ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-2133/2022

г. Киров

29 августа 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 августа 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судейКараваева И.В., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя заявителя – ФИО3, по доверенности от 30.06.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Россети Московский регион»

на решение Арбитражного суда Ярославской области от 30.05.2022 по делу № А82-2133/2022, принятое

по иску публичного акционерного общества «Россети Московский регион»

к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

установил:

публичное акционерное общество «Россети Московский регион» (далее – истец, Россети) обратилось в Арбитражный суд Ярославской области с иском о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЖБИ МОРЕВО» (далее – должник, ООО «ЖБИ Морево») контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, и взыскании с ответчиков солидарно в порядке субсидиарной ответственности в пользу истца 2246095,98 руб. и судебных расходов.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 30.05.2022 в удовлетворении иска отказано.

Истец, не согласившись с принятым решением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя, непогашение задолженности по оплате стоимости технологического присоединения в установленный договором срок, а именно равными платежами по 146695,62 руб. ежеквартально в течение трех лет с даты подписания акта об осуществлении технологического присоединения № ЗП/МЖ/14-2600 от 26.11.2014, привело к значительному увеличению дебиторской задолженности должника вследствие начисления неустойки, установленной Правила № 861 за нарушение срока выполнения мероприятий. Своим бездействием по не погашению задолженности по оплате стоимости технологического присоединения руководство ООО «ЖБИ Морево» причинило убытки и нарастило задолженность, которую должник был не в состоянии погасить. Истец полагает, что бездействие генерального директора ООО «ЖБИ Морево» в лице ФИО4, а также учредителей: ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8, выразившееся в не расторжении должником договора об осуществлении технологического присоединения от 12.02.2014 № МЖ-14- 302-310 (928214) на стадии осуществления Сетевой организацией комплекса мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств ООО «ЖБИ Морево», позволило бы уменьшить размер фактических понесенных ПАО «Россети Московский регион» расходов в рамках договора. Кроме того, бездействие контролирующих должника лиц, выразившееся в неподаче заявления о признании ООО «ЖБИ Морево» несостоятельным (банкротом), привело к наращиванию кредиторской задолженности на фоне общей неплатежеспособности должника.

Ответчики явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон.

Законность решения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 12.02.2014 между публичным акционерным обществом «Московская объединенная электросетевая компания» (предыдущее наименование – открытое акционерное общество «Московская объединенная электросетевая компания», сетевая организация) и обществом с ограниченной ответственностью «АВК Проект» (заявитель) заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от № МЖ-14-302- 310(928214), в соответствии с которым сетевая организация принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя, в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), а заявитель обязуется оплатить расходы на технологическое присоединение.

Общий размер платы за технологическое присоединение определен в пункте 10 договора и составляет 1852997.39 руб.

В соответствии с пунктом 11 договора заявителю предоставлена беспроцентная рассрочка платежа за технологическое присоединение на следующих условиях: 

- 5 процентов платы за технологическое присоединение – в течение 15 дней со дня заключения договора; 

- 95 процентов платы за технологическое присоединение – в течение 3 лет со дня подписания сторонами акта об осуществлении технологического присоединения равными долями ежеквартально.

 По соглашению об уступке прав и обязанностей от 22.09.2014 № 1, подписанному между  ООО «АВК Проект» и ООО «ЖБИ Морево», права и обязанности заявителя по указанному договору в полном объеме перешли ООО «ЖБИ Морево».

В пункте 1.2 соглашения предусмотрена оплата 5 процентов платы за технологическое присоединение в размере 92650 руб. 

Согласно пункту 1.3 соглашения ООО «ЖБИ Морево» приняло на себя обязательство по оплате оставшейся суммы в размере 1760347.39 руб. в порядке, предусмотренном пунктом 11 договора, то есть равными платежами по 14695.62 руб. ежеквартально. 

26.11.2014 сторонами подписан акт об осуществлении технологического присоединения № ЗП/МЖ/14-2600.

Должником в счет оплаты за технологическое присоединение произведено перечисление 440000 руб. в соответствии с платежными поручениями от 17.12.2014 № 358 на сумму 150000 руб., от 16.11.2017 № 1219 на сумму 90000 руб., от 20.11.2017 № 1225 на сумму 100000 руб., от 22.12.2017 № 1283 на сумму 100000 руб.

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 25.03.2018 по делу № А82-21845/2017 с ООО «ЖБИ Морево» в пользу ПАО «Московская объединенная электросетевая компания» взыскано 2211040.98 руб., в том числе задолженность по внесению платы за технологическое присоединение по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 12.02.2014 № МЖ-14-302- 310(928214) в размере 1320 347.39 руб., неустойка за период с 01.04.2015 по 24.10.2017 в размере 890693.59 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 34055 руб.

Неисполнение должником указанного решения послужило основанием для обращения Россети в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 18.11.2020 по делу № А82-18342/2020 заявление Россети принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 15.06.2021 производство о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЖБИ Морево» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Данное обстоятельство послужило основанием для обращения истца в Арбитражный суд Ярославской области с иском о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя заявителя, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения решения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В рассматриваемом случае в качестве правового обоснования заявленных требований кредитор сослался на статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Требования предъявлены к контролирующему должника лицу ФИО4, который с 14.03.2014 по 16.11.2021 являлся директором ООО «ЖБИ Морево», а также к ФИО6 и ФИО5, которые являлись участниками (с долей участия 25 % каждый), к ФИО8 и ФИО7, которые являлись участниками до 12.03.2019. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан подать заявление должника в суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

По смыслу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Указанное основание субсидиарной ответственности имеет существенно отличающую его от иных оснований, закрепленных в статье 61.11 Закона о банкротстве, специфику, выражающуюся в том, что размер ответственности упомянутого руководителя ограничен объемом обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (абзац 1 пункта 14 постановление Пленума № 53).

В связи с этим в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности по статье 61.12 названного Закона, в числе обстоятельств, связанных с возникновением одного из условий, указанных в пункте 1 статьи 9 указанного Закона, моментом возникновения данного условия, фактом неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия, входит также объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждено, что обязательства ответчика перед истцом возникли до даты, с которой истец связывает возникновение обязанности у руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Иного из материалов дела не следует.

При данных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям, изложенным в статье 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве истец сослался на подпункты 2, 4 пункта 2 данной статьи и указал, что не представление суду в ходе рассмотрения дела о банкротстве необходимых документов, подтверждающих наличие имущества у должника создали препятствия для выяснения причин несостоятельности должника и формирования конкурсной массы, в связи с чем кредитор был лишен возможности погасить свои требования в рамках дела о банкротстве по причине невозможности выявления денежных активов должника, достаточных для проведения процедуры банкротства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 Постановления № 53 разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Между тем в рассматриваемом случае дело о банкротстве должника прекращено на стадии проверки обоснованности требования заявителя, в связи с чем процедуры банкротства в отношении должника не вводились.

Соответственно, обязанность по передаче документации должника у контролирующих должника лиц не возникла.

При данных обстоятельствах ответчики не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

Истцом также в качестве правового обоснования иска указан подпункт 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу указанной нормы права контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Пункт 17 Постановления № 53 предусматривает, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Истец полагает, что бездействие генерального директора должника ФИО4, а также учредителей: ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8, выразившееся в не расторжении должником договора об осуществлении технологического присоединения от 12.02.2014 № МЖ-14- 302-310 (928214) на стадии осуществления сетевой организацией комплекса мероприятий по технологическому присоединению энергопринимающих устройств ООО «ЖБИ Морево», позволило бы уменьшить размер фактических понесенных истцом расходов в рамках данного договора.

Однако из решения Арбитражного суда Ярославской области от 25.03.2018 по делу № А82-21845/2017 следует, акт об осуществлении технологического присоединения № ЗП/МЖ/14-2600 был оформлен 26 ноября 2014 года, то есть договор со стороны истца был исполнен еще в 2014 году, в связи с чем расторжение договора в 2017 году не могло повлечь за собой уменьшение понесенных истцом расходов. 

Кроме того, как следует из материалов дела, должник принимал меры по исполнению договора. Последний платеж за технологическое присоединение произведен 22.12.2017.

При данных обстоятельствах основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве отсутствовали.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что к действиям контролирующих должника лиц, совершенных до 01.07.2017 подлежали применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

Статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, регулирующая основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности, не содержала положений, аналогичных предусмотренным в подпункте 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал истцу в удовлетворении заявленных требований.

Основания для отмены обжалуемого решения отсутствуют. 

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Ярославской области от 30.05.2022 по делу № А82-2133/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Россети московский регион» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

 

Судьи 

ФИО9

ФИО1