ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-23822/2021

Дело № А40-127137/20

г.Москва

04 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июня 2021 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи  Петровой О.О.,

судей: Стешана Б.В., Яниной Е.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

Валентиновича на решение Арбитражного суда г. Москвы от 04 марта 2021 года по делу

№А40-127137/20, по иску (заявлению)

 ФИО2

к ООО «Микрокредитная компания «ЗЕЛО»,

 АО КБ «РУСНАРБАНК»

третьи лица: ООО «Артель», ГКУ г.Севастополя «Управление по эксплуатации

городского хозяйства

о признании договора недействительным

при участии в судебном заседании:

от истца – не явился, извещен;

от ответчиков:

АО КБ «РУСНАРБАНК» - ФИО3 по доверенности от  18.12.2020№411-РНБ;

ООО «Микрокредитная компания «ЗЕЛО»  – не явился, извещен;

от третьих лиц – не явились, извещены.  

 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд г.Москвы с исковым заявлением к ООО «Микрокредитная компания «ЗЕЛО», АО КБ «РУСНАРБАНК» о признании договора поручительства № ДП-ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 недействительным (с учетом уточнения исковых требований).

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле были привлечены ООО «Артель», ГКУ г.Севастополя «Управление по эксплуатации городского хозяйства».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04 марта 2021 года по делу №А40-127137/20 в иске было отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда г.Москвы отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

В обоснование апелляционной жалобы истец указывает на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и представленным доказательствам; на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; на нарушение судом норм материального права. 

Из доводов апелляционной жалобы следует, что оспариваемая сделка заключена в нарушение требования, изложенного в п.2 ч.1 ст.12 Закона № 151-ФЗ, без предварительного одобрения сделки общим собранием участников ООО «МКК «ЗЕЛО». Также, по мнению заявителя жалобы, суд необоснованно применил к рассматриваемым требованиям последствия пропуска срока исковой давности и неправомерно отказал в ходатайстве об отложении судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель ответчика АО КБ «РУСНАРБАНК» против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в представленном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе, с учетом правил п.п. 4 - 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.2011 № 12), явку в судебное заседание не обеспечили, ввиду чего жалоба рассмотрена в порядке ч.5 ст.156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их отсутствие.

Через канцелярию суда от истца поступило ходатайство об отложении судебного заседания, которое мотивировано участием представителя истца в другом судебном процессе.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (части 5 статьи 158 АПК РФ).

Отложение судебного разбирательств является правом, а не обязанностью суда, которое суд реализует при наличии к тому достаточных оснований.

В рассматриваемом случае предусмотренные частью 5 статьи 158 АПК РФ основания для отложения судебного разбирательства отсутствуют, уважительных причин, по которым необходимо отложить судебное разбирательство, апелляционный суд не усматривает, рассмотрение дела возможно по имеющимся в нем доказательствам.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов Арбитражного суда города Москвы фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследовав материалы дела, Девятый арбитражный апелляционный суд считает решение Арбитражного суда города Москвы подлежащим оставлению без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения в силу следующего.

Как следует из материалов дела, между АО КБ «РУСНАРБАНК» (банк) и ООО «АРТЕЛЬ» заключен договор о предоставлении банковской гарантии путем согласования индивидуальных условий договора о предоставлении гарантии (заявления на предоставление от 21.05.2019) и присоединения к общим условиям предоставления гарантий АО КБ «РУСНАРБАНК».

Банк выдал Банковскую гарантию № ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 на сумму 81 903 489,00 руб. в обеспечение исполнения обязательств ООО «АРТЕЛЬ» перед Государственным казенным учреждением города Севастополя «Управление по эксплуатации объектов городского хозяйства» по контракту на выполнение строительномонтажных работ по объекту «Реконструкция водовода ВУ-7-ВУ-20, Ду-500мм», заключенному по результатам закупки с извещением №0874200000619000046, протокол рассмотрения единственной заявки на участие в электронном аукционе от 15.05.2019 №0874200000619000046-4.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в соответствии с договором поручительства № ДП-ЭГ-1049/19, заключенным между банком и ООО «ЗЕЛО» путем его подписания 29.05.2019 электронной цифровой подписью (далее – договор поручительства), ООО «ЗЕЛО» приняло на себя обязательства отвечать за исполнение ООО «АРТЕЛЬ» договора о предоставлении банковской гарантии.

Истец считает договор поручительства недействительным в связи со следующим.

ФИО2 является участником ООО МКК «ЗЕЛО» с долей участия в размере 67%.

Согласно решению внеочередного общего собрания участников ООО МКК «ЗЕЛО» от 03.03.2018 (по 1 вопросу повестки дня) полномочия генерального директора ООО МКК «ЗЕЛО» были ограничены на период с 10.03.2018 по 01.03.2021 на совершение сделок, заключаемых в обеспечение исполнения обязательств, в том числе: кредитных, залоговых, сделок поручительства или банковской гарантии, если сумма обязательств по каждой сделке составляет более 75 000 000,00 руб.

Как указал истец, сумма обязательств ООО «ЗЕЛО» по договору поручительству уже в части суммы банковской гарантии 81 903 489,00 руб. превысила лимит, установленный решением общего собрания участников.

Истец утверждает, что указанные в решении внеочередного общего собрания участников ООО МКК «ЗЕЛО» от 03.03.2018 ограничения полномочий генерального директора на совершение сделок установлены в интересах участников ООО МКК «ЗЕЛО», которые выразили свою волю контролировать крупные сделки общества на сумму свыше 75 000 000 руб. В связи с этим совершение сделки, выходящей за пределы таких ограничений, нарушает эти интересы участников общества, в том числе ФИО2, владеющего долей в обществе в размере 67%.

Согласно доводам истца, банк знал об ограничении полномочий генерального директора на совершение сделок, установленных решением общего собрания участников ООО МКК «ЗЕЛО» от 03.03.2018, поскольку данная информация опубликована на официальном сайте ООО МКК «ЗЕЛО» в сети интернет.

Из доводов истца также следует, что выдавая банковскую гарантию №ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 в обеспечение обязательств ООО «АРТЕЛЬ», банк не согласовывал с ООО МКК «ЗЕЛО» условий договора поручительства, не запрашивал ни анкету поручителя, ни решения об одобрении договора поручительства, то есть не совершал никаких действий с целью удостовериться в отсутствии порока воли поручителя.

Истец указывает, что подписание договора поручительства №ДП-ЭГ-1049/19 было осуществлено 29.05.2019 электронной цифровой подписью ФИО2 в отсутствие ФИО2 сотрудником ООО МКК «ЗЕЛО», которого ввели в заблуждение лица из руководства ООО «АрТель». Банк же со своей стороны использовал в кредитном досье по банковской гарантии №ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 анкету поручителя от 29.04.2019 и иные документы из досье по ранее выданной банковской гарантию №ЭГ-604/19 от 29.04.2019.

Факт того, что заключение договора поручительства №ДП-ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 не было согласовано сторонами, подтверждается отсутствием согласования существенных условий договора банка с ООО «АрТель» о предоставлении банковской гарантии путем согласования индивидуальных условий договора о предоставлении гарантии (заявления на предоставление от 21.05.2019) и присоединения к общим условиям предоставления гарантий АО КБ «РУСНАРБАНК», согласно которому банк выдал банковскую гарантию №ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 на сумму 81 903 489,00 руб.

Также из доводов истца следует, что утвердив и опубликовав общие условия предоставления гарантий, банк определил в качестве существенных условий договора о предоставлении банковской гарантии все условия, указанные в индивидуальных условиях договора о предоставлении гарантии, в том числе размер комиссии за выдачу гарантии. Однако, размер комиссии за выдачу банковской гарантии №ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 на сумму 81 903 489,00 руб. не был согласован сторонами.

Истец указывает, что Договор банка с ООО «АрТель» о предоставлении банковской гарантии путем согласования индивидуальных условий договора о предоставлении гарантии (заявления на предоставление от 21.05.2019) и присоединения к общим условиям предоставления гарантий АО КБ «РУСНАРБАНК», согласно которому банк выдал банковскую гарантию №ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 на сумму 81 903 489,00 руб., не является заключенным.

Истец утверждает, что волеизъявление ООО МКК «ЗЕЛО» на заключение договора поручительства имело существенный дефект, так как договор поручительства со стороны ООО МКК «ЗЕЛО» был подписан электронной цифровой подписью генерального директора общества в его отсутствие, без одобрения этой сделки общим собранием участников общества, а существенные условия обеспечиваемого договора о предоставлении банковской гарантии не были согласованы.

Помимо этого истец ссылается на то, что в соответствии с п.2 ч.1 ст.2 Федерального закона от 02.07.2010 №151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее – Закон №151-ФЗ) микрофинансовая организация – юридическое лицо, которое осуществляет микрофинансовую деятельность и сведения о котором внесены в государственный реестр микрофинансовых организаций в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. Микрофинансовые организации могут осуществлять свою деятельность в виде микрофинансовой компании или микрокредитной компании.

Как следует из пунктов 1.1, 1.2, 2.2 Устава ООО МКК «ЗЕЛО», это общество является микрокредитной компанией, приобрело статус микрофинансовой организации с момента внесения в реестр микрофинансовых организаций с 26.09.2016 (регистрационный номер 1603045007934), что подтверждается Свидетельством Банка России от 26.09.2016. До настоящего момента ООО МКК «ЗЕЛО» не исключено из реестра микрофинансовых организаций. Кроме того, ООО МКК «ЗЕЛО» с 12.10.2016 является членом Саморегулируемой организации Союз микрофинансовых организаций «Микрофинансирование и развитие» (регистрационный номер 77 000740), что подтверждается Свидетельством СРО от 12.10.2016.

Указанным законом установлены ограничения в деятельности микрофинансовых организаций, в том числе микрокредитных компаний. А именно – согласно п.2 ч.1 ст.12 Закона №151-ФЗ микрофинансовая организация не вправе без предварительного решения высшего органа управления микрофинансовой организации об одобрении соответствующих сделок совершать сделки, связанные с отчуждением или возможностью отчуждения находящегося в собственности микрофинансовой организации имущества либо иным образом влекущие уменьшение балансовой стоимости имущества микрофинансовой организации на десять и более процентов балансовой стоимости активов микрофинансовой организации, определенной по данным бухгалтерской (финансовой) отчетности микрофинансовой организации за последний отчетный период. Сделка микрофинансовой организации, совершенная с нарушением данного требования, может быть признана недействительной по иску микрофинансовой организации или по иску не менее трети состава ее учредителей (участников, акционеров).

Как указывает истец, Балансовая стоимость активов ООО МКК «ЗЕЛО» по данным бухгалтерской отчетности за 1 квартал 2019 года – последний отчетный период перед заключением Договора поручительства, составила  577 784 000 руб.

Сумма обязательств ООО МКК «ЗЕЛО» по Договору поручительству только в части суммы Банковской гарантии 81 903 489,00 руб. составляет более 14% от указанной балансовой стоимости активов общества.

Следовательно, по мнению истца, совершение сделки в нарушение указанного требования закона без предварительного его одобрения решением общего собрания участников ООО МКК «ЗЕЛО» нарушает защищаемые законом интересы участников общества, в том числе ФИО2, владеющего долей в обществе в размере 67%.

С учетом изложенного истцом заявлены требования о признании договора поручительства № ДП-ЭГ-1049/19, подписанного 29.05.2019 электронной цифровой подписью, недействительным.

Согласно ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 174 ГК РФ отсутствие полномочий у подписавшего лица договор влечет недействительность сделки в форме оспоримости. Признание такой сделки недействительной возможно по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что у АО КБ «РУСНАРБАНК» не было оснований для сомнений в подписи истца на оспариваемом договоре.

Договор поручительства №ДП-ЭГ-1049/19 от 29.05.2019 между АО КБ «РУСНАРБАНК» (Ответчик 1) и ООО МКК «Зело» (Ответчик 2), подписан 29.05.2019 усиленной квалифицированной подписью самого истца, что подтверждается проверкой сертификата, и истцом не оспаривается.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ "Об электронной подписи" информация в электронной форме, подписанная квалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, и может применяться в любых правоотношениях в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно п.1 ч.1 ст.10 Федерального закона от 06 апреля 2011 года  № 63-ФЗ «Об электронной подписи» при использовании усиленных электронных подписей участники электронного взаимодействия обязаны обеспечивать конфиденциальность ключей электронных подписей, в частности не допускать использование принадлежащих им ключей электронных подписей без их согласия.

В силу ст.10 Федерального закона от 06 апреля 2011 года  № 63-ФЗ «Об электронной подписи» при использовании усиленных электронных подписей участники электронного взаимодействия обязаны:

обеспечивать конфиденциальность ключей электронных подписей, в частности не допускать использование принадлежащих им ключей электронных подписей без их согласия;

уведомлять удостоверяющий центр, выдавший сертификат ключа проверки электронной подписи, и иных участников электронного взаимодействия о нарушении конфиденциальности ключа электронной подписи в течение не более чем одного рабочего дня со дня получения информации о таком нарушении;

не использовать ключ электронной подписи при наличии оснований полагать, что конфиденциальность данного ключа нарушена;

использовать для создания и проверки квалифицированных электронных подписей, создания ключей квалифицированных электронных подписей и ключей их проверки средства электронной подписи, имеющие подтверждение соответствия требованиям, установленным в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Участники электронного взаимодействия не вправе устанавливать иные, за исключением предусмотренных настоящим Федеральным законом, ограничения признания усиленной квалифицированной электронной подписи.

Таким образом, в силу закона ответственность за использование сертификата ключа электронной подписи возложена именно на его владельца.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что поручитель ООО «МКК «ЗЕЛО», заключая сделку поручительства с банком, знал, что отказ в предоставлении поручительства вызовет отказ в предоставлении банковской гарантии.  Истец, как генеральный директор ООО МКК «ЗЕЛО», одновременно являющийся участником с превалирующим пакетом голосов 67%, который не мог не знать о наличии каких-либо ограничений, подписал 29.05.2019 договор поручительства, проявив тем самым свою волю к заключению договора. 

Судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы истца со ссылкой на Закона №151-ФЗ, устанавливающий ограничения, и на ограничения, установленные решением общего собрания, с учетом того, что спорный договор подписан электронной подписью истца, являющегося участником ООО МКК «ЗЕЛО» с долей участия в размере 67%. Положения Закона  №151-ФЗ не направлены на освобождение субъекта от принятых на себя обязательств.

Как верно установил суд первой инстанции, Договор поручительств №ДП-ЭГ-1049/19 между АО КБ «РУСНАРБАНК» и ООО МКК «ЗЕЛО», подписанный 29.05.2019 усиленной квалифицированной подписью самого истца, содержит все предусмотренные законом существенные условия для данного вида сделок. 

В силу закона ответственность за использование сертификата ключа электронной подписи возложена именно на его владельца. 

Ссылка истца на то, что, утвердив и опубликовав Общие условия предоставления гарантий, Банк определил в качестве существенных условий договора о предоставлении банковской гарантии все условия, указанные в Индивидуальных условиях договора о предоставлении гарантии, в том числе размер комиссии за выдачу гарантии, также обоснованно отклонена судом первой инстанции. 

Апелляционный суд учитывает, что  существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, тогда как условие о размере комиссии за выдачу гарантии к таковым не относится.

Кроме того, в нарушение требований статьи 65 АПК РФ, истцом не доказано причинение путем заключения оспариваемой сделки ущерба Общества, при том, что в случае отказа в заключении договора поручительства, банковская гарантия не была бы выдана, о чем поручителю также было известно.

В соответствии с пунктом 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» если заключение договора поручительства было вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), то последующее отпадение этих интересов не влечет прекращения поручительства.

Также ответчиком было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор заключен 29.05.2019. 

Поскольку материалами дела подтверждается факт заключения Договора от имени истца путем использования его квалифицированной электронной подписи, тогда как доводы истца о том, что он не заключал договор и не знал о его заключении, не нашли своего подтверждения, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что дата заключения Договора является датой начала течения срока исковой давности.

В свою очередь  иск подан 23.07.2020, то есть с пропуском срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ответчик обоснованно и своевременно заявил о пропуске истцом срока исковой давности в суде первой инстанции. Оснований для отказа в применений последствий пропуска срока исковой давности у суда первой инстанции не имелось. Каких-либо мотивированных возражений в обоснование выводов суда о пропуске срока исковой давности апелляционная жалобы не содержит.

Также не могут быть признаны обоснованными доводы заявителя жалобы об отказе суда первой инстанции в отложении судебного разбирательства, поскольку соответствующие основания для отложения, указанные в ст.158 АПК РФ, апеллянтом не приведены. Кроме того, в силу указанной нормы, отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

С учетом изложенного суд первой инстанции, оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном статьей 71 АПК РФ, правомерно отказал в удовлетворении заявленных исковых требований.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения Арбитражного суда города Москвы.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь статьями 266-268, п. 1 ст. 269, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 04 марта 2021 года по делу №А40-127137/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

 

Председательствующий судья                                                      О.О. Петрова

 

Судьи:                                                                                              Б.В. Стешан

 

                                                                                                          Е.Н. Янина