АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-19627/2020

г. Краснодар

23 января 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2023  года

 Полный текст постановления изготовлен 23 января 2023 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Афониной Е.И., судей Артамкиной Е.В. и Фефеловой И.И., при ведении протокола судебного заседания помощником председательствующего Сапожонковой А.А., и участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ростовской области, от истца – общества с ограниченной ответственностью «Вик Авто» – ФИО1 (доверенность от 22.02.2022), от ответчика  – индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 314619631700032) – ФИО3 (доверенность от 23.12.2021), в отсутствие истца – ФИО4, ответчика – ФИО5, третьего лица – ФИО6, извещенных о времени и месте судебного заседания,  рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Вик Авто» и индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Ростовской области от 12.03.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2021 по делу № А53-19627/2020, установил следующее.  

Участник ООО «Вик Авто» (далее – общество) ФИО4 обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – предприниматель) о признании договора о совместной деятельности от 01.03.2019 недействительным, применении последствий его недействительности в виде возврата 6 140 460 рублей 10 копеек, полученных по сделке, взыскании 287 075 рублей 30 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены участники общества ФИО6 и ФИО5

Протокольным определением суда от 25.01.2021 приняты исковые требования в следующей редакции: 

– признать недействительным договор о совместной деятельности от 01.03.2019, заключенный обществом и предпринимателем;

– взыскать с предпринимателя в пользу общества 4 987 714 рублей 75 копеек ущерба и 237 456 рублей 84 копеек процентов с 01.03.2019 по 01.07.2019.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 12.03.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 05.06.2021, в удовлетворении исковых требований отказано. 

Постановлением суда кассационной инстанции от 08.10.2021 решение суда от 12.03.2021 и постановление апелляционного суда от 05.06.2021 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области. 

При новом рассмотрении истец уточнил требования и состав лиц, участвующих в деле. 

В качестве соответчика к участию в деле привлечен бывший директор общества ФИО5, к рассмотрению приняты следующие исковые требования: 

– признать недействительным договор о совместной деятельности от 01.03.2019, заключенный обществом и предпринимателем; 

– взыскать с предпринимателя и ФИО5 солидарно убытки в размере 4 987 714 рублей 75 копеек и проценты за пользование чужими денежными средствами с 01.03.2019 по 01.07.2019 в сумме 237 456 рублей 84 копейки. 

Решением от 29.06.2022 исковые требования удовлетворены частично. Договор о совместной деятельности от 01.03.2019, заключенный обществом и предпринимателем, признан недействительным. С предпринимателя в пользу общества взыскано 4 987 714 рублей 75 копеек убытков и 237 456 рублей 84 копейки процентов с 01.03.2019 по 01.07.2019, а также 14 742 рубля расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении требований к ФИО5 отказано. 

Постановлением апелляционного суда от 01.09.2022 решение от 29.06.2022 отменено в части взыскания 237 456 рублей 84 копейки процентов, в этой части в иске отказано. В остальной части решение оставлено без изменения.   

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты в части отказа в удовлетворении требований к ФИО5 По мнению заявителя, получение денежных средств непосредственно директором общества не является обязательным условием для взыскания с него убытков, причиненных этому обществу. Суды не дали оценку фактам наличия недобросовестности и неразумности в действиях исполнительного органа, а также причинение убытков обществу и наличие причинно-следственной связи между действиями директора и убытками. Договор о совместной деятельности заключен со стороны общества ФИО5 со своей бывшей женой ФИО2, при этом сам по себе факт расторжения брака не исключает наличие заинтересованности. ФИО5 не извещал других участников общества о заключении сделки, соответственно, сделка заключена в отсутствие ее одобрения участниками общества. ФИО5 действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированного лица) и интересами общества. Оспариваемый договор не содержал выгоды для общества и заключен исключительно в интересах ФИО2 Совместные действия ответчиков по заключению договора и получения предпринимателем сумм комиссионных вознаграждений причинили ущерб обществу и его участникам, что является основанием для солидарного взыскания убытков с ФИО7 и с ФИО5 как бывшего директора общества.

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты в части удовлетворения требований о взыскании убытков и направить дело на новое рассмотрение в указанной части в суд первой инстанции. По мнению заявителя, суды сделали не соответствующий действительности вывод о том, что сделка была заключена без одобрения участников; вышли за пределы заявленных требований и дали неправильную правовую оценку взыскиваемым денежным средствам; не учли расходы, понесенные предпринимателем при предоставлении кредитных услуг, как имеющие значение для оценки и расчета упущенной выгоды, заявленной ко взысканию. Общество в нарушение положений пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) не представило расчет реального дохода, которое получило бы, если бы осуществляло такой вид деятельности с учетом понесенных расходов, не привело доказательств совершения приготовлений и возможности осуществления самим обществом такой деятельности.

В судебном заседании представители сторон высказали свои доводы и возражения.

Изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Суды установили и из материалов дела следует, что общество  зарегистрировано 30.01.2019 (ОГРН 

<

***>) МИ ФНС № 26 по Ростовской области. 

Участниками общества являлись ФИО6 с долей 30 %, ФИО5 с долей 30% и ФИО4 с долей 40 %. 

Генеральным директором общества являлся ФИО5 

01 марта 2019 года предприниматель и общество в лице генерального директора ФИО5 заключили договор о совместной деятельности (далее – договор). 

Предметом договора является взаимовыгодное сотрудничество сторон в сфере поиска клиентов, приобретающих автотранспортное средство и дополнительное оборудование к нему в рамках программ кредитования кредитных учреждений на территории салона по адресу: 

<

...>. 

Клиентом является лицо, найденное обществом и/или предпринимателем, обратившееся к нему в целях приобретения автотранспортного средства и дополнительного оборудования к нему в кредит. 

В случае приобретения клиентом автотранспортного средства и дополнительного оборудования к нему в рамках программ кредитных учреждений комиссия выплачивается предпринимателю (пункты 1.1  – 1.3 договора). 

Выплата вознаграждения производится кредитными учреждениями путем перечисления денежных средств на расчетный счет предпринимателя (пункт 4.2 договора). 

04 марта 2020 года стороны заключили соглашение о расторжении договора о совместной деятельности от 01.03.2019. 

Полагая, что договор о совместной деятельности является сделкой с заинтересованностью (ФИО5 и ФИО2 являлись супругами), который заключен с нарушением требований действующего законодательства (статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»; далее – Закон № 14-ФЗ), а также с нарушением статьи 174 Гражданского кодекса, ФИО4 обратился в суд с иском.

В обоснование иска ФИО4 ссылался на то, что общество является официальным дилером, приобретающим автомобили непосредственно у дистрибьютора ООО «Джили-моторс». В целях реализации приобретенных автомобилей и удовлетворения потребительского спроса на указанную продукцию общество в рамках дилерского договора и директив ООО «Джили-Моторс» в качестве официального дилера наделено правом заключать договоры с кредитными учреждениями в рамках различных программ кредитования. У предпринимателя при прочих равных условиях (как обычного субъекта хозяйственной деятельности) такая возможность отсутствовала, однако он приобрел данную возможность в связи с заключением договора о совместной деятельности от 01.03.2019. После заключения оспариваемого договора генеральный директор общества ФИО5 направил в кредитные и страховые организации информационные письма о том, что предприниматель входит в дилерскую сеть общества, в связи с чем комиссионное вознаграждение банков за заключение договоров с клиентами по приобретению автомобиля «Geely» в кредит следует перечислять на расчетный счет предпринимателя. Заключение договора не имело экономического смысла для общества, поскольку сделка являлась безвозмездной и фактически устанавливала отказ общества от права на получение денежных средств и передачу их предпринимателю. Действия  директора общества ФИО5 и предпринимателя ФИО2 являются недобросовестными, влекущими причинение убытков обществу в виде неполучения им денежных средств в сумме, составляющих комиссионное вознаграждение, выплачиваемое кредитными и страховыми организациями за продажу автомобилей «Джили» в кредит. За период действия договора с 01.03.2019 по 03.02.2020 сумма убытков общества (неполученные комиссионные вознаграждения от кредитных и страховых организаций) составила 4 987 714 рублей 75 копеек, из которых сумма комиссионных вознаграждений, полученных от кредитных организаций, –  2 786 994 рубля 21 копейка, сумма процентов за пользование чужими денежными средствами – 112 993 рубля 62 копейки,  сумма комиссионных вознаграждений, полученных от страховых организаций, – 2 661 430 рублей 39 копеек,  сумма процентов за пользование чужими денежными средствами – 124 472 рубля 22 копейки.

Разрешая спор, суды исходили из следующего. 

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Согласно пункту 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной. 

В силу пункта 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ  сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания. Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации) являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке. Общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) – также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества. 

Извещение должно быть направлено не позднее чем за пятнадцать дней до даты совершения сделки, если иной срок не предусмотрен уставом общества, и в нем должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения, а также лицо (лица), имеющее заинтересованность в совершении сделки, основания, по которым лицо (каждое из лиц), имеющее заинтересованность в совершении сделки, является таковым (пункт 3 статьи 45 Закона № 14-ФЗ). 

В силу пункта 4 статьи 45 Закона № 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение. 

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ (пункт 27 постановления № 27). 

В обоснование исковых требований истец указал, что договор о совместной деятельности от 01.03.2019 заключен со стороны общества генеральным директором ФИО5 со своей бывшей супругой ИП ФИО2 Согласно решению мирового судьи судебного участка № 6 Железнодорожного судебного района г. Ростова-на-Дону от 29.01.2019 (вступило в законную силу 01.03.2019) брак расторгнут (свидетельство о расторжении брака от 16.10.2019). Однако сам по себе факт расторжения брака не исключает наличие заинтересованности. ФИО5 не извещал других участников ООО «Вик Авто» о заключении спорной сделки. 

Оценив представленные доказательства, суды правомерно признали договор о совместной деятельности сделкой с заинтересованностью, поскольку он заключен директором в интересах своей бывшей супруги; в силу закона необходимо одобрение всех участников общества, которое в рассматриваемом случае получено не было.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –  постановление № 25) разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. 

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). 

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса и притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Как разъяснено в пункте 87 постановления № 25, согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса). 

Оценивая правоотношения сторон, суды установили, что фактически сторонами договора 01.03.2019 какие-либо совместные действия для достижения цели договора не осуществлялись, порядок распределения прибыли, убытков и других результатов этой совместной деятельности между участниками согласован не был. 

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства совместной деятельности, в том числе документы бухгалтерского учета ведения совместной деятельности сторон. Напротив, фактически общество не получило возмездного представления, в связи с чем договор заключен исключительно в интересах ФИО2 Такой договор был необходим для возможности ФИО2 заключения договоров с кредитными и страховыми организациями для получения сумм комиссионного вознаграждения исключительно предпринимателем. 

Суды учли, что заключение оспариваемого договора обусловило само право предпринимателя заключать договоры с кредитными организациями и получать от банков комиссионное вознаграждение, в результате чего денежные средства, которые в качестве официального дилера могло получить общество, вопреки интересам его учредителей поступали на расчетный счет предпринимателя, в связи с чем договор о совместной деятельности не содержит выгоды для общества. Предприниматель и директор не могли не знать, что их совместные действия по заключению договора и получению предпринимателем сумм комиссионных вознаграждений причинят ущерб обществу и его участникам. 

Данные обстоятельства позволили судам сделать верный вывод о недействительности договора о совместной деятельности в силу пункта 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ и пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса; суда также признали, что фактически данный договор прикрывал собой сделку дарения (в части комиссионного вознаграждения).

Рассматривая требование о взыскании солидарно с ответчиков убытков в размере 4 987 714 рублей 75 копеек, суды исходили из следующего.

В силу пункта 2 статьи 15, статьи 393 Гражданского кодекса для удовлетворения требования о возмещении убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками, а также их размер. 

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Как указано в пункте 14 постановления № 25, по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. 

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее  постановление № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса). 

По смыслу приведенных норм права и разъяснений об их применении необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесенные убытки, размер таких убытков) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора. 

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. 

Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы, если бы не утратил возможность использовать спорное имущество при обычных условиях гражданского оборота. 

Под обычными условиями оборота следует понимать типичные для него условия функционирования рынка, на которые не воздействуют непредвиденные обстоятельства либо обстоятельства, трактуемые в качестве непреодолимой силы. 

Пунктом 4 статьи 393 Гражданского кодекса предусмотрено, что при определении упущенной выгоды учитываются принятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Иными словами, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны. 

Для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможности получения упущенной выгоды и ее размер.

Действительные возможности осуществления коммерческого использования имущества определяются через проверку наличия или отсутствия соответствующих договорных отношений, предположительные расчеты размеров неполученной прибыли не могут быть приняты. 

Заявляя о возникновении у него убытков в виде упущенной выгоды, общество указало, что с 01.03.2019 по 03.02.2020 не получило 4 987 714 рублей 75 копеек комиссионных вознаграждений от кредитных и страховых организаций, фактически полученных предпринимателем.

Проанализировав представленные в материалы дела агентские договоры с банками и страховыми организациями, ответы банков и страховых учреждений с приложением копий документов, направленных предпринимателем для заключения агентского (субагентского) договора, либо договора оказания услуг (договора возмездного оказания услуг), в том числе копии анкеты для аккредитации агента, договора аренды и пр.); копии писем от имени общества (о перечислении вознаграждения на расчетный счет предпринимателя, о том, что предприниматель относится к группе компаний общества); копии договора о сотрудничестве между обществом и предпринимателем; копии анкет заемщиков, отправленных с электронных адресов домена @geely-rostov.ru; копии кредитных договоров, заключенных с клиентами общества; акты сверки взаиморасчетов (с указанием клиента) по комиссионным вознаграждениям выплаченным предпринимателю с 01.03.2019; сведения о том, какие документы послужили основанием заключения с предпринимателем агентского договора (договора оказанию услуг), учитывая, что заключение предпринимателем агентских договоров с банками и страховыми организациями обусловлено информированием и предоставлением с его стороны и со стороны директора общества ФИО5 документов, якобы подтверждающих вхождение предпринимателя в ГК «ВИК АВТО», в том числе дилерского договора от 12.02.2019 № GN0741, заключенного обществом, с указанием ФИО5 в письмах на необходимость перечисления комиссионных вознаграждений предпринимателю, а также созданием обществом предпринимателю необходимых условий для его деятельности, суды обоснованно указали на доказанность причинения обществу убытков и наличие причинно-следственной связи между причинением убытков и заключением договора от 01.03.2019.

Между тем суды не учли положения абзаца 3 пункта 2 постановления № 7, согласно которым упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Поэтому помимо расчета неполученного дохода истец также должен рассчитать свои необходимые затраты, которые он понес бы при извлечении дохода, поскольку деятельность, направленная на извлечение дохода, всегда сопряжена с определенными затратами, т.е. упущенная выгода фактически представляет собой неполученную истцом чистую прибыль от своей хозяйственной деятельности. Аналогичный подход сформирован в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2022 № 305-ЭС22-11906 по делу № А40-96008/2021, согласно которому упущенная выгода является неполученным кредитором доходом, который он получил бы с учетом разумных расходов (пункт 2 постановления № 7); при установлении размера упущенной выгоды необходимо учитывать затраты лица, которое оно обязано было бы понести в связи с извлечением прибыли, то есть из вероятного дохода лица необходимо вычесть расходы, которое понесло бы лицо для извлечения дохода. Если подсчет упущенной выгоды производиться на основании доходов ответчика, то необходимо учитывать объем необходимых и разумных затрат, который понес ответчик для извлечения этого дохода.

 Однако судами не учтены такие расходы (разумные и необходимые при предоставлении рассматриваемых услуг), то есть не установлены обстоятельства, имеющие значение для оценки и расчета упущенной выгоды, заявленной ко взысканию.

Обществом также заявлено о солидарном взыскании убытков с предпринимателя и ФИО5 

Отказывая в удовлетворении требований к ФИО5, суды указали, что обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами и условиями обязательства не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 322 Гражданского кодекса). Солидарная ответственность может применяться только в случаях, прямо установленных законом или договором, в частности, при неделимости предмета неисполненного обязательства или при совместном причинении внедоговорного вреда в соответствии с пунктом 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указав, что в данном случае на момент причинения обществу убытков существовали договорные обязательства между предпринимателем и обществом в виде договора от 01.03.2019 и учитывая фактическое получение денежных средств предпринимателем, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для солидарного взыскания убытков с ФИО5

Вместе с тем в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2022 № 305-ЭС22-11906 по делу № А40-96008/2021 изложена следующая правовая позиция.

Согласно пункту 1 статьи 53 Гражданского кодекса юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 

На основании пункта 4 статьи 32, пункта 1 статьи 40 Закона № 14-ФЗ  руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (генеральный директор, президент и другие), избираемым общим собранием участников общества или советом директоров (наблюдательным советом) общества. Закон об обществах с ограниченной ответственностью требует, чтобы единоличный исполнительный орган такого общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей действовал в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44). 

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса, пунктом 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ  лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, в том числе единоличный исполнительный орган общества, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского (делового) оборота или обычному предпринимательскому риску (абзац второй пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса, пункт 3 статьи 44 Закона № 14-ФЗ). 

По смыслу приведенных положений, установленная статьей 53.1 Гражданского кодекса ответственность органов управления хозяйственным обществом является средством внутрикорпоративного регулирования: единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) отвечает перед участниками за управление доверенным ему обществом, а также за представление интересов общества при заключении сделок с иными участниками оборота. Лицо, которому участниками хозяйственного общества доверено руководство его деятельностью, должно использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения общих интересов общества, отвечающих интересам его участников, не вправе подменять интересы корпорации своим личным интересом, либо интересами третьих лиц (конфликт интересов), и обязано возместить убытки, причиненные обществу, если в условиях конфликта интересов такое лицо действовало недобросовестно. 

Поведение генерального директора при ведении дел общества может быть признано недобросовестным, в частности, если директор использовал коммерческие возможности возглавляемого им общества в своих интересах или интересах третьих лиц (присвоение корпоративных возможностей), в том числе допустил перевод осуществляемой обществом деятельности на иное юридическое лицо, организовал создание «фирмы-двойника», на которую был переключен потребительский спрос и т.п. 

Недобросовестным поведением директора также может быть признано совершение им сделки, в которой у него имеется заинтересованность, если такая сделка являлась заведомо невыгодной для общества, в том числе привела к утрате необходимого для продолжения деятельности имущества (вывод ключевых активов) и (или) состояла в передаче имущества без получения должного встречного предоставления. 

Таким образом, если генеральный директор хозяйственного общества действовал с заинтересованностью (в условиях конфликта интересов) и допустил незаконную передачу имущества общества третьим лицам, он может быть привлечен к имущественной ответственности на основании пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса в форме возмещения убытков, в том числе упущенной выгоды, поскольку такое поведение нарушает интересы общества (его участников), не отвечая критерию (требованию) добросовестного ведения дел общества. 

При этом участник оборота, в интересах которого действовал генеральный директор, в силу пункта 1 статьи 1107 Гражданского кодекса не освобождается от обязанности возместить все доходы, которые он извлек или должен был извлечь из неосновательного получения (использования) чужого имущества. 

При ином подходе неосновательно обогатившееся лицо, пользуясь чужим имуществом, не имело бы никаких негативных экономических последствий, равно как не было бы экономически стимулировано к скорейшему возврату имущества потерпевшему (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2014 № 18222/13). 

Следовательно, право общества на предъявление иска о взыскании упущенной выгоды (дохода) к собственному единоличному исполнительному органу не исключает возможности предъявления иска, направленного на удовлетворение того же имущественного интереса за счет неосновательно обогатившегося лица, участвовавшего в выводе имущества. К совпадающим обязательствам упомянутых лиц перед обществом подлежат применению нормы о солидарных обязательствах (пункт 4 статьи 1, статья 323 Гражданского кодекса). 

Сходная позиция относительно солидарных обязательств, возникших из разных оснований, изложена Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 04.07.2016 № 303-ЭС16-1164(1,2), 07.04.2022 № 305-ЭС16-16302(5).

При таких обстоятельствах вывод судов об отсутствии оснований для солидарного взыскания убытков с ФИО5 является ошибочным.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта по существу спора требуется исследование и оценка доказательств, что невозможно в арбитражном суде кассационной инстанции, обжалуемые судебные акты в части взыскания с предпринимателя в пользу общества 4 987 714 рублей 75 копеек убытков и отказа в удовлетворении требований о взыскании этой же суммы солидарно с ФИО5 надлежит отменить, направить дело в данной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, оценить доводы участвующих в деле лиц, после чего разрешить спор в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Судебные акты в части признания недействительным договора о совместной деятельности от 01.03.2019, постановление апелляционного суда части отказа во взыскании 237 456 рублей 84 копеек процентов и отмены решения суда от 29.06.2022 в соответствующей  части являются законными и обоснованными, отмене не подлежат.  

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.09.2022 по делу № А53-19627/2020 в части отмены решения Арбитражного суда Ростовской области от 29.06.2022 и отказа во взыскании 237 456 рублей 84 копеек процентов, а также указанные судебные акты в части признания недействительным договора о совместной деятельности от 01.03.2019 оставить без изменения. В остальной части решение от 29.06.2022 и постановление от 01.09.2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий                                                                                  Е.И. Афонина 

Судьи                                                                                                                Е.В. Артамкина

                                                                                                                           И.И. Фефелова