ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-20092/2019, 10АП-19116/2019

Дело № А41-85208/18

30 июня 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  29 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  30 июня 2020 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Игнахиной М.В.,

судей Ивановой Л.Н., Миришова Э.С.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1

при участии в заседании: 

от ПАО «Т-Плюс» - представитель ФИО2 по доверенности 26 декабря 2019, удостоверение;

от АО «Волга»  – представитель ФИО3 по доверенности от 07 ноября 2018 №261/11-2018, паспорт;

от ПАО «МРСК Центра и Приволжья» – представитель не явился, извещён;

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ПАО «Т-Плюс» и АО «Волга» на решение Арбитражного суда Московской области от 16 августа 2019 года по делу  № А41-85208/18 по иску АО «Волга» к ПАО «Т-Плюс» о взыскании,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество "Волга" (далее - АО "Волга", истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском к  публичному акционерному обществу "Т Плюс" (далее - ПАО "Т Плюс", ответчик) о взыскании  753 599 394 руб. 98 коп. убытков.

Определением Арбитражного суда Московской области от  04.02.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ПАО «МРСК Центра и Приволжья».

Решением Арбитражного суда Московской области от  16 августа 2019 года по делу №А41-85208/18 в удовлетворении требований отказано (том 22 л.д.125-131).

Не согласившись с указанным судебным актом  АО "Волга" и ПАО "Т Плюс" обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили решение суда первой инстанции отменить.

Дело рассматривается в соответствии со статьями 121, 123, 156     АПК РФ в отсутствие представителей третьего лица, надлежащим образом извещенного о дате, времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда.

В судебном заседании представитель  АО "Волга" поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение отменить, заявленные требования удовлетворить; возражал против удовлетворения апелляционной жалобы ПАО "Т Плюс".

Представитель ПАО "Т Плюс"  возражал против доводов апелляционной жалобы АО "Волга",  поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил решение изменить в мотивированной части, указав на пропуск срока исковой давности.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в соответствии со статьями 266 – 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав материалы, дополнительно представленные доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, апелляционный суд приходит к выводу  о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела  30 мая 2014 года между АО «ВОЛГА» (покупатель) и ОАО «ТГК № 6» (продавец; правопредшественник ответчика) заключен договор купли-продажи имущества № 6600-FA041/01-001/0015-2014 (далее – договор).

В соответствии с договором и приложениями к договору № 1 (т. 1 л.д. 25-34), № 2 (т. 1 л.д. 35-57), № 3 (т. 1, л.д. 58-62) стороны определили перечень передаваемого имущества.

В приложении № 10 к договору (т. 1 л.д. 122) стороны согласовали технические характеристики передаваемого имущества.

В пункте 1.1 договора купли-продажи определены значения терминов и словосочетаний, используемых в договоре.

Так, в частности: движимое имущество – движимое имущество, указанное в приложении № 2 к договору; имущество НиГРЭС – движимое имущество и недвижимое имущество в совокупности; недвижимое имущество – недвижимое имущество, указанное в приложении № 1 к договору; основное имущество НиГРЭС - недвижимое имущество, а также движимое имущество, которое в совокупности необходимо для функционирования в качестве теплоэлектростанции, указанное в приложении № 3 к договору; существенное ограничение возможности эксплуатации основного имущества НиГРЭС в качестве теплоэлектростанции – неспособность выработки НиГРЭС тепловой и/или электрической энергии в соответствии с заданными характеристиками НиГРЭС, указанными в приложении № 10 к договору.

В соответствии с пунктом 4.1 договора продавец предоставляет покупателю гарантии, которые являются обязательными требованиями к качеству основного имущества НиГРЭС, а также подтверждает возможность использования основного имущества НиГРЭС в качестве теплоэлектростанции, в том числе: основное имущество НиГРЭС оплачено продавцом в полном объеме, принадлежит продавцу на праве собственности, надлежащим образом зарегистрировано в соответствующих органах власти согласно законодательству Российской Федерации (подпункт 4.1.1 договора купли-продажи); на дату заключения договора основное имущество НиГРЭС пригодно в совокупности для целей использования в качестве теплоэлектростанции в соответствии с заданными характеристиками (приложение № 10), находится в рабочем состоянии (с учетом естественного износа и вывода оборудования в плановый и внеплановый ремонт), подтвержденном результатами финальной проверки, удовлетворительными для сторон (приложения № 7, 7.1), отсутствуют какие-либо нарушения нормативных требований (технических норм), которые запрещают или существенно ограничивают возможность эксплуатации основного имущества НиГРЭС в качестве теплоэлектростанции (подпункт 4.1.5 договора купли-продажи).

В свою очередь, согласно пункту 4.3 договора купли-продажи покупатель предоставляет продавцу, в частности, следующие гарантии: покупатель понимает, что исполнение договора может затрагивать интересы потребителей электрической и тепловой энергии (мощности) и налагает на покупателя соответствующие обязанности как собственника объекта генерации (подпункт 4.3.1 договора купли-продажи); покупатель является стороной, имеющей необходимые знания и опыт, которые позволяют оценить преимущества и риски, связанные с приобретением имущества НиГРЭС, в том числе риски владельца опасного производственного объекта (подпункт 4.3.3 договора купли-продажи).

В силу пункта 5.1 договора покупатель вправе отказаться от подписания актов приема-передачи имущества НиГРЭС в случае непередачи продавцом хотя бы одного объекта основного имущества НиГРЭС. Продавец до подписания договора обеспечил с участием покупателя проведение технических испытаний основного имущества НиГРЭС в соответствии с согласованной сторонами программой испытаний (далее – финальная проверка), в целях проверки работоспособности основного имущества НиГРЭС и выявления возможных технических недостатков такого имущества, ограничивающих его использование в совокупности в качестве теплоэлектростанции. Результаты финальной проверки являются удовлетворительными для сторон и отражены в протоколах испытаний, которые являются приложением 7, 7.1 к договору.

Покупателем и продавцом 30.05.2014 подписан акт приема-передачи по договору, согласно которому продавец передал, а покупатель принял в собственность имущество, указанное в приложении № 1 к акту приема-передачи; покупатель уведомлен о техническом состоянии имущества; покупатель  претензий к переданному имуществу не имеет.

Вместе с тем впоследствии ПАО «МРСК Центра и Приволжья» предъявило АО «ВОЛГА» требования о выплате задолженности по оплате услуг по передаче энергии, в том числе, в отношении точек поставки ВЛ «Блочная-3», как собственник данной линии.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 20.04.2016 по делу № А43-27391/2015, оставленным  без изменения постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 31.01.2017, требование АО «ВОЛГА» о признании отсутствующим права собственности у ПАО «МРСК Центра и Приволжья» на сооружение – участок воздушной линии электропередачи 110 кВ «Блочная» с кадастровым номером 52:16:00000000:461, расположенное по адресу: Нижегородская область, г. Балахна, от Нижегородской ГРЭС до опоры № 7, находящейся в пер. Нестерова, зарегистрированное 25.04.2008 записью № 52-52-05/016/2008-162, оставлено без удовлетворения.

Согласно утвержденным мировым соглашениям по делам № А43-4517/2017, № А43-3921/2016, № А43-11301/2016 о взыскании задолженности по оплате услуг по передаче энергии АО «ВОЛГА» обязалось выплатить ПАО «МРСК Центра и Приволжья» за названные услуги 233 468 512 руб. 32 коп. за период с января по март 2015 года, 268 506 400 руб. 01 коп. за период с апреля по июль 2015 года, 242 620 232 руб. 43 коп. за период с августа по октябрь и за декабрь 2015 года, всего – 744 595 144 руб. 76 коп.

Из указанной суммы по расчету истца 695 696 918 руб. оплачено им третьему лицу за услуги по передаче электрической энергии через ВЛ «Блочная-3».

В связи с этими обстоятельствами истец во избежание в будущем подобных расходов был вынужден использовать в качестве альтернативной другую воздушную линию, выполняющую функции ВЛ «Блочная-3», которую возвел в составе НиГРЭС за собственный счет.

Расходы истца на возведение данной линии составили 57 902 476 руб. 98 коп.

По мнению истца, правопредшественник ответчика в нарушение гарантий, предусмотренных пунктом 4.1, подпунктами 4.1.5, 4.1.1 договора купли-продажи передал истцу имущество, не отвечающее характеристикам, установленным в приложении № 10 к договору, то есть несоответствующего качества ввиду того, что НиГРЭС без использования ВЛ «Блочная-3» либо альтернативной линии не способна функционировать в качестве теплоэлектростанции и, в частности, на уровне указанных характеристик.

Таким образом, истец полагает, что правопредшественник ответчика нарушил принятое на себя по договору купли-продажи обязательство по передаче товара такого качества, которое позволило бы его использовать в соответствии с указанной в договоре целью, а именно – все имущество, необходимое и достаточное для работы теплоэлектростанции с согласованными характеристиками.

При этом правопредшественник ответчика не оговорил недостатки основного имущества НиГРЭС заранее.

Поскольку претензия с требованием о возмещении  понесенных истцом убытков в виде оплаты услуг третьего лица по передаче энергии и расходов на реконструкцию НиГРЭС,  оставлена без удовлетворения, АО "Волга" обратилось в суд с настоящим исковым заявлением.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из недоказанности истцом состава правонарушения, необходимого для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения убытков.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

Пунктом 2 статьи 469 ГК РФ предусмотрено, что при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 475 ГК РФ если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

Продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента (пункт 1 статьи 476 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании пункта 2 статьи 393 ГК РФ убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 названного Кодекса.

Из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – постановление от 23.06.2015 № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

По смыслу  статья 15 ГК РФ лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие полного состава правонарушения: факт причинения убытков, противоправное поведение лица, действиями (бездействием) которого причинены убытки, причинную связь между указанными действиями (бездействием) и убытками, размер убытков, а также принятие мер по разумному уменьшению размера понесенных убытков. Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Причинно-следственная связь между нарушением права и причинением убытков должна быть прямой; единственной причиной, повлекшей неблагоприятные последствия для истца в виде убытков, являются исключительно действия (бездействия) ответчика и отсутствуют какие-либо иные обстоятельства, повлекшие наступление указанных неблагоприятных последствий. Убытки истца являются прямым необходимым следствием исключительно действий (бездействий) ответчика, а именно в результате действий (бездействий) ответчика (причина) наступили неблагоприятные последствия для истца в виде убытков (следствие).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также размер убытков. Доказыванию подлежит каждый элемент убытков.

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В обоснование заявленных требований АО "Волга" указало, что  приобрело по договору теплоэлектростанцию (ТЭС), качество  которой не соответствовало  договору. Фактически ТЭС не способна функционировать   с  указанными в договоре характеристиками, поскольку между двумя ее энергоустановками отсутствует   технологическая связь.

Воздушная линия, которую продавец фактически  передал  покупателю  по договору в составе ТЭС, и которая соединяет  открытое распределительное устройство  одного из генераторов  с  закрытым распределительным устройством  (далее - ЗРУ), по своей пропускной  способности  не в состоянии  передавать  в  закрытое распределительное устройство  вырабатываемую в генератору энергию в объеме, достаточном  для того, чтобы  ТЭС функционировала  в нормальном режиме. Линия с подобной  пропускной  способностью  может использоваться  только в качестве резервной  (предохранительной) для того, чтобы  предотвратить  аварийную остановку ТЭС, когда основная линия с достаточной  пропускной способностью между ОРУ и ЗРУ выйдет из строя.

В соответствии со статьей 134 ГК РФ, если различные вещи соединены таким образом, который предполагает их использование по общему назначению, образуется сложная вещь.

Таким образом, в качестве сложной вещи может использоваться имущество, обладающее различным правовым режимом: как движимое, так и недвижимое.

АО "Волга" полагает, что объекты системы теплоснабжения и функционально связанное с ним имущество представляют собой единый комплекс и рассматриваются как сложная вещь (статья 134 ГК РФ).

По мнению ПАО "Т Плюс" спорная ВЛ «Блочная-3» не входила в состав передаваемого по договору имущества НиГРЭС, не являлась собственностью продавца и ТЭС способна функционировать в качестве теплоэлектростанции.

Для установления обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, определением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2019 по делу №А41-85208/18 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту  Федерального  бюджетного учреждения  Российской Федеральный центр  судебной экспертизы при  Министерстве  юстиции РФ ФИО4 (том 26 л.д.144-147).

По результатам проведения судебной экспертизы в материалы дела поступило заключение эксперта от 27.01.2020 №4338/19-3-19.

Согласно выводам, содержащимся в данном заключении указанное  в приложении № 3 к договору купли-продажи  имущество  (оборудование, здания, ВЛ и т.д.)  не может функционировать  в базовом  режиме с номинальной мощностью, то есть с параметрами указанными  в приложении 10 к договору, без эксплуатации  участка  воздушной линии электропередачи 110 кВ "Блочная-3", который согласно  техническому  паспорту на электрические сети от 23.05.2002, расположен  от Нижегородской ГРЭС до опоры №7 или воздушной линии (участка  воздушной линии) с таким же функциональным  назначением, как и  у участка  линии электропередач 110 кВ "Блочная-3", поскольку  воздушные  линии  с литерами 77 и 77А (имеющие  единый инвентарный  номер 31034, указанный  в приложении 3 к договору) не соединены между собой посредством имущества,  перечисленного в договоре, при этом иным способом  необходимые электрические связи в тепловой электрической станции, необходимые для ее использования в базовом режиме не обеспечены.

Воздушные линии  электропередачи, находящиеся за территорией  теплоэлектростанции  и  подключеннные к распределительным  устройствам  теплоэлектростанции  осуществляют  передачу  производственной электрической энергии потребителям, либо технологическую связь оборудования тепловой  электрической  станции  необходимую  для обеспечения  его работы в базовом  режиме  с номинальной мощностью и производства  тепловой и электрической энергии с заданными параметрами и надлежащим качеством (частота, напряжение, выдаваемая мощность и т.д.). ВЛ "Блочная-3" выполняет функцию  внутренней технологической линии, обеспечивающей электрическую связь между ЗРУ-110 кВ 1-3 и ОРУ-110 кВ ЗГТ (турбогенератором ГЗ), необходимой для обеспечения функционирования электрической станции  с заданными  параметрами в базовых режимах  работы с номинальной мощностью. Иные воздушные  линии  выполняют функции  передачи электрической энергии  для ее последующего  распределения и  потребления.

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет  для суда  заранее  установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает  доказательства, в том числе  заключение эксперта, исходя  из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ. При этом  по результатам оценки  доказательств суду необходимо  привести мотивы, по которым  он принимает  или отвергает  имеющиеся  в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Исследовав экспертное заключение, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что заключение соответствует требованиям ст. ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в нем содержатся ясные и полные ответы на поставленные судом вопросы, не допускающих различного толкования; заключение не имеет противоречий и не вызывает сомнений в объективности и квалификации эксперта.

Заключение основано на достаточном исследованном материале, выполнено с применением действующих технологий и методик.

Доказательств некомпетентности назначенной судом экспертной организации, нарушений законодательства экспертами и иных злоупотреблений при проведении экспертизы в материалах дела не имеется.

Эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности, соответственно, правовых оснований не доверять заключению экспертов у суда первой и апелляционной инстанции не имеется.

В ходе исследования и оценки представленного в материалы дела экспертного заключения, судом апелляционной инстанции установлено, что заключение соответствуют предъявляемым законодательством требованиям, в нем отражены все необходимые сведения, экспертные заключение содержат категоричные выводы. Противоречий в выводах эксперта не установлено.

Таким образом, данное заключение является надлежащим и допустимым доказательством по делу.

В соответствии с частью 2 статьи 64 и частью 3 статьи 86  АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств и исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

Доводы ПАО "Т-Плюс" о несогласии с результатами судебной экспертизы со ссылкой на рецензию признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Рецензия на экспертное заключение, на которую ссылается ответчик, не может быть принята в качестве надлежащего доказательства, объективно подтверждающего неверность заключения по результатам судебной экспертизы. Рецензирование результатов судебной экспертизы законодательством не предусмотрено.

Представленная в материалы дела рецензия является личным мнением специалиста по конкретному вопросу, что не может опровергать заключение судебного эксперта, давшего подписку о том, что предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При этом само по себе мнение других исследователей не может исключать доказательственного значения экспертного заключения, проведенного иным субъектом экспертной деятельности.

Утверждение  ПАО "Т Плюс" о несоответствии поступившего экспертного заключения требованиям  законодательства не нашло своего подтверждения, в связи с чем признано несостоятельным.

Также суд апелляционной инстанции не усмотрел правовых оснований  для удовлетворения ходатайства о назначении повторной экспертизы по делу.

Назначение повторной экспертизы в порядке статьи 87 АПК РФ относится к праву арбитражного суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В настоящем деле такая необходимость отсутствует.

По смыслу части 2 статьи 64 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном в статье 71 АПК РФ, в совокупности с иными допустимыми доказательствами по делу.

Суд  апелляционной инстанции, отказал в назначении повторной экспертизы по делу, не усмотрев оснований для ее проведения, поскольку имеющихся в деле документов, в том числе заключения эксперта, выполненного экспертом ФИО4, достаточно для рассмотрения дела по существу. Несогласие  ответчика с выводами эксперта  ФИО4 не свидетельствует о противоречивости экспертного заключения и наличии оснований для проведения по делу повторной экспертизы.

Оценив с учетом  положений статьи 71 АПК РФ  в качестве доказательств экспертное заключение,  а также иные документы, имеющиеся в материалах дела, апелляционный суд приходит к выводу о том, что   имущество, перечисленное   в приложении №3 к договору, неспособно  функционировать  в качестве    теплоэлектростанции, достигая максимальных параметров в соответствии с  приложением №10 к договору.

При этом суд  апелляционной инстанции   исходит из  следующего.

Сторонами в договоре согласован перечень передаваемого имущества, его качественные характеристики, которым должно отвечать имущество НиГРЭС, то есть качество товара должно соответствовать договору купли-продажи.

Функции ТЭС не ограничиваются генерацией, поэтому в состав ТЭС как части сложной вещи, помимо генераторов, входят ОРУ, ЗРУ и связывающие их воздушные линии.

То, что функции ТЭС не ограничены генерацией, подтверждается следующими пунктом 156 Правил оптового рынка № 1172, согласно которому потребление энергии на собственные нужды электростанций — это "потребление электрической энергии и мощности, необходимое для функционирования электростанций и подстанций в технологическом процессе выработки, преобразования и распределения электрической энергии, и потребление, необходимое для обслуживания основного производства, но непосредственно не связанное с технологическими процессами производства... энергии"; пунктом 2.6 РД 34.09.101-94, согласно которому: «расход электроэнергии на собственные нужды электростанций и подстанций - потребление электроэнергии приемниками, обеспечивающими необходимые условия функционирования электростанций и подстанций в технологическом процессе выработки, преобразования и распределения энергии».

В связи с этим ТЭС состоит не только из того оборудования, которое непосредственно генерирует энергию, но и из вспомогательного оборудования, которое обеспечивает другие этапы процесса производства энергии: преобразование, передачу и отпуск энергии потребителям.

В состав ТЭС входит вспомогательное оборудование, что следует из договора, а именно приложения № 3 к нему, где, согласно абз. 14 п. 1.1 договора, продавец указал имущество, необходимое для функционирования ТЭС, в том числе гаражи и склады, которые, очевидно, непосредственно энергию не генерируют.

Функция распределительного устройства (как ОРУ, так и ЗРУ) в составе ТЭС следует из нормативного определения этого оборудования. Согласно пункту 3 ГОСТ 24291-9010 "(электрическое) распределительное устройство (РУ) — электроустановка, предназначенная для приема и распределения электрической энергии на одном напряжении и содержащая коммутационные аппараты и соединяющие их сборные шины, устройства управления и защиты".

То, что эта функция обеспечивает производство энергии, в связи с чем распределительное устройство является неотъемлемой частью ТЭС, подтверждается абзацем 38 раздела Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Минэнерго России от 13.01.2003 № 6, согласно которому "электростанция - это электроустановка, предназначенная для производства электрической... энергии, состоящая из строительной части, оборудования для преобразования различных видов энергии..., вспомогательного оборудования и электрических распределительных устройств", пунктом 1.3 перечня видов недвижимого и иного имущества, входящего в состав единых производственно-технологических комплексов ТЭС, утвержденного приказом Минпромэнерго России от 01.08.2007 № 295, согласно которому распределительные устройства входят в базовый состав оборудования электростанции; пунктом 7.1.4 СП 90.13330.2012, согласно которому распределительное устройство является составной частью ТЭС (в частности, в этой норме указано, что "под площадкой для строительства ТЭС понимают собственно промплощадку электростанции, а также площадки, необходимые для размещения других объектов, входящих в комплекс ТЭС (водоемы-охладители, склады топлива, гилакозолоотвалы, очистные сооружения, открытые распределительные устройства и т.д.)"; пунктом 2.5 РД 34.09.101-9412, согласно которому: "Станционная электросеть - электрическая сеть электростанции, включающая совокупность электроустановок, предназначенных для распределения и передачи электроэнергии в границах электростанции".

Оборудование (воздушная линия), которое передает выработанную генератором энергию в ЗРУ, так же как и само ЗРУ, является неотъемлемой частью ТЭС и в связи с этим рассматривается как участвующее в производстве энергии. Это подтверждается пунктом 1.3 Перечня видов недвижимого и иного имущества, входящего в состав единых производственно-технологических комплексов ТЭС, утвержденного приказом Минпромэнерго России от 01.08.2007 № 295, согласно которому высоковольтные линии на территории ТЭС входят в базовый состав её оборудования; пунктом 2.5 РД 34.09.101-9413, согласно которому электроустановки, предназначенные для передачи электроэнергии в границах балансовой принадлежности электростанции, образуют электрическую сеть электростанции (станционную сеть); пунктом 64 ГОСТ 24291 -9014, согласно которому к электрической части электростанции относятся "токопровод — устройство, выполненное в виде шин или проводов с изоляторами и поддерживающими конструкциями, предназначенное для передачи и распределения электрической энергии в пределах электростанции».

С учетом изложенного является состоятельным довод  АО "Волга" о том, что технически участок ВЛ «Блочная-3» и ВЛ-110 кВ должны являться единым объектом, поскольку обеспечивают одну задачу – переток электрической энергии по одному и тому же маршруту.

С учетом содержания пунктов 4.1, 4.1.5 и 5.1 договора несостоятелен также вывод суда первой инстанции о том, что способность работы оборудования в качестве ТЭС подтверждается самими испытаниями, проведенными до заключения договора. Преддоговорные испытания объективно не способны подтверждать то, что проданный товар соответствует условиям договора. На момент этих испытаний условия договора не были согласованы, а товар не был передан, тогда как в силу пункта 1 статьи 470 ГК РФ обязанность продавца заключается в том, чтобы обеспечить качество товара на момент его передачи покупателю. 

Таким образом, проверка качества планируемого к продаже товара не имеет юридического значения для определения того, выполнил ли продавец возникшие в будущем уже после этой проверки обязательства передать качественный товар.

То, что испытания не подтвердили качество товара, следует также из содержания протоколов, составленных по итогам этих испытаний. В них не упоминаются параметры, которые определены в приложении 10 к договору как критерии качества, а именно параметры установленной тепловой мощности, тепловой мощности оборотов паровых турбин и суммарной паропроизводительности котлов. 

Таким образом, преддоговорные испытания проводились не по тем параметрам, которые стороны договора определили в качестве требований к качеству ТЭС.

То, что ВЛ "Блочная-3" выполняла эту функцию, подтверждают следующие материалы дела:

- "Нормальная схема электрических соединений Нижегородской ГРЭС на 2014 г" (том1, л.д. 11), на которой, все оборудование изображено в положении, соответствующем нормальному режиму работы объекта электроэнергетики. Так как ВЛ"Блочная-3" изображена на этой схеме как один из элементов ТЭС, режим работы ТЭС без этой линии не будет соответствовать нормальному;

- "Однолинейные схемы" работы ТЭС, которые также изображают ВЛ "Блочная-3" в составе ТЭС (том, л.д. 16, 33, том 18 л.д. 12).

В данном случае не имеет правового значения то, что BЛ "Блочная-3" не входит в ТЭС и предмет договора. 

ВЛ "Блочная-3" не могла входить в предмет договора и состав ТЭС. Поскольку эта линия принадлежит третьему лицу, продавец не вправе распоряжаться ею, а сама линия не может образовывать с имуществом продавца сложную вишь - ТЭС. В противном случае сложная вещь, как обособленный объект гражданского оборота, перестанет существовать. Поэтому BJI "Блочная-3" юридически не входит в комплекс ТЭС.

ВЛ "Блочная-3" не могла входить в предмет договора только лишь потому, что она принадлежит третьему лицу. Однако в материалы дела не представлено документов, подтверждающих, что истец осведомлен о правах третьего лица на эту линию до заключения договора или из его условий.

Продавец при заключении сделки ввел истца в заблуждение относительно состава передаваемого имущества. 

Из содержания договора следует, что истец во исполнение сделки получит всё оборудование, необходимое для функционирования ТЭС, в том числе и линию, связывающую ОРУ генератора ТГЗ с ЗРУ, часть которой, как оказалась позднее, именуется ВЛ "Блочная-3" и принадлежит компании МРСК.

Расходы истца на использование ВЛ "Блочная-3" обусловлены тем, что компания МРСК оказывала истцу услуги по передаче энергии через эту линию от одной энергоустановки ТЭС в другую, потому что истец выступал потребителем услуг по передаче электрической энергии для завершения производства энергии в ЗРУ, согласно письму Компании МРСК от 31.01.2019 (том 16 л.д. 2). 

Таким образом, письмо не подтверждает, а опровергает вывод суда о том, что истцу услуги оказывались не как владельцу ТЭС.

Тот факт, что продавец в период владения ТЭС не оплачивал услуги по передаче энергии по ВЛ «Блочная-3», не означает, что у него такая обязанность не возникала. Обязанность истца оплачивать оказанные ему услуги подтверждена вступившими в законную силу решениями судов по делам о взыскании с истца платы за эти услуги.

Неспособность имущества, которое продавец фактически передал истцу, функционировать в качестве ТЭС без связи между двумя энергоустановками, входящими в её состав, свидетельствует о нарушении продавцом своих обязательств.

Продавцом не оговорены недостатки товара заранее, в пункте 4.1 договора гарантировано их отсутствие. 

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для применения к спорным правоотношениям правовых последствий продажи товара ненадлежащего качества, предусмотренных пунктами 1, 2 статьи 475 ГК РФ.

В данном случае истец предъявил продавцу требование о возмещении расходов на устранение таких недостатков, а именно на реконструкцию ТЭС (возведение альтернативной воздушной линии) и оплату услуг Компании МРСК, которые потребовались для функционирования ТЭС в соответствии с оговоренными в договоре целями её приобретения.

Как следует из положений статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, убытки подлежат взысканию при наличии доказательств, подтверждающих нарушение ответчиком принятых по договору обязательств, причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и размера убытков, возникших у истца в связи с нарушением ответчиком своих обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением и ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не предпринял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Таким образом, основанием для взыскания убытков при рассмотрении настоящего дела является доказанность совокупности следующих обстоятельств: наличие убытков в виде реального ущерба и их размер, факт ненадлежащего исполнения договорного обязательства, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением договора и возникновением убытков.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец предъявил требование о взыскании убытков в виде понесенных расходов, необходимых для восстановления права истца использования ТЭС.

Размер убытков подтвержден представленными в дело доказательствами.

Расходы за услуги компании МРСК по передаче энергии составили 744 595 144 руб. 76 коп., в том числе:

-233 468 512,32 рублей — за период с января по март 2015 года;

-268 506 400,01 рублей — за период с апреля по июль 2015 года;

-242 620 232,43 рублей — за период с августа по октябрь и за декабрь 2015 года5.

Вместе с тем расходы в указанном размере сформировались за услуги по передаче энергии по точкам поставки, относящимся не только к BJI "Блочная-3", но и ВЛ-ПО кВ № 102 "НиГРЭС- НакатII".

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционная инстанция соглашается с выводом суда первой инстанции о доказанности истцом всей совокупности условий для удовлетворения требования о взыскании убытков.

Довод жалобы ПАО «Т-Плюс» об истечении срока исковой давности по заявленным требованиям, отклоняется судебной коллегией.

Из материалов дела следует, что при рассмотрении спора по существу ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности. 

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года. 

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 ГК РФ). 

Срок исковой давности начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (ст. 200 ГК РФ). 

Отказывая в удовлетворении заявления ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд первой инстанции указал на то, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, что соответствует разъяснениям, приведенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности». 

В данном случае к предъявленным требованиям о взыскании убытков в порядке общей гражданской ответственности применятся общий трехгодичный срок, установленный статьей 196 ГК РФ, который истцом не пропущен. 

Срок исковой давности по требованиям о взыскании убытков исчисляется с момента несения расходов. Следовательно, началом течения срока исковой давности является момент фактического причинения истцу ущерба.

С учетом обстоятельств рассматриваемого спора, доводы ответчика, изложенные в отзыве, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку срок исковой давности на дату подачи искового заявления по взысканию убытков не истек.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, арбитражный апелляционный суд полагает, что решение подлежит  отмене с принятием нового судебного акта об удовлетворении требований в полном объеме.

В соответствии с частью 5 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей.

С учетом проведенной экспертизы денежные средства подлежат перечислению с депозитного счета суда экспертной организации отдельным определением.

Расходы истца по оплате государственной пошлины, судебной экспертизы подлежат отнесению на ответчика согласно статье 110 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 1 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области  от  16 августа 2019 года по делу №А41-85208/18 отменить.

Взыскать с ПАО «Т-Плюс» в пользу АО «Волга» 753 599 394 руб. 98 коп. убытков, 418 562 руб. 40 коп. расходов за проведение судебной экспертизы, 203 000 руб. расходов по государственной пошлине по иску и апелляционной жалобе.

Возвратить ПАО «Т-Плюс» с депозитного счета Десятого арбитражного апелляционного суда 500 000 руб., перечисленных платежным поручением от 11.10.2019 №139311 за проведение экспертизы.

Возвратить АО «Волга» с депозитного счета Десятого арбитражного апелляционного суда 331 437 руб. 06 коп., перечисленных платежным поручением от 31.10.2019 №14534 за проведение экспертизы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московской области в течение  двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

М.В. Игнахина

Судьи

 

Л.Н. Иванова

Э.С. Миришов