АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-99/2024

31 января 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 января 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С.

при участии:

ФИО1 (лично)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение от 10.10.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2023

по делу №  А73-2322/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по вопросу о завершении процедуры реализации имущества гражданина, освобождении должника от исполнения обязательств

в рамках дела о признании ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, дата прекращения деятельности в качестве индивидуального предпринимателя: 20.08.2019, ИНН: 

<

***>, СНИЛС: 

<

***>, дата и место рождения: 18.09.1976, г. Хабаровск, адрес: 680020, 

<

...>, кв. 94) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.02.2019 по заявлению ФИО2 (далее – кредитор, заявитель) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – должник).

Определением суда от 22.03.2019 в отношении ФИО1 введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Решением суда от 20.08.2019 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Определением суда от 10.10.2023, оставленным без изменения в обжалуемой части постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2023, процедура реализации имущества ФИО1 завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при реализации имущества гражданина.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда от 10.10.2023, апелляционное постановление от 08.12.2023 отменить в части освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при реализации имущества гражданина; в этой части принять новое решение: не применять в отношении должника правило об освобождении от исполнения обязательств. В обоснование приводит доводы о недобросовестном поведении ФИО1 при принятии на себя долговых обязательств (без намерения их исполнять), при взыскании спорной задолженности в судебном порядке (представление ложных сведений), при отчуждении имущества (в целях недопущения обращения на него взыскания), при возвращении имущества в конкурсную массу и его реализации в ходе настоящей процедуры банкротства (непередача ключей от помещений), что исключает возможность применения в отношении него правила об освобождении от исполнения обязательств.

В материалы дела поступил отзыв ФИО1 на кассационную жалобу.

В судебном заседании ФИО1 просил кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Законность определения суда в обжалуемой части, апелляционного постановления проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»(далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

По общему правилу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Обстоятельства, предусмотренные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45).

Данные положения законодательства направлены, в том числе, на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1360-О).

В соответствии с пунктами 42 и 43 Постановления № 45 целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, в основу решения суда по вопросу об освобождении (неосвобождении) должника от обязательств по результатам реализации имущества гражданина должен быть положен критерий добросовестности его поведения по удовлетворению требований кредиторов. Следовательно, в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Возражая относительно освобождения ФИО1 от исполнения обязательств, ФИО2 приводил аналогичные изложенным в кассационной жалобе доводы о недобросовестном поведении должника, выразившимся в принятии долговых обязательств перед кредитором без намерения их исполнения, представлении недостоверных сведений о фальсификации его подписи в долговых документах, о погашении задолженности при взыскании спорного долга в судебном порядке, в отчуждении имущества (лично и супругой) в пользу аффилированных лиц при наличии неисполненных обязательств, создании препятствий в возвращении имущества в конкурсную массу и его реализации в ходе процедуры банкротства (непередаче ключей от возвращенных в конкурсную массу объектов недвижимого имущества, повлекшей невозможность осмотра имущества потенциальными покупателями), что негативно сказалось на ходе торгов и увеличило текущие расходы, а также на представление от имени кредитора в арбитражный суд заявления об отказе от своих требований.

Рассмотрев указанные доводы, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, приняв во внимание признание сделок по отчуждению имущества недействительными, его включение в конкурсную массу (должника и его супруги), реализацию на торгах и распределение полученных денежных средств между кредиторами, включая ФИО2; сопоставив рыночную стоимость имущества на момент его отчуждения и цену реализации, в отсутствие доказательств, что  кредиторы получили бы существенно большее удовлетворение своих требований, если бы спорное имущество не отчуждалось ФИО1, пришел к выводу об отсутствии достаточных оснований для неприменения к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств. Не нашли своего подтверждения и доводы кредитора о представлении должником от его имени отказа от требований, о негативных последствиях для хода торгов и процедуры банкротства в целом от непередачи ключей финансовому управляющему (торги признавались несостоявшимися по причине отсутствия заявок, недвижимое имущество на последних торгах приобретено  ФИО2); избранная должником позиция в ходе судебного разбирательства по взысканию задолженности также не была расценена в качестве злоупотребления, препятствующего применению правила об освобождении от исполнения обязательств.

Иных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении должника, причинившем ущерб кредиторам, не установлено, признаков преднамеренного или фиктивного банкротства также не выявлено.

Суд округа, рассмотрев доводы кассационной жалобы, не находит оснований не согласиться с выводами судов обеих инстанций.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника.

По смыслу Закона о банкротстве банкротство граждан является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников, а также о недопустимости банкротства лиц, испытывающих временные затруднения, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

В настоящем случае, как отметили суды, негативные последствия от совершенных ФИО1 и его супругой в отношении совместного имущества сделок нивелированы, имущество реализовано в целях удовлетворения требований кредиторов. Наличие негативных последствий от иных действий (бездействия) должника, которые кредитор полагает недобросовестными, не подтверждено.

Суд округа с учетом доводов кассационной жалобы также учитывает, что заявителем не представлено доказательств, что при получении заемных средств должник действовал недобросовестно, в частности сообщил недостоверную информацию, повлиявшую на решение кредитора заключить соответствующие договоры. Невозможность погашения долга за счет планируемого дохода от предпринимательской деятельности (согласно пояснениям ФИО1) не свидетельствует об отсутствии намерения исполнять свои обязательства, о злостном уклонении от их исполнения.

Таким образом, принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего спора, учитывая, что действия (бездействие) должника, на которые ссылался заявитель в своих возражениях, не повлекли невозможность формирования конкурсной массы, за счет которой осуществлено частичное погашение требований, включенных в реестр требований кредиторов должника; отсутствие признаков преднамеренного и фиктивного банкротства; социально-реабилитационную направленность института банкротства физических лиц, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу, что применение к ФИО1 санкции в виде неосвобождения от исполнения обязательств является несоразмерным, нарушающим баланс интересов кредиторов и должника.

С учетом изложенного, не установив достаточных оснований для применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не допускающих освобождение должника от исполнения обязательств, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, освободил ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Доводы кассационной жалобы отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке установленных обстоятельств.

Нарушений норм процессуального права, повлекших принятие незаконных судебных актов либо являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для их отмены, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены определения суда в обжалуемой части, апелляционного постановления и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 10.10.2023в обжалуемой части, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2023 по делу №  А73-2322/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                А.Ю. Сецко

 

Судьи                                                                                        Е.О. Никитин

 

Е.С. Чумаков