﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8024/17 

Екатеринбург

12 ноября 2021 г.

 

Дело № А76-1135/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 11 ноября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 ноября 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сушковой С. А.,

судей Кудиновой Ю. В., Артемьевой Н. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Национальный банк «Траст» (далее – общество «НБ «Траст», Банк) на определение Арбитражного суда Челябинской области                    от 20.02.2021 по делу № А76-1135/2014 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель общества «НБ «Траст» - Алексеева Л.А. (доверенность                    от 08.06.2021, паспорт);

Шипулин Владимир Николаевич (паспорт);

Вольхин Александр Иванович (паспорт);

представитель Арустамова Роберта Давыдовича –Полухин В.А., доверенность от 22.12.2020.

От конкурсного управляющего Еремеева Эдуарда Михайловича поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.02.2017 в отношении закрытого акционерного общества «ТДМ» (далее – общество «ТДМ») введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден Еремеев Э.М.

Общество НБ «Траст» обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просит привлечь Вольхина А.И., Шипулина В.Н., Арустамова Р.Д. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ТДМ» в размере, равном совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов общества «ТДМ», а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.02.2021 в удовлетворении заявления отказано в полном объеме.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                    от 23.08.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Банк просит указанные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

С позиции Банка, судебными инстанциями не давалась оценка обстоятельствам, при которых совершались сделки; доводы Банка о наличии признаков несостоятельности у обоих компаний и наступивших сроков исполнения обязательств перед кредиторами, о признаков мнимости, не оценены, также судами  не оценивалась экономическая целесообразность выдачи займов неплатежеспособному лицу при наличии у должника неисполненных требований кредиторов. По мнению кассатора, Шипулин В.Н., Арустамов Р.Д. и Вольхин А.И. зная о невозможности должника удовлетворить уже имеющиеся обязательства по кредитному договору, совершали сделки, существенно ухудшившие финансовое состояние должника,  получали выгоду от сделок, направленных на причинение  вреда кредиторам должника.

В отзыве на кассационную жалобу, Шипулин В.Н., Арустамов Р.Д. и Вольхин А.И. просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывших руководителей к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Заявитель полагает, что ответчиками были совершены сделки по выводу активов должника в период, предшествующий выдаче заявителем займов должнику и «УЭФ», а также списание дебиторской задолженности в интересах заинтересованных по отношению к ответчикам лицам.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и объективным банкротством общества «ТДМ», что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд, пересмотрев спор в порядке апелляционного производства, поддержал выводы суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 27.09.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее- Закон о банкротстве) (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации                            от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Как разъяснено в пункте 4 постановления № 53, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (объективное банкротство).

В пункте 16 названного постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

По общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Судебными инстанциями установлено, что хозяйственная деятельность должника представляла собою единый хозяйственно-производственный процесс  обществом «Уралэлектрофольга» (далее – общество «УЭФ»), с 06.05.2008 по 05.04.2018 должник являлся управляющей организацией общества «УЭФ».

Конечным бенефициаром группы компаний, в которую входили общество «УЭФ» и должник, являлся Вольхин А.И. До 2013 года руководителем должника являлся Арустамов Р.Д., с сентября 2013 руководителем должника являлся Шипулин В.Н. 

В рамках дела №А76-4155/14  о банкротстве общества «Уралэлектрофольга» определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.10.2020 и постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021, оставленными без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 01.06.2021 в удовлетворении заявления конкурного управляющего о привлечении Шипулина В.Н., Вольхина А.Н., Арустамова Р.Д. и общества «Торговый дом металлов» (должник в настоящем деле) к субсидиарной ответственности отказано.

Судами установлено, что общество «УЭФ» являлось единственным в Российской Федерации производителем электролитической фольги.

При этом отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего суды  исходили из отсутствия оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц должника за доведение до банкротства и невозможность полного погашения требований кредиторов. Судами установлено, что руководители предприятия обращались за финансовой помощью в кредитные организации, в государственные органы, получали от них заверения о значимости деятельности предприятия и необходимости продолжения деятельности, а также о возможной финансовой поддержке должника, одновременно принимались меры по погашению задолженности по заработной плате и независимыми кредиторами, по возможной модернизации предприятия и перепрофилирования его деятельности, что подтверждено Бизнес-планом проекта «Электрофольга:техническое перевооружение производства фольги и создание производства ламинатов»; у руководителей и учредителя имелись предпосылки предполагать, что должник сможет в дальнейшем осуществлять хозяйственную деятельность, несмотря на временные финансовые затруднения, ответчики добросовестно рассчитывали на их преодоление в разумный срок, приложили необходимые усилия для достижения такого результата, а причины банкротства должника связаны с объективными факторами, обусловленными мировым экономическим кризисом и увеличением курсовой разницы по валютному кредиту (поскольку кредитный портфель основного заемщика был структурирован в валюте, произошло значительное увеличение долговой нагрузки предприятия в рублях, в силу существенного роста курса валют), что является независящим от руководителей должника фактором.

Таким образом, судами в рамках дела №А76-4155/2014  установлены фактические обстоятельства банкротства общества «УЭФ» и, как следствие, в связи с крайней взаимозависимостью общества «УЭФ» и должника, также основания банкротства общества «Торговый дом металлов». 

Относительно доводов о предоставлении должником займов в пользу общества «УЭФ» в период 2008-2013 годов, суды отметили, что такие займы были направлены на осуществление финансирования деятельности именно общества «УЭФ», а доказательств того, что денежные средства, полученные по займам, были направлены на иные цели или выведены с предприятия в пользу контролирующих лиц материалами в материалы дела не представлено и не следует из них,  также  данные обстоятельства не установлены и в рамках дела №А76-4155/2014.

Как верно указано судами, с учетом того, что хозяйственная деятельность двух предприятий была неразрывно связана, финансирование их деятельности также было связано, что соответствует указанной бизнес - модели, передача финансовых активов от одного лица группы в пользу другого является нормальной деловой практикой и не может квалифицироваться как противоправное действие. Кроме того, указанные займы были предоставлены до того как заявитель по делу о банкротстве  общество «НОМОСБАНК» (в настоящее время общество  Банк «ФК Открытие») предоставил кредитные средства должнику на развитие его совместного предприятия с обществом «УЭФ» и знал соответственно о финансовых обязательствах обществ друг перед другом.

Более того, судами установлено отсутствие в материалах дела доказательств того, что предоставление заемных средств от должника в пользу общества «УЭФ» имело целью причинение вреда кредиторам и находится в причинно-следственной связи с наступлением банкротства должника. Судами также приняты во внимание пояснения Вольхина А.И., согласно которым сумма задолженности возникла, в том числе и из существенных курсовых разниц по стоимости доллара в российских рублях, сложившихся в 2014-2016 годах, поскольку кредиты заявителем ответчику и обществу «УЭФ» предоставлялись именно в долларах США, а изменение курса доллара сделало малорентабельным финансирование деятельность предприятий.

С учетом изложенного, судами не установлено фактов виновных действий (бездействий) контролирующих должника лиц, фактов причинно-следственной связи между недобросовестными действиями (бездействием) ответчиков по доведению предприятия до банкротства и наступившим вредом в указанном размере, в связи с чем, суды констатировали, что оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего отсутствуют.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы в рамках настоящего спора заявителем не представлено бесспорных доказательств совершения неправомерных действий контролирующими должника лицами, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. Судами не установлены основания для утверждения о наличии злонамеренных, недобросовестных действий контролирующих должника лиц по уклонению  от погашения задолженности. Материалами дела не подтверждается совершение контролирующими должника лицами виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника.

Таким образом, в результате оценки представленных в материалы дела доказательств с учетом установленных обстоятельств настоящего дела суды первой и апелляционной инстанций признали недоказанными предусмотренные Закона о банкротстве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Выводы судов соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

На основании изложенного доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. Доводы заявителя не подтверждают существенных нарушений норм права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации изменение или отмену судебных актов, не установлено.

Таким образом, обжалуемые определение и постановление являются законными, отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 20.02.2021 по делу                   № А76-1135/2014 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества «Национальный банк «Траст» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             С.А. Сушкова 

 

Судьи                                                                          Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                     Н.А. Артемьева