АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 октября 2022 года

Дело №

А21-13838/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Мирошниченко В.В., ФИО1, 

при участии конкурсного управляющего ФИО2 (паспорт), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 21.06.2022), 

рассмотрев 19.10.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 по делу № А21-13838-11/2019,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Калининградской области от 25.10.2019 по заявлению публично-правовой компании «Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства» (далее – Фонд) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Трансстрой», адрес: 238300, Калининградская обл., 

<

...>, пом. II, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество).

Решением суда от 17.12.2019 (резолютивная часть от 10.12.2019) в отношении должника введена процедура конкурсного производства, применены правила банкротства застройщика, предусмотренные параграфом 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсным управляющим утверждён ФИО2. 

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Также конкурным управляющим подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3. 

Определением от 22.06.2022 заявления объединены в одно производство. 

Определением от 09.03.2022 суд привлек ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества. Размер субсидиарной ответственности ФИО5 уменьшил до 845 000 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказал. Суд приостановил производство по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части размера ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного судаот 13.07.2022 определение от 09.03.2022  отменено в части определения размера субсидиарной ответственности, производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В остальной части судебный акт оставлен в силе.

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Податель кассационной жалобы указывает, что он никогда не являлся ни руководителем, ни учредителем Общества, не являлся ответственным лицом за хранение бухгалтерской документации должника. По мнению подателя жалобы, оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности не имеется, руководителем должника являлась ФИО5 ФИО3 оспаривает выводы суда о наличии у ФИО5 номинального статуса директора должника. При этом податель жалобы обращает внимание суда округа, что ФИО3 в период с 20.01.2017 по 24.01.2018 осуществлял трудовую деятельность на должности временно исполняющего обязанности Главы Администрации Пионерского городского округа, что исключает его участие в деятельности Общества.

По мнению подателя жалобы, возбужденное в отношении ФИО3 уголовное дело № 11901270013000165 не должно быть принято во внимание, поскольку в настоящее время постановлением Ленинградского районного суда города Калининграда от 08.02.2022, оставленным без изменения апелляционным постановлением Калининградского областного суда от 27.05.2022, дело возвращено Светлогорскому межрайонному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В судебном заседании представитель ФИО3  поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а конкурсный управляющий должником возражал против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –        АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Поскольку постановлением апелляционного суда изменено определение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции проверяет законность постановления апелляционного суда.

Как следует из материалов дела, ФИО5 с 19.06.2014 являлась директором Общества, его учредителями являлись ФИО7 и ФИО8 с размерами доли каждой в 50% уставного капитала.

Согласно показаниям ФИО5 именно ФИО3 осуществлялось руководство деятельностью Обществом.

Конкурсный управляющий указал, что от конкурсных кредиторов им была получена доверенность от 30.11.2018, выданная ФИО3

В протоколе совещания по вопросу восстановления прав участникам долевого строительства жилого дома от 15.07.2019 ФИО3 был указан как директор Общества. 

Ссылаясь на непосредственную вовлеченность ФИО3 в процесс управления Обществом и номинальный характер управления Обществом директором ФИО5, конкурсный управляющий Обществом обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Заявление конкурсного управляющего должником основано на положениях статей 3, 9, 61.11, 61.12, 61.13 Закона о банкротстве и мотивировано тем, что ФИО5, ФИО8, ФИО7, ФИО9 не исполнены обязанности по обращению в суд с заявлением о признании Общества банкротом, а также не исполнены обязанности по передаче всей документации и активов должника. Действия (бездействия) указанных лиц привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления управляющего в отношении участников Общества. Оценив  представленные в материалы дела доказательства, в том числе и свидетельские показания, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества ФИО7 и ФИО5 

Согласно свидетельским показаниям работников должника, в том числе ФИО10, выполняющей функции юриста, ФИО11, являвшейся бухгалтером, ФИО5 фактически не осуществляла руководство деятельностью Общества. Все переговоры с контрагентами, согласование условий заключения сделок, предоставление скидок и рассрочек участникам строительства осуществлял лично ФИО3 (бывший муж ФИО7).

Судом первой инстанции установлено, что ФИО5 передала ФИО11 ключ электронной подписи от банковского счета Общества, все указания о перечислениях и расходовании наличных денежных средств давал лично ФИО3 Часть денежных средств перечислялись на счета компании, общества с ограниченной ответственностью «Авалон», руководителем и участником которого являлся ФИО3, и общества с ограниченной ответственностью «КМ-групп», руководителем и участником которого являлась ФИО7

Также суд установил, что ФИО3 непосредственно вел переговоры и присутствовал при заключении договоров долевого участника с дольщиками, которые впоследствии не исполнялись.

Кроме того, отношении ФИО3 возбуждено уголовное дело № 11901270013000165 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту того, что ФИО3 в период времени с 09.06.2014 по 05.03.2019 путем обмана и злоупотребления доверием похитил денежные средства участников долевого строительства многоквартирного дома по адресу: г. Пионерский Калининградской области, ул. Шаманова, д. 1-к.

Данная совокупность обстоятельств послужила основанием для признания судом первой инстанции наличия у ФИО3 статуса контролирующего должника лица, а у ФИО5 признаков номинального директора.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции относительно наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО5 

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив, исходя из доводов жалобы ФИО3,  правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы этого суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В силу положений пункта 1 статьи 61.10. Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено данным Федеральным законом, в целях этого Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 2 указанной нормы оговорено, что возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Таким образом, презюмируется, что лица, получающие выгоду от противоправных действий юридически контролирующих должника лиц, также являются контролирующими, на что указано в разъяснениях пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

По общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53).

Руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). 

Многочисленными доказательствами, представленными в материалы дела, в том числе свидетельскими показаниями работников должника, документами, представленными в материалы дела конкурсным управляющим ФИО2, подтверждено, что ответчик являлся лицом, контролировавшим деятельность должника. Не опровергнуто наличие презумпции вины ФИО3 в доведении Общества до банкротства, равно как и обстоятельства, указывающие на непосредственную связь между действиями ответчика и наступлением невозможности осуществления Обществом расчетов с независимыми кредиторами.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены апелляционным судом правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2022 по делу № А21-13838-11/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

В.В. Мирошниченко

 ФИО1