АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-10438/2020

г. Иркутск

31 августа 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 26 августа 2020 года. Решение в полном объеме изготовлено 31.08.2020 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Курца Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 107174, 

<

...>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «Байкалэкоменеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 664046, 

<

...>)

о взыскании 3 637 152  рублей 78 копеек, 

при участии в заседании  

от истца: ФИО2 - представитель по доверенности № ВСЖД-200/Д от 17.07.2018,

от ответчика: ФИО3 - представитель по доверенности № 72 от 08.07.2020,

установил:

открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») в лице филиала – Восточно-Сибирская железная дорога обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Байкалэкоменеджмент» (далее – ООО «БЭМ») о взыскании пени, штрафа за просрочку выполнения работ и окончания строительства по договору строительного подряда от 10.01.2017 № ЦТЕХ-МКХОП-170167/В-СИБ в размере 3 637 152  рублей 78 копеек.

Истец настаивает на заявленных требованиях в полном объеме, представил письменные пояснения, дал пояснения по существу спора.

Ответчик возражал против заявленных требований, в представленном отзыве на иск указал, что неустойка может быть взыскана только за нарушение конечного срока выполнения работ, просил снизить взыскиваемую неустойку в связи с её явной несоразмерностью.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялся перерыв до 26.08.2020 до 10 час. 00 мин., о чем в сети Интернет размещена соответствующая информация. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 в отсутствие сторон.

После объявленного перерыва в судебном заседании ответчик представил подписанное генеральным директором ООО «БЭМ» ФИО4 заявление о признании иска в полном объёме в порядке части 3 статьи 49 АПК РФ и снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, поскольку заявленную неустойку считает явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства. Также заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие ответчика.

Истец, извещенный надлежащим образом, после перерыва в судебном заседании не участвовал, против признания иска и снижения неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ возражений не заявил,

В силу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. 

Исследовав материалы дела, суд считает, что признание исковых требований ответчиком не противоречит закону и не нарушает права других лиц, поэтому принимается судом.

При таких обстоятельствах, учитывая признание иска ответчиком, суд считает требования истца о взыскании 3 637 152 рублей 78 копеек обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Ответчик, полагая сумму неустойки необоснованно завышенной, ходатайствовал об уменьшении ее размера на основании статьи 333 ГК РФ, указывал на явную несоразмерность последствиям нарушенного обязательства, поскольку размер неустойки превышает стоимость подрядных работ – 3 262 591 рубль 44 копейки. Кроме того, ответчик в ходе судебного разбирательства заявил, что период с 03.11.201 по 28.01.2019 не должен включаться в период просрочки и начисления неустойки, поскольку 02.11.2018 состоялась фактическая приемка выполненных работ с учетом устранения всех замечаний, оставшееся время ушло на подписание акта приемки выполненных работ КС-14 ОАО «РЖД», вина ООО «БЭМ» в данной просрочке отсутствует.

Истец возражений против снижения размера неустойки не заявил. В представленных пояснениях по вопросам суда указал, что в назначенное время приемка объекта не состоялась по причине не устранения замечаний выявленных ранее рабочей комиссией при комиссионном осмотре объекта. Повторно, комиссия по приемке объекта была назначена на 02.11.2018. Приемка объекта состоялась в ноябре 2018 года. Акт приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией объекта «Техническое перевооружение объектов воздухоснабжения станции Тайшет (хозяйство автоматики и телемеханики) был утвержден руководством ОАО «РЖД» 28.01.2019.

Рассмотрев доводы сторон, суд пришел к следующим выводам.

Между ОАО «РЖД»» (заказчиком) и ООО «БЭМ» (подрядчиком) 10.01.2017 заключен договор строительного подряда № ЦТЕХ-МКХОП-170167/В-СИБ (далее - Договор), согласно которому заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению полного комплекса работ по строительству, включая поставку оборудования, по техническому перевооружению объектов воздухоснабжения на полигоне Восточно-Сибирской железной дороги по объекту. «Техническое перевооружение объектов воздухоснабжения ст. Тайшет (хозяйство автоматики и телемеханики» (код объекта: 001.2015.10003892) (далее - объект) на Восточно-Сибирской железной дороге в интересах Восточно-Сибирской дирекция инфраструктуры - СП ИДИ ОАО «РЖД» (далее - эксплуатирующая организация), в составе инвестиционного проекта «Мероприятия, связанные с модернизацией компрессорного хозяйства и систем освещения парков станций» (пункт 1.1 Договора). 

Подрядчик обязан осуществить строительство и связанные с ним работы на объекте, включая обеспечение строительства объекта оборудованием в объеме, поручаемом заказчиком, пусконаладочные работы (далее отдельно - работы, в совокупности - комплекс работ) в соответствии с условиями договора и утвержденной заказчиком проектно-сметной документацией (пункт 1.2 Договора).

Согласно пункту 2.1 Договора цена комплекса работ по договору, определенная на основании подведенных итогов процедуры закупки (открытый конкурс № 1850/ОКЭ-ДКСС/16/, протокол К» 382 от 06.12.2016, лот № 1) составляет 29 114 000 рублей, кроме того НДС (18%) 5 240 520 рублей, всего с учетом НДС (18%) 34 354 520 рублей и отражена в ведомости договорной цены (приложение № 1 к договору), в том числе на 2017 год:

В 6 разделе Договора стороны согласовали сроки производства комплекса работ и действия договора. 

Так, дата начала производства комплекса работ - дата подписания договора; дата окончания производства комплекса работ - 30 июня 2017 года. Впоследствии сроки производства работ продлены до 31 августа 2017 года. 

Оценив подписанный истцом и ответчиком договор № ЦТЕХ-МКХОП-170167/В-СИБ от 10.01.2017 и проанализировав его условия, суд полагает, что данный договор по своей правовой природе является договором строительного подряда, правоотношения по которому регулируются положениями параграфов 1, 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).   

Оценив условия договора подряда, суд пришел к выводу о согласовании сторонами всех его существенных условий: предмет договора определен пунктом 1.1 Договора; сроки выполнения работ установлены пунктом 6.1 Договора и календарным графиком производства комплекса работ (приложение № 2). 

При таких обстоятельствах суд считает договор строительного подряда № ЦТЕХ-МКХОП-170167/В-СИБ от 10.01.2017 заключенным, порождающим взаимные права и обязанности сторон.

Из пояснений представителей сторон следует, что договор был заключен по результатам открытого конкурса в электронной форме, проведенного истцом посредством электронной площадки «fabricant.ru». Проект договора подготавливался и направлялся истцом ответчику. При этом в рамках данного открытого конкурса ответчик имел возможность представить предложение лишь по цене контракта и не был вправе представить свои предложения относительно иных условий договора, в частности условий об ответственности сторон.

Таким образом, ответчик до момента подписания договора был ознакомлен со всеми условиями договора, в том числе с размером ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств; вступая же в договорные отношения, ответчик не мог не понимать существование риска неисполнения им договорных обязательств и применения к нему установленных договором мер ответственности. 

Пунктом 1 статьи 2 ГК РФ указано, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. 

В связи с тем, что ответчик является субъектом предпринимательской деятельности, он обязан осознавать её рисковый характер и учитывать это при вступлении в договорные отношения с иными лицами.

В настоящем случае ответчик, являясь исполнителем Договора, предусматривающего поставку товара, несет риск отсутствия поставки в установленный договором срок, даже если его вина в этом отсутствует (статья 401 ГК РФ).  

Вместе с тем суд исходит из следующего. 

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Статья 10 ГК РФ устанавливает, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно положениям Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней», Российская Федерация признает обязательным юрисдикцию Европейского суда по правам человека и решения этого суда. В протоколах, дополняющих Конвенцию о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950, закреплены также права юридических лиц, подлежащих защите.

Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод» реализация лицом своих гражданских прав не должна приводить к нарушению прав и законных интересов другого лица.

Общим последствием нарушения пределов осуществления гражданских прав является отказ суда лицу, злоупотребившему своими правами в защите принадлежащих ему прав.

Таким образом, принцип свободы договора не является безграничным и не исключает разумности и справедливости его условий, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений. 

К форме злоупотребления правом относится заведомо или очевидно недобросовестное поведение субъекта права по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред или создающее условия для наступления вреда, о чем свидетельствует результат таких действий – извлечение выгоды из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пункте 5 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что при разрешении споров следует иметь ввиду, что отказ в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (статья 10), в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам.

Из смысла пункта 3 статьи 10 ГК РФ следует, что на основании презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченный употребил свое право исключительно во вред другому лицу.

В соответствии с правовой позицией Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 9 Постановления от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах», в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

Согласно пункту 8 названного Постановления в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом.

Из пункта 15.2 договора строительного подряда от 10.01.2017 № ЦТЕХ-МКХОП-170167/В-СИБ следует, что Подрядчик в случае нарушения обязательств в соответствии с настоящим договором уплачивает по требованию Заказчика:

-за нарушение сроков выполнения работ/поставки оборудования, установленных Календарным графиком производства работ/графиком поставки оборудования - пени в размере 0,1% от цены невыполненных работ/не поставленного оборудования по настоящему договору за каждый день просрочки;

-за окончание строительства объекта после установленного срока - штраф в размере 0,1% от цены Комплекса работ по настоящему договору за каждый день просрочки до фактического завершения комплекса работ по настоящему договору, при задержке сроков окончания выполнения работ на объекте свыше 30 дней - штраф в размере 0,2% цены настоящего договора за каждый последующий календарный день до фактического исполнения обязательства.

Между тем, ответственность заказчика за нарушение выполнения обязательств условиями договора от 10.01.2017 № ЦТЕХ-МКХОП-170167/В-СИБ не предусмотрена, что свидетельствует о том, что за нарушение выполнения обязательств по договору к заказчику подлежат применению положения статьи 395 ГК РФ.

Таким образом, при заключении договора стороны предусмотрели неравную имущественную ответственность за нарушение обязательств для заказчика и подрядчика.

Кроме того, указанный размер неустойки является диспаритетным, поскольку за просрочку выполнения подрядчиком своей обязанности по договору установлена неустойка в размере 0,1% (0,2% - в случае просрочки более 30 дней) от цены Комплекса работ по настоящему договору. Таким образом, при заключении договора стороны предусмотрели неравную имущественную ответственность за нарушение обязательств для заказчика и подрядчика.  

Суд полагает, что при заключении договора посредством закупочных процедур на электронной торговой площадке заказчика стороны лишены равных переговорных возможностей, поскольку такая процедура сама по себе предопределяет возможность участника закупки влиять лишь на ограниченный круг условий заключаемого договора. Ввиду того, что ответственность сторон не относится к числу существенных условий договора строительного подряда, а проект договора подготавливался истцом, суд констатирует в данном случае нарушение баланса интересов сторон в форме несправедливых договорных условий о размере ответственности заказчика и подрядчика, при которых подрядчик был поставлен в заведомо обременительное положение.  

Суд также учитывает, что заказчик по договору является крупнейшей организацией (размер уставного капитала – более 2 трлн. рублей), обладающей собственной электронной площадкой для проведения закупочных процедур в отношении товаров, работ и услуг. В то время как истец такими переговорными возможностями не располагает (размер уставного капитала – 20 000 рублей). 

Таким образом, суд полагает, что при заключении Договора стороны были лишены равных переговорных возможностей, поскольку такая процедура сама по себе предопределяет возможность участника закупки влиять лишь на ограниченный круг условий заключаемого договора. Ввиду того, что размер ответственности сторон не относится к числу существенных условий договора подряда, а проект договора подготавливался ответчиком, суд констатирует в данном случае нарушение баланса интересов сторон в форме несправедливых договорных условий о размере ответственности заказчика и подрядчика, при которых подрядчик был поставлен в заведомо обременительное положение. 

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод конкретного лица в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона такого его условия, как размер неустойки: он должен быть соразмерен указанным в этой конституционной норме целям.

Возложение на суд решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года).

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Размер неустойки может быть оспорен как по основанию возникновения, так и по размеру, а при возникновении спора - уменьшен судом, в том числе в порядке статьи 333 ГК РФ.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения  неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.  

При этом применение статьи 333 ГК РФ не ставится в зависимость от вида неустойки, следовательно, как договорная, так и законная неустойка подлежит уменьшению судом при условии явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства. 

К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены неполученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки, другие имущественные или неимущественные права, на которые заявитель вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Кроме того, в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 года № 263-О указывается следующее. Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

В соответствие с правовой позицией Конституционного суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 ГК РФ, при применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойки) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что исключает возможность неосновательного обогащения за счет ответчика путем взыскания неустойки в завышенном размере.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Поскольку при оценке последствий нарушения обязательства судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, имеющие как прямое, так и косвенное отношение к последствиям нарушения обязательства.

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона таких его условий, как размеры неустойки - они должны быть соразмерны указанным в этой конституционной норме целям.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что не может рассматриваться как нарушение статьи 35 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 73 Постановления № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на должника. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). 

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления № 7).

Кредитор, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (пункт 74 Постановления № 7).

Оспаривая исковые требования, ответчик доказательств наличия у него убытков, возникших вследствие нарушения истцом сроков выполнения работ по спорному договору, не представил, что лишает суд права с достоверностью утверждать о соразмерности удержанной неустойки последствиям нарушенного обязательства. 

Суд полагает, что подлежащая к взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательств, и в соответствии со статьей 333 ГК РФ считает возможным и необходимым снизить ее размер. 

В данном случае суд учитывает следующие обстоятельства: ответчиком просрочено исполнение натурального, а не денежного обязательства, что представляло бы собой пользование чужими денежными средствами, в связи с чем начисленная неустойка имела бы компенсационный характер; обязательства по выполнению работ исполнены подрядчиком в полном объеме; ответчик не доказал и не подтвердил документально наступление неблагоприятных последствий нарушения истцом обязательств по договору, учитывая, что нарушенное обязательство не являлось денежным.        

В материалах дела отсутствуют сведения, подтверждающие объективность и соразмерность размера неустойки (0,1% в день; 0,2% в день), а также доказательства, подтверждающие выгоду ответчика при надлежащем исполнении истцом договорных обязательств и наступление неблагоприятных последствий просрочки исполнения обязательства, приведших к возникновению убытков. 

Произвольное установление указанной ставки договорной неустойки при отсутствии всякой экономической обоснованности для ее применения влечет вывод о необходимости руководствоваться статьей 10 ГК РФ. 

Оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание необходимость установления баланса между применяемой мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате правонарушения, учитывая компенсационную природу неустойки, несоразмерность взыскиваемой истцом неустойки последствиям нарушения обязательства, отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о наступлении каких-либо негативных имущественных последствий для истца в связи с  нарушением обязательств ответчиком, суд считает возможным снизить размер неустойки, подлежащей взысканию с подрядчика в пользу заказчика. В данном случае снижение не изменит обеспечительной природы неустойки. 

При указанных обстоятельствах суд, исходя из отсутствия доказательств наличия у ответчика негативных последствий, наступивших от ненадлежащего исполнения истцом обязательств по договору, считает, что неустойка подлежат уменьшению по правилам статьи 395 ГК РФ – в соответствии с паритетной ответственностью ОАО «РЖД» за просрочку исполнения своего обязательства по оплате.

Включая в проект договора заведомо невыгодное для контрагента условие, истец нарушает закон. Тот факт, что ответчик вправе возражать против определенных условий договора в момент его заключения и на стадии исполнения и указанным правом не воспользовался, не лишает его права обратиться в суд с данным требованием.  

Кроме того, суд учитывает меру ответственности, применяемую к заказчику в случае нарушения обязательства, установленную статьей 395 ГК РФ, полагает, что разница в применяемой к сторонам мере ответственности свидетельствует о нарушении баланса интересов сторон при заключении договора, поскольку условиями договора заказчик заведомо ставит подрядчика в неравное положение. 

Таким образом, суд считает правомерным требование ответчика об уменьшении размера неустойки.

Кроме того, из материалов дела и пояснений сторон следует, что телеграммой от 22.09.2018 № исх-9220/ВСЖД главный инженер дороги ФИО5 назначил приемочную комиссию на 27.09.2018 для приемки объекта «Техническое перевооружение объектов воздухоснабжения станции Тайшет (хозяйство автоматики и телемеханики»). В назначенное время приемка объекта не состоялась по причине не устранения замечаний выявленных ранее рабочей комиссией при комиссионном осмотре объекта.

Повторно, комиссия по приемке объекта была назначена на 02.11.2018, приемка объекта состоялась 02.11.2018. Приемочная комиссия вынесла решение о том, что объект строительства выполнен в соответствии с проектом и отвечает всем требованиям по санитарно-эпидемиологическим, экологическим, пожарным, строительным правилам, нормам и государственным стандартам и готов к вводу в эксплуатацию. После подписания акта всеми членами комиссии, акт приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией формы КС-14 был направлен на утверждение в Москву в Департамент технической политики ОАО «РЖД».

Акт приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией объекта «Техническое перевооружение объектов воздухоснабжения станции Тайшет (хозяйство автоматики и телемеханики) был утвержден начальником Департамента технической политики ОАО «РЖД» 28.01.2019.

Таким образом, фактически приемка выполненных ответчиком работ состоялась 02.11.2018. Тот факт, что акт приемки законченного строительством объекта подписан руководителем ОАО «РЖД» 28.01.2019 не свидетельствует о просрочке срока выполнения работ по вине подрядчика, поскольку подписание заказчиком актов сдачи-приемки работ позднее сроков предъявления выполненных работ исполнителем не свидетельствует о нарушении исполнителем сроков выполнения работ и не является основанием для начисления неустойки в данный период (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.10.2019 № 305-ЭС19-12786 по делу № А40-236034/2018).

Поскольку фактическая приемка выполненных работ заказчиком от подрядчика состоялась именно 02.11.2018, суд полагает, что в целях определения неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, правомерным будет начисление неустойки за нарушение сроков окончания строительства до указанной даты сдачи работ заказчику – 02.11.2018. 

В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 8 декабря 2015 года № 1340 «О применении с 1 января 2016 г. ключевой ставки Банка России» к отношениям, регулируемым актами Правительства Российской Федерации, в которых используется ставка рефинансирования Банка России, с 1 января 2016 года вместо указанной ставки применяется ключевая ставка Банка России, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 1 указания Центрального Банка Российской Федерации от 11 декабря 2015 года № 3894-У «О ставке рефинансирования Банка России и ключевой ставке Банка России» в соответствии с решением Совета директоров Банка России (протокол заседания Совета директоров Банка России от 11 декабря 2015 года № 37) с 1 января 2016 года значение ставки рефинансирования Банка России приравнивается к значению ключевой ставки Банка России, определенному на соответствующую дату. 

При таких обстоятельствах соразмерный последствиям нарушения обязательства размер неустойки за нарушение сроков выполнения работ за период с 01.09.2017 по 31.12.2017, исчисленный по правилам статьи 395 ГК РФ, составляет приблизительно 100 000 рублей.

Соразмерный последствиям нарушения обязательства размер неустойки за нарушение сроков окончания строительства за период с 01.09.2017 по 02.11.2018 исчисленный по правилам статьи 395 ГК РФ, составляет приблизительно 300 000 рублей.

Таким образом, общий размер неустойки, исчисленный исходя из вышеизложенных обстоятельств согласно статье 333 ГК РФ, составляет 400 000 рублей.

Из искового заявления следует, что ответчик оплатил часть неустойки в сумме 30 000 рублей платёжным поручением № 17 от 16.12.2019.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела подлежит удовлетворению требование о взыскании с ответчика недоплаченной неустойки в сумме 370 000 рублей (400 000 руб.-30 000 руб.).

Указанный размер неустойки является справедливым, достаточным и соразмерным, учитывая, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения одной стороны договора за счет другой.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом при подаче иска в суд оплачена государственная пошлина в сумме 41 186 рублей, что подтверждается платежным поручением №82977 от 06.04.2020. 

Согласно разъяснениям пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2011 года № 81, если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

В соответствии с подпунктом 3 пункту 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации при признании ответчиком  иска до принятия решения судом первой инстанции возврату истцу подлежит 70 процентов суммы уплаченной им государственной пошлины.

Таким образом, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12 355 рублей 80 копеек (41 186 руб. х 30%) подлежат взысканию с ответчика в пользу истца, оставшаяся государственная пошлина в сумме 28 830 рублей 20 копеек подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Байкалэкоменеджмент» в пользу открытого акционерного общества «Российские железные дороги» неустойку в сумме 370 000 рублей, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12 355 рублей 80 копеек.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Возвратить открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 28 830 рублей 20 копеек, уплаченную платежным поручением № 82977 от 06.04.2020. Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Иркутской области в течение месяца со дня его принятия.

Судья                                                                                                            Н.А. Курц