ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-2910/2011

г. Вологда

26 декабря 2018 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2018 года.

В полном объёме постановление изготовлено 26 декабря 2018 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Виноградова О.Н. и Журавлева А.В.

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, 

при участии от Банка ФИО2 по доверенности от 29.10.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  открытого акционерного общества «Акционерный Банк «Россия» и общества с ограниченной ответственностью «Оптимизация» на определение Арбитражного суда Тверской области от 31.10.2018  по делу  № А66-2910/2011 (судья   Матвеев А.В.),

у с т а н о в и л:

открытое акционерное общество «Акционерный Банк «Россия» (далее – Банк) и общество с ограниченной ответственностью «Оптимизация» (далее – Общество) обратились в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Тверской области от 31.10.2018 о признании недействительным договора купли-продажи от 23.03.2010, заключенного Тверским Негосударственным Пенсионным Фондом «Содружество» (место нахождения: 170100, 

<

...>; ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>; далее - Должник) с Обществом, и о применении последствий его недействительности в виде взыскания с Общества в пользу Должника 10 530 000 руб.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, Банк.

Общество в апелляционной жалобе, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм процессуального и материального права, просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. Доводы жалобы сводятся к тому, что имущество продано по реальной рыночной цене, злоупотребление правом сторонами сделки не доказано. Факт причинения кредиторам Должника ущерба обжалуемой сделкой не подтверждён. Сделка совершена в состоянии заинтересованности и одобрена в установленном действующим законодательством порядке. Актуарные отчеты Должника за 2009 и 2010 годы свидетельствуют о положительных показателях деятельности Должника, а потому ответчик не мог знать о приближающемся банкротстве. Вывод суда о совершении сделки в период одного года до возбуждения дела о банкротстве Должника ошибочен, поскольку сделка совершена более чем за один год. Полагает, что срок исковой давности по заявленным требованиям пропущен, так как конкурсный управляющий Должника конкретно не пояснил и не предъявил доказательств тому, когда узнал о совершенной сделке и из каких источников.

Банк в апелляционной жалобе, ссылаясь на необоснованный отказ суда первой инстанции в назначении дополнительной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного имущества, просит определение суда отменить. Полагает, что выводы эксперта в заключении недостоверны, так как обременение имущества залогом существенно (негативно) влияет на стоимость имущества. Судом не учтен факт того, что дополнительным соглашением к договору залога спорного имущества его залоговая стоимость определена в сумме 5 750 000 руб. на основе согласованной сторонами оценки рыночной стоимости предмета залога в сумме 11 500 000 руб. На момент заключения спорного договора купли-продажи  Должник вел обычную хозяйственную деятельность, арестов на имущество и неисполненных судебных актов не имел. Злоупотребление правом при совершении обжалуемой сделки не доказано, конкурсный управляющий не ссылался на обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок. Вывод суда о том, что срок исковой давности не пропущен, ошибочен, поскольку, обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий Должника ФИО6 предъявил два отчета открытого акционерного общества «Специализированный депозитарий «Инфинитум» (далее - Депозитарий) с перечнем имущества Должника по состоянию на 31.03.2010, сформированный 07.04.2010, и по состоянию на 31.01.2012, сформированный 07.02.2012. Учитывая даты формирования отчетов, конкурсный управляющий Должника ФИО6 располагал этими отчетами до обращения в Арбитражный суд Тверской области с ходатайством от 16.03.2012 об истребовании доказательств и до вынесения судом определения от 26.03.2012 по настоящему делу об истребовании доказательств. При этом ФИО6 не предъявил документов, что эти отчеты получены им после вынесения упомянутого судебного акта об истребовании доказательств.

От конкурсного управляющего Должника ФИО6 и Общества поступили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель Банка поддержал доводы, изложенные в жалобах.  

Другие лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобы подлежащими удовлетворению. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Должник (продавец) и Общество 23.03.2010 заключили договор купли-продажи нежилого помещения № IV первого этажа (№ 1-12), общей площадью                  175,3 кв.м с кадастровым номером 69:40:04:00:068:0002:1/021311/37:10014А, расположенного по адресу: 

<

...>, за  8 000 000 руб.

Данный договор зарегистрирован в установленном действующим законодательством порядке.

Объект спорного договора передан в залог Банку (правопредшественник -ЗАО «Газэнергопромбанк») по договору от 24.06.2008 № З40854/8 (в редакции дополнительных соглашений к нему), о чём в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесены соответствующие записи.

Определением Арбитражного суда Тверской области от 19.04.2011  принято к производству заявление ФИО7 о признании Должника банкротом и в отношении его возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве). 

Определением суда от 05.10.2011 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим Должника утверждён                  ФИО6

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2012 отменено определение Арбитражного суда Тверской области от 05.10.2012, Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6, который на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на совершение спорной сделки заинтересованными лицами, с неравноценным встречным предоставлением, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, при злоупотреблении правом, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, уточнённым в порядке                      статьи 49 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда Тверской области от 24.06.2014, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  15.09.2014, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.12.2014  указанные судебные акты отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Арбитражный суд Тверской области при новом рассмотрении признал заявленные требования обоснованными.

Апелляционная коллегия не может согласиться с вынесенным судебным актом и считает его подлежащим отмене в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключённых или исполненных должником.

Согласно статье 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

   На основании пункта 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. В случае, если продажа имущества, выполнение работы, оказание услуги осуществляются по государственным регулируемым ценам (тарифам), установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в целях настоящей статьи при определении соответствующей цены применяются указанные цены (тарифы).

  В пункте 2 данной статьи определено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

  В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) установлено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств. 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  Оспариваемая сделка совершена более чем за год до возбуждения дела о банкротстве Должника, в связи с этим вывод суда первой инстанции о том, что сделка заключена в период, не превышающий годичный срок до принятия заявления о банкротстве Должника, ошибочен.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 данного Закона предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Пунктом 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что под заинтересованными лицами понимаются лица, являющиеся заинтересованными по отношению к должнику и признаваемые таковыми на основании пунктов 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

При определении круга заинтересованных лиц и толковании              абзаца пятого пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, в силу которого к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц помимо субъектов, прямо указанных в пункте 1 статьи 19 Закона, относятся и иные лица в случаях, предусмотренных федеральным законом, судам необходимо исходить из следующего.

Под иными лицами понимаются лица, признаваемые законодательством о юридических лицах заинтересованными в совершении юридическим лицом сделки (пункт 1 статьи 81 Федерального закона «Об акционерных обществах», пункт 1 статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункт 1 статьи 27 Федерального закона «О некоммерческих организациях»). В частности, если должник является акционерным обществом, заинтересованными по отношению к нему лицами являются: член совета директоров (наблюдательного совета); лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа (в том числе управляющая организация или управляющий); член коллегиального исполнительного органа; акционер, имеющий совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества; лицо, имеющее право давать обществу обязательные для него указания, а также их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица.

Обжалуемый договор от имени Должника подписан исполнительным директором ФИО8, от имени Общества - директором ФИО9, который одновременно являлся членом совета и президиума Должника.

 Следовательно, судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что сделка заключена в состоянии заинтересованности.

    В  пункте 5 Постановления № 63 указано, что  для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

  Поскольку настоящий спор по существу сводился к разногласиям по поводу стоимости проданного имущества, принадлежащего Должнику, по оспариваемой сделке, с учётом специфики дел о банкротстве с целью соблюдения баланса интересов сторон сделки при недопустимости нарушения прав и законных интересов Должника и его кредиторов в целях установления рыночной стоимости проданного спорного имущества Должника (в том числе с учетом нахождения спорного имущества в залоге) судом первой инстанции назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Альянс-Профи» ФИО10

  Из заключения эксперта от 27.08.2015 № 168/08 следует, что рыночная стоимость недвижимого имущества, переданного по договору купли-продажи от 23.03.2010, по состоянию на дату его заключения с учетом нахождения его в залоге составляет 10 530 000 руб. и отмечено, что обременение залогом не влияет на рыночную стоимость имущества.

Оценив экспертное заключение по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно установил, что оно соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ, и принял данное заключение в качестве доказательства по делу.

По правилам статьи 65 АПК РФ апеллянт, оспаривающий достоверность экспертного заключения, должен предоставить суду доказательства, указывающие на ошибочность выводов эксперта, или привести иные обстоятельства, свидетельствующие об обратном. Однако ни суду первой инстанции, ни апелляционному суду таких доказательств, а также документов, опровергающих заключение эксперта, не предъявлено. Без соответствующих доказательств доводы, которые приводит Банк в апелляционной жалобе, недостаточны для вывода о порочности экспертного заключения, составленного по итогам назначенной судом экспертизы. 

Доказательств, подтверждающих несоответствие выводов эксперта о рыночной стоимости объекта, наличие в них неразрешённых противоречий, неясностей и неопределённостей, суду не предоставлено.

Оценив представленное экспертом заключение по правилам статей 67, 68, 71, 86 АПК РФ, апелляционный суд считает заключение по проведённой судебной экспертизе надлежащим доказательством по делу, поскольку доказательств несоответствия экспертного заключения требованиям Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», наличия существенных нарушений при его составлении либо замечаний к нему, которые могли бы повлиять на выводы эксперта, не представлено и отсутствуют основания, предусмотренные    частью 2 статьи 87 АПК РФ, сомнения в обоснованности заключения эксперта и противоречия в его выводах.

В связи с этим ссылки на недостоверность заключения по проведённой судебной экспертизе отклоняются. 

Кроме того, в соответствии с положениями статьи 87 АПК РФ основанием для проведения повторной (дополнительной) экспертизы являются сомнения в обоснованности заключения эксперта или наличие противоречий в выводах эксперта. Между тем ни в исследовательской части заключения, ни в выводах эксперта не имеется ни неясностей, ни противоречий. Банк в апелляционной жалобе не указывает на какие-либо несовпадения установленных в ходе исследования обстоятельств. При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отклонил заявленное ходатайство о назначении дополнительной экспертизы и рассмотрел дело по имеющимся доказательствам.

При изложенных обстоятельствах дела апелляционная коллегия считает, что оснований для назначения дополнительной экспертизы не имелось, в связи с этим не имеется таковых и для удовлетворения аналогичного ходатайства Банка, заявленного в апелляционной инстанции.

Кроме того, ссылка Банка на то, что при оценке спорного имущества эксперт фактически не учитывал обременения имущества в виде залога, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в соответствии с положениями статьи 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» на показатели рыночной стоимости имущества не влияет факт обременения этого имущества правами залогодержателя.

  Доказательств, свидетельствующих о том, что указанные обстоятельства  существенным образом могут  влиять на рыночную стоимость обремененного имущества в сторону ее уменьшения, не предъявлено.

  Вместе с тем в Законе о банкротстве отсутствуют единые критерии определения существенности разницы цены сделки по отношению к действительной стоимости для применения основания пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

  Оценка существенности должна даваться судом применительно к фактическим обстоятельствам конкретного спора и дела о банкротстве и может отличаться в зависимости от этих обстоятельств.

  Согласно части  6 статьи 13 АПК РФ в случаях, если спорные отношения прямо не урегулированы федеральным законом и другими нормативными правовыми актами или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай делового оборота, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, арбитражные суды применяют нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм рассматривают дела исходя из общих начал и смысла федеральных законов и иных нормативных правовых актов (аналогия права).

  В абзаце седьмом пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

  Как следует из экспертного заключения, стоимость спорного имущества определена в размере 10 530 000 руб., тогда как по договору она составляет                 8 000 000 руб., что, по мнению апелляционного суда, с учетом вышеизложенных норм права и их толкования не свидетельствует о существенной разнице стоимости полученного встречного исполнения по договору купли-продажи, определенной с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

  Учитывая изложенное, апелляционная коллегия считает, что в данном случае вывод суда первой инстанции о доказанности несоответствия встречного предоставления со стороны покупателя в сторону занижения стоимости объекта купли-продажи является ошибочным.

  При этом апелляционная коллегия считает возможным принять во внимание следующие обстоятельства.

  Как следует из материалов дела, Должником спорный объект недвижимости приобретен по договору купли-продажи от 26.05.2006 за   979 200 руб.; в дальнейшем  по договору купли-продажи от 30.06.2010 продан за 10 000 000 руб., а по договору купли-продажи от 09.08.2010 приобретен Должником вновь за 10 000 000 руб.

  После отчуждения Должником данного объекта недвижимости по обжалуемой сделке, Общество продало его по договору купли-продажи от 20.04.2010 за 8 010 000 руб., а покупатель, приобретший его, продал за аналогичную цену по договору купли-продажи от 16.11.2010.

  После произведенной реконструкции спорного помещения (его разделение) оно продано по договорам купли-продажи от 16.12.2011, от 30.06.2011, за 5 906 000 руб. и за 2 400 000 руб., а всего 8 306 000 руб.

  Более того, согласно заключенному договору залога Банком (залогодержатель) с Должником (залогодатель) от 24.06.2008 №З40854/8 залоговая стоимость спорного объекта определена в 21 200 000 руб.

  Дополнительным соглашением к данному договору от 23.09.2009 стороны установили, что залоговая стоимость имущества оценивается сторонами в сумме 5 750 000 руб., а залоговая стоимость с учетом рыночной её стоимости, установлена в размере 11 500 000 руб.

  В силу разъяснений, изложенных в абзацах третьем и четвертом пункта 8 Постановления № 63 следует, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.  При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

  Учитывая приведенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает, что в данном случае цена оспариваемого договора существенным образом не отличалась от цены, по которой в сравнимых обстоятельствах совершались аналогичные сделки со спорным объектом недвижимого имущества.

  В связи с этим следует признать, что отсутствует факт причинения кредиторам Должника вреда, вызванного отчуждением спорного имущества, так как оно продано по адекватной (обоснованной) цене.

  Таким образом, вывод суда первой инстанции о неравноценности встречного исполнения по оспариваемой сделке (в том числе причинение вреда имущественным правам кредиторов Должника) неправомерен, поскольку  факт того, что цена, указанная сторонами в спорном договоре, занижена, нельзя признать доказанным; денежные средства в размере  8 000 000 руб. за спорное имущество Должником получены путем перечисления их Обществом в счёт погашения кредитных обязательств Должника перед Банком, что не оспаривается. В связи с этим в признании сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве следует отказать.

  Кроме того, апелляционная инстанция считает неправомерным вывод суда первой инстанции о том, что сделка является ничтожной.

  Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований конкурсным управляющим Должника ФИО6 указано на злоупотребление правом сторонами сделки.

 В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьёй 10 названного Кодекса, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах.

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом. Для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Таким образом, для квалификации сделки как совершённой с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить причинение или возможность причинения в результате её исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счёт которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение.

Согласно пункту 1 статьи 166 названного Кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Суд первой инстанции сделал вывод о ничтожности оспариваемой сделки, сославшись на то, что она совершена в нарушение требований Федерального закона от 07.05.1998 № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее – Закон № 75-ФЗ).

Апелляционная коллегия считает этот вывод ошибочным ввиду следующего.

  В соответствии со статьей 8 упомянутого Закона негосударственный пенсионный фонд  самостоятельно формирует пенсионные резервы, организует размещение средств пенсионных резервов и размещает пенсионные резервы.

  Правила размещения средств пенсионных резервов, в том числе установление особенностей в зависимости от принятого фондом способа формирования и учета пенсионных резервов и порядок осуществления контроля за их размещением установлены постановлением Правительства Российской Федерации от 01.02.2007 № 63, из которых следует, что пенсионные резервы фонда могут составлять нежилые здания, нежилые помещения, строения и сооружения, находящиеся на территории Российской Федерации и введенные в эксплуатацию в установленном порядке, земельные участки, занятые указанными зданиями, строениями и сооружениями.

При этом ни Закон № 75-ФЗ, ни указанный нормативный акт не устанавливают запрет на возмездное отчуждение имущества  негосударственного пенсионного фонда, в том числе составляющего пенсионные резервы.

В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

С учетом изложенного, поскольку в Законе № 75-ФЗ не имеется указаний на то, что сделки, совершенные фондом с отчуждением (приобретением) недвижимого имущества, в том числе без согласия Депозитария,  ничтожны, оснований для признания договора купли-продажи недействительным по приведенному основанию не имелось.

При этом ссылка суда первой инстанции на пункт 5 статьи 18                         Закона № 75-ФЗ  в обоснование приведенного довода о ничтожности сделки неправомерна и не подлежит применению в рассматриваемом случае, так как в ней идет речь об обращении взыскания на средства пенсионных резервов и на активы, в которые размещены данные средства.

   Статья 10 ГК РФ предполагает недобросовестное поведение (злоупотребление правом) с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

  Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорный договор, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

  В рассматриваемом случае на подобные обстоятельства конкурсный управляющий не ссылался и, как следствие, они не были установлены судом.

Доказательств, свидетельствующих о недобросовестности сторон сделки при  её заключении, совершении данных сделок с целью причинения вреда Должнику либо его кредиторам, не предъявлено.

  То обстоятельство, что Общество является заинтересованным лицом по отношению к Должнику, не свидетельствует само по себе о недействительности оспариваемой сделки как заключенной при злоупотреблении правом.

Суд апелляционной инстанции считает, что оснований полагать, что воля сторон не была направлена на достижение правовых последствий спорного договора, не имеется.

  С учетом того, что в материалы дела не представлены доказательства, позволяющее признать недействительным обжалуемый договор купли-продажи на основании статьи 10 ГК РФ, исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, в  удовлетворении требования в данной части следовало отказать. 

Поскольку в признании сделки недействительной должно быть отказано, требование о применении последствий её недействительности подлежит отклонению.

  Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает, что срок исковой давности по заявленному требованию конкурсным управляющим Должника ФИО6 пропущен, исходя из следующего.

  В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

  Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

  Как указано в пункте 32 Постановления № 63, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т. д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

  Как усматривается из материалов дела, ФИО6 утвержден конкурсным управляющим Должника постановлением апелляционного суда от 13.02.2012.

  Следовательно, действуя разумно и проявляя требующуюся от него в связи с исполнением обязанностей арбитражного управляющего осмотрительность, он имел возможность истребовать выписку из Единого государственного реестра недвижимости, содержащую сведения о переходе прав на объект недвижимости (сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества Должника), сведения об обременении имущества, мог провести анализ данной информации, оценив реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав Должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

  Будучи профессиональным участником конкурсного производства, арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок.

  Действуя разумно и осмотрительно, конкурсный управляющий понимает, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2                статьи 199 ГК РФ), поэтому обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок.

          Более того, выполняя указания суда кассационной инстанции о проверке начала течения срока исковой давности по оспариваемой сделке с учетом довода конкурсного управляющего Должника о невозможности узнать о совершении данной сделки из каких-либо иных документов Должника, кроме документов, представленных Депозитарием, конкурсный управляющий не указал конкретной даты, с которой ему стало известно о совершении обжалуемой сделки, а лишь ссылался на то, что  ни Банк, ни Общество не доказали факт того, что ему о данной сделке могло стать известно ранее обращения в суд с настоящим заявлением.

  Доказательств того, что у арбитражного управляющего ФИО6 не имелось объективной возможности получить сведения об оспариваемой сделке в пределах годичного срока после его утверждения в качестве конкурсного управляющего Должника, в материалы дела не представлено; в порядке статьи 66 АПК РФ с соответствующим ходатайством к суду он не обращался.

  В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

  Поскольку о пропуске срока исковой давности по оспоримой сделке заявило Общество (том 200, листы 79-80; том 202, листы 1-3), срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве пропущен, правовых оснований для удовлетворения заявленных требований  не имелось.

Таким образом, апелляционная инстанция считает, что определение суда подлежит отмене, в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции, а также за проведение судебной экспертизы относятся на Должника в силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении заявленного требования отказано, а апелляционные жалобы удовлетворены. 

Кроме того, Банку следует возвратить с депозитного счета апелляционного суда денежные средства в сумме 20 000 руб., внесенные за проведение дополнительной экспертизы, так как в удовлетворении соответствующего ходатайства Банку отказано.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

отменить определение Арбитражного суда Тверской области                              от 31.10.2018 по делу № А66-2910/2011.

Отказать конкурсному управляющему Тверского Негосударственного Пенсионного Фонда «Содружество» ФИО6                      в удовлетворении заявленных требований.

Взыскать с Тверского Негосударственного Пенсионного Фонда «Содружество» в федеральный бюджет 4000 руб. государственной пошлины за рассмотрение дела судом первой инстанции.

Взыскать с Тверского Негосударственного Пенсионного Фонда «Содружество» в пользу общества с ограниченной ответственностью               «Альянс-Профи» 10 000 руб. расходов за проведение судебной экспертизы.

Взыскать с Тверского Негосударственного Пенсионного Фонда «Содружество» в федеральный бюджет 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с Тверского Негосударственного Пенсионного Фонда «Содружество» в пользу открытого акционерного общества «Акционерный банк «Россия» 3000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Возвратить открытому акционерному обществу «Акционерный банк «Россия» (ИНН 

<

***>, КПП 710743002, БИК 047003764,                               счёт 60323810506183000001, к/с 30101810600000000764, банк получателя: Тульский филиал АБ «Россия» г. Тула) с депозитного счёта Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда 20 000 руб., внесённых платёжным поручением от 19.12.2018 № 1822.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                     Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия. 

Председательствующий

О.Г. Писарева

Судьи

О.Н. Виноградов

А.В. Журавлев