3 статьи 163 ГК РФ, если нотариальное удостоверение сделки является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность. Согласно легальному определению, закрепленному в части 1 статьи 163 ГК РФ, под нотариальным удостоверением сделки понимается проверка законности сделки, которая осуществляется нотариусом в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности. 

При удостоверении оспариваемых договоров был существенно нарушен порядок совершения нотариальных действий, установленный положениями статей 44 и 56 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, нотариальная форма, являющаяся обязательной для сделок, опосредующих отчуждение доли в уставном капитале общества, не может быть признана соблюденной.

Таким образом, спорные договоры являются ничтожными в соответствии с частью 1 статьи 168 и частью 3 статьи 163 ГК РФ (аналогичная позиция подтверждается  судебной практикой, в частности, Определением Верховного Суда РФ от 25.03.2014 № 4-КГ13-40),

Согласие на заключение договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Уютный дом» которое было выражено в решении общего собрания участников ООО «ТП-Инвест», и, по сути, являлось единоличным решением ФИО2, поскольку  ФИО3, второй участник общества, отнесен к заинтересованным лицам и в соответствии с частью  3 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», не мог принимать участие в голосовании по этому вопросу.

По смыслу положений ГК РФ голосование участника общего собрания является волевым действием, направленным на конкретные юридические последствия. 

В связи с этим голосование участника общего собрания, не отражающее истинной воли такого участника и полученное в результате обманных действий, может быть признано недействительным по основаниям статьи 179 ГК РФ.

Согласно пункту 57 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласие на совершение сделки, данное под влиянием обмана, может быть оспорено в соответствии со статьей 179 ГК РФ (абз. 3); при признании согласия на совершение сделки недействительным сделка может быть оспорена по мотиву отсутствия необходимого в силу закона согласия по правилам статьи 173.1 ГК РФ (абз. 4).

Соответственно, решение общего собрания участников, отражающее согласие на заключение договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Уютный дом», данное ФИО2 под влиянием обмана со стороны ФИО3, является недействительным, поскольку было подписано исключительно под влиянием умышленных действий ФИО3 по созданию у меня ложного представления об обстоятельствах, которые имели значение при его подписании.

В этом смысле договор купли-продажи 100% долей уставного капитала ООО «Уютный дом» между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3 от 26 октября 2016 года заключен сторонами при отсутствии решения общего собрания участников общества об одобрении сделки с заинтересованностью, что в силу пункта 5 статьи 45 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемого договора), является основанием для признания оспариваемого договора недействительным.

Общее собрание участников ООО «ТП-Инвест», оформленное протоколом №10-16 от 26.10.2016, фактически не проводилось.

При этом ссылки истца на то, что, указанное общее собрание участников не проводилось, голосование, по результатам которого принимается решение общего собрания участников общества, не имело места быть, равно как и на то, что не был соблюден порядок созыва, подготовки и проведения общего собрания участников общества,  подлежат отклонению, поскольку он как единственный участник, который вправе был принимать решение об одобрении сделки с заинтересованностью,  поставил свою подпись в проколе, оформившем это решение.

При этом были нарушены пункты 8.6, 8.9 Устава ООО «ТП-Инвест», согласно которым  единоличный исполнительный орган ООО «ТП-Инвест» в лице ФИО11, должен был направить участникам общества уведомления о проведении собрания 26.10.2016, открыть его и присутствовать  в нем.

Также в нарушение пункта 8.5 Устава ООО «ТП-Инвест» общее собрание участников 26.10.2016 не проводилось по месту нахождения исполнительного органа Общества, то есть по адресу: 190013, Санкт-Петербург, ул. Серпуховская, д. 10, лит. А.

В то же время в помещении ООО «Отель Амбассадор» такое собрание также не созывалось и проводилось, что подтвердила временно исполняющая обязанности нотариуса ФИО4 в своем ответе на запрос от 09.12.2016.

Несоблюдение требований ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и Устава ООО «ТП-Инвест» к порядку созыва и проведения общего собрания участников общества решение общего собрания участников ООО «ТП-Инвест» по вопросу об одобрении заключения договора подлежит признанию недействительным по основанию пункта 1 части 1 статьи 181.4 ГК РФ, с учетом существа спорного правоотношения.

Согласно исковому заявлению ООО «ПРОКАМИ» и уточненных исковых требований общества, представленных в суд 21.02.2017, оспариваемые договоры уступки прав требования были заключены ООО «ПРОКАМИ» исключительно как один из элементов совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных сделок в рамках раздела имущественных активов между мной, ФИО2, и ФИО3.

Оспариваемые сделки были заключены по номинальной стоимости, эквивалентность же предоставления обеспечивалась исключительно за счет ожидания заключения всей совокупности запланированных к подписанию 26.10.2016 сделок. 

В этой связи необоснованный отказ ФИО3 от подписания части сделок, предусматривавших переход имущественных активов   в  пользу  ФИО2,      делает   недействительной договоренность по разделу совместных имущественных активов, что влечет недействительность заключенных 26.10.2016 сделок, предусматривающих переход имущественных активов в пользу ФИО3, в том числе оспариваемых договоров уступки прав требования как сделок, совершенных под влиянием обмана как притворных сделок (часть 2 статьи 170 ГК РФ).

ФИО2, осуществлял на момент заключения оспариваемых договоров уступки прав требования и продолжает осуществлять в настоящее время в отношении ООО «ПРОКАМИ» корпоративный контроль (ему принадлежит 60% долей в уставном капитале ООО «ПРОКАМИ»).

Самостоятельного интереса и оснований уступать обозначенные права требования по символической стоимости (размер уступленных денежных требований в 3 156 раз больше размера встречного предоставления) у ООО «ПРОКАМИ» не было.

При этом ФИО2, действовал в качестве представителя ООО «ПРОКАМИ» по доверенности при заключении оспариваемых договоров уступки прав требования.

Обстоятельства совершенного ФИО3 обмана в отношении ФИО2, и ООО «ПРОКАМИ» идентичны, поскольку обман был совершен в один день, 26 октября 2016 года, в отношении заключения договоров уступки права требования, путем создания у ФИО2, действовавшего при подписании оспариваемых договоров уступки права требования в качестве представителя ООО «ПРОКАМИ» по доверенности, обоснованного ожидания заключения всей совокупности взаимосвязанных сделок.

В этом смысле формирование воли ООО «ПРОКАМИ» на заключение оспариваемых договоров уступки было производно от формирования воли ФИО2,   поскольку,   во-первых,   он  являлся   лицом, осуществлявшим корпоративный контроль в отношении ООО «ПРОКАМИ»; во-вторых,   обстоятельства   обмана   при   совершении   сделки   через представителя должны определяться по личности представителя, то есть по личности ФИО2; в-третьих, оспариваемые договоры уступки прав требования были заключены исключительно в рамках планировавшегося между ФИО2, и ФИО3 раздела совместного бизнеса, а потому их заключение не имело для ООО «ПРОКАМИ» никакого самостоятельного значения.

Таким образом, оспариваемый в рамках настоящего дела договор купли-продажи 50% долей уставного капитала ООО «Петербургские отели» от 26.10.2016 между ФИО2 и ФИО3 подлежит признанию недействительным, как сделка, совершенная под влиянием обмана; как притворная сделка; как сделка, при совершении которой не была соблюдена нотариальная форма.

Оспариваемый в рамках настоящего дела договор купли-продажи 100 % долей уставного капитала ООО «Уютный дом» от 26.10.2016 между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3 подлежит признанию недействительным, как сделка, совершенная под влиянием обмана; как притворная сделка; как сделка, заключенная с нарушением правил совершения сделок с заинтересованностью; как сделка, при совершении которой не была соблюдена нотариальная форма.

Оспариваемое по настоящему иску решение общего собрания об одобрении заключения договора купли-продажи 100% долей уставного капитала ООО «Уютный дом» между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3 от 26.10.2016, подлежит признанию недействительным как совершенное под влиянием обмана; как совершенное с существенным нарушением порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющем на волеизъявление участников собрания;

Оспариваемые договоры уступки прав требования были заключены ООО «ПРОКАМИ» исключительно как один из элементов совокупности взаимосвязанных и взаимообусловленных сделок в рамках раздела имущественных активов между мной, ФИО2, и ФИО3, по номинальной стоимости, эквивалентность же предоставления обеспечивалась исключительно за счет ожидания заключения всей совокупности запланированных к подписанию 26.10.2016 сделок. 

В этой связи необоснованный отказ ФИО3 от подписания части сделок, предусматривавших переход имущественных активов   в  пользу  ФИО2,      делает   недействительной договоренность по разделу совместных имущественных активов, что влечет недействительность заключенных 26.10.2016 сделок, предусматривающих переход имущественных активов в пользу ФИО3, в том числе оспариваемых договоров уступки прав требования как сделок, совершенных под влиянием обмана как притворных сделок (часть 2 статьи 170 ГК РФ).

ФИО2, осуществлял на момент заключения оспариваемых договоров уступки прав требования и продолжает осуществлять в настоящее время в отношении ООО «ПРОКАМИ» корпоративный контроль (ему принадлежит 60% долей в уставном капитале ООО «ПРОКАМИ»).

Самостоятельного интереса и оснований уступать обозначенные права требования по символической стоимости (размер уступленных денежных требований в 3 156 раз больше размера встречного предоставления) у ООО «ПРОКАМИ» не было.

При этом ФИО2, действовал в качестве представителя ООО «ПРОКАМИ» по доверенности при заключении оспариваемых договоров уступки прав требования.

Обстоятельства совершенного ФИО3 обмана в отношении ФИО2, и ООО «ПРОКАМИ» идентичны, поскольку обман был совершен в один день, 26 октября 2016 года, в отношении заключения договоров уступки права требования, путем создания у ФИО2, действовавшего при подписании оспариваемых договоров уступки права требования в качестве представителя ООО «ПРОКАМИ» по доверенности, обоснованного ожидания заключения всей совокупности взаимосвязанных сделок.

В этом смысле формирование воли ООО «ПРОКАМИ» на заключение оспариваемых договоров уступки было производно от формирования воли ФИО2. 

В отношении требований истца, связанных с применением последствий недействительности оспариваемых им сделок, выявлено следующее.

Договор купли-продажи 50% долей уставного капитала ООО «Петербургские отели» от 26.10.2016 между ФИО2 и ФИО3, признан недействительным, реализация и исполнение данного договора осуществлены посредством обращения в регистрирующий орган с заявлением о регистрации изменений, вносимых в сведения об ООО «Петербургские отели», содержащиеся в Едином государственном реестре юридических, касающихся сведений о составе участников Общества.

Регистрирующим органом (Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Санкт-Петербургу) в соответствии с решением №155899А от 25.11.2016 о регистрации изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, касающихся состава участников общества с ограниченной ответственностью «Петербургские отели», такие изменения зарегистрированы.

В соответствии с совокупностью положений статей 198, 201 АПК РФ, несмотря на отсутствие нарушений со стороны регистрирующего органа при  принятии решения №155899А от 25.11.2016 о регистрации изменений в сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Петербургские отели», данное решение подлежит признанию недействительным, с обязанием регистрирующего органа устранить допущенное нарушение.

 Договор купли-продажи 100 % долей уставного капитала ООО «Уютный дом» от 26.10.2016 между ООО «ТП-Инвест» и ФИО3, не был исполнении, в ЕГРЮЛ не было осуществлено регистрации изменений в отношении состава участников Общества.

Не произошло фактического исполнения и по оспариваемым Истцом сделкам уступки права требования (цессии), соответственно, для восстановления нарушенного права истца, является достаточным признание этих  договоров, недействительными. 

Расходы истца на уплату государственной пошлины, понесенные в связи с предъявлением в суд совокупных требований, рассмотренных в рамках настоящего дела, относятся  на ответчика в размере. пропорциональном размеру обоснованно предъявленных  требований.

Руководствуясь статьями 9, 41, 65, 71, 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

признать недействительными договор купли-продажи 50% долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Петербургские Отели», заключенный между ФИО2 и ФИО3;

признать недействительным договор купли-продажи 100% долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Уютный Дом», заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «ТП-Инвест» и ФИО3;

признать недействительным решение общего собрания общества с ограниченной ответственностью «ТП-Инвест» об одобрении сделки  -  договора купли-продажи 100%долей в уставном капитале ООО «Уютный Дом»;

признать недействительными шесть договоров уступки права требования заключенных между  индивидуальным предпринимателем ФИО3  и обществом с ограниченной ответственностью «Уютный Дом» от 26.10.2016, составленных на бланках:  78АБ 1504655, 78АБ 1504656 реестровый номер 20-1895; 78АБ 1504657, 78 АБ 1504658 реестровый номер 20-1896; 78АБ 1504659, 78АБ 1504660 реестровый номер 20-1897; 78АБ 1504661, 78АБ 1504662 реестровый номер 20-1898; 78АБ 1504663, 78АБ 1504664 реестровый номер 20-1899; 78АБ 1504665, 78АБ 1504666 реестровый номер 20-1900;

признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №15 по Санкт-Петербургу №155899А от 25.11.2016 о регистрации изменений в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, не связанных с внесением изменений в учредительные документы, касающихся состава участников общества с ограниченной ответственностью «Петербургские отели»;

обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы №15 по Санкт-Петербургу внести в сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц об обществе с ограниченной ответственностью «Петербургские отели» информацию о недействительности записи за ГРН 6163848038143 от 25.11.2016;

взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 24 000 рублей в возмещение расходов на уплату государствен6ной пошлины;

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «Уютный дом» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПРОКАМИ» по 46 000 рублей в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Лилль В.А.