ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда

 

27 марта 2023 года                                                                                                          Дело №А65-25939/2017

гор. Самара                                                                                                                       11АП-2530/2023

Резолютивная часть постановления оглашена 20 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 марта 2023 года. 

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Львова Я.А., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 20 марта 2023 года в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, 

апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023, принятое по заявлению ФИО2 к акционерному коммерческому банку «Спурт» (ПАО) о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности 

в рамках дела №А65-25939/2017 о несостоятельности (банкротстве) акционерного коммерческого банка «Спурт» (ПАО),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего акционерного коммерческого банка «Спурт» (ПАО) – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - представитель ФИО3 по доверенности от 14.12.2022;

от иных лиц – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.08.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) акционерного коммерческого банка «Спурт» (ПАО) (далее – должник, АКБ «Спурт» (ПАО) Банк). 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.10.2017 АКБ «Спурт» (ПАО) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство; функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». 

Из материалов дела, информации размещенной на сайте Центрального банка Российской Федерации (www.cbr.ru) следует, что приказом Банка России от 28.04.2017 №ОД-1136 на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» возложены функции временной администрации по управлению банком АКБ «Спурт» (ПАО) и в отношении должника введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов на срок три месяца, который действовал с 28.04.2017. 

Приказом от 21.07.2017 №ОД-2071 Банк России отозвал у кредитной организации АКБ «Спурт» (ПАО) с 21.07.2017 лицензию на осуществление банковских операций. 

В Арбитражный суд Республики Татарстан 05.10.2022 поступило заявление ФИО2 о признании п.11 и п.13 договора последующего залога прав требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015, заключенного между АКБ «СПУРТ» (ПАО) и ФИО2 в части установления срока его действия, недействительной (ничтожной) сделкой. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО2 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 по делу №А65-25939/2017 отменить, принять по делу новый судебный акт. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2023 апелляционная жалоба принята к производству. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

До начала судебного заседания от Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» поступил отзыв, согласно которому конкурсный управляющий возражает относительно доводов апелляционной жалобы.

Поступившие документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ. 

В судебном заседании представитель Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» возражал относительно доводов апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, 25.03.2014 между АКБ «Спурт» (ПАО) и ООО «Строитель» (в лице директора ФИО2) заключен кредитный договор 

<

***>, согласно которого обществу с ограниченной ответственностью «Строитель» предоставлен кредит на сумму 38 300 000 руб. на срок до 25.03.2016.

Дополнительным соглашением 

<

***>-01оу от 25.03.2014 к кредитному договору 

<

***> от 25.03.2014 г. ООО «Строитель» в качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору 

<

***> от 25.03.2014 принял на себя обязательство предоставить в залог права требования на объекты долевого строительства залоговой стоимостью не менее 338 300 000 руб. 

Между ЗАО «ФОН» и ООО «Универсальное строительство» 20.01.2012 заключен договор участия долевом строительстве №6503/68, согласно которому ЗАО «ФОН» принял на себя обязательство построить и передать ООО «Универсальное строительство» следующие нежилые помещения: офис №1 общей площадью 117,40 кв.м. стоимостью 2 996 345,80 руб., офис №3 общей площадью 113,50 кв.м. стоимостью 2 867 804,50 руб., офис №5 общей площадью 118,40 кв.м. стоимостью 2 991 612,80 руб., расположенных по адресу: 

<

...> микрорайон «Яшьлек».    

Указанный договор со стороны застройщика подписаны ФИО2 как начальником отдела маркетинга по доверенности.

Согласно договору №У-6503/68/1 от 03.04.2013 уступки права требования по Договору участия в долевом строительстве №6503/68 от 20.01.2012 ООО «Универсальное строительство» уступил права требования нежилых помещений: офис №1 общей площадью 117,40 кв.м. стоимостью 2 996 345,80 руб., офис №3 общей площадью 113,50 кв.м. стоимостью 2 867 804,50 руб., офис №5 общей площадью 118,40 кв.м. стоимостью 2 991 612,80 руб., расположенных по адресу: 

<

...> микрорайон «Яшьлек», в пользу общества с ограниченной ответственностью «Персона+». 

Между  АКБ «Спурт» (ПАО) и ООО «Персона+» 08.07.2015 заключен договор последующего залога прав требования 

<

***>-зпт, согласно которого в обеспечение своевременного исполнения обществом с ограниченной ответственностью «Строитель» кредитного договора 

<

***> от 25.03.2014  в полном объеме, ООО «Персона+» передал АКБ «Спурт» (ПАО) в последующий залог под обеспечение своих обязательств, принадлежащие ООО «Персона+» следующие имущественные права:

- Право требования участника долевого строительства (Залогодателя), вытекающее из Договора № У-6503/65/1 уступки права требования от 03.04.2013 по Договору участия в долевом строительстве № 6503/65 от 20.01.2012;

- Право требования участника долевого строительства (Залогодателя), вытекающее из Договора № У-6503/66/1 уступки права требования от 03.04.2013 по Договору участия в долевом строительстве № 6503/66 от 20.01.2012.

- Право требования участника долевого строительства (Залогодателя), вытекающее из Договора № У-6503/67/1 уступки права требования от 03.04.2013 по Договору участия в долевом строительстве № 6503/67 от 20.01.2012.

- Право требования участника долевого строительства (Залогодателя), вытекающее из Договора № У-6503/68/1 уступки права требования от 03.04.2013 по Договору участия в долевом строительстве № 6503/68 от 20.01.2012, в том числе право требования передачи в собственность следующих офисов: офис №1 общей площадью 117,40 кв.м. стоимостью 2 996 345,80 руб., офис №3 общей площадью 113,50 кв.м. стоимостью 2 867 804,50 руб., офис №5 общей площадью 118,40 кв.м. стоимостью 2 991 612,80 руб., расположенных по адресу: 

<

...> микрорайон «Яшьлек».

Согласно п. 2.2 указанного договора, с момента регистрации права собственности Залогодателя на объекты, указанные в п. 2.1.1., 2.2.1., 2.З.1., 2.4.1. объекты считаются находящимися в залоге у Залогодержателя.

Указанное в настоящем Договоре имущество оценивается участниками сделки в общей сумме 30 758 300 (Тридцать миллионов семьсот пятьдесят восемь тысяч триста) рублей. Стороны договорились, в случае реализации заложенного имущества в определенном законом порядке, принять сумму оценки имущества указанную в настоящем пункте, в качестве начальной, устанавливаемой на публичных торгах.

В силу п. 4 договора, залогодатель гарантирует, что до заключения настоящего договора, передаваемое в залог имущество, не продано, не подарено, не заложено, в споре и под запрещением (арестом) не состоит.

Вместе с тем залогодержатель уведомлен о том, что имущество:

- указанное в п. 2.1.1, настоящего Договора, обременено ипотекой в пользу Залогодержателя по залогу права требования участника долевого строительства по договору участия в долевом строительстве, регистрационный номер 16-16-32/046/2013-198 от 09.04.2013;

- указанное в п. 2.2.1, настоящего Договора, обременено ипотекой в пользу Залогодержателя по залогу права требования участника долевого строительства по договору участия в долевом строительстве, регистрационный номер 16-16-32/046/2013-199 от 09.04.2013;

- указанное в п. 2.3.1, настоящего Договора, обременено ипотекой в пользу Залогодержателя по залогу права требования участника долевого строительства по договору участия в долевом строительстве, регистрационный номер 16-16-32/046/2013-157 от 08.04.2013;

- указанное в п. 2.4.1, настоящего Договора, обременено ипотекой в пользу Залогодержателя по залогу права требования участника долевого строительства по договору участия в долевом строительстве, регистрационный номер 16-16-32/046/2013-231 от 09.04.2013.

Согласно п. 11 договора последующего залога, договор считается заключенным и вступает в силу с момента его подписания и действует до момента полного исполнения обязательств по кредитному договору, а в случае исполнения - в течение трех лет после окончания срока действия кредитного договора.

В соответствии с п.13 договора последующего залога права требования № 

<

***>-зпт договор залога прекращает свое действие с прекращением обеспеченного залогом обязательств по кредитному договору, а в случае неисполнения обязательств по нему – по истечению трех лет после окончания срока действия кредитного договора и в иных случаях, предусмотренных законом.

На основании указанного договора последующего залога регистрирующим органом 13.10.2015 произведены записи о государственной регистрации ипотеки №№ 16-16/031-16/099/004/2015-5122/1, 16-16/031-16/099/004/2015-5127/1, 16-16/031-16/099/004/2015-5129/1, 16-16/031-16/099/004/2015-5130/1. 

Кроме того, согласно договору №У-6503/68/1/1 от 16.11.2015 уступки права требования по Договору участия в долевом строительстве № 6503/68 от 20.01.2012, заключенного между ООО «Персона+» и ФИО2, последняя приобрела право требования от застройщика (ЗАО «ФОН») нежилых помещений: офис №1 общей площадью 117,40 кв.м. стоимостью 2 996 345,80 руб., офис №3 общей площадью 113,50 кв.м. стоимостью 2 867 804,50 руб., офис №5 общей площадью 118,40 кв.м. стоимостью 2 991 612,80 руб., расположенных по адресу: 

<

...> микрорайон «Яшьлек».

Пунктом 1.5 указанного договора установлено, что права требования по договору участия в долевом строительстве № 6503/68 от 20 января 2012г., переданы участником долевого строительства в залог АКБ «Спурт» (ПАО).

Согласно заявлению ФИО2 просила признать недействительными (ничтожными) п. 11 и п. 13 договора последующего залога права требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015, заключенного между АКБ «Спурт» (ПАО) и ФИО2 

Заявителем указано, что в п.11 и в п.13 договора залога № 

<

***>-зпт установлено, что договор залога действует до момента полного исполнения обязательств по кредитному договору, а в случае неисполнения обязательств по нему - по истечению трех лет после окончания срока действия кредитного договора. При этом срок действия кредитного договора № 

<

***> от 25.03.2014 (п. 6.1.) - полное исполнение сторонам обязательств по договору (что не является событием, которое должно неизбежно наступить).

Поскольку договором залога № 

<

***>-зпт предусмотрено прекращение его действия по истечении трех лет после окончания срока действия кредитного договора, а сам кредитный договор также не содержит указание на конкретную дату или событие, которое должно неизбежно наступить, срок действия договора залога, указанный в п. 11 и п.13 договора залога также не может считаться условием о сроке.

Таким образом, по мнению заявителя, в силу содержания пунктов 11 и 13 указанных договоров, невозможно определи дату окончания срока действия договоров, а равно определенное событие, с которым связано окончание действия договора залога, что противоречит ст. 190 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Возражая относительно заявленных требований Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» указывало на пропуск заявителем срока исковой давности для оспаривания положений договора о залоге.

Исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания требований ФИО2 обоснованными, обоснованно исходя при этом из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 61.8 Закона о несостоятельности  (банкротстве), заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно п. 1 ст. 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом. К оспариванию таких сделок применяются правила, предусмотренные пунктами 1 - 10 статьи 189.40 настоящего Федерального закона.

В силу п. 2 ст. 189.90 Закона о банкротстве, заявление о признании сделки кредитной организации недействительной может быть подано в арбитражный суд временной администрацией по управлению кредитной организацией, или Управляющей компанией от имени кредитной организации - в случае, если Советом директоров Банка России утвержден план участия Банка России в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка, или Агентством от имени кредитной организации - в случае, если Комитетом банковского надзора Банка России (а в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 3 статьи 189.49 настоящего Федерального закона, также Советом директоров Банка России) утвержден план участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Закона о банкротстве лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются должник, арбитражный управляющий, конкурсные кредиторы, уполномоченные органы, федеральные органы исполнительной власти, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления по месту нахождения должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, лицо, предоставившее обеспечение для проведения финансового оздоровления.

Согласно пункту 1 статьи 35 Закона о банкротстве в арбитражном процессе по делу о банкротстве участвуют: представитель работников должника; представитель собственника имущества должника - унитарного предприятия; представитель учредителей (участников) должника; представитель собрания кредиторов или представитель комитета кредиторов; представитель федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности в случае, если исполнение полномочий арбитражного управляющего связано с доступом к сведениям, составляющим государственную тайну; уполномоченные на представление в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, интересов субъектов Российской Федерации, муниципальных образований соответственно органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления по месту нахождения должника; иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.

В арбитражном процессе по делу о банкротстве вправе участвовать:

саморегулируемая организация арбитражных управляющих, которая представляет кандидатуры арбитражных управляющих для утверждения их в деле о банкротстве или член которой утвержден арбитражным управляющим в деле о банкротстве, при рассмотрении вопросов, связанных с утверждением, освобождением, отстранением арбитражных управляющих, а также жалоб на действия арбитражных управляющих;

орган по контролю (надзору) при рассмотрении вопросов, связанных с утверждением арбитражных управляющих;

кредиторы по текущим платежам при рассмотрении вопросов, связанных с нарушением прав кредиторов по текущим платежам (пункт 2).

Судом первой инстанции установлено, что должник имеет право требования к ФИО2

В свою очередь, доказательства включения заявителя в реестр требований кредиторов должника, либо избрания ее представителем собрания кредиторов, в материалах дела отсутствуют. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что заявитель не является участником дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

Судом также учтены разъяснения, данные в абзаце 8 пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", из которых следует, что заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданского кодекса Российской Федерации или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам или должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности.

Судом первой инстанции принято во внимание, что заявление ФИО2 о признании прекращенным (отсутствующим) обременения в пользу АКБ «СПУРТ» (ПАО) в отношении объектов долевого строительства офисов №№ 1,5 в многоквартирном жилом доме № 65-03 микрорайона Яшьлек г. Набережные Челны, наложенного в рамках договора последующего залога права требования № 

<

***>-зпт от 08.07.2015 ранее являлось предметом судебного рассмотрения.

Так, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2020 по делу № А65-36641/2019 установлено, что довод истца о том, что договоры последующего залога № 6183-зпт и № 

<

***>-зпт прекратили своё действие 30.01.2017 и 26.03.2019 соответственно со ссылкой на п.13 указанных договоров, судом признается необоснованным, поскольку установленные кредитными договорами сроки возврата кредита (29.01.2014 и 25.03.2016) в данном случае не являются сроками действия самих договоров, а представляют собой конечные сроки исполнения обязательств заемщиков по возврату Банку сумм кредита. Поскольку спорные права требования обеспечивают надлежащее исполнение обязательств ООО «Строитель» по кредитному договору № 

<

***>, а материалами дела не подтвержден факт исполнения  обязательств ООО «Строитель» по кредитному договору, следовательно, отсутствуют правовые основания для прекращения обременения в пользу Банка в отношении объектов долевого строительства, наложенного в рамках договора последующего залога права требования № 

<

***>-зпт от 08.07.2015.

В силу ч.2 ст.69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии со ст.16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Судом первой инстанции отмечено, что в рамках настоящего заявления ФИО2 просит признать ничтожными п. 11 и п. 13 договора последующего залога права требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015, поскольку договором залога № 

<

***>-зпт предусмотрено прекращение его действия по истечении трех лет после окончания срока действия Кредитного договора, а сам Кредитный договор также не содержит указание на конкретную дату или событие, которое должно неизбежно наступить, срок действия договора залога, указанный в п. 11 и п.13 Договора залога также не может считаться условием о сроке.

Возражая по существу заявленных требований, конкурсным управляющим заявлено ходатайство о пропуске заявителем срока исковой давности, поскольку срок исковой давности, по мнению конкурсного управляющего, начал течь с 13.10.2015 (дата государственной регистрации договора залога) и истек 13.10.2018.

Суд первой инстанции, соглашаясь с позицией конкурсного управляющего о пропуске заявителем срока исковой давности, исходил из следующего.

Согласно подп.1 п.1 ст.339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в следующих случае, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1).

В силу статьи 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Арбитражный управляющий, кредитор отнесены к числу лиц, наделенных правом на заявление о применении срока исковой давности при рассмотрении требования кредитора в деле о банкротстве; подтвержденность такого заявления влечет отказ во включении заявленного кредитором требования в реестр (пункт 14 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу части 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

В пунктах 20 и 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

По мнению ФИО2, исполнение сделки, основанное на оспариваемых условиях, а именно обращение взыскания на заложенное имущество за пределами срока началось 20.01.2020 (подача искового заявления в Ново-Савиновский районный суд г. Казани), в связи с чем, именно с той даты заявитель узнал о нарушении своих прав.

Между тем, как установлено судом первой инстанции, на момент получения кредита заемщиком - ООО «Строитель», а также на момент передачи указанных прав требований в залог Банку и на момент приобретения заявителем прав требований по договорам долевого участия, ФИО2 являлась единоличным исполнительным органом ООО «Строитель». Более того, ФИО2 являлась непосредственным участником сделок, связанных с приобретением прав требований по договорам долевого участия, действуя от имени и застройщика (20.01.2012), и дольщика ООО «Универсальное строительство» (03.04.2013).  

Принимая во внимание изложенные обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что заявитель была ознакомлена с условиями договора, и, действуя разумно и осмотрительно, имела возможность обратиться с рассматриваемым заявлением в течение трех лет с момента государственной регистрации договора последующего залога права требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015, а именно до 13.10.2018.

Более того, судом отмечено, что Ново-Савиновским районным судом города Казани обращено взыскание на заложенное имущество по договору залога 

<

***>-зпт. В производстве Ново-Савиновского районного суда города Казани находится дело №2-1712/2021 по иску АКБ «Спурт» (ПАО) к ФИО2 об обращении взыскании на заложенное имущество. При рассмотрении указанного спора встречного заявления о недействительности п. 11 и п.13 договора залога права требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015 от ФИО2 не поступало.

Вступившим в законную силу решением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 16.12.2021 по делу №2-1712/2021 исковые требования АКБ «Спурт» (ПАО) удовлетворены частично. Обращено взыскание на заложенное имущество - квартиры №48, №107, №104, №13. 

Кроме того, условия о сроке действия договора залога права требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015 также являлись предметом рассмотрения по делу №2-1712/2021 по иску АКБ «Спурт» (ПАО) к ФИО2 об обращении взыскании на заложенное имущество, признаны судом соответствующими.

При рассмотрении указанных споров, довод о ничтожности ФИО2 не заявлялся.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-4386/2015 требования ФИО2 по договору уступки права требования №У-6503/16/1/1 (офис №1 и офис №5) включены в реестр требований кредиторов в общей сумме 5 957 958 руб.

Платежными поручениями от 30.10.2019 и 24.01.2020 ЗАО «Фон» погасило требование ФИО2 на основании определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.10.2021 №А65-4386/2015 на общую сумму 5 957 957,80 руб.

АКБ «Спурт» (ПАО) в лице ГК «Агентство по страхованию вкладов» 20.04.2022 обратилось к ФИО2 с претензией об оплате задолженности. Однако до настоящего времени задолженность не погашена.

Определением Ново-Савиновского районного суда от 12.08.2022 по делу №2-3961/2022 суд пришел к выводу о необходимости принятии обеспечительных мер в части наложения ареста на денежные средства, находящихся на залоговом счете ЗАО «ФОН», причитающиеся ФИО2 по определению Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.10.2021 в рамках дела о банкротстве ЗАО «Фон» №A65-4386/2015. 

С позиции изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу, что действия заявителя направлены на предотвращение получения Банком удовлетворения за счет денежных средств, находящихся на залоговом счете ЗАО «ФОН», причитающиеся ФИО2 по договору уступки права требования №У-6503/16/1/1 (офис №1 и офис №5).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения указанных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Такие интересы не подлежат судебной защите в силу пункта 4 статьи 10 ГК РФ, не допускающего возможность извлечения выгоды из недобросовестного поведения.

В пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I Гражданского кодекса Российской Федерации", обращено внимание судов на то, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом в силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", пункту 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 ноября 2008 года № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса РФ поведение сторон может быть признано недобросовестным и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения.

Законный интерес должника заключается в необходимости сохранения обеспечения исполнения обязательств по кредиту.

В данном случае в поведении заявителя, являющейся на момент получения кредита, а также на момент передачи указанных прав требований в залог Банку и на момент приобретения прав требований по договорам долевого участия, руководителем заемщика, и непосредственно участвовавшей в совершении сделок, связанных с приобретением прав требований по договорам долевого участия, направленном на прекращение обременений, обеспечивающих исполнение обязательства заемщика, судом усмотрено очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

С позиции установленных по делу обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия суда апелляционной инстанции не находит оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции. 

Как указано выше, на момент получения кредита основным заемщиком, а также на момент передачи указанных прав требований в залог Банку и на момент приобретения ФИО2 права собственности на указанные права требования, ФИО2 являлась единоличным исполнительным органом ООО «Строитель», в силу чего доводы ФИО2 о том, что она не была ознакомлена с условиями договора залога 

<

***>-зпт от 08.07.2015 признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку на момент передачи в залог прав требования по договору участия в долевом строительстве, ФИО2, являясь единоличным исполнительным органом ООО «Строитель», являющегося заемщиком по  кредитному договору 

<

***> от 25.03.2014, имела возможность для ознакомления с заключенным договором залога.

Кроме этого, вступившим законную в силу судебным актом – решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2020 по делу №А65-36441/2019 установлено недобросовестное поведение ФИО2 

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу о том, что срок исковой давности надлежит исчислять с моменты государственной регистрации договора последующего залога права требования 

<

***>-зпт от 08.07.2015 – 13.10.2015, в силу чего он считается истекшим 13.10.2018.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Кроме того, указанные доводы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемое определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя и уплачены им при подаче апелляционной жалобы. 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 по делу №А65-25939/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           Л.Р. Гадеева

 

Судьи                                                                                                          Я.А. Львов    

 

А.В. Машьянова