АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9090/21 

 

Екатеринбург

26 января 2022 г.

 

Дело № А71-20744/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 января 2022 г.

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Полуяктова А.С.,

судей Татариновой И.А., Суспициной Л.А., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «УдмуртнефтьБурение» на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.06.2021 по делу № А71-20744/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие в режиме веб-конференции представители:

закрытого акционерного общества «Удмуртнефть-Бурение» – ФИО1 (доверенность от 20.12.2021 № 23);

общества с ограниченной ответственностью «Торгово-строительная компания "АСКО" – ФИО2 (генеральный директор, выписка из ЕГРЮЛ от 15.12.2021 № ЮЭ9965-21-321152783).

Общество с ограниченной ответственностью «Торгово-строительная компания "АСКО" (далее – общество «ТСК «АСКО») обратилось в суд с иском к закрытому акционерному обществу "Удмуртнефть-Бурение" (далее – общество «Удмуртнефть-Бурение») о взыскании  22 869 000 руб. 00 коп. долга по договору от 07.11.2016 № 599-16.

Общество «Удмуртнефть-Бурение» обратилось со встречным исковым заявлением о взыскании с общества «ТСК «АСКО» 49 235 795 руб.00 коп. неустойки по договору от 07.11.2016 № 599-16.

Решением суда от 18.06.2021 первоначальный иск удовлетворен, с общества  "Удмуртнефть-Бурение" в пользу общества "ТСК "АСКО" взыскано 22 869 000 руб. 00 коп. долга; встречный иск удовлетворен частично, с общества "ТСК "АСКО" в пользу общества "Удмуртнефть-Бурение" взыскано 32 500 руб. 00 коп. долга. В результате проведенного судом зачета с общества "Удмуртнефть-Бурение" в пользу общества «ТСК "АСКО" взыскано 22 835 878 руб. 00 коп. долга.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 решение суда оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе общество "Удмуртнефть-Бурение" просит отменить указанные судебные акты в части отказа в удовлетворении встречного иска, полагая, что выводы судов в указанной части приняты с нарушением норм материального и процессуального права, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. По мнению заявителя, суды в нарушение статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации неправильно истолковали дополнительное соглашение № 1 от 19.09.2017 к договору, ошибочно отождествив понятия «срок исполнения обязательств» и «срок действия договора», неправомерно освободили общество «ТСК «АСКО» от договорной ответственности за просрочку выполнения работ.

Так, общество "Удмуртнефть-Бурение" указывает, что пунктом 4.1.1 договора предусмотрено, что подрядчик обязуется выполнить все работы в соответствии с Техническим заданием  качественно, в полном объеме и сроки, предусмотренные договором и приложениями к нему. В Техническом задании (приложение № 1 к договору) указано, что срок выполнения работ определяется  согласно заявке. В заявке, подписанной уполномоченными представителями обеих сторон (т.1, л.д. 24), определены как начальный (15.12.2016), так и конечный (30.09.2017) сроки выполнения работ. Доказательств изменения сторонами согласованных заявкой сроков выполнения работ в материалах дела отсутствуют.

Заявитель пояснил, что дополнительным соглашением № 1 к договору стороны не изменяли срок окончания выполнения работ, а только продлили срок действия договора до 31.12.2018, поскольку это было необходимо для принятия ответчиком в бухгалтерском учете выполненных работ и их последующей оплаты.

Таким образом, заявитель утверждает, что дополнительное соглашение       № 1 к договору не содержит условия об изменении срока выполнения работ и не является основанием для освобождения истца от договорной ответственности, предусмотренной пунктом 8.5 договора, за просрочку выполнения работ. Об этом, по его мнению, также свидетельствует последующее поведение сторон, выразившееся в подписании без каких-либо возражений уполномоченными представителями сторон протоколов производственных совещаний от 15.02.2018, от 10.04.2018, от 15.05.2018, от 15.08.2018.

Кроме того, общество «Удмуртнефть-Бурение» обращает внимание на то, что в рамках дела № А71-13150/2020 по спору с участием тех же сторон и со схожими фактическими обстоятельствами суды пришли к противоположным выводам и удовлетворили иск ответчика о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ. 

Помимо этого, заявитель полагает, что при принятии судебных актов суды вышли за пределы компетенции и заявленных требований, переквалифицировав встречные исковые требования о взыскании неустойки на требование о возмещении стоимости выявленных недостатков и изменив при этом одновременно предмет и основание встречного иска, что недопустимо в силу статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ).

В отзыве на кассационную жалобу общество "ТСК "АСКО" просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Как следует из материалов дела, 07.11.2016 между обществом «Удмуртнефть-Бурение» (заказчик) и обществом "ТСК "АСКО" (подрядчик) заключен договор № 599-16, согласно которому подрядчик обязуется произвести модернизацию насосного блока инв. № 000163110121503 из комплекта буровой установки БУ-2500 ЭП, зав. №92, связанную с заменой буровых насосов, используя собственные материалы и инструмент, в соответствии с техническим заданием (приложение №1) и проектом на модернизацию (приложение №6), являющимися неотъемлемой частью настоящего договора, доставку модернизированного оборудования до месторождения АО «Самаранефтегаз» в Самарской области в место, указанное заказчиком в заявке, провести шеф-монтажные и пуско-наладочные работы оборудования на буровой площадке расположенной в пределах Самарской области, сдать результат заказчику, а заказчик обязуется принять у подрядчика результат работ при качественном выполнении и уплатить обусловленную цену; предусмотренные настоящим договором монтажные и пуско-наладочные работы выполнить в полном соответствии с прилагаемыми к оборудованию инструкциями по монтажу и эксплуатации.

Согласно пункту 1.3 договора результатом работ по модернизации оборудования является улучшение технологических и эксплуатационных свойств оборудования.

В соответствии с пунктом 2.1 договора стоимость договора определена согласно технического задания, включает в себя все понесенные подрядчиком затраты, в том числе стоимость оборудования, работ, расходных материалов, транспортные затраты по доставке оборудования до месторождения АО «Самаранефтегаз» в Самарской области, шеф-монтажные и пусконаладочные работы на месторождении Самарской области и в текущих ценах составляет – 46 669 000 руб. 00 коп., в том числе НДС 18% - 7 119 000 руб. 00 коп.

Стоимость фиксируется на весь объем работ, указанных в спецификации (приложение №2) и техническом задании (приложение №1) (пункт 2.2 договора).

В соответствии с пунктом 14.1 договора в редакции дополнительного соглашения  от 19.09.2017 договор вступает в силу с момента его подписания и действует до 31.12.2018, в части расчетов до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Во исполнение условий договора истцом были выполнены работы общей стоимостью 46 669 000 руб. 00 коп. с учетом НДС 18%, что подтверждается подписанными сторонами и скрепленным печатями организаций актом выполненных работ № 1 и приложением к нему от 03.12.2018.

На основании выставленного счета-фактуры №260 от 03.12.2018 ответчик произвел   частичную   оплату   выполненных   работ в сумме      23 800 000 руб. 00 коп.

Оплата за выполненные работы в оставшейся части     22 869 000 руб. 00 коп. ответчиком произведена не была.

Истец направил ответчику претензию от 05.11.2019 №104, которая оставлена последним без удовлетворения.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с первоначальными исковыми требованиями о взыскании  22 869 000 руб. 00 коп. долга по договору от 07.11.2016 № 599-16.

Ответчиком, обществом «Удмуртнефть-Бурение», подан встречный иск о взыскании неустойки, предусмотренной пунктом 8.5 договора от 07.11.2016 № 599-16,   за период с 30.09.2017 по 03.12.2018 в размере 49 235 795 руб.00 коп.

В обоснование встречного иска общество «Удмуртнефть-Бурение» сослалось на нарушение срока выполнения работ, который указан в заявке (приложение № 4 к договору), а именно, срок окончания работ - 30.09.2017.

Согласно пункту 8.5 договора в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения работ заказчик имеет право выставить подрядчику пени в размере 0,25% от стоимости работ, указанной в пункте 2 настоящего договора за каждый день просрочки. Подрядчик обязуется оплатить сумму пени по первому требованию заказчика.

В дополнение к встречному иску общество «Удмуртнефть-Бурение» представило расчет убытков (упущенной выгоды), причиненных ему ненадлежащим исполнением обязательств со стороны общества «ТСК «АСКО». Согласно приложенному расчету, размер упущенной выгоды составил 30 081 561 руб. 92 коп. 

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суды, исходя из недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательств, учитывая подтверждение наличия задолженности надлежащими доказательствами (статья 65 АПК РФ), взыскали с ответчика задолженность по оплате выполненных работ в сумме 22 869 000 руб.

Судебные акты в этой части не обжалованы. 

В удовлетворении требования истца по встречному иску о взыскании неустойки судами отказано, поскольку не установлено нарушение срока выполнения работ, работы сданы и приняты заказчиком по акту от 03.12.2018 № 1.

При этом судами сделан вывод о том, что дополнительным соглашением от 19.09.2017 № 1 первоначально согласованный сторонами в договоре срок выполнения работ по договору изменен, стороны пришли к соглашению продлить срок выполнения работ по нему до 31.12.2018.

Кроме того, суд первой инстанции посчитал, что по встречному иску общество «Удмуртнефть-Бурение» фактически заявило требования не о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ, а о возмещении стоимости выявленных недостатков работ. Поэтому суд встречные исковые требования счел возможным переквалифицировать как требование о возмещении стоимости выявленных недостатков и удовлетворил их частично, в сумме 32 500 руб., исходя из доказанности наличия устранимых недостатков, размер которых определен на основании заключения судебного эксперта.

           Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части отказа в удовлетворении встречного иска общества «Удмуртнефть-Бурение», распределения судебных расходов и произведенного судом зачета по следующим основаниям. 

В соответствии с п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Статьей 708 ГК РФ установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно пункту 4.1.1. договора от 07.11.2016 № 599-16 подрядчик (общество "ТСК "АСКО) обязуется выполнить все работы в соответствии с техническим заданием, в полном объеме и сроки, предусмотренные договором и приложением к нему.

В техническом задании, которое является приложением № 1 к договору, указано, что срок выполнения работ определяется согласно заявке.

В заявке (приложение № 4 к договору), подписанной уполномоченными представителями обеих сторон, определены как начальный (15.12.2016), так и конечный (30.09.2017) сроки выполнения работ.

Согласно подписанному сторонами акту выполненных работ № 1 работы по вышеуказанному договору выполнены подрядчиком в полном объеме лишь 03.12.2018, то есть за пределами установленного заявкой конечного срока выполнения работ, что послужило поводом для начисления истцом по встречному иску неустойки в соответствии с пунктом 8.5. договора за нарушение подрядчиком сроков выполнения работ за период с 30.09.2017 по 03.12.2018 в размере 49 235 795 руб.00 коп.

Вместе с тем требования истца по встречному иску о взыскании неустойки за нарушение срока выполнения работ по договору были отклонены судами в связи с тем, что 19.09.2017 сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 к договору от 07.11.2016 № 599-16.

Согласно указанному дополнительному соглашению № 1 стороны решили продлить срок действия договора, в связи с чем внести следующие изменения в договор – принять п. 14.1. в следующей редакции: «Настоящий договор вступает в силу с момента его подписания и действует до 31.12.2018, в части расчетов до полного исполнения сторонами своих обязательств». Кроме того, в соглашении стороны указали, что другие условия договора, не затронутые настоящим дополнительным соглашением, остаются без изменений.

По мнению судов первой и апелляционной инстанций, подписанием данного дополнительного соглашения сторонами достигнуто соглашение об изменении конечного срока выполнения работ и его продлении до 31.12.2018.

Поскольку работы сданы подрядчиком и приняты заказчиком по акту от 03.12.2018 № 1, суды посчитали, что нарушения сроков выполнения работ подрядчиком не допущено, в связи с чем отказали во взыскании неустойки в полном объеме.    

Следует отметить, что понятия "срок действия договора" и "сроки выполнения работ" необходимо разграничивать как различные по своему правовому содержанию.

По своей правовой природе договор - это двусторонняя или многосторонняя сделка, порождающая, изменяющая или прекращающая обязательства с соответствующим распределением между его сторонами прав и обязанностей.

Срок действия договора определяет срок, в течение которого между сторонами по сделке существуют обязательства, предусмотренные договором. В свою очередь, выполнение подрядчиком работ является принятой на себя одной из сторон договора обязанностью.

В связи с чем, срок выполнения работ следует понимать в качестве срока исполнения указанной отдельно взятой обязанности. Истечение срока исполнения указанной обязанности не влияет на срок действия договора в целом как неделимой совокупности принятых сторонами обязательств.

Согласно пункту 1 статьи 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода.

В силу пункта 3 статьи 425 ГК РФ законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Данная норма устанавливает соотношение сроков действия договора и существования возникшего из договора обязательства, действие которого презюмируется до предусмотренного договором момента исполнения обязательства.

Из системного толкования статьи 314 и статьи 425 ГК РФ следует, что срок действия договора и срок исполнения обязательств не являются тождественными правовыми понятиями.

Таким образом, по общему правилу продление срока действия договора само по себе не влечет автоматическое увеличение конечного срока выполнения работ.

Вместе с тем вышеизложенное не означает, что при толковании условий договора в порядке ст. 431 ГК РФ, оценке имеющихся в материалах дела доказательств по правилам ст. 71 АПК РФ суды лишены возможности прийти к иному выводу. 

Однако выводы судов в любом случае должны быть мотивированными в силу нижеследующих норм процессуального права.

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В силу статьи 71 АПК РФ при рассмотрении спора суд должен дать оценку доводам сторон на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 170 АПК РФ в мотивировочной части решения должны быть указаны:

1) фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом;

2) доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле;

3) законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Согласно статье 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд повторно рассматривает дело по имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии со статьей 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции должны быть указаны обстоятельства дела, установленные арбитражным судом апелляционной инстанции, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, мотивы, по которым суд отклонил те или иные доказательства и не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Суд кассационной инстанции полагает, что вывод судов о том, что изменение срока действия договора по соглашению сторон (пункт 14.1. договора) свидетельствует об изменении конечного срока выполнения работ, не обоснован и не мотивирован, а также сделан без исследования всех обстоятельств и доказательств в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ и является преждевременным. 

  В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

По мнению общества «Удмуртнефть-Бурение», дополнительным соглашением № 1 к договору стороны не изменили срок окончания выполнения работ, а, как следует из буквального содержания слов и выражений в данном соглашении, только продлили срок действия договора до 31.12.2018, поскольку это было необходимо для принятия ответчиком в бухгалтерском учете выполненных работ и их последующей оплаты.

Общество "ТСК "АСКО" в ходе судебного разбирательства придерживалось иной позиции, согласно которой подписание спорного дополнительного соглашения № 1 было необходимо для продления сроков выполнения работ. 

 Учитывая изложенное, суды должны были выяснить действительную общую волю сторон при подписании дополнительного соглашения № 1 от 19.09.2017. При этом, как указано в статье 431 ГК РФ, следовало принять во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Вместе с тем из материалов дела не следует, что судами исследовались предшествующие заключению спорного дополнительного соглашения переговоры и переписка, практика, установившаяся во взаимных отношениях сторон, а также последующее поведение сторон.

Общество «Удмуртнефть-Бурение» в кассационной жалобе указывает на то, что в материалы дела в суд первой инстанции представлены протоколы производственных совещаний от 15.02.2018, от 10.04.2018, от 15.05.2018, от 15.08.2018 (том 9, л.д. 82-88). 

Все указанные протоколы подписаны как представителями общества «Удмуртнефть-Бурение», так и общества "ТСК "АСКО", в том числе и генеральным директором общества "ТСК "АСКО" ФИО2, без каких-либо замечаний, возражений и оговорок.

Во всех указанных протоколах, среди прочего, содержатся сведения о том, что идет срыв сроков изготовления оборудования, установленных до 30.09.2017; общество «Удмуртнефть-Бурение» оформляет претензию по факту нарушения сроков выполненных работ по заключенным договорам, в том числе по договору № 599-16; протоколы не являются согласованием переноса сроков выполнения работ, установленных договором № 599-16. 

Кроме того, согласно протоколам от 10.04.2018, от 15.05.2018 и от 15.08.2018 приняты решения о взыскании штрафных санкций ввиду срыва сроков выполнения работ по ряду заключенных договоров, в том числе и по договору № 599-16. 

Помимо этого, суд кассационной инстанции обращает внимание на то, что в протоколе производственного совещания от 15.08.2018 указано, что данный протокол является неотъемлемой частью ряда заключенных договоров, в том числе и договора №599-16, имеет силу дополнительного соглашения и не освобождает подрядчика от ответственности за нарушение срока выполнения работ.

Если суды полагают, что подписанием дополнительного соглашения № 1 от 19.09.2017 стороны изменили срок выполнения работ, то суды в нарушение норм процессуального права никак не оценили протокол производственного совещания от 15.08.2018, который имеет силу дополнительного соглашения к договору № 599-16 (и в котором идет речь о сроке выполнения работ – 30.09.2017), с точки зрения нового изменения сроков выполнения работ.  

Помимо этого, в кассационной жалобе также содержатся сведения о том, что, согласно общедоступным источникам, по спору с участием тех же сторон и со схожими фактическими обстоятельствами суды пришли к противоположным выводам и удовлетворили иск общества «Удмуртнефть-Бурение» о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ (дело № А71-13150/2020). Так, истец и ответчик аналогичным образом оформили продление срока действия другого договора – от 24.06.2016 № 329-16 (который также упоминается в вышеуказанных протоколах производственных совещаний наряду с договором № 599-16) путем заключения дополнительного соглашения № 1 от 21.07.2017. По данному договору истец также допустил просрочку выполнения работ, что послужило основанием для обращения общества «Удмуртнефть-Бурение» в суд с иском о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ. В суде истец заявил аналогичный довод о переносе срока окончания работ в связи с заключением дополнительного соглашения о продлении срока действия договора (и отсутствии по данной причине просрочки). Однако судами данный довод был отклонен как основанный на ошибочном толковании норм материального права.

Вместе с тем судами по настоящему делу вышеуказанные обстоятельства и доказательства не исследованы и не оценены. 

Кроме того, необходимо учитывать разъяснения, содержащиеся в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", согласно которым условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Помимо этого, суд кассационной инстанции полагает обоснованными доводы заявителя кассационной жалобы относительно отсутствия правовых оснований для переквалификации судом встречных исковых требований о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ на требование о возмещении стоимости выявленных недостатков.

Общество «Удмуртнефть-Бурение» обратилось в суд со встречным исковым заявлением о взыскании с общества «ТСК «АСКО» 49 235 795 руб.00 коп. неустойки согласно пункту 8.5 договора за нарушение подрядчиком сроков    выполнения работ по договору от 07.11.2016 №599-16, которое было принято судом к производству для рассмотрения совместно с первоначальным иском.

Как следует из материалов дела, в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 49 АПК РФ истец по встречному иску не изменял предмет или основания заявленных требований.

Заявление обществом «Удмуртнефть-Бурение» в качестве возражений относительно первоначальных исковых требований о соразмерном уменьшении установленной договором цены на стоимость устранения недостатков не свидетельствует об изменении исковых требований по встречному иску.

Таким образом, переквалификация судом (а по существу самостоятельное изменение судом предмета и оснований) встречных исковых требований в отсутствие на то волеизъявления истца по встречному иску и законных оснований свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права.  Требование истца по встречному иску должны были быть рассмотрены судом именно так, как они заявлены: а именно как требование о взыскании договорной неустойки за нарушение подрядчиком сроков выполнения работ.   

Вместе с тем с учетом установления судебной экспертизой производственных недостатков, стоимости их устранения в размере 32 500 руб. и заявления ответчиком по первоначальному иску соответствующих возражений об уменьшении договорной цены, взыскание судом соответствующей суммы по существу представляет собой снижение заявленной истцом к взысканию в рамках первоначального иска стоимости работ, что соответствует действующему законодательству с учетом установленных судами фактических обстоятельств.

 Таким образом, обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части отказа в удовлетворении встречного иска акционерного общества «УдмуртнефтьБурение», распределения судебных расходов и произведенного судом зачета, дело - направлению в указанной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики на основании пункта 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ для устранения недостатков, указанных в данном постановлении. В остальной части обжалуемые судебные акты надлежит оставить без изменения. 

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора в части встречного иска, а также исследовать и дать оценку всем представленным в материалы дела доказательствам в их совокупности и разрешить спор в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В соответствии с частью 4 статьи 283 АПК РФ исполнение судебного акта приостанавливается на срок до принятия арбитражным судом кассационной инстанции постановления по результатам рассмотрения кассационной жалобы, если судом не установлен иной срок приостановления. 

Поскольку кассационное производство завершено, приостановление исполнения решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.06.2021 по делу № А71-20744/2019 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 17.11.2021, подлежит отмене. Закрытому акционерному обществу «УдмуртнефтьБурение» следует возвратить с депозитного счета Арбитражного суда Уральского округа денежные средства в размере 22 973 223 рубля 00 коп., перечисленные по платежному поручению № 6702 от 12.11.2021 в качестве обеспечения. 

Руководствуясь ст.ст. 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

                                        П О С Т А Н О В И Л:

 

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.06.2021 по делу № А71-20744/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 по тому же делу отменить в части отказа в удовлетворении встречного иска акционерного общества «УдмуртнефтьБурение», распределения судебных расходов и произведенного судом зачета. 

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Удмуртской Республики. 

В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

Отменить приостановление исполнения решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.06.2021 по делу № А71-20744/2019 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 17.11.2021.

 Возвратить закрытому акционерному обществу «УдмуртнефтьБурение» с депозитного счета Арбитражного суда Уральского округа денежные средства в размере 22 973 223 рубля 00 коп., перечисленные по платежному поручению № 6702 от 12.11.2021. 

 Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 Председательствующий                                                    А.С. Полуяктов 

 

 Судьи                                                                                 И.А. Татаринова

 

                                                                                             Л.А. Суспицина