ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-240579/2015

18 сентября 2017 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2017 года

Полный текст постановления изготовлен 18 сентября 2017 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Стрельникова А.И.

судей Новоселова А.Л., Тутубалиной Л.А.

при участии в заседании:

от истца – ФИО1, дов. №225 от 17.10.2016 г., ФИО2, дов. №215 от 17.10.2016 г.;

от ответчика – ФИО3, дов. №Д-761 от 29.11.2016 г.;

от третьего лица – никто не явился, извещен, 

рассмотрев 11 сентября 2017 года в судебном заседании кассационную жалобу

Акционерного общества «Главное управление обустройства войск»

на постановление от 09 марта 2017 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Титовой И.А., Гармаевым Б.П., Гончаровым В.Я.,

по иску Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, 119160, 

<

...>)

к АО «Главное управление обустройства войск» (ОГРН 

<

***>, 119021, 

<

...>)

о взыскании 1.273.316.867 руб. неустойки,

третье лицо: Федеральное казенное предприятие «Управление заказчика капитального строительства Министерства обороны Российской Федерации»,

УСТАНОВИЛ:

Министерство обороны Российской Федерации обратилось с иском о взыскании неустойки с АО «ГУОВ» в размере 1.273.316.867 руб. за нарушение условий государственного контракта от 04.04.2012 № ДГЗ-44/53/2012.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 20 октября 2016 года в удовлетворении исковых требований Минобороны России отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 марта 2017 года вышеназванное решение было изменено и принято новое решение о взыскании с АО «ГУОВ» в пользу Минобороны РФ сумму неустойки в размере 60.000.000 руб. В остальной части решение было оставлено без изменения.

Не согласившись с принятым постановлением, АО «Главное управление обустройства войск» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление и оставить в силе решение суда первой инстанции. В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам. 

В заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель истца в заседании суда против удовлетворения жалобы возражал, в том числе и по мотивам, изложенным с отзыве.

Третье лицо, надлежаще извещенное о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направило, что согласно ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, между Министерством обороны Российской Федерации и ОАО «Главное управление обустройства войск» был заключен государственный контракт от 4 апреля 2012 г. № ДГЗ-44/53/2012 на выполнение полного комплекса работ по строительству жилой застройки на 1430 квартир по адресу: 

<

...>. Согласно пункту 2.1 контракта, генподрядчик выполняет инженерные изыскания для подготовки проектной документации, разработку проектной и рабочей документации, строительно-монтажные работы и работы (услуги), необходимые для ввода в эксплуатацию объекта в соответствии с разделом 24 контракта и другими условиями контракта. Пунктом 13.12 контракта установлено, что выполнение всех обязательств генподрядчиком подтверждается итоговым актом приемки выполненных работ.

В данном случае истец просит взыскать с ответчика неустойку за нарушение срока подписания итогового акта за период с 01.07.2014 г. по 26.11.2014 г. (148 дней) в размере 358.271.666 руб. Ответственность за нарушение промежуточного срока выполнения работ предусмотрена п. 18.4 государственного контракта, согласно которому в случае нарушения предусмотренных контрактом промежуточных сроков выполнения работ генподрядчик обязан уплатить государственному заказчику неустойку в размере 0,05% от цены контракта за каждый день просрочки исполнения обязательств. Ответственность за нарушение срока окончания работ предусмотрена п. 18.3 государственного контракта, согласно которому в случае нарушения предусмотренного контрактом срока окончания работ генподрядчик обязан уплатить государственному заказчику неустойку в размере 0,1% от цены контракта за каждый день просрочки до фактического завершения работ. В соответствии с п. 2.1 государственного контракта, ответчик обязался провести инженерные изыскания, разработать проектную и рабочую документацию и выполнить строительно-монтажные работы на объекте: жилая застройка на 1430 квартир (шифр объекта: 44/53), расположенного по адресу: 

<

...> а истец обязался осуществлять финансирование, обеспечение выполнения и контроль за выполнением работ. При этом согласно п. 2.2 контракта генподрядчик обязался выполнить работы в соответствии с условиями контракта на свой риск собственными и/или привлеченными силами и средствами. Выполнение всех обязательств генподрядчиком (за исключением гарантийных) подтверждается итоговым актом приемки выполненных работ, который подписывается государственным заказчиком, заказчиком и генподрядчиком (п. 13.2 контракта). Согласно п. 5.1 государственного контракта: дата начала работ - 04.04.2012 г., срок окончания работ по этапу «разработка проектной документации» - 01.10.2012 г., срок окончания строительно-монтажных работ - 31.05.2014 г., дата подписания итогового акта приемки выполненных работ - 30.06.2014 г. Цена контракта в соответствии с п. 3.1 государственного контракта составляет 2.420.754.500 руб. Результатом работ согласно п. 1.27 государственного контракта является объект, готовый к эксплуатации, на который имеется вся необходимая документация для получения разрешения на ввод в эксплуатацию.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции указал, что нарушение сроков окончания выполнения работ по государственному контракту было вызвано просрочкой выполнения работ по этапам «разработка проектной документации» не по вине ответчика.

Однако суд апелляционной инстанции правомерно не согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии вины общества в просрочке выполнения проектно-изыскательских работ, а также выводами о том, что на момент начала выполнения проектно-изыскательских работ состояние предоставляемого земельного участка не обеспечивало своевременное начало работ, нормальное их ведение и завершение в срок, а также с выводом о том, что ответчик не имел возможности приступить к выполнению проектно-изыскательских работ в срок, поскольку в нарушение указанных норм материального права ему не был передан земельный участок и не уведомил заказчика о затруднениях в подготовке проектной документации и просил заказчика передать строительную площадку в установленном порядке по акту.

Так, решение вопроса об освобождении строительной площадки от военной техники и списании склада горюче-смазочных материалов технически не могло повлиять на возможность выполнения проектно-изыскательских работ, исходя из характера выполнения данных работ. При этом доказательств наличия на территории объекта какой-либо военной техники, препятствующей выполнению работ по проектированию, ответчик не представил. Наличие склада горюче-смазочных материалов на территории земельного участка зафиксировано в п. 3.2 Положительных заключений государственной экспертизы № 77-1-4-0132-13 от 24.07.2013 г., № 77-1-5-0048-13 от 25.04.2013 г по разработанной ответчиком проектной документации (без сметы), и, следовательно, не могло повлиять на возможность разработки ответчиком этой проектной документации. При этом, поскольку согласно п. 7.1.11 контракта строительная площадка по акту передачи строительной площадки передается до начала строительно-монтажных, а не проектно-изыскательских работ, то передача строительной площадки по акту до начала работ по проектированию в принципе не предусматривалась, а отсутствие соответствующего акта на момент заключения контракта в действительности не препятствовало выполнению работ по проектированию.

Более того, согласно сведениям, представленным ФКП «УЗКС МО РФ», сам ответчик уклонялся от подписания акта приема-передачи строительной площадки направлявшимися в его адрес письмами третьего лица от 27.08.2012 № 3774/про и от 29.04.2013 № 1971/про. Кроме того, заключение между Минобороны России и ФКП «УЗКС МО РФ» договора безвозмездного пользования земельным участком 08.06.2012 г. не затрагивало права и обязанности ответчика по контракту и не препятствовало использованию обществом земельного участка для выполнения проектно-изыскательских работ с момента заключения контракта, так как к выполнению указанных работ ответчик приступил за три месяца до его заключения.

При этом, заявляя о несвоевременном оформлении земельного участка заказчиком и его ненадлежащем состоянии, ответчик согласно п. п. 1.16, 2.1 раздела 24 контракта «Техническое задание» сам принял на себя обязательства по осуществлению сбора необходимых исходных данных для выполнения проектных работ и оформлению земельного участка, предусматривающие разработку градостроительной документации в объеме, необходимом для получения разрешения на строительство и ввод объекта в эксплуатацию, обеспечение формирования земельных участков в соответствии с утвержденным проектом межевания и постановку их на кадастровый учет, оформление правоустанавливающих документов на вновь образованные земельные участки, предназначенные под строительство объектов.

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений, буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Следовательно, надлежащее оформление земельного участка зависело от надлежащего исполнения обязательств по контракту самим ответчиком. Согласно п. 1 ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении, в том числе, иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. Причем подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В силу п. 8.2.31 контракта, генподрядчик обязан приостановить выполнение работ в случае обнаружения независящих от него обстоятельств, угрожающих качеству результатов выполняемой работы либо создающих невозможность ее завершения в срок и сообщить об этом заказчику в течение 3 (трех) дней. В соответствии с ч. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. При этом лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Согласно ч. 11. ст. 9 Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», действовавшего до 01.01.2014, в случае просрочки исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик вправе потребовать уплату неустойки (штрафа, пеней). Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Поставщик (исполнитель, подрядчик) освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пеней), если докажет, что просрочка исполнения указанного обязательства произошла вследствие непреодолимой силы или по вине заказчика.

Однако, в данном случае доказательств наличия совершения генподрядчиком действий, направленных на своевременное исполнение обязательств по контракту, обществом в материалы дела не было представлено.

Кроме того, условиями государственного контракта было предусмотрено поэтапное выполнение работ. В соответствии с п. п. 2.1, 5.1.2 контракта, до разработки проектной документации ответчик в срок до 01.05.2012 должен выполнить работы по инженерным изысканиям.

Согласно ч. 1 ст. 47 Градостроительного кодекса Российской Федерации, инженерные изыскания выполняются для подготовки проектной документации, строительства, реконструкции объектов капитального строительства, а также в целях подготовки документации по планировке территории, предназначенной для размещения линейных объектов транспортной инфраструктуры федерального значения, регионального значения или местного значения. Не допускаются подготовка и реализация проектной документации без выполнения соответствующих инженерных изысканий.

Следовательно, приступить к разработке проектной документации ответчик мог только после завершения работ по необходимым для этого инженерным изысканиям. При этом ссылка ответчика на изменения в задание на проектирование в действительности таковыми не являлись, поскольку в п. 1.9 раздела 24 контракта «Техническое задание» изначально предусматривалась необходимость разбивки очередности строительства на этапы для обеспечения поэтапного ввода объекта в эксплуатацию. Следовательно, решение о поэтапном вводе в эксплуатацию не является «новым» и не влияет на сроки разработки проектной документации. Согласно п. п. 2.4 раздела 24 контракта ответчик обязался обеспечить все виды инженерного обеспечения жилой застройки, включая, теплоснабжение объекта. В п. 2.5 раздела 24 контракта, стороны согласовали, что конкретные способы инженерного обеспечения должны были быть запроектированы и выполнены ответчиком в соответствии с техническими условиями снабжающих и эксплуатирующих организаций. При этом согласно п. п. 2.6, 2.7 раздела 24 контракта, в полном объеме должны быть выполнены как внутренние, так и наружные инженерные сети. Таким образом, исходя из указанных положений контракта, ответчик был обязан осуществить обеспечение объекта теплоснабжением.

В соответствии с п. п. 2.2, 2.3 раздела II Технических условий от 16.11.2012 № 12/04-02-244 на инженерное обеспечение Объекта, выданных администрацией города Рязани (протокол технического совещания № 13 от 16.11.2012), а также техническими условиями ОАО «РязаньГоргаз» от 24.09.2012 № 467-12, теплоснабжение объекта предусматривается от газовой котельной. Следовательно, проектирование и строительство модульной газовой котельной не является дополнительными работами, а предусмотрено техническими условиями, в соответствии с которыми ответчик изначально обязался выполнить работы согласно контракту.

В п. 1.14 раздела 24 контракта «Техническое задание» были предусмотрены ориентировочные технико-экономические показатели жилой застройки и установлено, что соотношение численности квартир в зависимости от планировочного решения может быть изменено по согласованию с заказчиком, а основные технико-экономические показатели будут уточнены после завершения выполнения инженерных изысканий и сбора исходных данных в задании на проектирование. При этом проект задания на проектирование в соответствии с п. 1.16 раздела 24 контракта разрабатывается и представляется заказчику на утверждение самим ответчиком. Следовательно, уточнение технико-экономических показателей объекта изначально предусматривалось условиями контракта.

Кроме того, в соответствии с п. п. 1.16, 2.1, 2.15 раздела 24 контракта, разработка градостроительной документации, включающей в себя проект планировки, а также согласование принятых в документации градостроительных, конструктивных и иных технических решений с комитетом архитектуры и градостроительства г. Рязани, являлось обязанностью общества. Однако, уведомлений о невозможности выполнения работ по разработке проектной документации в установленные сроки и увеличении сроков выполнения работ в порядке ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик в адрес Минобороны России не направлял.

Необоснован также и довод ответчика о том, что нарушение сроков выполнения работ по проектированию было вызвано несвоевременным предоставлением технических условий на подключение объекта к сетям инженерно-технического обеспечения, ибо в соответствии с п. 7.11 контракта, на который ссылается ответчик, технические условия направляются заказчиком в адрес подрядчика до начала строительно-монтажных, а не проектных работ. При этом технические условия, на которые ссылается ответчик, были выданы в сентябре 2012 г., тогда как работы по инженерным изысканиям были завершены только в ноябре 2012 г. Таким образом, тот факт, что технические условия на электроснабжение и водоснабжение объекта были выданы в сентябре 2012 г., в любом случае не могли повлиять на сроки разработки проектной документации, поскольку к выполнению указанных работ, ответчик мог приступить в более поздние сроки по причинам, связанным с несвоевременным завершением предыдущего этапа работ.

Кроме того, в соответствии с п. 8.2.3 контракта, ответчик принял на себя обязательство по сбору необходимых исходных данных для выполнения проектных работ. В соответствии с п. 8.2.31 контракта, при обнаружении обстоятельств, создающих невозможность выполнения работ или завершения работ в установленные сроки, ответчик был обязан уведомить об этом заказчика.

Вместе с тем, обращений о невозможности выполнения работ по проектированию по причине отсутствия технических условий ответчик в адрес истца не направлял.

Кроме того, для получения технических условий ответчик должен был представить заказчику расчеты инженерных нагрузок, необходимых для подготовки обращений в организации, осуществляющие эксплуатацию сетей инженерно-технического обеспечения в соответствии с п. 8.2.2 контракта. Однако, доказательства выполнения указанных обязательств в установленные сроки ответчиком не представлены. Таким образом, учитывая, что обязательства по разработке проектной документации в полном объеме были выполнены ответчиком только в августе 2013 г., то причиной нарушения сроков разработки проектной документации является не получение технических условий в сентябре 2012 г., в связи с чем исковые требования правомерно были удовлетворены судом в обжалуемом постановлении лишь частично в размере 60.000.000 руб.

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого акта, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09 марта 2017 года по делу № А40-240579/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяА.ФИО4

Судьи:Л.ФИО5

А.Л.Новоселов