АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело №  А65-25555/2021

г. Казань

11 февраля 2022 года

Дата оглашения резолютивной части решения – 08 февраля 2022 года

Дата изготовления решения – 11 февраля 2022 года

 

Арбитражный суд Республики Татарстан 

в составе председательствующего судьи Сотова А.С.,

при  ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

истца – публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах», г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ответчику – обществу с ограниченной ответственностью «Промышленные системы автоматизации», г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии третьего лица – общество с ограниченной ответственностью «Престиж», г.Казань

о признании недействительной сделкой договор ОСАГО,

с участием представителей:

от истца  – ФИО2, по доверенности от 29.12.2020г., 

от ответчика и третьего лица – не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество Страховая компания «Росгосстрах» (далее истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Промышленные системы автоматизации» (далее ответчик) о признании недействительным договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее договор ОСАГО).

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора было привлечено общество с ограниченной ответственностью «Престиж».

Ответчик и третье лицо в судебное заседание не явились, извещены в порядке части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Истец исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что в связи с дорожно-транспортным происшествием (далее ДТП) ответчик обратился к истцу в порядке прямого возмещения убытков и в ходе разбирательства было выяснено, что автомобиль используется ответчиком в качестве такси, в выплате страхового возмещения ответчику было отказано.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителя истца, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 24 ноября 2020г. между истцом (страховщик) и ответчиком (страхователь) был заключен договор ОСАГО в отношении транспортного средства – автомобиль Киа Рио государственный регистрационный номер 

<

***> что подтверждается полисом ОСАГО серии ННН № 3018320847. (л.д. 7).

При заключении договора страхования в заявлении на страхование ответчик в качестве цели использования автомобиля была отмечена графа  - «Прочее» (л.д. 8-9). 

Между тем, после заключения договора, истец установил, что застрахованный ответчиком автомобиль, в том числе и на момент заключения договора, используется в качестве такси.

В частности, из письма Министерства транспорта и дорожного хозяйства Республики Татарстан исх.№04-20/3790 от 08 июня 2021г. следует, что по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Престиж» (третье лицо по делу) на автомобиль Киа Рио государственный регистрационный номер 

<

***> было выдано разрешение на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси №38016 со сроком действия с 09 сентября 2020г. по 08 сентября 2025г., но с 02 августа 2021г. действие лицензии по заявлению третьего лица было досрочно прекращено (л.д. 11, 24).

Истец полагает, что при заключении договора страхования ответчик умышлено ввел истца в заблуждение относительно режима использования страхуемого автомобиля, указав в качестве режима использование «Прочее», вместо специальной графы  - «такси», сообщив, тем самым, заведомо ложные сведения в целях уменьшения страховой премии. Сведения о целях использовании транспортного средства являются существенными, так как это влияет на вероятность наступления страхового случая и на размер страховой премии.

В связи с изложенными обстоятельствами и со ссылкой на положения статьи 179 и 944 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) истец обратился с рассматриваемым иском в суд о признании договора страхования недействительным.

Правоотношения сторон регулируются положениями главы 48 ГК РФ о страховании и специальными нормами - нормами Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее Федеральный закон).

В соответствии с частью 2 статьи 927 ГК РФ и пунктом 1 статьи 4 Закона об ОСАГО страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств является обязательным.

Договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - договор страхования, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховое возмещение в форме страховой выплаты или путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены Федеральным законом об ОСАГО, правилами обязательного страхования, и является публичным (абзац 7 части 1 статьи 1 Федерального закона).

Согласно части 1 статьи 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. 

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона для заключения договора обязательного страхования владелец транспортного средства предоставляет, в том числе заявление о заключении договора страхования по форме, утвержденной Положением Банка России от 19.09.2014 N 431-П (ред. от 15.07.2021) "О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее правила обязательного страхования).

При заполнении заявления указанной формы страхователь обязан указать цель использования своего транспортного средства (отметить соответствующую графу): личная, учебная езда, такси, перевозка опасных или легковоспламеняющихся грузов, прокат/краткосрочная аренда, регулярные пассажирские перевозки/перевозки пассажиров по заказам, дорожные и специальные транспортные средства, экстренные и коммунальные службы и прочее.

Как видно, ответчик, при заполнении заявления на страхование, в качестве цели использования автомобиля указал графу «прочее» (л.д. 8-9).

В тоже время, материалами дела подтверждается, что на момент заключения договора страхования (24.11.2020г.) в отношении рассматриваемого транспортного средства было выдано разрешение (лицензия) на осуществление деятельности по перевозке пассажиров и багажа легковым такси №38016 со сроком действия с 09 сентября 2020г. по 08 сентября 2025г. (л.д. 11).

Указанные обстоятельства ответчик или третье лицо не опровергли.

Частью 3 статьи 944 ГК РФ предусмотрено, что если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 ГК РФ.

В силу части 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Из содержания приведенных норм следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, а также того факта, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Страховщик, осуществляя профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, более осведомлен в определении факторов риска. Он располагает необходимыми сведениями для проверки соответствия указанных страхователем в заявлении обстоятельств, вправе использовать любые допускаемые законом способы для восполнения недостаточности предоставленных страхователем сведений, проверки их достоверности (пункт 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 N 75 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования"). 

Однако документальных доказательств наличия прямого умысла страхователя - ответчика, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений относительно цели использования автомобиля, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, истцом в материалы дела не представлено.

Так, из письма Министерства транспорта и дорожного хозяйства Республики Татарстан исх.№04-20/3790 от 08 июня 2021г. следует, что с заявлением о выдаче разрешения обращалось общество с ограниченной ответственностью «Престиж» (третье лицо), а не ответчик, являющийся страхователем.

Однако, по сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц следует, что основным видом деятельности ответчика является «разработка проектов промышленных процессов и производств, относящихся к электротехнике, электронной технике, горному делу, химической технологии, машиностроению, а также в области промышленного строительства, системотехники и техники безопасности» (71.12.12), а основным видом деятельности третьего лица - «деятельность легкового такси и арендованных легковых автомобилей с водителем» (49.32) и данный вид деятельности не указан у ответчика и в качестве дополнительных видов деятельности. 

В тоже время, по смыслу Закона Республики Татарстан от 10.10.2011г. №77-ЗРТ "О перевозках пассажиров и багажа легковыми такси на территории Республики Татарстан" перевозчиком является юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, осуществляющие деятельность по оказанию услуг по перевозке пассажиров и багажа легковым такси.

Таким образом, доказательства свидетельствующие, что именно ответчик использовал свой автомобиль в качестве такси отсутствуют.

Истец указывает, что о факте использования застрахованного автомобиля в качестве такси ему стало известно при оформлении документов по страховому случаю.

В тоже время, истец не представил страховой или административный материал, из которого можно было бы установить обстоятельства страхового события (ДТП) и использование в момент ДТП автомобиля именно в качестве такси, а не в личных целях его водителем.

Таким образом, в порядке статьи 65 АПК РФ истцом не представлено доказательств использование ответчиком рассматриваемого автомобиля в качестве такси и при его использовании наличия прямого умысла на сообщение истцу заведомо ложных сведений об этом. 

Кроме этого, суд учитывает, что договор ОСАГО в соответствии с абзацем 7 части 1 статьи 1 Федерального закона является публичным договором и истец или иная страховая организация, в силу положений статьи 426 ГК РФ не вправе отказать ответчику или иному страхователю в заключении договора страхования, а нормативно-правовыми актами для названного вида страхования установлены иные последствия несообщения страхователем каких-либо сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение для вероятности наступления страхового случая и определения страхового тарифа. 

В частности, такими последствиями является возможность прекращения договора на будущее время или возможность требования страховщиком увеличения страхового тарифа, что предусмотрено пунктами 1.8, 1.10, 1.11, 2.1 Правил обязательного страхования.

Таким образом, по мнению суда, истцом в любом случае выбран не верный способ защиты своего, как он полагает, нарушенного права.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для удовлетворения иска.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по иску относится на истца.

В связи с изложенным, руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан 

 

Р Е Ш И Л :

в иске отказать.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

 

Председательствующий судья                                                                     А.С. Сотов