ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-10468/2024, 18АП-11470/2024, 18АП-11051/2024

Дело № А47-729/2016

18 октября 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 октября 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Курносовой Т.В., Кожевниковой А.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Коробейниковой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сапфир», ФИО1, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод строительных конструкций» - ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2024 по делу № А47-729/2016 о частичном удовлетворении заявления о взыскании убытков.

В судебное заседание посредством видеоконференц-связи явились:

представитель  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод строительных конструкций» ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 06.06.2022); 

ФИО1 (паспорт); 

ФИО4 (паспорт).

В судебное заседание явился представитель общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ» - ФИО5 (паспорт, доверенность в порядке передоверия от 01.04.2024 сроком действия на 1 год; передоверие доверенность от 03.04.2024 сроком действия по 01.04.2025).

 

Определением суда от 10.03.2016 заявление общества с ограниченной ответственностью «Уральский Машиностроитель» принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод строительных конструкций» (далее – должник, ООО «УЗСК»).

Общество с ограниченной ответственностью «УралТехноОбработка» 06.04.2016 обратилось в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Поскольку в производстве арбитражного суда Оренбургской области имелось дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «УЗСК», возбужденное 10.03.2016 по заявлению ООО «Уральский Машиностроитель», заявление ООО «УралТехноОбработка» на основании пункта 8 статьи 42 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве № А47-729/2016.

Определением суда от 03.06.2016 (резолютивная часть от 11.06.2016) во введении наблюдения в отношении должника отказано, заявление ООО «Уральский Машиностроитель» оставлено без рассмотрения.

Определением суда от 25.08.2017 (резолютивная часть от 21.08.2017) заявление ООО «УралТехноОбработка» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Решением суда от 27.12.2017 (резолютивная часть от 20.12.2017) должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства сроком на 6 месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на временного управляющего ФИО1

Определением суда от 08.10.2018 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Определением суда от 17.03.2021 ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «УЗСК» отстранен.

Определением суда от 23.08.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – заявитель) 28.03.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит взыскать с ФИО1 (далее - ответчик) в конкурсную массу ООО «Уральский завод строительных конструкций» убытки в размере 93 094 847,08 руб., в том числе: 14 150 000 руб. - несуществующая задолженность ООО «Заря» (правопреемник - ООО «УТО»), отраженная в бухгалтерском балансе; 78 944 847,08 руб. - сумма, перечисленная под прямым указанием ФИО1 контрагентам должника с нарушением очередности в ООО «СтройИнженеринг», ООО «ЦЕНТР ТО», ООО «Терра», ООО «Русстар».

Определением суда от 24.07.2023 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требования относительно предмета спора, привлечены ООО «Международная Страховая Группа», ООО «Страховая компания «Арсеналъ», Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», Управление Росреестра по Оренбургской области.

Определением суда от 11.09.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

Конкурсным управляющим должника заявлено ходатайство об объединении для совместного рассмотрения настоящего обособленного спора и заявления ФИО4, в котором последняя просит взыскать с ФИО1 в конкурсную массу ООО «Уральский завод строительных конструкций» убытки в размере 33 683 905,02 руб.

Определением суда от 23.08.2023 в одно производство для совместного рассмотрения объединены заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 о взыскании с ФИО1 убытков в размере 93 094 847 руб. 08 коп. и заявление ФИО4 о взыскании убытков за действия (бездействия) ФИО1 в размере 33 683 905 руб. 02 коп.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2024 в удовлетворении требований ФИО4 отказано. Заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 удовлетворено частично:  взыскано с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу ООО «УЗСК» в качестве убытков денежные средства в размере 500 000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Сапфир», ФИО1, конкурсного управляющего ООО «УЗСК»  ФИО2 (далее – податели апелляционных жалоб,  апеллянты) обратились в апелляционный суд с самостоятельными апелляционными жалобами.

ООО «Сапфир» в своей апелляционной жалобе просит отказать в удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на отсутствие совокупности условий для привлечения управляющего к гражданско-правовой ответственности. В своем определении суд признал обоснованной и соразмерной объему совершенных деяний сумму убытков в размере 320 000 руб., однако все вышеуказанные сделки были оспорены самим ФИО1, соответственно, ФИО1, добросовестно исполняя обязанности конкурсного управляющего ООО «УЗСК», принял все возможные и необходимые меры для нивелирования последствий совершения должником вышеуказанных сделок, что свидетельствует об отсутствии противоправности в действиях (бездействии) арбитражного управляющего. Часть денежных средств была возвращена в конкурсную массу должника, оставшаяся часть представляет собой дебиторскую задолженность, которую невозможно взыскать в связи с тем, что бывшие руководители должника и, в частности, ФИО4 не передали первичную документацию. Данные обстоятельства отражены в определении Арбитражного суда Оренбургской области от 31.01.2022 и стали одной из причин привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности. Факт привлечения ФИО4, а также иных контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в размере непогашенных требований кредиторов к должнику - 21 843 286 руб. свидетельствует об отсутствии убытков для самих кредиторов, так как невозможность взыскания дебиторской задолженности по вышеуказанным сделкам вследствие противоправных действий бывших руководителей должника стало одним из оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности.

Относительно выводов суда об обоснованности требования заявителей о пропуске срока по оспариванию сделки, выраженной в перечислении денежных средств в размере 284 000 руб. по платежному поручению № 25 от 24.02.2016 со счета ООО «СтройИнженеринг» на счет ООО ТЭК «Лента», апеллянт указал, что непринятие ФИО1 мер по оспариванию вышеуказанной сделки до момента обретения статуса конкурсного управляющего является разумным и добросовестным. Соответственно, в действиях (бездействии) ФИО1 отсутствует противоправность и виновность, что исключает возможность взыскания убытков. Более того, суд первой инстанции не дал надлежащей оценке обстоятельствам того, что вероятность исполнения ООО ТЭК «Лента» судебного акта по возврату ООО «УЗСК» денежных средств изначально близка к нулевой, так как по исполнительному листу, направленному 12.12.2019 в ФССП для возбуждения в отношении ООО ТЭК «Лента» исполнительного производства, денежные средства не поступали, а 06.04.2020 ООО ТЭК «Лента» было ликвидировано. Вышеуказанные обстоятельства указывают на то, что даже в случае своевременного оспаривания вышеуказанной сделки денежные средства от ООО ТЭК «Лента» не поступили бы в конкурсную массу. При этом, не понятно каким образом суд первой инстанции пришел к выводу, что обоснованной и соразмерной объему совершенных деяний является сумма убытков в размере 30 000 руб., так как данная сумма не основана на каких-либо реально причиненных убытках должнику и по своему характеру фактически является штрафной санкцией, что недопустимо. 

Также не согласен с выводами суда о непринятии мер по взысканию с ООО «Терра» (правопреемник ООО «Данай-Рус») дебиторской задолженности, поскольку ФИО1 03.10.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением к ООО «Терра» (правопреемнику ООО «Данай-Рус») о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес ООО «Терра» на общую сумму 20 825 245,10 руб. Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.10.2019 по настоящему делу заявление арбитражного управляющего удовлетворено в полном объеме. Какие-либо обстоятельства, позволяющие установить, что ФИО1 принимал меры по затягиванию обособленного спора, в определении от 14.10.2019 не отражены, что свидетельствует о необоснованности выводов суда о доказанности затягивания обособленного спора.

ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит отказать в удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на то, что выводы суда в части доводов о перечислении денежных средств с нарушением очередности при участии ФИО1 не соответствуют действительности. Так, в качестве доказательств по данному эпизоду заявители ссылаются на переписку от 28.07.2016 между ФИО1 и ФИО4, не указывая, к каким платежам она относится. Судом первой инстанции не принято во внимание, что схема оплаты через третьих лиц была разработана ФИО6 и ФИО4 в 2015 году, а вывод денежных средств через зарплату осуществлялся ФИО4 с 2013 года. Так, контролирующими лицами было принято решение финансировать деятельность ООО «УЗСК» (контракт с ООО «Башнефть-Полюс») через третье лицо - ООО «СтройИнженеринг», что подтверждается заключенными в 2015 году договорами займа между ООО «Данай-рус» и ООО «Стройинженеринг», а также выписками по счетам ООО «УЗСК» и ООО «СтройИнженеринг». Данные обстоятельства подтверждены в ходе судебного разбирательства ФИО7 К данной схеме финансирования присоединился и второй инвестор - ООО «Центр ТО», что подтверждается выпиской по расчетному счету ООО «СтройИнженеринг» и заключенным между ними договором займа от 17.12.2015. Исключить ООО «СтройИнженеринг» из цепочки погашения задолженности перед инвесторами невозможно - погашение задолженности производилось на основании и в соответствии с условиями договоров займа. Из представленных доказательств следует, что в подконтрольный ФИО6 период ни ФИО8, ни ФИО4 не принимали решений о совершении  платежей. Также, судом первой инстанции не принята во внимание выписка из лицевого счета ООО «УЗСК», свидетельствующая о том, что решения по платежам принимались без участия ФИО1    

В части доводов о затягивании оспаривания сделки должника с ООО «Данай-Рус» (ООО «Терра») апеллянт указал, что 03.10.2018 он обратился в арбитражный суд с заявлением к ООО «Терра» (правопреемнику ООО «Данай-Рус») о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес ООО «Терра» на общую сумму 20 825 245,10 руб. Заявление по сделке с ООО «Данай-Рус» было подано после того, как арбитражный управляющий ФИО1 смог собрать необходимые для её оспаривания доказательства (документы из материалов следственной проверки, аудиозаписи ФИО9, карточки с образцами подписей ООО «УЗСК» и ООО «СтройИиженеринг», пояснения ФИО7 и другие). Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.10.2019 по настоящему делу заявление арбитражного управляющего удовлетворено в полном объеме. Взыскать денежные средства с ООО «Терра» не представлялось возможным с 2018 года, что подтверждается размещенными на сайте службы судебных приставов сведениями. 15.06.2021 г. ООО «Терра» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, деятельность общества прекращена. Таким образом, конкурсным управляющим ФИО1 своевременно приняты все необходимые меры.

В части выводов суда о том, что арбитражным управляющим пропущен срок по оспариванию сделки с ООО ТЭК «Лента», что повлекло убыток в размере 284 000 руб., в связи с чем, принимая во внимание сведения в отношении ООО ТЭК «Лента», свидетельствующие о невысокой доле вероятности получения взысканной суммы, суд посчитал возможным снизить размер убытков до 30 000 руб., апеллянт также не согласен, поскольку сделка с ООО ТЭК «Лента» была признана недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве, следовательно, в случае поступления в конкурсную массу денежных средств от ООО ТЭК «Лента», у общества «УЗСК» снова возникла бы задолженность перед этим кредитором. Кроме того, вероятность исполнения обществом ТЭК «Лента» судебного акта по возврату обществу «УЗСК» денежных средств равна нулю, так как по исполнительному листу, направленному 12.12.2019 года в ССП для возбуждения в отношении ООО ТЭК «Лента» исполнительного производства, денежные средства не поступали, а 06.04.2020 общество ТЭК «Лента» было ликвидировано.

Конкурсный управляющий ООО «УЗСК»  ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит удовлетворить требования в полном объеме. В обоснование доводов жалобы ссылается на обстоятельства, изложенные в заявление. Полагает, что совместно с аффилированным к должнику лицом ООО «Уралтехнообработка» (заявитель по делу о банкротстве) была достигнута цель ФИО1 - проведение подконтрольной процедуры банкротства ООО «УЗСК».

По второму эпизоду о взыскании убытков в размере 58 119 602,08 руб. суд признает обоснованными доводы заявителей, что ответчик ФИО1 способствовал своими советами совершению указанных сделок и соответственно должен нести солидарную ответственность за данные действия. Однако признает обоснованной и соразмерной объему совершенных деяний сумму убытков лишь в размере 320 000 руб. Вместе с тем, представленные в материалы дела пояснения и документы подтверждают, что ФИО1 давал прямые указания по проведению платежей с нарушением очередности, в том числе в пользу ООО «СтройИнжиниринг» и других организаций. ФИО1 изначально не имел намерение погасить кредиторскую задолженность предприятия и заведомо знал, что сделки между аффилированными лицами будут оспорены в рамках процедуры банкротства должника. Прямые указания КДЛ - ФИО1 привели к тому, что при распределении указанных денежных средств очередность платежей была нарушена. В связи с чем, размер убытков должен составлять в полном объеме - 58 119 602,08 руб.

Полагает, что судом необоснованно уменьшены убытки, возникшие в связи с пропуском срока исковой давности, по оспариванию с ООО ТК «Лента» с 284 000 руб. до 30 000 руб. и с ООО «Данай-Рус» с 20 825 245,10 руб. до 150 000 руб. В отношении сделки  с ООО ТК «Лента» вступившими в законную силу судебными актами установлен пропуск арбитражным управляющим срока исковой давности в отношении оспаривания сделок должника. В отношении сделки  с ООО «Данай-Рус» с ФИО1, как профессиональный участник дела, в процедуре наблюдения (с 25.08.2017) мог подать  ходатайство   о принятии предварительных обеспечительных мер в виде запрета Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 10 по Оренбургской области на регистрационные действия по исключению из Единого государственного реестра юридических лиц/ реорганизации ООО  «Данай-Рус» (ИНН: 

<

***>) до подачи заявления в арбитражный суд об оспаривании сделки. Кроме того, на момент реорганизации (24.10.2017) у ООО «Данай-Рус» имелись активы.

Суд первой инстанции в своем определении посчитал обоснованными доводы заявителей о том, что ФИО1 пользуясь своим статусом смог затянуть оспаривание сделки, тем самым позволил ликвидироваться данной компании.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со ст.ст. 123, 156, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Присутствующие участники процесса в судебном заседании заявили суду свои позиции относительно доводов апелляционных жалоб (согласно протоколу судебного заседания).

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как следует из материалов дела и установлено судом,  в обоснование  объединенных заявлений конкурсного управляющего должника и ФИО4 указано, что в результате совместных действий направленных на реализацию намерения по введению контролируемого банкротства путем утверждения конкурсным управляющим ФИО1, а так же из-за его противоправных действий должнику и кредиторам были причины убытки.

1. Убыток в сумме 14 150 000 руб.  -  нарушение   порядка    составления (формирования) бухгалтерской отчетности, создание фиктивной кредиторской задолженности, проведение анализа финансового состояния должника на основании не достоверных данных, указанных в бухгалтерском балансе.

ФИО1 после достигнутых договоренностей с ФИО4, разработал схему банкротства ООО «УЗСК» по проведению контролируемого банкротства, провел ряд мероприятий, направленных на то, чтобы именно он стал конкурсным управляющим. После назначения ФИО1 на должность временного управляющего, которым был проведен фиктивный анализ отчетности ООО «УЗСК», зная о включении в нее сумму не существующей задолженности, сделал вывод о необходимости введения процедуры банкротства, в результате была утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

2. Убытки в сумме 58 119 602,08 руб. из-за перечисления денежных средств под контролем ФИО1 с нарушением очередности платежей:

Указанная сумма складывается из сумм, перечисленных под прямым указанием ФИО1 контрагентам должника с нарушением очередности:

1) ООО «СтройИнженеринг» в размере 37 850 000 руб. (Определение суда об оспаривании сделки от 05.06.2018):

- платеж от 03.08.2016 в размере 11 200 000 руб., назначение платежа: «Возврат займа по договору от 17.10.2014, НДС не облагается»; 

- платеж от 12.09.2016 в размере 1 200 000 руб. назначение платежа: «Возврат займа по договору от 17.10.2014, НДС не облагается»;

- платеж от 13.09.2016 в размере 1 750 000 руб., назначение платежа: «Возврат займа по договору от 17.10.2014, НДС не облагается»; 

- платеж от 05.10.2016 в размере 11 700 000 руб., назначение платежа: «Возврат займа по договору от 03.08.2015, НДС не облагается»;

- платеж от 05.10.2016 в размере 12 000 000 руб., назначение платежа: «Возврат займа по договору от 20.07.2015, НДС не облагается» 

2) ООО «ЦЕНТР ТО» в размере 6 422 148, 3 руб. (Определение суда об оспаривании сделки от 14.09.2018):

- платеж от 16.09.2016 в размере 2 165 000 руб. по договору цессии от 11.02.2016, договору займа в адрес ООО «ЦЕНТР ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»;

- платеж от 16.10.2016 в размере 2 948 648 руб. 30 коп. по договору цессии от 11.02.2016, договору займа в адрес ООО «ЦЕНТР ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»;

- платеж от 11.10.2016 в размере 510 000 руб. по договору цессии от 11.02.2016, договору займа в адрес ООО «ЦЕНТР ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»

- платеж от 10.11.2016 в размере 268 500 руб. по договору цессии от 11.02.2016, договору займа в адрес ООО «ЦЕНТР ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»;

- платеж от 06.12.2016 в размере 530 000 руб. по договору цессии от 11.02.2016, договору займа в адрес ООО «ЦЕНТР ТО», совершенный ООО «СтройИнженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»;

3) ООО «ЦЕНТР ТО» в размере 687 123 руб. 03 коп. (Определение суда об оспаривании сделки от 14.09.2018):

- платеж от 20.10.2016 в адрес ООО «Центр ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК» в размере 100 000 руб.;

- платеж от 20.10.2016 в адрес ООО «Центр ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК» в размере 100 000 руб.;

- платеж от 26.10.2016 в адрес ООО «Центр ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК» в размере 100 000 руб.;

- платеж от 27.10.2016 в адрес ООО «Центр ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК» в размере 100 000 руб.

- платеж от 09.11.2016 в адрес ООО «Центр ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК» в размере 100 000 руб.;

- платеж от 06.12.2016 в адрес ООО «Центр ТО», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК» в размере 187 123,03 руб.;

4) ООО «Русстар» в размере 13 160 330,75 руб. (Определение суда об оспаривании сделки от 05.12.2018): 

- платеж от 03.08.2016 в размере 11 200 000 руб. по договору цессии от 12.02.2016, договору займа в адрес ООО «РУССТАР», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»;

- платеж от 05.08.2016 в размере 707 440 руб. по договору цессии от 12.02.2016, договору займа в адрес ООО «РУССТАР», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК»;

- платеж от 19.09.2016 в размере 1 252 890 руб. 75 коп. по договору цессии от 12.02.2016, договору займа в адрес ООО «РУССТАР», совершенный ООО «Стройинженеринг» за счет денежных средств ООО «УЗСК». 

Общая сумма задолженности перед всеми кредиторами ООО «УЗСК» на март 2015 г. составляла 34 468 480,47 руб. Таким образом, у ООО «УЗСК» имелась финансовая возможность не только полностью погасить свою задолженность за счет денежных средств от контракта с ООО «Башнефть-Полюс», но и получить прибыль.

Также ООО «УЗСК» объективно имело финансовую возможность погасить долг перед заявителем по делу о банкротстве должника в размере 2 894 398,83 руб.

Однако вместо добросовестных рекомендаций по недопущению банкротства и принятию законных мер по улучшению финансово-экономических показателей Общества, ФИО1, получив полный контроль над деятельностью ООО «УЗСК», давал прямые указания по проведению платежей с нарушением очередности, в том числе в пользу ООО «СтройИнжиниринг» и других организаций.

3. Пропуск сроков по оспариванию сделки с ООО ТЭК «Лента», чем должнику были причинены убытки в размере 284 000 руб.

Так, конкурсный управляющий ФИО1 08.05.2019 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании недействительными платежей,         совершенных обществом с ограниченной ответственностью «СтройИнженеринг» в пользу общества «ТЭК «Лента» как сделок, совершенных за счет должника, а именно: платежа от 24.02.2016 на сумму 284 000 руб. и платежа от 01.03.2016 на сумму 110 000 руб.; просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «ТЭК «Лента» 394 000 руб. в конкурсную массу. 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.09.2019 заявление удовлетворено частично, признана недействительной сделка по перечислению денежных средств ответчику в сумме 284 000 руб., применены последствия ее недействительности. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество «ТЭК «Лента» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой.

Суд кассационной инстанции сделал вывод, что судебные акты в части признания недействительной сделки - совершенного 24.02.2016 в пользу общества «ТЭК «Лента» платежа на сумму 284 000 руб. подлежат отмене ввиду неправильного применения норм материального права (часть 1 статьи 288, пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а именно пропуска срока подачи заявления.

4. Убытки в сумме 20 825 245,10 руб. из-за не поступления сумм от оспаривания сделки с ООО «Данай-Рус».

ФИО1 03.10.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением к ООО «Терра» (правопреемнику ООО «Данай-Рус») в котором просил суд признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес ООО «Терра» на общую сумму 20 825 245,10 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.10.2019 по настоящему делу заявление арбитражного управляющего удовлетворено в полном объеме.

Полагает, что ФИО1 на момент перечисления денежных средств через третье лицо ООО «СтройИнженеринг» для перечисления в дальнейшем на ООО «ЦентрТО», ООО «Русстар» и ООО «Данай-Рус» уже провел ряд мероприятий для введения контролируемого банкротства ООО «УЗСК», и был уверен, что именно он будучи конкурсным управляющим, будет оспаривать данные платежи и получит личную финансовую выгоду, путем вывода из конкурсный массы поступивших денежных средств.

На основании вышеизложенного следует, что участие ФИО1 в выводе денежных средств с учетом личной заинтересованности, а так же его затягивания (бездействия) при возврате денежных средств в конкурсную массу должника привели к возникновению убытков у должника в сумме 20 825 245, 10 руб., так как не позволили вернуть данные денежные средства в конкурсную массу.

Исходя из вышеизложенного считает, что действия ФИО1 по временному выводу денежных средств, а так же действия по спланированной подаче заявления на банкротство от имени ООО «УТО» и затягиванию процедуры банкротства привели к увеличению кредиторской задолженности.

5. Бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в неподаче заявлений на оспаривание сделок по взысканию ОСП Ленинского района г. Орска обязательств должника за 2015 года на сумму 554 466,69 руб. привели к убыткам должника, так как не позволили вернуть данные денежные средства в конкурсную массу.

В августе 2016 года с расчетного счета должника в пользу ОСП Ленинского района города Орска было взыскано ряд платежей, которые так же являлись обязательствами должника, возникшими в 2015 году.

При этом конкурсным управляющим ФИО1 никаких действий по оспариванию сделок предпринято не было.

6.      Убытки в сумме 1 676 150,41 руб. - отказ от требований об оспаривании сделки с ФНС России. 

Так, и.о. конкурсного управляющего должника ФИО1 06.02.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением к Инспекции ФНС России по г. Орску оренбургской области и просил суд признать недействительными сделки, связанные с преимущественным удовлетворением требований кредитора ИФНС России по г. Орску в виде взыскания денежных средств:

1)      платеж от 03.08.2016 в размере 939 643 руб. 56 коп. по постановлению об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации от 17.12.2015 в адрес ИФНС России по г. Орску;

2)      платеж от 03.08.2016 в размере 736 506 руб. 85 коп. по постановлению об обращении взыскания на денежные средства должника, находящиеся в банке или иной кредитной организации от 11.07.2016 в адрес ИФНС России по г.Орску.

13.02.2018 заявление было принято к рассмотрению. Затем в материалы дела от и.о. конкурсного управляющего должника ФИО1 поступило письменное ходатайство об отказе от заявления об оспаривании сделки и прекращении производства по делу.

Поскольку платежи на сумму 1 676 150,41 руб. осуществлены в период после принятия судом заявления о признании должника банкротом, данные платежи являются недействительной сделкой по основанию изменения очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспаривания сделки, не зависимо от наличия  или   отсутствия у ИФНС РФ информации о просроченных денежных обязательствах должника перед конкурсными кредиторами (признание недобросовестности).

Таким образом, отказ ФИО1 от оспаривания сделок причинил убытки 1 676 150,41 руб.

7. Убытки в сумме 2 994 398,83 руб. возникли в результате того, что ФИО1 подготовил и подал заявление на банкротство ООО «УЗСК» от имени «дружественного» кредитора ООО «УТО», приложив к нему определенный перечень документов. 

ФИО1 не были представлены сведения о наличии аффилированности между ООО «СтройИнженеринг», ООО «УТО», ООО «УЗСК» и самого ФИО1

Кроме того, подача ФИО1 заявления на банкротство ООО «УЗСК» от имени «дружественного» кредитора ООО «УТО» не имело цели реального взыскания задолженности, а было направлено на введения контролируемого банкротства.

8. Убытки в сумме 8 073 057,16 руб. возникли в результате ошибки в расчете, которые были приняты ФИО1 при постановке в реестр кредиторов и затягивании рассмотрения поданного ФИО1 от имени ООО «УТО» заявления на банкротство ООО «УЗСК»:

Данная сумма состоит из следующих:

- по условия мирового соглашения размер задолженности был зафиксирован по состоянию 23.09.2015 (стр. 1 мирового соглашения) в сумме 15 650 873,67 руб.

В детализированном расчете, предоставленном ОАО «Россельхозбанком» задолженность по состоянию на 23.09.2015 год, не соответствуют задолженности утвержденной в мировом соглашении, а именно в представленном расчете по состоянию на 25.08.2017 г. ОАО «Россельхозбанк» за период с 24.07.2012 г. по 23.09.2015 года произвел начисление пени на сумму основного долга и сумму просроченных процентов в размере 1 946 664,55 руб. (1 283 908,3 руб. и 662 756,25 руб.), которые ранее не были предусмотрены ни кредитным договором 

<

***> от 24.07.2012 г., ни мировым соглашением от 01.10.2015 г.

Считает, что данная сумма в размере 1 946 664,55 руб. так же является убытками, причиненными должнику и кредиторам, так как при постановке в реестр кредиторов ФИО1 не проверил сумму, заявленную ОАО «Россельхозбанком» и тем самым, допустил увеличение кредиторских требований.

- действия ФИО1 выразившиеся в подаче заявления на банкротство ООО «УЗСК» от имени ООО «УТО» и в последующем затягивание его рассмотрения, привели к дополнительному начислению ОАО «Россельхозбанком» обязательств в сумме 4 012 217,01 руб., что увеличило размер реестра кредиторов ООО «УЗСК» на эту сумму, тем самым причинив должнику и кредиторам убытки.

- при расчете суммы задолженности, которая должна была быть рассмотрена при постановке в реестр кредиторов ОАО «Россельхозбанк» не верно рассчитаны проценты за пользование денежными средствами. Контррасчет представлен ФИО4 в банк.

9. Убытки в сумме 9 144 136,07 руб. возникли в результате нарушения ФИО1 очередности платежей. 

Так, если бы ФИО1 не были предприняты меры по устранению с расчетного счета исполнительного листа АО «Россельхозбанка», то очередность платежей выглядела иным образом. После распределения платежей с правильной очередностью при наступлении процедуры банкротства реестр кредиторов бы существенно отличался от фактического и соответственно распределение денежных средств происходило между кредиторами иным образом.

Из-за создания ФИО1 искусственной ситуации, по результатам которой исполнительный лист ОАО «Россельхзбанка» был отозван, произошло нарушение очередности платежей, вывод денежных средств и как результат: АО «Россельхозбанк» при постановке в реестр применил дополнительные штрафные санкции, насчитал проценты за пользование денежными средствами.

На сегодняшний день общая сумма не покрытой задолженности составляет 22 179 661,52 руб.

Соответственно сумма убытка от вышеуказанных действий составляет 9 144 136,07 руб. (22 179 661,52 руб. - 13 035 525,45 руб.).

Ссылаясь на указанные обстоятельства, в том числе на аффилированность ФИО1 и  бывшего руководителя и единственного участника должника - ФИО4, составление ответчиком документов по фиктивной кредиторской задолженности, ставшей в последующим основанием для обращения в суд с заявлением о банкротстве, недостоверных выводов, изложенных ФИО1 в финансовом анализе от 27.11.2017, в отношении ООО «УЗСК», в результате которых была введена процедура конкурсного производства, из-за действий (бездействий) ФИО1 окончательно была утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, и как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем, заявитель обратился в суд с настоящими требованиями.

В обоснование требования о взыскании убытков ФИО4 указывает, что в феврале 2015 года, в ходе сопровождения деятельности ООО «УЗСК» ФИО1 было предложено подать заявление о банкротстве последнего.

Из заявления следует, что ФИО1 предложил осуществить поиск задолженности ООО «УЗСК», переуступить ее дружественному кредитору и от него подать заявление, в котором указать кандидатуру арбитражного управляющего - ФИО1 Проанализировав имеющиеся документы, ФИО1 предложил воспользоваться задолженностью перед ООО «ИНТЕРМЕТ».

В связи с неисполнением обязательств по Договору поставки № 17/С-13 от 18.03.2013 ООО «ИНТЕРМЕТ» обращалось с исковым заявлением в Арбитражный суд Оренбургской области о взыскании задолженности по договору поставки с ООО «УЗСК»

20.06.2014 Арбитражный суд Оренбургской области вынес решение по делу А47-583/2014 о взыскании с ООО «УЗСК» в пользу ООО «ИНТЕРМЕТ» 2 958 260,81 руб.

В ходе проведения нескольких цессий данное требование перешло ООО «УралТехноОбработка», которое в последствии и обратилось с заявлением о признании ООО «УЗСК» несостоятельным (банкротом).

Заявитель считает, что ФИО1 не оспорил настоящую сделку, так как ООО «УралТехноОбработка» является аффилированным к должнику кредитором, что было установлено в определении суда от 17.03.2021 об освобождении ФИО1 и не сообщил об аффилированности кредитора и должника.

Однако данные обстоятельства не свидетельствуют об образовании убытков для кредиторов или конкурсной массы, так как задолженность, которая перешла к ООО «УралТехноОбработка» появилась у кредитора на законном основании.

06.02.2018 ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок, связанных с преимущественным удовлетворением требований кредитора ИФНС России по г. Орску в виде взыскания денежных средств. Однако определением от 14.03.2018 судом был принят отказ от заявленных требований. Заявитель считает, что отказ от данного заявления повлек убытки для конкурсной массы.

ФИО1 представил кредиторам и суду финансовый анализ хозяйственной деятельности должника с фиктивными данными, так как выводы о неудовлетворительном положении должника и целесообразности введения процедуры конкурсного производства сделаны ФИО1 по подложным документам.

Полагая, что ФИО1 совершил противоправные действия, направленные на признание ООО «УЗСК» несостоятельным (банкротом), ФИО4 обратилась в суд с соответствующим заявлением.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности факт причинения убытков, причинно-следственную связь между действиями лица и убытками, наличия доказательств нарушения арбитражным управляющим закона и виновного поведения арбитражного управляющего.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из системного толкования норм указанных статей следует, что обязательным условием наступления ответственности за причиненный вред является наличие состава гражданского правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между поведением причинителя вреда и наступившим ущербом. Отсутствие одного из элементов вышеуказанного состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении иска.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 32  Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу п. 1 ст. 34 Закона о банкротстве лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются: должник; арбитражный управляющий; конкурсные кредиторы;    уполномоченные    органы;    федеральные    органы    исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных данным Законом; лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Федеральным законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой.

Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы планирует и реализует прежде всего сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Основной круг обязанностей конкурсного (временного) управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, неисполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными. При этом предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлены вступившим в законную силу решением суда (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, содержащихся в п. 48 постановления Пленума ВАС РФ от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры банкротства, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, или лицами, определяющими действия юридического лица, подлежит рассмотрению судом в деле о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 названного Закона.

Из материалов дела следует, что ответчиком заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности. 

Разрешая заявленное ходатайство, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. 

В соответствии с п. 1 ст. 196, п. 1 ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года, однако для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Из обстоятельств дела ФИО4 являлась участником противоправной схемы по созданию подконтрольной процедуры банкротства, что ей и не отрицается. В рамках настоящего дела ФИО4 привлечена к субсидиарной ответственности. Сумма заявленных убытков кратно превышает сумму реестровых и текущих требований и в случае удовлетворения данного заявления и поступления денежных средств, ФИО4 в порядке ликвидационной квоты вправе была бы претендовать на оставшиеся после распределения денежные средства.

Данное поведение нельзя признать добросовестным. Указанный факт служит основанием для отказа лицу в защите принадлежащего ему права.

На требование о возмещении убытков распространяется общий трехлетний срок исковой давности, установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение которого в силу пункта 1 статьи 200 Кодекса начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом события с которыми ФИО4 связывает основания для взыскания убытков, которые имели место быть до 19.07.2020, она являлась участником общества.

ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с ФИО1 19.07.2023, то есть с пропуском срока исковой давности.

Учитывая, что управляющим должника ФИО1, выбранный судом методом случайной выборки утвержден 16.08.2021 (резолютивная часть), суд пришел к выводу, что с  этого момента появилась возможность принятия мер ко взысканию убытков независимым лицом (пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 63).

Настоящее заявление конкурсным управляющим ФИО2 в защиту сообщества кредиторов направлено в суд 28.03.2023, т.е. до истечения трехлетнего срока.

Таким образом, доводы о пропуске конкурсным управляющим ФИО2 исковой давности отклонены судом.

Поскольку судебный акт в указанной части не обжалуется, что исключает оценку выводов суда первой инстанции в указанной части.

 

Рассмотрев заявление конкурсного управляющего ФИО2 в части 1-го эпизода - убытков в сумме 14 150 000 руб. за нарушение порядка составления (формирования) бухгалтерской отчетности, создание фиктивной кредиторской задолженности, проведение анализа финансового состояния должника на основании не достоверных данных, указанных в бухгалтерском балансе, суд исходил из того, что ФИО1 способствовал своими действиями созданию ситуации по введению контролируемой процедуры банкротства. При этом суд не усматривает, что именно он являлся инициатором и главным выгодоприобретателем. На основе анализа документов и многочисленных выступлений сторон, суд пришел к выводу, что именно ФИО4 была поставлена цель по проведению контролируемого банкротства с минимальными потерями для контролирующих лиц. Для достижения данной цели был привлечен ФИО1

ФИО1 вменяется содействие в формировании недостоверной бухгалтерской отчетности и незаконного финансового анализа, что послужило основанием для введения конкурсного производства и соответственно, лишению должника продолжения деятельности. 

Вместе с тем, ФИО4 как участник общества и участник дела о банкротстве при рассмотрении итогов процедуры наблюдения не заявляла суду о желании общества продолжать деятельность, не представляла суду бизнес план по выходу из кризисной ситуации. В материалы дела до настоящего времени так и не представлен план содержащий доказательства, позволяющие должнику, с учетом расходов, получить чистую прибыль, способную покрыть кредиторскую задолженность.

Учитывая явное наличие признаков несостоятельности, судом было принято решение о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства.

Таким образом, доводы о недостоверной отчетности и финансового  анализа не имеют правового значения для того, чтобы сделать вывод о том, что именно данные документы послужили основанием для введения конкурсного производства и невозможности получения должником прибыли в дальнейшем.

По указанной причине судом отклоняется соответствующее заключение представленное кредитором ООО «ЗПО».

Учитывая изложенное, а также то, что необоснованные требования кредиторов не включены в реестр, суд пришел к верному выводу об отсутствии причинения убытков по данному эпизоду, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы управляющего ФИО2, несостоятельны.

 

Разрешая требования по 2-му эпизоду - убытки в сумме 58 119 602,08 руб. из-за перечисления денежных средств под контролем ФИО1 с нарушением очередности платежей, суд исходил из следующего.

Общая сумма задолженности перед всеми кредиторами ООО «УЗСК» на март 2015 г. составляла 34 468 480,47 руб. Таким образом, у ООО «УЗСК» имелась финансовая возможность не только полностью погасить свою задолженность за счет денежных средств от контракта с ООО «Башнефть-Полюс», но и получить прибыль.

По мнению заявителя, ООО «УЗСК» объективно имело финансовую возможность погасить долг перед заявителем по делу о банкротстве должника в размере 2 894 398,83 руб., однако вместо добросовестных рекомендаций по недопущению банкротства и принятию законных мер по улучшению финансово-экономических показателей Общества, ФИО1, получив полный контроль над деятельностью ООО «УЗСК», давал прямые указания по проведению платежей с нарушением очередности, в том числе в пользу ООО «СтройИнжиниринг» и других организаций.

Судом сделан вывод, что указанные платежи были совершены должником исключительно под контролем ФИО1, что подтверждается аудиозаписью от 15.05.2019.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО4 не отрицали тот факт, что все указанные выше сделки имели встречное исполнение, денежные средства перечислены в счет реальных обязательств.

Как поясняла ФИО4, она была привлечена к субсидиарной ответственности за совершение указанных сделок, причем по заявлению поданному самим ФИО1

Следует так же учесть, что часть денежных средств поступила назад в конкурсную массу.

Рассмотрев доводы сторон по данному эпизоду, суд признал их обоснованными, поскольку ФИО1 способствовал совершению указанных сделок и соответственно должен нести солидарную ответственность за данные действия.

Определяя степень вины ФИО1, суд первой инстанции, принимая во внимание характер совершенных ответчиком действий, признал обоснованной и соразмерной объему совершенных деяний сумму убытков в размере 320 000 руб.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами в силу следующего.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 28.02.2023 по делу № А47-729/2016 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «УЗСК» ФИО10 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «УЗСК» отказано, при этом, в обоснование указанного требования было указано, что ФИО1 получив полный контроль над деятельностью ООО «УЗСК», давал прямые указания по проведению платежей с нарушением очередности, в том числе в пользу ООО «СтройИнжиниринг» и других организаций.

В указанном определении суд указал: «В качестве наличия у ФИО1 статуса контролирующего должника лица заявитель ссылается на оказание ответчиком юридических услуг должнику, а также иным заинтересованным лицам по отношению к должнику.

Однако доказательств наличия у указанного лица фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, заявителем и кредиторами в материалы дела не представлено.

В деле не имеется доказательств наличия у указанного лица фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.».

Согласно ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем   самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном в законе.

Суд апелляционной инстанции отмечает? что изменение предмета требований с субсидиарной ответственности на убытки не свидетельствуют об изменении оснований, как правовых так и фактических.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что юридически значимые обстоятельства по делу, ранее установленные вступившим в законную силу судебным актом, не подлежит доказыванию вновь.

В настоящем обособленном споре предъявлены требования по тем же обстоятельствам, которым уже дана оценка судами и не установлено оснований для возложения на конкурсного управляющего ответственности. При этом изменение правовых оснований, само по себе не является обстоятельством, для иной оценки ранее сделанных выводов.

На основании изложенного, выводы суда о наличие оснований для взыскания с ответчика убытков по данному эпизоду нельзя признать обоснованными.

 

Разрешая требования по 3-му эпизоду - пропуск сроков по оспариванию сделки с ООО ТЭК «Лента», чем должнику были причинены убытки в размере 284 000 руб., суд исходил из следующего.

Так, конкурсный управляющий ФИО1 08.05.2019 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании недействительными платежей,         совершенных обществом с ограниченной ответственностью «СтройИнженеринг» в пользу общества «ТЭК «Лента» как сделок, совершенных за счет должника, а именно: платежа от 24.02.2016 на сумму 284 000 руб. и платежа от 01.03.2016 на сумму 110 000 руб.; просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества «ТЭК «Лента» 394 000 руб. в конкурсную массу. 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.09.2019 заявление удовлетворено частично, признана недействительной сделка по перечислению денежных средств ответчику в сумме 284 000 руб., применены последствия ее недействительности. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество «ТЭК «Лента» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой.

Суд кассационной инстанции сделал вывод, что судебные акты в части признания недействительной сделки - совершенного 24.02.2016 в пользу общества «ТЭК «Лента» платежа на сумму 284 000 руб. подлежат отмене ввиду неправильного применения норм материального права (часть 1 статьи 288, пункт 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а именно пропуска срока подачи заявления.

Переписка сторон, свидетельствует о том, что ФИО1 располагал сведениями о том, что ООО «СтройИнженеринг» является финансовой структурой ООО «УЗСК» и имеется необходимость оспаривать платежи совершенные данным обществом, как совершенные фактически должником.

Учитывая, что у арбитражного управляющего ФИО1 была выписка по расчетному счету ООО «СтройИнженеринг», соответственно, он мог своевременно установить, что с расчетного счета ООО «СтройИнженеринг» был осуществлен платеж контрагенту ООО «УЗСК».  

Вместе с тем у должника ООО «УЗСК» отсутствуют убытки на заявленную сумму, поскольку сделка с ООО ТЭК «Лента» была признана недействительной по ст.61.3 Закона о банкротстве. То есть в случае поступления в конкурсную массу денежных средств от ООО ТЭК «Лента», у общества «УЗСК» снова возникла бы задолженность перед этим кредитором.

Спорный платеж мог повлиять на размер погашенных требований кредиторов только соразмерно, поскольку часть должна пойти на погашение требований самого ООО ТЭК «Лента».

Кроме того, вероятность исполнения обществом ТЭК «Лента» судебного акта по возврату обществу «УЗСК» денежных средств являлась низкой, так как по исполнительному листу, направленному 12.12.2019 в ССП для возбуждения в отношении ООО ТЭК «Лента» исполнительного производства, денежные средства не поступали, а 06.04.2020 общество ТЭК «Лента» было ликвидировано.

Суд первой инстанции, принимая во внимание сведения в отношении ООО ТЭК «Лента» свидетельствующие о невысокой доли вероятности получения искомой суммы, посчитал возможным снизить размер взыскиваемой суммы убытков до 30 000 руб.

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами в силу следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 20.09.2016 № 307-ЭС16-111 по делу № A56-31429/2014, отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков, судам необходимо исходить из того, что, если по данным ликвидационного баланса у корпорации фактически не имелось активов, в том числе какого-либо имущества, то включение ликвидатором кредиторской задолженности кредитора в промежуточный и ликвидационный баланс не привело бы к удовлетворению его требований.

Кроме того, как указано выше, сделка с ООО ТЭК «Лента» была признана недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве, то есть в случае поступления в конкурсную массу денежных средств от ООО ТЭК «Лента», у общества «УЗСК» снова возникла бы задолженность перед этим кредитором. Спорный платеж не мог повлиять на размер погашенных требований кредиторов, соответственно, у общества «УЗСК» отсутствуют убытки.

Таким образом, признание указанной сделки недействительной по ст. 61.3 Закона о банкротстве не свидетельствует о наличии убытков, реальность правоотношений в указанном споре не оспаривалась.

 С учетом изложенного в указанной части выводы суда о наличии оснований для взыскания убытков являются необоснованными, в указанной части в удовлетворении требований следует отказать.

 

Разрешая требования по 4-му эпизоду – убытки в сумме 20 825 245,10 руб. из-за не поступления сумм от оспаривания сделки с ООО «Данай-Рус», суд исходил из следующего.

ФИО1 03.10.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением к ООО «Терра» (правопреемнику ООО «Данай-Рус») в котором просил суд признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в адрес ООО «Терра» на общую сумму 20 825 245,10 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.10.2019 по настоящему делу заявление арбитражного управляющего удовлетворено в полном объеме.

Судом установлено, что согласно выписки из ЕГРЮЛ деятельность общества с ограниченной ответственностью «Данай-Рус» (ИНН: 

<

***>) прекращена путем реорганизации в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «Терра», соответствующая запись внесена 24.10.2017.

Из данной выписки так же следует, что ООО «Данай-Рус» подавало 25.08.2016 уведомление о начале процедуры реорганизации юридического лица в форме присоединения (ГРН и дата внесения записи в ЕГРЮЛ 2161215189750 от 25.08.2016). Далее происходит отмена юридическим лицом решения о реорганизации (ГРН и дата внесения записи в ЕГРЮЛ 2161215237600 от 16.11.2016). В последствии вносится запись о начале процедуры реорганизации юридического лица в форме присоединения (ГРН и дата внесения записи в ЕГРЮЛ 6176313088814 от 25.07.2017) и уже 24.10.2017 вносится запись о прекращении деятельности общества «Данай-Рус» путем реорганизации в форме присоединения к обществу с ограниченной ответственностью «Терра».

Из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Терра» (ОГРН 

<

***>) следует, что к нему в результате реорганизации присоединились одновременно ООО "ДАНАЙ         -РУС", ООО "УНИВЕРСАЛ САМАРА",        ООО "ВОЛГАДОМСТРОЙ", ООО "РЕФОЛ ПЛЮС", ООО "МАСТЕР КОНДИТЕР", ООО "АВАНТАЖПРОДУКТ", ООО "СПЕЦИАЛИСТ", ООО "АСПИС", ООО "ДЕЗМОС", ООО "ТИТУЛ", ООО "АСБИЗНЕС", ООО "КЛЮЧ", ООО "РЕЗЕРВ".

15.06.2021 внесена запись о прекращении деятельности ООО «Терра» ввиду исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о том, что ООО «Данай-Рус» изначально было лицом нужным бенифициару данного общества только для осуществления расчетов, с которого невозможно будет взыскать денежные средства.

Определяя размер убытков, суд первой инстанции установил, что реальная возможность исполнения судебного акта была достаточно низкой, а доводы ФИО4, что ООО «Терра» имелись реальные активы не подтверждены документально. Кроме того, не исключена ситуация, что в отчетности ООО «Терра» активы числились фиктивно. На основании вышеизложенного суд пришел к выводу о снижении суммы 20 825 245,10 руб. до 150 000 руб.

Указанные обстоятельства подателем апелляционной жалобы ФИО1 не опровергнуты.

Таким образом, учитывая, что обладая информацией о совершении указанной сделки и нахождении общества ООО «Данай-Рус» в процедуре реорганизации, конкурсный управляющий имел возможность для своевременного приостановления реорганизации и последующего исключения общества из ЕГРЮЛ, а также совершения иных действий по взысканию долга, в том числе посредством предъявления иска о субсидиарной ответственности контролирующих указанные общества лиц, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о частичном удовлетворении требований по данному эпизоду, а доводы апелляционных жалоб подлежат отклонению.

 

Разрешая требования по 5-му эпизоду, в обоснование которого указано о том, что  бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в неподаче заявлений на оспаривание сделок по взысканию ОСП Ленинского района г. Орска обязательств должника за 2015 года на сумму 554 466,69 руб. привели к убыткам должника, так как не позволили вернуть данные денежные средства в конкурсную массу, суд первой инстанции исходил из следующего.

Действия по уплате (взысканию) обязательных платежей могут быть признаны недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, если в соответствии с пунктом 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве будет установлено, что органы, осуществляющие взыскание обязательных платежей, действительно обладали сведениями о наличии у должника просроченных денежных обязательств перед конкурсными кредиторами, что позволяло сделать однозначный вывод о получении предпочтения при удовлетворении публичных требований.

Учитывая, что принудительное взыскание задолженности об осведомленности налогового органа о неплатежеспособности общества - не свидетельствует, поскольку является ординарным способом погашения задолженности, применяемым при нежелании налогоплательщика погасить     долг перед бюджетом в добровольном порядке по различным причинам, в том числе не связанным с фактической несостоятельностью, при этом в спорный период должником осуществлялась оплата иным контрагентам по гражданско-правовым договорам, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иных выводов.

 

Разрешая требования по 6-му эпизоду – убытки в сумме 1 676 150,41 руб. - отказ от требований об оспаривании сделки с ФНС России, суд первой инстанции исходил из следующего.

ФИО1 указывает, что отказ мотивирован отсутствием перспективы удовлетворения и возможным негативным последствием в виде взыскания с должника госпошлины.

Следует учитывать, что пунктом 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 222-ФЗ) установлен специальный критерий недобросовестности, который применяется в отношении обязательных платежей.

Учитывая, что принудительное взыскание задолженности об осведомленности налогового органа о неплатежеспособности общества - не свидетельствует, поскольку является ординарным способом погашения задолженности, применяемым при нежелании налогоплательщика погасить     долг перед бюджетом в добровольном порядке по различным причинам, в том числе не связанным с фактической несостоятельностью, при этом в спорный период должником осуществлялась оплата иным контрагентам по гражданско-правовым договорам, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части.

У суда апелляционной инстанции  также отсутствуют основания для иных выводов.

 

Разрешая требования по 7-му эпизоду – убытки в сумме 2 994 398,83 руб. возникли в результате того, что ФИО1 не были представлены сведения о наличии аффилированности между ООО «СтройИнженеринг», ООО «УТО», ООО «УЗСК» и самого ФИО1, суд первой инстанции исходил из следующего.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.06.2014 по делу №А47-583/2014 с ООО «УЗСК» в пользу ООО «ИНТЕРМЕТ» взыскано 2 994 398,83 руб. (в том числе 2 501941,15 руб. - основной долг по договору поставки товара № 17/С-13 от 18.03.2013 г., 456 319,66 руб. - пени, 36 138,02 руб. - государственная пошлина).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.05.2016 по делу № А47-583/2014 произведена замена взыскателя - с ООО «ИНТЕРМЕТ» на ООО «УралТехноОбработка».

Требование ООО «УралТехноОбработка», возникшее в результате процессуального правопреемства по делу № А47-583/2014, являлось основанием для обращения в суд с заявлением о признании ООО «УЗСК» банкротом.

Доказательств того, что требование первоначального кредитора - ООО «Интермет» являлось мнимой сделкой, не имеется. Основания для оспаривания сделки отсутствуют.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 27.05.2020 по делу № А47-729/2016 произведена процессуальная замена кредитора ООО «УралТехноОбработка» с суммой требования в размере 2 894 398,83 руб. на его правопреемника - ООО «Завод промышленного оборудования».

В определении от 27.05.2020 судом указано, что в действующем законодательстве о банкротстве не содержится запрета на включение в реестр требований кредиторов должника требований аффилированных лиц, как не установлено и запрета на замену лиц в обязательстве в отношении аффилированного лица. Как неоднократно указывалось Верховным Судом РФ, такие факты лишь требуют повышенного критерия доказанности обоснованности заявленного требования и не являются безусловным основанием для отказа во включении в реестр. Вопрос аффилированности подлежит исследованию судом только лишь на предмет ее влияния на правовую природу задолженности, реальности долга, добросовестности сторон (кредитора и должника) на стороне заявителя требований.

Кредитор, обладающий реальным правом требования к должнику, не может быть лишен возможности уступить это право другому кредитору только по причине того, что цессионарий будет являться лицом, аффилированным с должником.

На стадии разрешения вопроса о процессуальном правопреемстве, при юридической подтвержденности первоначального права  требования к должнику, достаточных оснований полагать, что целью совершения уступки права требования являлось осуществление контроля за процедурой банкротства должника, не имеется.

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу, об отказе в удовлетворении требований по данному эпизоду, а доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 подлежат отклонению.

 

Разрешая требования по 8-му эпизоду – убытки в сумме 8 073 057,16 руб. возникли в результате ошибки в расчете, которые были приняты ФИО1 при постановке в реестр кредиторов и затягивании рассмотрения поданного ФИО1 от имени ООО «УТО» заявления на банкротство ООО «УЗСК», суд исходил из следующего.

Причиной подписания сторонами мирового соглашения о реструктуризации задолженности явилось неисполнение должником договорных обязательств.

Соглашением предприятию предоставлена рассрочка по оплате уже возникшей задолженности.

Результаты ведения предприятием его хозяйственной деятельности, ее эффективность и качество не могут являться стечением тяжких обстоятельств в смысле, придаваемом частью 3 статьи 179 ГК РФ.

Заявителями не доказано наличие признаков кабальности сделки для её оспаривания.

Так как в деле отсутствуют допустимые и достаточные доказательства того, что ФИО1 являлся инициатором заключения мирового соглашения с банком,   а   так   же   доказательства   того,   что   ответчик   умышленно   затягивал введение процедуры банкротства с целью увеличения требований АО «Россельхозбанк», суд   отказал в удовлетворении требований в данной части.

Также отклонен доводы о том, что ФИО1 как управляющий не проверил расчет задолженности, а расчет задолженности от АО «Россельхозбанк» необоснованно завышен, суд указал, что определение о включении требований в реестр требований кредиторов требований АО «Россельхозбанк» вступило в законную силу. Указанным судебным актом суд признал долг обоснованным в заявленном размере. Доводы заявителей в данной части фактически направлены на преодоление данного судебного акта, что не допустимо с позиции требований ст. 69 АПК РФ.

На основании изложенного, суд обоснованно отказал в удовлетворении требований по данному эпизоду, а оснований для удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 суд апелляционной инстанции не усматривает.

 

Разрешая требования по 9-му эпизоду – убытки в сумме 9 144 136,07 руб. возникли в результате нарушения ФИО1 очередности платежей, суд исходил из того, что расчет погашения требований, составленный заявителями не учитывает тот факт, что хоть и сделки признаны судом недействительными, но данные платежи осуществлялись во исполнение реальных обязательств. При непогашенных обязательствах перед указанными лицами денежные средств направленные на погашение требований распределились лишь по принципу пропорциональности, что привело к конечному итогу, который имеет место быть.

Таким образом, применительно к данному эпизоду не доказан весь состав необходимый для взыскания убытков.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что истцом доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков на сумму 150 000 руб. по 4-му эпизоду, оснований для удовлетворения остальной части требований, не имеется.

Доводы апелляционных жалоб ООО «Сапфир» и ФИО1 учтены при вынесении настоящего постановления.

Доводы жалобы конкурсного управляющего ФИО2 не опровергают выводов суда, исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого дела.

В силу изложенного, на основании п. 3 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение суда подлежит изменению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в порядке ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции          

 

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Сапфир», ФИО1 - удовлетворить частично, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод строительных конструкций» - ФИО2 - оставить без удовлетворения, определение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2024 по делу № А47-729/2016 - изменить,  изложить резолютивную часть определения в следующей редакции:

«В удовлетворении требований ФИО4 отказать.

Заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод строительных конструкций» - ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Уральский завод строительных конструкций» в качестве убытков денежные средства в размере 150 000 руб. 

В удовлетворении остальной части требований отказать.».

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          Т.В. Курносова

                                                                                     А.Г. Кожевникова