АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 апреля 2025 года

Дело №

А56-106861/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Колесниковой С.Г., Яковлева А.Э.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 15.01.2024),от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 21.11.2024),

рассмотрев 27.03.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3, на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.08.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2024 по делу № А56-106861/2022/сд.1,

у с т а н о в и л:

ФИО3, ИНН 

<

***> (далее – Кредитор), 21.10.2022 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области о признании ФИО5, ИНН 

<

***> (далее – Должник), несостоятельным (банкротом). 

Определением суда первой инстанции от 03.02.2023 (резолютивная часть от 26.01.2023) в отношении Должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Решением суда первой инстанции от 19.09.2023 в отношении Должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6 

Кредитор 20.11.2023 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил признать договор купли-продажи, заключенный 11.11.2021 между Должником и ФИО1, недействительным, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания 3 100 000 руб. с ФИО1 в пользу Должника. 

ФИО3 22.03.2024 также обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, в котором просил сделку по передаче 4 500 000 руб. Должнику от ФИО1 по расписке от 11.11.2021 признать недействительной, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания 4 500 000 руб. с ФИО1 в пользу Должника 

Определением суда первой инстанции от 23.05.2024 обособленные споры № А56-106861/2022/сд.1 и А56-106861/2022/сд.7 объединены для совместного рассмотрения в одно производство с присвоением общего номера – А56-106861/2022/сд.1. 

Определением суда первой инстанции от 29.08.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.12.2024, в удовлетворении заявленных требований Кредитору отказано.

В кассационной жалобе Кредитор, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит отменить определение от 29.08.2024 и постановление от 03.12.2024, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

По мнению подателя жалобы, сделка по передаче денежных средств по расписке от 11.11.2021 является мнимой, поскольку заключена между заинтересованными лицами (ФИО1 является родной сестрой жены Должника), ФИО1 более двух лет с момента совершения сделки не была зарегистрирована по месту жительства в приобретенной квартире, не представила доказательств фактического проживания в спорный период в приобретенной квартире, цель переоформления квартиры – избежание ее продажи с торгов, наличные денежные средства Должнику не передавались; ФИО1 не обладала наличными денежными средствами (4 500 000 руб.) для расчетов с Должником; в результате оспариваемой расписки Должник утратил право денежного требования к ФИО1 на указанную сумму, что отвечает признаку заключения сделки при неравноценном встречном исполнении; ФИО1 не могла не осознавать того, что сделка нарушает права и законные интересы кредиторов; действия Должника направленные на вывод ликвидных активов в срочном порядке на заинтересованное лицо являются противоправными; то, обстоятельство, что квартира являлась для Должника единственным пригодным для проживания жильем, не может быть признано основанием для ее невозврата в конкурсную массу.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержала её доводы в полном объеме.

Представитель ФИО1 просил оставить определение от 29.08.2024 и постановление от 03.12.2024 без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, Должник и ФИО1 11.11.2021 заключили договор купли-продажи, по которому последняя приобрела у Должника квартиру № 39, расположенную по адресу: 193318, Санкт-Петербург, пр. Пятилеток, д. 15, корп. 5. 

Квартира находилась в залоге у публичного акционерного общества «Росбанк» (далее – Банк), поскольку приобреталась Должником в 2013 году с использованием кредитных средств. 

ФИО1 для погашения части кредита использовала материнский капитал в сумме 400 000 руб., что подтверждено согласиями Банка на проведение сделки продажи до 30.11.2021 и органа опеки и попечительства на отчуждение квартиры при условии перечисления денежных средств, полученных за счет средств материнского капитала, на счета несовершеннолетних детей до наступления совершеннолетия. 

Согласно пункту 2.1 договора купли-продажи цена квартиры составляла 9 000 000 руб. В подтверждение факта оплаты представлена расписка от 11.11.2021 в получении денежных средств за квартиру в указанной сумме, из которых 4 500 000 руб. получены наличными денежными средствами, оставшаяся сумма зачислена на открытый в Банке счет Должника. 

Должник 12.11.2021 погасил кредитные обязательства перед Банком за счет денежных средств, уплаченных ФИО1 по договору купли-продажи, что привело к снятию ипотеки с Должника.

Кредитор, полагая договор купли-продажи и сделку по передаче 4 500 000 руб. недействительными по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с соответствующими заявлениями.

Суд первой инстанции признал исковые требования не обоснованными по праву.

Апелляционный суд поддержал решение суда первой инстанции.

Проверив законность принятых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа не нашел оснований для ее удовлетворения.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления № 63).

В соответствии с разъяснениями, приведенными Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 15.02.2019 № 305- ЭС18-8671(2), из диспозиции нормы о неравноценном встречном исполнении (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным. 

Кредитор, учтя рыночную стоимость квартиры, указанную в заключении к отчету № 19889/09-2021 об оценке стоимости квартиры по состоянию на 07.09.2021, и на рыночную стоимость квартиры, указанную в заключении от 18.07.2024 № 1469, указал на расхождение между рыночной и договорной стоимостью предмета договора купли-продажи.

Суды правомерно отклонили указанное Кредитором суждение, поскольку само по себе отклонение выкупной цены квартиры (9 000 000 руб.) на 11,47% от рыночной цены, определенной в отчете об оценке стоимости квартиры по состоянию на 07.09.2021 (10 166 064 руб.), или на 25,62% от рыночной цены, определенной в заключении от 18.07.2024 № 1469 (12 100 000 руб.), не может рассматриваться как существенно неравноценное и не может свидетельствовать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для должника условиях с причинением существенного вреда кредиторам должника. При этом в отчете об оценке стоимости квартиры по состоянию на 07.09.2021 указана ее рыночная стоимость на дату составления отчета и не учтены обстоятельства, оказавшие влияние на рыночную стоимость и имевшие место быть в период составления отчета и заключения спорной сделки, а также факт обращения Банка в Смольнинский районный суд города Санкт-Петербурга через две недели после составления отчета с иском о взыскании с должника задолженности по кредитному договору от 01.04.2013, процентов, об обращении взыскания на заложенную квартиру, установлении начальной продажной цены в размере 6 624 827 руб. 20 коп.

Суды также верно указали, что заключение от 18.07.2024 № 1469 не может служить достоверным доказательством занижения сторонами сделки цены квартиры, поскольку не отвечает требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, а именно: эксперт не предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (пункт 3 части 4 статьи 82 АПК РФ), ФИО1 для проведения исследования не вызывалась. Кроме того, при составлении заключения не учтены существенные фактические обстоятельства, в частности, что квартира обременена залогом в пользу Банка.

Кредитор в нарушение статьи 65 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами не опроверг представленные документы по факту оплаты Должнику стоимости спорной квартиры. Напротив, в подтверждение факта передачи 4 500 000 руб. наличными представлена выполненная Должником собственноручно расписка от 11.11.2021 в получении 9 000 000 руб., из которых 4 500 000 руб. получены наличными, оставшаяся сумма – путем зачисления на счет, открытый Должнику в Банке. Кредитор надлежащими доказательствами не подтвердил факт отсутствия у ФИО1 финансовой возможности уплатить Должнику 4 500 000 руб. наличными. В то же время заявленный довод опровергается доказательствами, представленными в материалы обособленного спора, в частности, сведениями о получении денежных средств от продажи принадлежащего ФИО1 недвижимого имущества и транспортных средств.

При этом суды учли, что Должником 12.11.2021 погашены все кредитные обязательства перед Банком за счет уплаченных ФИО1 средств в рамках оспариваемой сделки. Данное обстоятельство также подтверждено фактом снятия ипотеки с Должника. На момент рассмотрения дела какие-либо иные ограничения/обременения в отношении квартиры, кроме запрещения регистрации, установленного судом в рамках настоящего спора, отсутствовали.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Абзацем вторым части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. 

Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ). 

Данные разъяснения направлены на недопущение ситуации, когда жилое помещение будет возвращено в конкурсную массу должника лишь формально и исключительно для констатации судом факта его защиты исполнительским иммунитетом. 

В таком случае мотивы отчуждения должником жилого помещения не имеют правового значения для целей оспаривания сделки, поскольку реституция не приведет к реальной защите кредиторов. 

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника. 

Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья достигается, в том числе, за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу; недопустимо установление только формальных условий применения норм права. 

Из конкурсной массы подлежит исключению имущество (квартира, жилой дом и т.п.), которое принадлежит должнику на праве собственности и пригодно для постоянного проживания. Необходимым условием предоставления такого иммунитета является отсутствие у должника иного аналогичного имущества.

Подателем кассационной жалобы не приведены доводы, свидетельствующие о наличии поименованных выше обстоятельств и позволяющих отказать гражданину-должнику в защите прав, образующих исполнительский иммунитет.

Довод Кредитора о том, что договор купли-продажи от 11.11.2021 заключен Должником в целях причинения имущественного вреда кредиторам, поскольку на момент совершения сделки Должник обладал признаками неплатежеспособности, правомерно отклонен судами в отсутствие иных доказательств причинения заключением спорной сделки вреда имущественным интересам кредиторов. При этом на момент заключения спорной сделки квартира являлась единственным жилым помещением как для Должника, так и для его несовершеннолетних детей. Кроме того, Кредитор не представил надлежащих доказательств возможности обеспечения потребностей Должника и членов его семьи в жилище с соблюдением существующих бытовых, социальных и иных субъективных потребностей посредством предоставления иного жилья, взамен существующего.

Поскольку статус Квартиры как единственного пригодного для проживания должника жилья является препятствием для признания сделки с таким объектом недействительной и применения последствий ее недействительности, в результате заключения спорных договоров вред имущественным правам кредиторов должника причинен не был, оснований для удовлетворения заявления кредитора не имелось.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельные составы правонарушений, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, квалификация соответствующей сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

При ином подходе к применению положений статьи 61.2 Закона о банкротстве ее содержание теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. 

Суды также обоснованно отклонили довод Кредитора о недобросовестном поведении Должника и ФИО1 в отсутствие доказательств, явно свидетельствующих о том, что имеющиеся, по мнению Кредитора, дефекты оспариваемой сделки выходят за пределы дефектов, указанных в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом поведение Должника и ФИО1 при заключении спорной сделки по своей правовой природе не может рассматриваться как злоупотребление правом, поскольку отсутствует сам факт причинения вреда имущественным интересам кредиторов, а также основания для дополнительной квалификации по статье 10 ГК РФ в силу выхода за рамки признаков подозрительной сделки.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Суды верно указали, что сделка по передаче ФИО1 денежных средств должнику не может быть оспорена по пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, поскольку в данной статье речь идет о сделках, которые совершаются за счет имущества Должника, а не в его пользу. При этом передача денежных средств, оформленных оспариваемой распиской, осуществлялась в счет оплаты приобретаемой квартиры по договору купли-продажи, который также оспаривался Кредитором в рамках рассматриваемого обособленного спора. 

Суды, отклонив ссылку Кредитора на заключение сделки заинтересованными лицами, верно указали, что сам по себе факт заключения сделки между заинтересованными сторонами не влечет ее ничтожность и не свидетельствует о ее мнимости.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. 

Нарушений норм процессуального права, которые являются безусловными основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.08.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2024 по делу № А56-106861/2022/сд.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного кредитора ФИО3 – без удовлетворения.  

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

С.Г. Колесникова

 А.Э. Яковлев