ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс: 

<

***> 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции  

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-1933/2017

город Ростов-на-Дону

09 июля 2025 года

15АП-5247/2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2025 года  

Полный текст постановления изготовлен 09 июля 2025 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Пипченко Т.А. судей Долговой М.Ю., Сулименко Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рымарь С.А.,  

в отсутствие лиц, участвующих в деле, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 24.03.2025 по делу № А01-1933/2017 об отказе в признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО2,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО2 (далее – должник, ФИО2) в Арбитражный суд Республики Адыгея обратился финансовый управляющий ФИО1 с заявлением о признании недействительной сделки - договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:43:0419025:245, расположенного по адресу: Краснодарский край, муниципальное образование г. Краснодар, ФИО3 сельский округ, 

<

...>, заключенный 15.03.2017 между ФИО2 и ФИО4; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в конкурсную массу должника денежных средств, составляющих рыночную стоимость спорного земельного участка.  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 28.09.2021 к участию в рассмотрении дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО6  

В ходе рассмотрения заявления финансовым управляющим в порядке статьи 49 АПК РФ заявлено об утонении требований, в котором просит признать сделку недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 ст.61.2 Закона о банкротстве и применить последствия недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 24.03.2025 отказано в удовлетворении заявленных требований. С ИП ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 6 000 руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что к оспариваемой сделке подлежат применению положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем оспариваемая сделка является ничтожной, а срок исковой давности, подлежащий применению, равен десяти годам.  

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.  

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Краснодарского края от 24.03.2025 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 17.10.2017 в отношении должника ИП ФИО2 введена процедура реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 12.03.2018 в отношении должника ИП ФИО2 применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2001 № 127«О несостоятельности (банкротстве)», предусматривающего банкротство застройщиков.  

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2018 должник ИП ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - реализация имущества гражданина.  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 12.07.2022 финансовым управляющим должника утвержден ФИО1.  

В ходе исполнения обязанностей финансовым управляющим установлено, 15.03.2017 между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок, находящийся по адресу: Краснодарский край, г. Краснодар, ФИО3 сельский округ, 

<

...>, с кадастровым номером 23:43:0419025:245.  

Дата государственной регистрации перехода права собственности - 03.04.2017. 

При этом финансовым управляющим не установлено перечислений по счету, денежные средства не передавались должнику, факт оплаты за отчужденное имущество финансовым управляющим не установлен.  

Полагая, что сделка является недействительным на основании статей 10, 168 ГК РФ а также пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  

несостоятельности (банкротстве)», финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии со статьей 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.  

В силу абзаца 2 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.  

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 в редакции ФЗ от 29.06.2015 № 154-ФЗ применяется к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 в редакции ФЗ от 29.06.2015 № 154-ФЗ.  

Поскольку оспариваемая сделка совершена 03.04.2017 (дата государственной регистрации перехода права), производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 17.08.2017, договор купли-продажи может быть оспорен с учетом положений статей 61.1, 213.9, 213.32 Закона о банкротстве.  

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - постановление № 63).  

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по  

заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.  

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).  

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. Данная позиция сформулирована Верховым Судом Российской Федерации в определении от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069.  

Обращаясь в суд с заявлением об оспаривании сделок, финансовый управляющий указал, что 15.03.2017 между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил земельный участок, находящийся по адресу: Краснодарский край, г. Краснодар, ФИО3 сельский округ, 

<

...>, с кадастровым номером 23:43:0419025:245.  

Дата государственной регистрации перехода права собственности - 03.04.2017. 

Согласно выписке из ЕГРН от 07.04.2020 кадастровая стоимость земельного участка установлена в размере 916 557,18 руб.  

Оспариваемый финансовым управляющим договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 23:43:0419025:245, заключен 03.04.2017 (дата регистрации права собственности), то есть в период, когда должник имел статус индивидуального предпринимателя, и за четыре месяца до возбуждения дела о банкротстве (17.08.2017).  

Оценивая наличие оснований для оспаривания заявленных сделок по общим основаниям гражданского законодательства, суд апелляционной учитывает, что сделки могут быть оспорены на основании статьи 10 Гражданского кодекса только в том случае, если доказано наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от  

31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14) и др.).  

Между тем, правонарушение, заключающееся в передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.  

Соответственно, вмененные ответчику нарушения, в частности отсутствие равноценного встречного предоставления и направленность сделки на причинение вреда кредиторам, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов.  

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10), постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.12.2022 по делу № А32-48573/2021 и от 13.07.2022 по делу № А53-1051/2021.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для применения к спорным отношениям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду чего при оценке оспариваемых договоров подлежат применению положения Закона о банкротстве.  

При этом в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности к заявленным кредитором требований об оспаривании сделок.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.  

Пунктом 4 постановления № 63 установлено, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. Из разъяснений, данных в пункте 32 названного постановления № 63, следует, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

Как неоднократно подчеркивал Верховный Суд Российской Федерации (в определениях от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487), срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец  

должен был узнать о нарушении своих прав, об основаниях для предъявления иска и о личности надлежащего ответчика. В этой связи, срок исковой давности для предъявления группового иска в интересах кредиторов должника не может начать течь ранее открытия в отношении должника реструктуризации долгов.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что процедура реструктуризации в отношении должника не применялась, по ходатайству должника первой процедурой решением от 10.10.2017 введена реализация имущества. Соответственно, формально срок исковой давности для оспаривания сделок исчисляется с 10.10.2017 и истекает 10.10.2018.  

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - постановление № 43) разъяснено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

При этом, потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.  

Как профессиональный участник процедуры банкротства гражданина арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Действуя разумно и осмотрительно, финансовый управляющий должен осознавать, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Исполняя свои обязанности, финансовый управляющий должен своевременно направить соответствующие запросы, в том числе в банки, в целях установления перечислений от контрагентов в пользу должника.  

В соответствии с абзацем 7 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, принадлежащем ему имуществе, в том числе об имущественных правах, и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов и органов самоуправления.  

Разумно действующий управляющий в силу указанных положений закона обязан в кратчайшие сроки с даты своего утверждения направить запросы в адрес регистрирующих органов. При условии оспаривания сделки по отчуждению объекта недвижимости факт совершения сделки мог быть установлен из анализа выписки из ЕГРН о правах отдельного лица.  

Судебной практикой сформированы подход о продолжительности сроков, необходимых на подготовку надлежащего запроса в соответствующий орган (10 дней), получения ответа (в течение 7 дней со дня получения запроса), анализа поступивших документов (10 дней) (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.04.2023 по делу № А32-41269/2019, постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2023 по делу № А41-39424/2018).  

Из материалов дела следует, что в деле о банкротстве финансовыми управляющими были утверждены в период с 10.10.2017 по 22.12.2020 ФИО7 (освобожден от исполнения обязанностей определением от 22.12.2020), в период с  

26.01.2021 по 12.07.2022 ФИО8 (освобожден от исполнения обязанностей определением от 12.07.2022), в период с 12.07.2022 по настоящее время ФИО1  

В соответствии с пунктом 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.  

Доказательств того, что кто-либо из арбитражных управляющих, утвержденных в деле о банкротстве ФИО2, действовал незаконно, уклонялся от исполнения возложенных на него обязанностей и не истребовал из регистрирующих органов сведения об имуществе должника, в материалы дела не представлено.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006, в случае, когда арбитражный управляющий недобросовестно осуществлял возложенные на него полномочия и фактически действовал в условиях конфликта интересов, так как был заинтересован не в наполнении конкурсной массы для удовлетворения требований кредиторов, а напротив, в исключении подобного хода развития событий, предполагается, что его материально-правовые интересы совпадали не с позицией истцов по косвенному иску (как это должно быть), а с позицией другой стороны спора. Такой вывод, в свою очередь, исключает возможность исчисления давности исходя из фигуры недобросовестного арбитражного управляющего.  

В рассматриваемом случае доказательств того, что в какой-либо период исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО7, ФИО8 или ФИО1 их интересы совпадали с интересами должника, не представлено. Равно как и не представлено доказательств того, что кто-либо из ранее действующих финансовых управляющих уклонялся от оспаривания указанной сделки по отчуждению объекта недвижимости.  

Соответственно, основания для исключения из срока исковой давности периода исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО7 или ФИО8, а также исчисления срока исковой давности с иного момента, а не с даты открытия процедуры реструктуризации долгов, у суда отсутствуют.  

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает обоснованным исчисление годичного срока исковой давности с 10.10.2017, поскольку у арбитражного управляющего, добросовестно осуществляющего свои обязанности, в указанный срок имелась возможность получить необходимые документы, в связи с чем, по состоянию на 13.05.2020 (дата обращения в суд) срок исковой давности был пропущен.  

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», применительно к норме абзаца второго пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации разъяснено, что установив пропуск стороной по делу срока исковой давности, при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности, суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.  

Ввиду того, что срок исковой давности финансовым управляющим пропущен, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных им требований.  

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 24.03.2025 по делу № А01-1933/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Т.А. Пипченко  

Судьи М.Ю. Долгова  

Н.В. Сулименко