ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-63140/2017-ГК

г. Москва                             Дело № А40-249505/2015

«30» января 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 января 2018 года.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи  Лялиной Т.А.,

Судей: Гарипова В.С., Петровой О.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

Компании «Ритейл Чейн Пропертис Лимитед» 

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 12 октября 2017 года, принятое судьей Ереминой И. И., по делу № А40-249505/15 

по иску Публичного акционерного общества Национальный банк «ТРАСТ» к Компании «Ритейл Чейн Пропертис Лимитед»,  

с участием ПАО Банк «ФК «Открытие»; Банк России; ГК «Агентство по страхованию вкладов» в качестве третьих лиц

о признании недействительными дополнительных соглашений к кредитным договорам и применении последствий недействительности сделок 

при участии в судебном заседании представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности от 04.07.16 №826/2016;

от ответчика – ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 14.06.17; 

от третьих лиц – не явились, извещены; 

УСТАНОВИЛ:

ПАО Национальный банк «ТРАСТ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Компании «Ритейл Чейн Пропертис Лимитед» в котором просило признать недействительными 

- дополнительные соглашения №1, 2, 3, 4 к кредитному договору 

<

***> К/0282 от 01.12.2010г.;

-  дополнительные соглашения № 1, 2 к кредитному договору 

<

***> К/0295 от 17.12.2010г.

 и применить последствия недействительности сделок.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 16.05.2016г., оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2016 г., было прекращено производство по делу А40-2495051/15-170-2033 в части признания недействительными дополнительных соглашений:

- к кредитному договору 

<

***> К/0282 от 18 ноября 2010 года, в том числе: 

- п. 8 Дополнительного соглашения №1 от 27 декабря 2013 года, Дополнительного соглашения №2 от 03 марта 2014 года, Дополнительного соглашения №3 от 02 июня 2014 года, Дополнительного соглашения №4 от 17 декабря 2014 года; 

 - к кредитному договору от 17 декабря 2010 года, 

<

***> К/0295, в том числе: п.6.8. Дополнительного соглашения № 1 от 27 декабря 2013 года, Дополнительного соглашения № 2 от 17 декабря 2014 года, а также в части применения последствий недействительности сделок.

Признано недействительным Дополнительное соглашение № 1 от 27 декабря 2013 года к договору 

<

***> К/0282 от 18 ноября 2010 года о предоставлении кредита в форме кредитной линии (с лимитом выдачи).

Признано недействительным Дополнительное соглашение № 1 от 27 декабря 2013 года к договору 

<

***> К/0295от 17 декабря 2010 года о предоставлении кредита в форме кредитной линии (с лимитом выдачи).

В остальной части иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.11.2016г. вышеуказанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы с указанием на то, что при новом рассмотрении дела суду, в частности, следует учесть, что вывод о нерыночном характере сделок и нарушении баланса интересов не соответствуют обстоятельствам дела, а выводы о том, что основные акционеры банка являлись конечными бенефициарами ответчика не подтверждены соответствующими выписками из реестра акционеров банка, установить все имеющие значение для правильного разрешения дела обстоятельства, установить начало течения срока исковой давности, после чего решить, имелись ли предусмотренные законом обстоятельства.

Решением от 12.10.2017г. Арбитражный суд г. Москвы 

прекратил  производство по делу в части  признания недействительными дополнительных соглашений к кредитному договору 

<

***> К/0282 от 18.11.2010 года, в том числе:  - пунктов 6, 8 Дополнительного соглашения №1 от 27 декабря 2013 года, Дополнительного соглашения №2 от 03 марта 2014 года, Дополнительного соглашения №3 от 02 июня 2014 года, Дополнительного соглашения №4 от 17 декабря 2014 года; - к кредитному договору от 17 декабря 2010 года 

<

***> К/0295, в том числе: пунктов 6, 8 Дополнительного соглашения № 1 от 27 декабря 2013 года, Дополнительного соглашения № 2 от 17 декабря 2014 года, а также в части применения последствий недействительности сделок; 

в остальной части иск удовлетворил. 

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку, по мнению заявителя, суд неправильно применил нормы процессуального и материального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, судом неполно исследованы все доказательства, имеющие значение для дела.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ответчика доводы жалобы поддержал в полном объеме, просил решение отменить, жалобу удовлетворить;

представитель истца возражал против заявленных требований по основаниям, изложенным в возражениях на жалобу (приобщены к материалам дела), просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения;

остальные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции  не  явились, о месте и времени судебного заседания  извещались надлежаще в порядке части 6 статьи 121, статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), информация на официальном сайте суда размещена 04.12.2017г., жалоба  рассмотрена в их отсутствие.

 

Проверив доводы апелляционной жалобы, возражения, отзыва, законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения в порядке статей 266, 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства,   выслушав представителей сторон, апелляционный суд считает, что решение следует оставить без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения по следующим основаниям.

Из документов, представленных в деле, следует, что  - между истцом и ответчиком:

- 18.11.2010 года был заключен кредитный договор № 

<

***> К/0282 по условиям которого банк обязуется предоставить заемщику кредит в размере 81 500 000 долларов США, с процентной ставкой за пользование кредитом в размере 5% годовых;

- в период с 27 декабря 2013 года по 17 декабря 2014 года были заключены дополнительные соглашения № 1-4, согласно условиям которых: валюта кредитного договора изменена на российский рубль; исключено право досрочного требования возвраты суммы кредита; исключено право банка изменять процентную ставку в одностороннем порядке в случае нарушения заемщиком своих обязательств; срок погашения кредиты продлен на 13 лет;

- 17.12.2010 года был заключен кредитный договор № 

<

***> К/0295, по условиям которого банк обязуется предоставить заемщику кредит в размере 520 000 000 руб., с процентной ставкой за пользование кредитом в размере 13,5% годовых;

- в период с 27 декабря 2013 года по 17 декабря 2014 года были заключены дополнительные соглашения №1-2, согласно условиям которых: исключено право досрочного требования возвраты суммы кредита; исключено право банка изменять процентную ставку в одностороннем порядке в случае нарушения заемщиком своих обязательств; срок погашения кредиты продлен на 12 лет; банк не вправе требовать возврата кредита до 31 декабря 2018 года;

- на момент подписания дополнительных соглашений от займодавца в качестве единоличного исполнительного органа Банка действовал председатель правления Банка ФИО5

В суде первой инстанции ответчик против удовлетворения заявленных требований возражал по доводам, изложенным в отзывах, заявил о пропуске исковой давности.

Оценив доводы и возражения сторон в совокупности с представленными доказательствами и условиями договоров и частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего:

- Банк является специализированной организацией, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли. При этом все операции, осуществляемые Банком, совершаются на основе принципов платности, возвратности и срочности. Деятельность Банк как коммерческой организации главным образом нацелена на максимальное извлечение прибыли при совершении банковских операций и сделок;

- стандартными условиями кредитного договора являются условия об одностороннем изменении ставки процентов годовых Банком; условия о праве Банка требовать досрочного возврата кредита;

- исключение же данных условий дополнительными соглашениями лишило Банк возможности контролировать задолженность, гарантировать возврат денежных средств, что нарушило баланс интересов, в связи с чем,  пришел к выводу о нерыночном характере сделок, а также, об упущенной выгоде в виде доходов по процентам;

- общий размер предоставляемых заемных средств составил 1 300 000 000 руб., что на момент заключения сделок в 4 раза превышало размер собственных средств займодавца;

- результаты сравнения изменений ключевой ставки Банка России с эффективной процентной ставкой по кредитным договорам, показали, что эффективная процентная ставка, отражающая реальную доходность по кредитным договорам, значительно ниже уровня ключевой ставки, при этом пик уровня ключевой ставки приходится на дату пролонгации кредитных договоров;

- заключение оспариваемых дополнительных соглашений в результате недобросовестных совместных действий банка и компании, принадлежавшей бывшим конечным бенефициарам банка, поставило банк в заведомо невыгодные условия и привело к значительному ущербу для банка;

- обстоятельства, на которые ссылался банк в обоснование наличия сговора представителя банка и компании, в том числе подтвержденные находившимися в открытом доступе материалами, не были в соответствии с частью 3.1 статьи 70 АПК РФ, прямо оспорены в судебных инстанциях, компетентных исследовать и устанавливать фактические обстоятельства спора;

- отклонил ходатайство ответчика о пропуске исковой давности, поскольку:

* если сделки подписывал единоличный исполнительный орган сроки исковой давности исчисляются с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении;

* согласно Постановления Президиум ВАС РФ от 10.12.2013 № 8194/13 правовая позиция, изложенная в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», применима и при оспаривании сделок юридического лица в случае, если соответствующие органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании. Подписание спорных дополнительных соглашений № 1 от 27.12.2013 от имени банка лицом, действующим на основании доверенности, не влияет на порядок исчисления срока исковой давности для целей их оспаривания, поскольку деятельность лица, действующего от имени Банка по доверенности Председателя Правления Банка, контролировалась бывшими основными акционерами Банка - ФИО6 ФИО7, ФИО8, которые одновременно являлись конечными бенефициарами ответчика;

* Решение о пролонгации кредитных договоров на условиях дополнительных соглашений № 1 от 27.12.2013 было принято кредитным комитетом банка, председателем которого являлся ФИО6, а его членами ФИО7, ФИО9, ФИО10, что подтверждается выпиской из Протокола опроса членов Кредитного комитета Банка от 06.12.2013 № 42/2013-О.

- Решением Арбитражного суда города Москвы от 23 ноября 2015 года исковые требования публичного акционерного общества Национальный банк "ТРАСТ" по делу А40-50640/15 были частично удовлетворены;

- Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2016 г. признан недействительным пункт 8 Дополнительного соглашения № 1 от 27 декабря 2013 года к кредитному договору от 18 ноября 2010 года № 

<

***> К/0282, в соответствии с которым стороны исключили из пункта 8.1 кредитного договора подпункты d, е, f, h, i, j, к, I, m, p, предусматривающие случаи неисполнения обязательств Заемщиком, которые во взаимосвязи с пунктом 3.8 кредитного договора предоставляют право Банку потребовать от Заемщика досрочного возврата кредита с одновременной уплатой начисленных процентов;

- признано недействительным Дополнительное соглашение № 2 от 03 марта 2014 года к кредитному договору от 18 ноября 2010 года № 

<

***> К/0282; Признать недействительным Дополнительное соглашение № 3 от 02 июня 2014 года к кредитному договору от 18 ноября 2010 года № 

<

***> К/0282; Признано недействительным Дополнительное соглашение № 4 от 17 декабря 2014 года к кредитному договору от 18 ноября 2010 года № 

<

***> К/0282. Признано недействительным пункт 8 Дополнительного соглашения № 1 от 27 декабря 2013 года к кредитному договору от 17 декабря 2010 года № 

<

***> К/0295, в соответствии с которым стороны исключили из пункта 8.1 кредитного договора подпункты d, е, f, h, i, j, к, I, m, p, предусматривающие случаи неисполнения обязательств Заемщиком, которые во взаимосвязи с пунктом 3.8 кредитного договора предоставляют право Банку потребовать от Заемщика досрочного возврата кредита с одновременной уплатой начисленных процентов;

 - признано недействительным Дополнительное соглашение № 2 от 17 декабря 2014 года к кредитному договору от 17 декабря 2010 года № 

<

***> К/0295;

- В части признания недействительными п. 6 дополнительного соглашения №1 от 27.12.2013г. к договору № 

<

***> К/0282 от 18.11.2010г. о предоставлении кредита в форме кредитной линии (с лимитом выдачи) и п. 6 дополнительного соглашения №1 от 27.12.2013г. к договору № 

<

***> К/0295 от 17.12.2010г. о предоставлении кредита в форме кредитной линии (с лимитом выдачи) решение оставлено без изменения;

- в требовании о применении последствий недействительности сделок отказано;

- Постановлением АС МО от 14.06.2016 г. решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.11.2015 г. в обжалуемой части и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2016 г. по делу № А40-50640/2015 оставлены без изменения;

 - учитывая вышеизложенное, производство по настоящему делу подлежит прекращению в части признания недействительными дополнительных соглашений к кредитному договору 

<

***> К/0282 от 18 ноября 2010 года, а именно: п. 6, 8 Дополнительного соглашения №1 от 27 декабря 2013 года, Дополнительного соглашения №2 от 03 марта 2014 года, Дополнительного соглашения №3 от 02 июня 2014 года, Дополнительного соглашения №4 от 17 декабря 2014 года; к кредитному договору от 17 декабря 2010 года, 

<

***> К/0295, а именно: п.6, 8. Дополнительного соглашения № 1 от 27 декабря 2013 года, Дополнительного соглашения № 2 от 17 декабря 2014 года, а также в части применения последствий недействительности сделок4

- посчитал возможным исходить из очевидности того, что оспариваемые пункты дополнительных соглашений, исключающие право банка в одностороннем порядке изменять размер процентной ставки по кредиту, являлись заведомо не обоснованными экономически, и в дальнейшем, могут привести к убыткам банка, а также, к невозможности исполнения обязательств перед клиентами в общем, а также, в ходе иных процедур банкротства в случае их введения.

Судебная коллегия не усматривает оснований для переоценки выводов суда первой инстанции.

Довод жалобы о том, что суд первой инстанции была в полном объеме проигнорирована  правовая позиция Верховного Суда РФ – судебной коллегией отклоняется, поскольку:

- при рассмотрении дела в суде первой инстанции Банк ссылался на позицию Верховного Суда РФ, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 12.05.2017 г. №305-ЭС17-2441 ( т.д.14, л.д.52-54), в рамках рассмотрения кассационной жалобы Банка на Постановление Арбитражного Суда Московского округа от 12.12.2016 г. по делу №А40-249501/2015, принятое по аналогичному иску Банка к компании-заемщику Компании «Уиллоу Ривер Рашн Хаузинг Девелопментс ЛТД», подконтрольной, как и в настоящем деле, бенефициарам Банка и данной компании Юрову И.С, ФИО11, ФИО12, о признании недействительными дополнительных соглашений к кредитным договорам, в соответствии с которыми также были увеличены сроки кредитования, введен режим платежных каникул, установлен льготный порядок уплаты процентов за пользование кредитом;

- отменяя Постановление суда кассации от 12.12.2016 г. и оставляя в силе ранее принятые по делу судебные акты, в соответствии с которыми требования Банка были удовлетворены, Верховный Суд РФ указал, что «судами первой и апелляционной инстанций, установившими, что заключение оспариваемых дополнительных соглашений в результате недобросовестных совместных действий банка и компании, принадлежащей бывшим конечным бенефициарам Банка, поставило Банк в заведомо невыгодные условия и привело к значительному ущербу для Банка, дополнительные соглашения к кредитным договорам обоснованно признаны недействительными на основании п. 2 ст.174 ГК РФ»; «С учетом установленных судами обстоятельств заключения оспариваемых дополнительных соглашений судом апелляционной инстанции обоснованно применена правовая позиция, допускающая в случае незаинтересованности органов юридического лица в оспаривании сделки исчисление срока исковой давности для такого оспаривания не с момента заключения сделки, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении прав юридического лица оспариваемой сделкой».

Судебная коллегия отмечает, что по данному делу ответчику было отказано в передаче надзорной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Президиума ВС РФ Определением ВС РФ от 11.10.2017г. №258-ПЭК17, поскольку все выводы, содержащиеся в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 12.05.2017 г. №305-ЭС17-2441, признаны верными и обоснованными.

Указанное судебное дело идентично настоящему судебному делу не только схожими предметами исков (оспаривание аналогичных дополнительных соглашений к кредитным договорам, но с другим заемщиком, но и основаниями заявленных требований, обстоятельствами причинения значительного ущерба Банку вследствие недобросовестных совместных действий представителей сторон, а также объемом собранных доказательств.

Данное обстоятельство было справедливо оценено судом первой инстанции, на что имеется ссылка в Решении суда (абз.9 стр.4 Решения суда), однако полностью проигнорировано ответчиком, не представившим каких-либо пояснений и доказательств относительно невозможности применения вышеуказанной позиции Верховного Суда РФ в настоящем судебном деле ни во время судебного разбирательства, ни в своей апелляционной жалобе.

Указание в  обжалуемом судебном акте на иные дополнительные соглашения к Кредитным договорам №1 и №2 не свидетельствует о неправильном определении судом круга обстоятельств, подлежащих доказыванию и оценке.

Судебная коллегия учитывает,   что дополнительные соглашения №2-4, а также п.6,8 оспариваемых в настоящем деле дополнительных соглашений №1 к кредитным договорам, уже признаны недействительными арбитражными судами в рамках дела №А40-50640/2015, данные обстоятельства не доказываются в силу преюдициальности согласно ч.2 ст.69 АПК РФ по настоящему делу.

Однако это не означает, что суд не может оценить указанные обстоятельства наряду с иными имеющимися в деле доказательствами при разрешении настоящего дела.

В признанных недействительными в рамках дела №А40-50640/2015 последующих изменениях кредитных договоров, включая последующую конвертацию долга из иностранной валюты в рубли, с установлением размера процентной ставки в размере ключевой ставки (в день ее установления - 03.03.2014), а также дополнительное продление сроков погашения кредитов, состоявшееся за несколько дней до принятия Банком России мер, направленных на предупреждение банкротства Банка с участием ГК АСВ, имущественные права Банка последовательно ущемлялись.

Суд первой инстанции не мог проигнорировать данные факты и оценил их наряду с иными доказательствами по делу, поскольку в рамках дела №А40-50640/2015 исковые требования Банка к Ответчику также были удовлетворены вследствие нарушения имущественных нрав Банка за счет очевидных преференций Ответчику по условиям кредитования, что стало возможным по причине того, что Банк, и Ответчик контролировались одними и теми же лицами (Юровым И.С, ФИО12 и ФИО11).

Также, Банк представил в материалы дела доказательства явного и значительного ущерба для имущественных интересов Банка оспариваемыми сделками. Ответчик в свою очередь, доказательств обратного не представил.

О причинении Банку явного ущерба свидетельствуют тексты Кредитных договоров и дополнительных соглашений, экспертное заключение ФБК по анализу условий реструктуризации кредитных договоров с Ответчиком, расчеты неполученных процентов.

В соответствии с условиями оспариваемых Банком дополнительных соглашений №1 от 27.12.2013 г. к Кредитным договорам были изменены существенные условия кредитования.

Доводы заявителя жалобы  о том, что продление срока действия кредитных договоров до 2019 года не свидетельствует о причинении Банку ущерба, носят надуманный характер.

Срок погашения кредитов был пролонгирован на срок, превышающий первоначальный, что нельзя назвать действиями сторон по предупреждению дефолта по обязательствам ответчика.

Как указано в Экспертном заключении ФБК ( т.д. 10, л.д.36) увеличение сроков возврата связано со следующими рисками :

-   непредсказуемость финансовой ситуации ( что и произошло в 2014 году при значительном росте курс валют к рублю и удорожанию кредитных ставок для Банка),

-  долгосрочная оборачиваемость кредитных ресурсов не способствует эффективному использованию денежных средств,

- влияние на ликвидность.

Кроме того,  продление сроков погашения кредитов было произведено с сохранением прежнего низкого размера процентной ставки.

При этом Ответчик признает, что ставка процентов по кредитному договору 

<

***> К/0282 от 18.11.2010 г. в размере 5,5 % меньше даже средневзвешенной ставки по кредитам для юридических лиц, установленной Банком России на декабрь 2013 г. по кредитам свыше 3-х лет в размере 6 %, в связи с чем только за 1 год потери Банка составят 489 000 долларов США (81500 000 долларов США х 0,6 % годовых), а за дополнительных 5 лет кредитования - 2 445 000 долларов США.

Это минимальные потери Банка, рассчитанные только по средневзвешенным процентным ставкам, установленным Центральным Банком РФ, которые являются обобщением средней процентной ставки по кредитам, предлагаемых банками, в то время как реальная рыночная процентная ставка за пользование кредитом несоизмеримо выше.

Указанные потери Банка были также отражены в Экспертном заключении ФБК, представленном Банком в материалы дела (Т.Д.10, л.д.21 46); стоимость кредитования при увеличении срока кредитования не изменилась, хотя должны были применяться ставки по долгосрочным кредитам, причем сведения о соотношении ставок по кредитам Ответчика с размерами ставок кредитования в рыночных условиях в заключении ФБК содержатся без учета проведенной реструктуризации по кредитам.

В связи с этим, утверждения Ответчика о восстановлении нарушенных прав Банка ввиду вступления в законную силу судебных актов по делу №А40-50640/2015, позволяющих Банку изменить процентную ставку по кредиту, не обоснованы, поскольку с момента заключения оспариваемых дополнительных соглашений до момента вступления в законную силу указанных судебных актов прошло значительное время, а проценты за этот период по прежнему выплачивались по низкой процентной ставке, что не может быть компенсировано возможностью изменить процентную ставку только после вступления в законную силу судебных актов по делу №А40-50640/2015 и само по себе является доказательством причинения Банку ущерба.

Продление сроков погашения кредитов сопровождалось одновременным изменением порядка уплаты процентов за пользование ими, который предусматривает уплату половины начисленных процентов, начиная с 25 марта 2014 года, в конце срока погашения кредита, т.е. в 2019 году.

По сути, это означает дополнительное кредитование Ответчика в ущерб экономическим интересам Банка, поскольку в такой ситуации Банк лишен возможности получить начисленные, но не полученные проценты, которые к моменту наступления срока уплаты (2019 г.) могут обесцениться вследствие инфляционных процессов и/или изменения курса валют.

Данное обстоятельство опровергает доводы заявителя жалобы о том, что продление срока кредитования привело к увеличению процентного дохода Банка по кредитным договорам, поскольку увеличенный период кредитования при названном порядке уплаты процентов сам по себе не гарантирует получение должной доходности от размещения денежных средств.

Кроме того, вследствие ежеквартального недополучения процентов от Ответчика Банк лишился возможности размещения данных денежных сумм в другие финансовые инструменты с целью извлечения прибыли.

Ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции не было представлено возражений или контр-расчетов по данным Банка о суммах минимального ущерба, причиненного Банку оспариваемыми сделками: ни по возникшим вследствие крайне низких процентных ставок за пользование кредитом недополученным процентам, ни по представленным Банком расчетам неполученной Банком прибыли от размещения денежных средств по процентам, в случае их уплаты в установленный в Кредитных договорах срок.

Утверждение ответчика о том, что спорные дополнительные соглашения № 1 от 27.12.2013 г. были заключены в рамках реструктуризации задолженности с целью предотвращения дефолта ответчика и связанных с ним убытков Банка - также является необоснованным, поскольку ответчиком не представлено документов, подтверждающих его обращение в Банк с заявлением о реструктуризации задолженности по кредитным договорам, кроме того, дополнительные соглашения № 1 от 27.12.2013 заключались до наступления срока возврата кредита, а также в условиях отсутствия просрочки со стороны Ответчика.

Кредитные договоры не являлись проблемными, в связи с чем, не требовали проведения какой-либо реструктуризации, отсутствовала ситуация, при которой Банк был бы вынужден соглашаться на подобные изменения кредитных договоров, влекущие возникновение у Банка таких убытков (иное в суде не доказано).

Доводы Банка в указанной части дополнительно подтверждаются характером последующих изменений кредитных договоров, включая последующую конвертацию долга из иностранной валюты в рубли, с установлением размера процентной ставки в размере ключевой ставки (в день ее установления - 03.03.2014), а также дополнительное продление сроков погашения кредитов, состоявшееся за несколько дней до принятия Банком России мер, направленных на предупреждение банкротства Банка с участием ГК АСВ.

Это означает, что на протяжении еще нескольких лет кредитования Ответчика Банк имеет право на получение только половины процентов, начисляемых на сумму кредита, что явно не отвечает экономическим интересам Банка, тем более, если принять во внимание санацию Банка с участием ГК АСВ – что соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного суда РФ от 16.08.2016г. по делу №А40-117039/2015.

Интерес банка как любой коммерческой организации направлен на извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и при наличии перед ним непогашенной задолженности должен предпринять все предусмотренные законодательством Российской Федерации меры для рационального и эффективного размещения своих ресурсов и наиболее полного удовлетворения своих требований, чего Банк лишился при необоснованной пролонгации кредитных договоров и отсрочки получения процентов. В материалах дела (т.д.2. л.д.91-102) имеется представленный Банком План участия ГК АСВ в предупреждении банкротства Банка от 22.12.2014 г., в котором указано, что в Банке к декабрю 2014 г. возник кризис ликвидности капитала, основной из причин которого являлось отсутствие у Банка необходимых денежных средств, чего можно было бы избежать, если бы Ответчик вернул Банку кредитные средства в установленные основными кредитными договорами сроки - в мае-июне 2014г.

Довод жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что на момент заключения оспариваемых дополнительных соглашений №1 к Кредитным договорам №1, 2 (23.12.2013 г.) ФИО6, ФИО12 и ФИО11 являлись бенефициарами Банка и Компании, что якобы исключает сговор сторон в понимании ч.2 ст. 174 ГК РФ – судебной коллегией отклоняется, как несостоятельный.

Ответчик в суде первой инстанции не представил каких-либо доказательств таковых утверждений, не опроверг факты сговора, содержащиеся в представленных Банком документах.

Согласно ч.2 ст. 174 ГК РФ не требуется, чтобы вступившие в сговор лица обязательно являлись акционерами другой стороны.

Довод заявителя о том, что на представленных декларациях стоит нотариально заверенная отметка о том, что сведения о принадлежности акций указанным лицам внесены в декларации ошибочно - в суде первой инстанции Ответчиком не заявлялся, возражений относительно действительности представленных деклараций и о якобы ошибочности подписей на них указанных лиц не приводилось.

Данные утверждения ответчика являются голословными и не подтверждаются содержанием представленных банком деклараций, поскольку имеющиеся в материалах дела декларации какой-либо нотариальной отметки об ошибочности внесенных в них сведений и о дате такой отметки не содержат.

В материалах дела имеются копии служебных записок ФИО13 -Руководителя направления ДУКиРР (Департамент управления кредитных и рыночных рисков) и встречные служебные записки Юридической дирекции, из которых следует, что все согласования возможности заключения дополнительных соглашений к кредитным договорам, включая дополнительные соглашения № 1 от 27.12.2013, были получены уже после подписания соответствующих дополнительных соглашений к кредитным договорам.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при заключении оспариваемых дополнительных соглашений были нарушены локальные акты Банка, что очевидно свидетельствует о том, что кредитование данного клиента проходит на льготных условиях.

Довод жалобы о том, что срок исковой давности для заявлений требований по настоящему делу начался 28.12.2013г. и истек 28.12.2014г., а исчисление срока исковой давности с момента введения в Банке временной администрации 22.12.2014г.  – необоснованно - подлежит отклонению, поскольку заявитель не учитывает того, что  конечные бенефициары Ответчика - это бывшие бенефициары Банка - его владельцы (ФИО6, ФИО7, ФИО12), в связи с чем они не были заинтересованы в оспаривании указанных дополнительных соглашений к кредитным договорам, которые они фактически в виду этого обстоятельства заключили сами с собой.

По этой причине срок исковой давности для оспаривания указанных дополнительных соглашений необходимо исчислять не с момента их заключения (подписания), а с момента возложения на ГК «АСВ» функций временной администрации Банка, а именно с 22.12.2014 г.

При этом подлежат применению разъяснения Президиума ВАС РФ, данные в Постановлении от 10.12.2013 № 8194/13, в котором Президиум ВАС РФ отметил, что правовая позиция, изложенная в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», применима и при оспаривании сделок юридического лица в случае, если соответствующие органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании.

На необходимость исчисления срока исковой давности с момента введения в Банке временной администрации указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 12.05.2017 г. №305-ЭС17-2441. Определении ВС РФ от 11.10.2016 г. №258-ПЭК17 по аналогичному делу. 

Следовательно, факт введения временной администрации Банка 22.12.2014 г. является основанием для исчисления срока с момента ее введения.

Подписание спорных дополнительных соглашений № 1 от 27.12.2013 от имени Банка лицом, действующим на основании доверенности, не влияет на порядок исчисления срока исковой давности для целей их оспаривания, поскольку деятельность лица, действующего от имени Банка по доверенности, также контролировалась бенефициарами Юровым И.С, ФИО7, ФИО12, которые, как ранее было отмечено, одновременно являлись конечными бенефициарами ответчика по настоящему делу.

Судебная коллегия также отмечает, что как и указывалось ранее, решение о пролонгации кредитных договоров на условиях дополнительных соглашений № 1 от 27.12.2013 было принято кредитным комитетом Банка, председателем которого являлся ФИО6, а его членами: ФИО7, ФИО9, ФИО10, что подтверждается выпиской из Протокола опроса членов Кредитного комитета Банка от 06.12.2013 № 43/2013-0 (т.д.И, л.д.112-113).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 22.11.2011 N 17912/09 по делу N А54-5153/2008/С16, в соответствии с которой правомерен отказ судов от применения исковой давности согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса и выступает в настоящем случае как санкция за злоупотребление правами, в случае, если реальная возможность защиты нарушенного права появилась только после восстановления нарушенных прав (в данном случае только после введения временной администрации появилась реальная возможность оспорить сделки, наносящие ущерб имущественным интересам Банка).

При таких обстоятельствах, выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, а потому апелляционная жалоба по изложенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Расходы по госпошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 266-269(п.1), 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 12 октября 2017 года по делу № А40-249505/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

 

Председательствующий судья:  Т.А. Лялина 

Судьи:  В.С. Гарипов 

 О.О. Петрова 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.