АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

11 ноября 2022 года

Дело №

А21-1612/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего  Яковца А.В., судей Боровой А.А., Бычковой Е.Н.,

при участии от конкурсного управляющего ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 11.01.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Промконтракт» представителя ФИО3 (доверенность от 20.09.2022), от общества с ограниченной ответственностью «Медея» представителя ФИО4 (доверенность от 26.10.2022),

рассмотрев 07.11.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «С.Т.Р.» ФИО1 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 31.05.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 по делу № А21-1612/2021,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Калининградской области от 06.08.2021 общество с ограниченной ответственностью «С.Т.Р.», адрес: 236010,  Калининград, Красносельская 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО1. 

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительной цепочку сделок: договор займа № STR-O, заключенный 26.06.2012 Обществом с иностранной оффшорной компанией «Орион трэйдинг Лтд.», адрес: МН 96969, М-вы острова, Маджуро, Аджелтейк айленд, Аджелтейк роуд, Траст компани комплекс (далее – Компания), в части предоставления займа в сумме 10 000 000 руб., а также договор займа, заключенный 21.11.2012 Обществом с обществом с ограниченной ответственностью «Альтаир», адрес: 236010, Калининград, просп. Мира, д. 144А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Альтаир»).

В порядке применения последствий  недействительности оспариваемых сделок заявитель просил признать не возникшим право требования Компании к Обществу на сумму  10 000 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 31.05.2022 в удовлетворении заявления исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО1 отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 определение от 31.05.2022 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1 просит отменить определение от 31.05.2022 и постановление от 09.08.2022, принять новый судебный акт, которым признать цепочку оспариваемых сделок недействительной и применить последствия недействительности названных сделок.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на ошибочность вывода суда первой инстанции о пропуске исполняющим обязанности конкурсного управляющего ФИО1 срока исковой давности; указывает, что управляющий  не являлся участником дела № А21-2300/2014 о банкротстве Общества и не является правопреемником конкурсного управляющего Обществом в указанном деле.

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1 приводит обстоятельства, которые, по его мнению, подтверждают, что все лица, участвовавшие в цепочке оспариваемых сделок, контролировались одним лицом; полагает, что единственной целью заключения оспариваемых договоров займа являлось причинение вреда третьим лицам (конкурсным кредиторам) путем наращивания искусственной задолженности; считает, что при принятии обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций не дали оценки указанным обстоятельствам.

Податель жалобы также полагает, что оспариваемые договоры займа представляют единую ничтожную сделку, фактически прикрывающих сделку по финансированию (докапитализации) Компанией аффилированного с ней лица – ООО «Альтаир», при этом Общество выполняло лишь транзитную функцию, для должника правовые последствия в результате совершения оспариваемых сделок не возникли.

 Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1 также указывает, что какие-либо требования к ООО «Альтаир»  в рамках настоящего обособленного спора не были предъявлены, в связи с чем полагает, что суд первой инстанции неправомерно сослался на ликвидацию ООО «Альтаир».

В   представленном в электронном виде отзыве общество с ограниченной ответственностью «Медея»  (далее – ООО «Медея») считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Промконтракт» поддержали  доводы, приведенные в кассационной жалобе, а представитель ООО «Медея» возражал против удовлетворения жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом  извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии со статьей 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не  является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Компания 03.07.2012 перечислила на расчетный счет Общества 250 000 000 руб. с указанием в назначении платежа на исполнение обязательств по договору займа от 26.06.2012 № STR-O. 

Общество 22.11.2012 перечислило на расчетный счет ООО «Альтаир» 10 000 000 руб. с указанием в назначении платежа на исполнение обязательств по договору процентного займа от 21.11.2012.

ООО «Альтаир» 29.11.2012, 30.11.2012, 12.12.2012 и 24.12.2012 произвело платежи, которыми  возвратило Обществу сумму займа. Кроме того, 19.12.2012 ООО «Альтаир» перечислило на расчетный счет должника 47 103,82 руб. с указанием в назначении платежа на уплату процентов по договору процентного займа от 21.11.2012 за период с 21.11.2012 по 24.12.2012.

Обязательства по возврату Компании займа в сумме 10 000 000 руб. Обществом не исполнены.

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1, полагая, что указанные договор займа от 26.06.2012 № STR-O и договор процентного займа от 21.11.2012 представляют собой цепочку недействительных (ничтожных) сделок, целью которых являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов и формирование искусственной задолженности Общества, обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции посчитал, что исполняющим обязанности  конкурсного управляющего ФИО1 пропущен срок исковой давности, в связи с  чем определением от 31.05.2022 отказал в удовлетворении заявления.

Постановлением от 09.08.2022 апелляционный суд оставил указанное определение без изменения, поскольку посчитал, что заявителем не доказано наличие предусмотренных статьей 10 и пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) оснований для признания оспариваемых договоров займа недействительными (ничтожными) сделками.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названым Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. 

Как видно из материалов настоящего обособленного спора, оспариваемые договоры займа заключены 26.06.2012 и 21.11.2012, то есть за пределами сроков предпочтения и подозрительности, установленных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, как следует из разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой  статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии  с пунктом пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ  установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 (далее – Постановление № 60) пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Постановление № 60 издано после официального опубликования Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 100-ФЗ) и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ , измененной Федеральным законом № 100-ФЗ.

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 ГК РФ связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной, не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Федерального закона № 100?ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

В рассматриваемом случае  оспариваемые договоры займа заключены 26.06.2012 и 21.11.2012. Следовательно, на день вступления в силу  Федерального закона № 100?ФЗ трехлетний срок исковой давности, исчисляемый по правилам, предусмотренным ранее действовавшим законодательством,  не истек.

С  заявлением, рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора, исполняющий обязанности конкурсного управляющего ФИО1 обратился в арбитражный суд 28.09.2021, то есть спустя менее двух месяцев с даты признания должника банкротом (06.08.2021).

С учетом изложенного суд кассационной инстанции соглашается с приведенным в кассационной жалобе доводом об ошибочности вывода суда первой инстанции о пропуске исполняющим обязанности конкурсного управляющего ФИО1 срока исковой давности.

Необходимо также учесть, что в соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце пятом пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09. 2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности. Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

Из материалов дела  не усматривается, что ООО «Медея», привлеченное к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора, является стороной данного спора; обстоятельства, позволяющие сделать вывод, что к ООО «Медея» может быть предъявлено регрессное требование или требование о возмещении убытков,  судом первой инстанции также не установлены.

Вместе с тем апелляционный суд, в силу части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассмотрев настоящий обособленный спор по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам, пришел к выводу о том, что управляющим  не доказано наличия предусмотренных статьями 10 и 170 ГК РФ оснований  для признания оспариваемых договоров займа недействительными (ничтожными) сделками, в связи с чем не усмотрел оснований для отмены определения суда первой инстанции от 31.05.2022.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод апелляционного суда соответствует доказательствам, представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Приведенный в кассационной жалобе исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО1 довод о том, что оспариваемые договоры займа представляют единую ничтожную сделку, фактически прикрывающих сделку по финансированию (докапитализации) Компанией аффилированного с ней лица – ООО «Альтаир», при этом Общество выполняло лишь транзитную функцию, для должника правовые последствия в результате совершения оспариваемых сделок не возникли, не может быть принят.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Как  видно из материалов настоящего обособленного спора, ООО «Альтаир» возвратило Обществу сумму полученного займа, а 19.12.2012 перечислило  на расчетный счет должника 47 103,82 руб. с указанием в назначении платежа на уплату процентов по договору процентного займа от 21.11.2012 за период с 21.11.2012 по 24.12.2012.

При таком положении апелляционный суд правомерно не усмотрел оснований для вывода о притворности оспариваемых договоров займа.

Поскольку основания для иной оценки доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора, у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Расходы по государственной пошлине по кассационной жалобе с учетом результатов ее рассмотрения относятся на подателя жалобы. Так как определением суда кассационной инстанции от 26.09.2022 удовлетворено ходатайство исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО1 об отсрочке уплаты государственной  пошлины, с Общества в доход федерального бюджета подлежит взысканию 3000 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 31.05.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2022 по делу № А21-1612/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу исполняющего обязанности конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «С.Т.Р.» ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «С.Т.Р.», адрес: 236010, Калининград, Красносельская 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

А.А. Боровая

Е.Н. Бычкова