АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-4381/19

19 ноября 2019 г.

г. Ростов-на-Дону

 

Резолютивная часть решения объявлена   14 ноября 2019 г.

Полный текст решения изготовлен    19 ноября 2019 г.

 

Арбитражный суд Ростовской области  в составе:

судьи Корха С.Э.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мельниковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "РУССКИЙ СТИЛЬ СТРОЙ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к  открытому акционерному обществу коммерческий банк «Максимум» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Максимум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

 о признании недействительности  договора об уступке права требования (цессии) № КЛ-452/22 от  16.11.2015 

 

при участии:

от истца: ФИО1  по доверенности б/н от 01.03.2019 г., ФИО2 по доверенности б/н 01.10.2019 г.

от ответчика ООО "Максимум": представитель не явился

от ответчика ОАО КБ "Максимум", АСВ: представитель не явился 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "РУССКИЙ СТИЛЬ СТРОЙ" обратилось  в суд с иском к открытому акционерному обществу коммерческий банк «Максимум» и обществу с ограниченной ответственностью «Максимум» с требованием о признании недействительным (ничтожным)  договора об уступке права требования (цессии) № КЛ-452/22 от  16.11.2015 

Представитель истца в судебном заседании пояснил предмет и основания иска, поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснил основания предъявления иска в порядке общего искового производства, а не в рамках дела о банкротстве. Сообщил, что в рамках дела о банкротстве оспариваемая в настоящем дела сделка признана недействительной, при этом имеются основания для признания сделки недействительной, как по  общегражданским основаниям, так и по специальным основаниям ФЗ « О банкротстве». Полагает, что оспариваемая сделка является не оспоримой, а ничтожной. Просит признать договор цессии недействительным (ничтожным).

Представитель ответчика (ООО "Максимум") извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в порядке ст. 123 АПК РФ, явку представителя в судебное заседание не обеспечил. Ранее обеспечивал участие в лице своего представителя, возражал против удовлетворения исковых требований. Письменный отзыв не предоставил.

Ответчик (банк в лице конкурсного управляющего АСВ), извещенный надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства, в порядке ст. 123 АПК РФ, явку представителя в судебное заседание не обеспечил. Ранее направлял  письменные возражения, а также  ходатайство  об оставлении иска без рассмотрения по тому основанию, что в рамках дела о банкротстве А53-32249/15 рассматриваются требования, заявленные по тому же основанию и в отношении того же предмета спора.  Полагает, что требования истца должны быть рассмотрены в рамках дела о банкротстве.

Рассмотрев ходатайство об оставлении иска без рассмотрения, суд не усматривает оснований для его удовлетворения.

В соответствии с ч. 4 ст. 148 АПК РФ суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что:  заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

Между тем, в соответствии с п. 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" иски должника о признании недействительными сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, предъявленные должником и принятые судом к производству до введения в отношении должника процедуры внешнего управления или конкурсного производства, подлежат рассмотрению в общем порядке вне рамок дела о банкротстве и после введения в отношении должника такой процедуры.

Заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности. При предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к части 4 пункта 1 статьи 148 АПК РФ.

Поскольку истец не является кредитором в рамках дела о банкротстве банка А53-32249/15 право оспаривать сделку в рамках дела о банкротстве у него не возникло, в связи с чем требования подлежат рассмотрению в порядке общего искового производства.

Основания для прекращения производства по делу также не усматриваются.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ  арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что: имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.01.2016 по делу N А53-32249/2015 банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества коммерческий банк "Максимум" 03 сентября 2018 года  конкурсные кредиторы ООО "Кондитерское предприятие Смак+", ООО "Кондитерское предприятие "Смак", ООО "Металлик", ООО "Волгодонсктрансавто" обратились в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительной ряд сделок должника, в том числе договор  уступки права требования (цессии) №452/04 от 16.11.2015 заключенного между открытым акционерным обществом  коммерческим банком «Максимум» и обществом с ограниченной ответственностью «Максимум» , в соответствии с которым права открытого акционерного общества  коммерческого банка «Максимум» (кредитора)  по кредитному договору от 01.09.2014 №452/04 в полном объеме переданы обществу с ограниченной ответственностью «Максимум» ( дело № А53- 32249-22/2015 ).

Определением от 22.07.2019 суд признал ряд недействительными договоры уступки права требования (цессии), в том числе договор  уступки права требования (цессии) №КЛ-452/22 от 16.11.2015 г., оспариваемый в настоящем деле, заключенный между открытым акционерным обществом  коммерческим банком «Максимум» и обществом с ограниченной ответственностью «Максимум»,  в соответствии с которым права открытого акционерного общества  коммерческого банка «Максимум» (кредитора)  по кредитному договору от 01.09.2014 №452/04 заключенному  с  обществом с ограниченной ответственностью «Кондитерское предприятие «Смак» (заемщиком) в полном объеме переданы обществу с ограниченной ответственностью «Максимум».

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2019 определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.07.2019 по делу N А53-32249/2015 оставлено без изменения.

Поскольку  истец не является ни заявителем, ни кредитором в   дела о банкротстве,  признание недействительным  того же договора цессии в раках дела о банкротстве  N А53-32249/2015 по заявлению иного лица, не препятствует рассмотрению заявленных  исковых требований, поскольку  признание сделки недействительной в деле N А53-32249/2015  происходило без участия истца.

Привлечение истца к участию в деле о банкротстве в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, не создает условия  для прекращения производства по делу, т.к. наличие вступившего в законную силу  судебного акта, принятого по спору между теми же лицами отсутствуют.

Спор рассматривается в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ, согласно которой при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, суд установил, что 04.08.2016 г. истец по почте получил письменное требование от ООО "Максимум" датированное 28.07.2016 г. о досрочном погашении сумм кредита, полученного истцом в банке ОАО КБ "Максимум" со ссылкой на заключенный между ООО "Максимум" и ОАО КБ "Максимум" договор цессии № КЛ-452/22 от 16.11.2015 г.

Истец отказался исполнять требование ООО "Максимум"  полагая договор цессии недействительным по основаниям ничтожности.

Истец заявляет, что ООО «Русский Стиль Строй» в настоящее время несет существенные риски двойного исполнения кредитных обязательств, так как 25 января 2019 года Отделом судебных приставов по г. Волгодонску было возбуждено исполнительное производство на основании Решения апелляционной инстанции Ростовского областного суда.

ООО «Максимум» ранее 4 месяца не обращалось за исполнением судебного акта, так как в настоящее время в Арбитражном суде Ростовской области находится дело о признании ВСЕХ сделок цессии между ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум» ничтожными по основаниям ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» — дело № А53-32249/2015, в том числе и той, по которой производится взыскание с ООО «Русский стиль строй».

ООО «Русский стиль строй» является третьим лицом по делу о признании всех сделок цессии в банкротном процессе и ему не предоставлено право обжалования этих сделок в рамках дела о банкротстве.

Между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Русский стиль строй» заключен Договора об открытии невозобновляемой кредитной линии в российских рублях КЛ-№452/22 от 07 июля 2015 года, по условиям которого банк предоставляет заемщику кредитные средства по заявкам.

16.11.2015 между ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум» заключен договор об уступке права требования (цессия) № КЛ-452/22, в соответствии с пунктом 1.1 которого банк (цедент) уступает, а общество (цессионарий) принимает в полном объеме совокупность прав требования к заемщику в объеме и на условиях, которые существовали к моменту перехода прав. К Цессионарию переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требование права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Фактически оплаты по указанному договору цессии произведено не было. Истец полагает, что  действия ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум» при заключении договора уступки прав являются заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав, как ООО «Максимум», так и ОАО КБ «Максимум».

По мнению истца, недобросовестность сторон выражается в скоординированных обеими сторонами сделки действиях, направленных на имитацию оплаты сделок цессии, формирование документов и проводок в АБС банка, якобы свидетельствующих о такой оплате, безвозмездной передаче всего кредитного портфеля банка в аффилированную организацию.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.03.2018 по делу № А53-32249/2015 удовлетворена жалоба группы кредиторов ОАО КБ «Максимум»  на бездействие Агентства по страхованию вкладов по не обжалованию группы сделок банка ОАО КБ «Максимум», которыми за 7 дней до отзыва лицензии у ОАО КБ "Максимум" был выведен весь кредитный портфель банка в аффиилированную организацию ООО "Максимум" (ОГРН 

<

***>, ИНН/КПП 

<

***>/772901001, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ I) на сумму почти 300 миллионов рублей.

Суд определил:

Признать незаконными действия (бездействия) конкурсного управляющего ОАО КБ «Максимум» - Государственной Корпорации «Агентство по страхованию вкладов», выразившиеся в непринятии мер по оспариванию договоров уступки прав требований от 16.11.2015,      заключенных между ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум».

Предоставить ООО «Град Виктория», ООО «Волгодонсктрансавто», ООО «Смак+», ООО «Металлик», ООО «Кондитерское предприятие «СМАК» право самостоятельно подать в арбитражный суд заявление об оспаривании договоров уступки прав требований от 16.11.2015, заключенных между ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум».

Отстранить представителя Государственной Корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ОАО КБ «Максимум».

В указанном Определении Арбитражный суд установил наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о том, что все договоры уступки нрав требований от 16.11.2015,      заключенные между ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум», имеют признаки ничтожности.

Данное Определение оставлено без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций.

Оспариваемый договор об уступке права требования (цессия) между ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум» был заключен при следующих обстоятельствах.

Приказом Банка России от 23.11.2015 № ОД-3273 «Об отзыве лицензии на осуществление банковских операций у кредитной организации открытое Акционерное Общество Коммерческий Банк «Максимум» (ОАО КБ «Максимум») (Ростовская область, г. Волгодонск)» с 23.11.2015 отозвана лицензия на осуществление банковских операций (далее - лицензия). Отзыв лицензии осуществлен в соответствии с пунктом 6 части первой статьи 20 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее - Закон № 395-1).

Согласно данной норме Банк России может отзывать у кредитной организации лицензию на осуществление банковских операций в случае неисполнения кредитной организацией федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, если в течение одного года к кредитной организации неоднократно применялись меры, предусмотренные Федеральным законом от 10.07.2002 №86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Максимум» по состоянию на 20.01.2016 и 25.01.2017 член Совета Директоров н акционер ОАО КБ «Максимум» ФИО4 одновременно на момент подписания договоров цессии являлся руководителем ООО «Максимум» и его единственным участником.

Следовательно, договор между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум» будет являться сделкой с заинтересованностью, требующей одобрения Общим собранием или Советом Директоров ОАО КБ «Максимум», чего сделано не было.

Следующий Генеральный директор ООО «Максимум» ФИО5 (была генеральным директором с 17.03.2017 по 05.06.2018), согласно сайту обязательного раскрытия информации акционерными обществами информационного агентства "Интерфакс", в 2015 году также являлась акционером Открытого Акционерного Общества Коммерческий Банк «Максимум».

С июня 2018 года генеральным директором ООО «Максимум» и единственным его участником (с декабря 2018) года является ФИО6 - лицо, поставившее отметку от имени ОАО КБ «Максимум» на платежном поручении № 1, которым якобы была произведена оплата договора цессии.

Таким образом, имеется информация, полученная из открытых источников, об аффилированности ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум».

Истец полагает, что заключение договора цессии между аффилированными лицами,  без  оплаты приобретаемого права  носит формальный характер. При заключении договора его сторонами допущено злоупотребление правом, в связи с чем на основании ст. 10 ГК РФ истец просит признать договор цессии недействительным по основаниям его ничтожности.

Истец заявляет, что оспариваемая сделка совершена с единственной противоправной целью — вывод всех кредитных активов банка в преддверии его банкротства, что в соответствии со ст. ст.10 и 160 ГК РФ влечет ее ничтожность.

При уступке права требования цеденту не было уплачено денежных средств, и договор заключен исключительно с целью вывода активов банка за 7 дней до отзыва у него лицензии. При этом воля обеих сторон сделки была направлена на безвозмездную передачу имущественных прав с имитацией оплаты за них. ООО «Максимум» не представило никаких достоверных доказательств уплаты денежных средств.

Истец полагает, что договор  цессии совершен безвозмездно и является притворной сделкой, а, следовательно, является недействительной сделкой не только на основании ст.ст. 10 и 168 ГК, но и основании п. 2 ст. 170 ГК РФ.

Таким образом, истец заявляет, что  договор уступки права между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум» № КЛ-452/22 от 16.11.2015 является ничтожным по трем основаниям: в соответствии со ст. ст. 10 и 168 ГК РФ в совокупности, как злоупотребление правом при безвозмездном выводе активов банка, а также в  соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ как притворная сделка, то есть, сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку - сделку дарения имущественных прав, запрет на совершение которой установлен ст.575 ГК РФ.

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления рассматриваемых исковых требований. 

Изучив материалы дела, обозрев подлинные письменные доказательства, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с ч. 2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Так, истец оспаривает сделку по основаниям ее ничтожности.

В соответствии с ч. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 " О Применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"  исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

При признании истца заинтересованным в оспаривании сделки суд учитывает правовую позицию, изложенную в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.02.2014 N 14680/13 где отмечено, что согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ", в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. При надлежащем исполнении должником денежного обязательства новому кредитору в случае последующего признания договора уступки права требования недействительным первоначальный кредитор вправе потребовать от нового кредитора исполненное ему должником но правилам главы 60 ГК РФ, а новый кредитор - потребовать возврата суммы, уплаченной им за переданное право. Данное правило не подлежит применению только при условии, если будет установлено, что должник, исполняя обязательство перед новым кредитором, знал или должен был знать о противоправной цели оспариваемой сделки.

Суд считает обоснованным заявление ООО «Русский стиль строй» о том, что общество узнало о противоправности сделки цессии еще в момент предъявления ФИО7, как поручителем встречного иска к ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум» о признании ничтожным договора уступки права требования от 16.11.2015г., заключенного между ОАО «КБ «Максимум» и ООО «Максимум» - в марте 2018 года.

Указанные обстоятельства не позволяют рассматривать истца в качестве того лица, чье обязательство может быть признано исполненным надлежаще в случае его исполнения новому кредитору - ООО «Максимум», что может повлечь требования прежнего кредитора о возврате  той же суммы.

В соответствии с ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Судом в рамках дела А53-32249/2015 (определение от «22» июля 2019 года) установлено, что  в период, предшествующий отзыву у Банка лицензии на осуществление банковских операций (23.11.2015) и назначению временной администрацией по управлению ОАО КБ «Максимум», генеральным директором ООО «Максимум» ФИО4 и заместителем управляющего филиалом «Московский» ОАО КБ «Максимум» ФИО8, действующим на основании доверенности № 74 от 16.11.2015, совершены сделки – договоры уступки прав требований всего кредитного портфеля Банка.

Согласно представленному Агентством расчету цена всех договоров уступки составила 274 256 104,31 рублей.

Спорные сделки совершены с заинтересованным лицом, поскольку ФИО4 являлся акционером и председателем совета директоров Банка и одновременно генеральным директором  и единственным участником ООО «Максимум» (ИНН 

<

***>), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ, а также списком лиц, под влиянием которых находится Банк.

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что договоры уступки права требования совершены с неравноценным встречным предоставлением и являются недействительными сделками на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Мотивом сделки в ущерб кредиторам является вывод  имущества от взыскания со стороны кредиторов. Под уводом актива понимается любой результат, при котором кредиторы не могут получить удовлетворение из выручки от реализации такого актива или его части; инструменты при этом могут быть различными: прямая продажа, включение в реестр требований кредиторов для последующей претензии на выручку от продажи соответствующей вещи и т.п.

В деле А53-32249/2015 судом установлен факт безвозмездной передачи группой лиц, контролировавших банк до продажи его акций, активов в подконтрольную им же фирму, с имитацией оплаты этих активов.

Суд установил, что оспариваемая сделка совершена с единственной противоправной целью — вывод всех кредитных активов банка в преддверии его банкротства, что в соответствии со ст. 10 и 160 ГК РФ влечет ее ничтожность.

При уступке права требования цеденту не было уплачено денежных средств, и договор заключен исключительно с целью вывода активов банка за 7 дней до отзыва у него лицензии.

При этом воля обеих сторон сделки была направлена на безвозмездную передачу имущественных прав с имитацией оплаты за них. ООО «Максимум» не представило никаких достоверных доказательств уплаты денежных средств.

Таким образом, договор цессии совершен безвозмездно и в отсутствии намерений встречного предоставления является притворной сделкой, а, следовательно, является недействительной сделкой не только в соответствии со ст. ст. 10 и 168 ГК РФ, но и соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть, сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. Она совершается лишь для вида, с целью создать у окружающих искаженное представление о действительных целях, последствиях и взаимоотношениях сторон по сделке. Спорный договор цессии является притворной сделкой, так как совершен с целью прикрыть другую сделку, а именно сделку дарения принадлежащего банку актива - права требования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Поскольку согласно   подпункту 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ в отношениях между коммерческими организациями, к которым относится ООО "Максимум", дарение не допускается - оспариваемая сделка является ничтожной в силу статьи 168 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления от 23.12.2010       № 63, наличие в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно Определению Верховного Суда РФ от 26.12.2018 N 306-ЭС17-19388(19) по делу N А65- 5821/2017  сделка может быть признана одновременно недействительной и по основаниям, предусмотренным ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и по основаниям ст. ст.  10 и 168 ГК РФ, в том числе и  на стадии конкурсного производства.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено: исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Как следует из договоров уступки прав (цессии), заключенных между Банком и ООО «Максимум»,

Банком уступлены права (требования) к платёжеспособным должникам, требования к которым обеспечены залогом, в том числе третьих лиц в общей сумме 274 256 104,31 рублей. При таких обстоятельствах уступка прав (требований) свидетельствует о заключении сделок на явно невыгодных для должника условиях.

При этом последующие уступки прав требований привели к тому, что требования акционеров Банка удовлетворены преимущественно перед иными кредиторами должника.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ)».

В рассматриваемом случае ссылки недобросовестных участников гражданского оборота ООО «Максимум» и ОАО КБ «Максимум» на якобы произведенную оплату по договорам уступки прав лишь создают видимость такой оплаты, а документы об оплате носят технический характер и не подтверждают несуществующие операции.

Передача всего «кредитного портфеля» от ОАО КБ «Максимум» к ООО «Максимум» в условиях имеющихся неоднократных претензий ЦБ РФ к банку и в условиях аффилированности никак не может быть признана «ожидаемым поведением добросовестного участника гражданского оборота», так как банк полностью теряет начисляемые в будущем проценты, причем по ставке 25 процентов годовых, которая на момент передачи прав в ООО «Максимум» уже по рынку банковских услуг была значительно ниже.

Основанная прибыль банковской организации состоит из получения процентов по переданным денежным средствам, а отчуждение всех накопленных ликвидных активов свидетельствует  о недобросовестности в смысле, придаваемом этому понятию ст. 10 ГК РФ.

Следовательно, безвозмездный вывод активов банка не может быть квалифицирован иначе, чем по ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 N 6526/10 по делу N А46- 4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта имущества третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В соответствии со ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не 42 10635 5903912 устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушениия.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, наличие в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Таким образом, договоры уступки права требования (цессии), заключенные между ОАО КБ «Максимум» и ООО «Максимум»» суд признает  ничтожными на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины разрешается арбитражным судом по итогам рассмотрения дела, независимо от того, заявлено ли перед судом ходатайство о его разрешении.

В соответствии с п. 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 г. N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах"  в случае, когда решение принято против нескольких ответчиков, понесенные истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины взыскиваются судом с данных ответчиков как содолжников в долевом обязательстве, независимо от требований истца взыскать такие расходы лишь с одного или нескольких из них.

Истец при подаче искового заявления по чек-ордеру от 08.02.2019 г. оплатил государственную пошлину в размере 6 000 руб., которая по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отнесению на каждого из ответчиков по  3 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении ходатайства  открытого акционерного общества коммерческий банк «Максимум» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) в лице конкурсного управляющего Агентство по страхованию вкладов об оставлении искового заявления без рассмотрения  отказать.

Признать договор  об уступке права требования (цессии) № КЛ-452/22 от  16.11.2015 г., заключенный между открытым акционерным обществом Коммерческий банк «Максимум» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Максимум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) недействительным (ничтожным). 

            Взыскать с открытого акционерного общества Коммерческий банк «Максимум» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "РУССКИЙ СТИЛЬ СТРОЙ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 3 000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Максимум» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "РУССКИЙ СТИЛЬ СТРОЙ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 3 000 руб. в возмещение расходов на уплату государственной пошлины.

Решение суда по настоящему  делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Судья                                                                                                                     Корх С.Э.