Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-8755/17-75-125

г. Москва

02 мая 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 апреля 2017 года

Полный текст решения изготовлен 02 мая 2017 года

Арбитражный суд в составе судьи Нагорной А.Н., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиофиксации,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению) 

Общества с ограниченной ответственностью «Ям! Ресторантс Интернэшнл Раша Си Ай Эс» (ООО «Ям Ресторантс Раша», зарегистрированного по адресу: 125171, 

<

...>; ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 15.11.2005 г.)

к Государственному учреждению – Московскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (зарегистрированному по адресу: 127006, г. Москва, б-р. Страстной, д. 7, корп. 1 (филиал № 15 находится по адресу: 125047, 

<

...>); ОГРН: 

<

***>; ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 19.07.1996 г.)

о признании недействительными решения от 02.11.2016 г. № 28 ОСС доход «О привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносов» и решения от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»

при участии представителей 

от истца (заявителя) – ФИО2 по доверенности от 01.01.2017 г. без №, ФИО3 по доверенности  от 21.04.2017 г. без №

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 20.01.2017 г. без №, ФИО5 по доверенности от 05.05.2016 г. без №, ФИО6 по доверенности  от 22.03.2017 г. без №, ФИО7  по доверенности от 22.03.2017 г. без №

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Ям! Ресторантс Интернэшнл Раша Си Ай Эс» (заявитель, Общество, страхователь) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Государственному учреждению – Московскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (ответчик, Фонд) о признании недействительными принятого филиалом № 15 Фонда решений: от 02.11.2016 г. № 28 ОСС доход «О привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносов» и от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

В судебном заседании представитель заявителя поддержал требования по доводам заявления с учетом письменных объяснений; представители Фонда против удовлетворения требований возражала по доводам, изложенным в оспариваемых решениях, отзыве и письменных пояснениях.    

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд считает, что заявленные требования подлежат частичному удовлетворению исходя из следующего. 

Как следует из материалов дела, Фондом была проведена выездная проверка в отношении Общества за период с 01.01.2013 г. по 31.12.2015 г. по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (перечисления) страховых взносов на обязательное социальное страхование, подлежащих перечислению в Фонд социального страхования Российской Федерации, по результатам которой были составлены акты выездной проверки: от 29.09.2016 г. № 28ОСС доход в отношении правильности исчисления страховых взносов на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, и акт выездной проверки страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний от 29.09.2016 г. № 28-НС. На указанные акты заявитель представил возражения. 

По результатам рассмотрения актов и возражений заявителя были приняты оспариваемые решения: от 02.11.2016 г. № 28 ОСС доход «О привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносов» и от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Решением от 02.11.2016 г. № 28 ОСС доход «О привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за совершение нарушения законодательства Российской Федерации о страховых взносов» заявитель привлечен к ответственности по ч. 1 ст. 47 Федерального закона от 24.07.2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» за неполную уплату страховых взносов в результате занижения базы для начисления страховых взносов в виде штрафа в сумме 28 478,07 руб., ему предложено уплатить недоимку по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной трудоспособности и в связи с материнством в сумме 455 349,64 руб. и начисленные по состоянию на 31.12.2015 г. пени в размере 15 308,18 руб., внести необходимые исправления в документы бухгалтерского учета и соответствующие исправления в отчетность по форме 4-ФСС (т. 1 л.д. 94-98).  

Решением от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» заявитель привлечен к ответственности по п. 1 ст. 19 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» за неполную уплату страховых взносов в результате занижения облагаемой базы в виде штрафа в сумме 2 422,44 руб., ему предложено уплатить недоимку (страховые взносы, не принятые к зачету расходы) в сумме 12 112,21 руб., начисленный штраф, отразить в бухгалтерском учете и расчете по форме 4-ФСС доначисления по решению (т. 1 л.д. 99-102).      

Из оспариваемых решений усматривается, что по страхованию на случай временной нетрудоспособности, беременности и родам и в связи с материнством (ВНиМ) доначисления страховых взносов обусловлены невключением страхователем в облагаемую ими базу выплат по договорам гражданско-правового характера (далее договоры ГПХ) при наличии фактически имевших место трудовых отношений, выплат на подарки сотрудникам и выплат за нарушение страхователем сроков выплаты заработной платы); а по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (НС) доначисление страховых взносов обусловлено  невключением страхователем в облагаемую ими базу выплат по договорам гражданско-правового характера при наличии трудовых отношений, выплат за нарушение сроков выплаты заработной платы и выплат по уходу за детьми- инвалидами.

Заявитель полагая, что решения Фонда нарушают его права и законные интересы, обратился в суд с требованиями по настоящему делу.  

В отношении отдельных оснований к доначислениям страховых взносов по оспариваемым решениям судом установлено следующее.   

По выплатам по договорам гражданско-правового характера.

Из материалов дела усматривается, что в проверяемом периоде заявитель заключал с физическими лицами договоры возмездного оказания услуг (выполнения работ), при этом фактически допуская указанных лиц к работе в качестве своих сотрудников на различных участках; выплаты по таким договорам учитывались заявителем как выплаты по договорам гражданско-правового характера, в связи с чем с сумм данных выплат им не уплачивались страховые взносы на обязательное социальное страхование в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Из совокупного толкования положений статьи 7 Федерального закона от 24.07.2009 г. № 212-ФЗ, пункта 1 части 1 статьи 2 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", статей 3 и 20.1 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пунктов 3, 4 Правил начисления, учета и расходования средств на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 02.03.2000 № 184 следует, что страховые взносы начисляются страхователем на выплаты и иные вознаграждения работнику, получаемые им от работодателя в период трудовых отношений между ними.

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ, Кодекс) устанавливает, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии со статьями 57 - 62 названного Кодекса. Определение понятия трудового договора дано в статье 56 ТК РФ.

Согласно указанной норме, под трудовым договором понимается соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Определение понятия договора подряда содержится в статье 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). По смыслу данной нормы, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результаты работы и оплатить его.

Заключение договора возмездного оказания услуг регламентировано статьей 779 ГК РФ. По данному виду договора, исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Как видно из содержания вышеприведенных норм права, содержание договора подряда и договора возмездного оказания услуг имеет сходство с трудовым договором, поскольку предполагают осуществление определенной деятельности или действий.

Однако судом при рассмотрении дела учтено, что существуют признаки, позволяющие отграничить трудовой договор от гражданско-правовых договоров.

К таким признакам относятся следующие: выполнение работы по трудовому договору предполагает включение работника в производственную деятельность организации; трудовой договор предусматривает подчинение работника внутреннему трудовому распорядку, его составным элементом является выполнение в процессе труда распоряжений работодателя, за ненадлежащее выполнение которых работник может нести дисциплинарную ответственность; согласно трудовому договору работник осуществляет выполнение работ определенного рода, а не разовое задание заказчика.

Существенные условия трудового договора законодатель предусмотрел в статье 57 ТК РФ: место работы (с указанием структурного подразделения); дата начала работы; наименование должности, специальности, профессии с указанием квалификации в соответствии со штатным расписанием организации или конкретная трудовая функция.

Само по себе наименование договора не может рассматриваться в качестве достаточного основания для безусловного отнесения заключенного договора к гражданско-правовому или трудовому. Определяющие значение для квалификации заключенного сторонами договора имеет анализ его содержания на предмет наличия или отсутствия признаков гражданско-правового или трудового договора.

Из статьи 431 ГК РФ следует, что при толковании условий договора суд принимает во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой указанной выше статьи не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Материалами дела подтверждено, что в проверяемый период заявителем с физическими лицами были заключены договоры гражданско-правового характера (некоторые из них оформлены как договоры возмездного оказания услуг, например, т. 2 л.д. 12-55), а некоторые как договоры подряда, например, т. 2 л.д. 59-62).      

В ходе проведения выездной документарной проверки Фонд исследовал  договоры, заключенные заявителем с физическими лицами - ФИО8, Галушка Ю.Ф., ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18,  ФИО19, ФИО20, по результатам которого пришел к выводу о том, что указанными договорами по существу были оформлены трудовые отношения с данными лицами, а тексты договоров содержали условия срочных трудовых договоров, предусмотренных ст. 59 ТК РФ.

Фондом были сопоставлены условия договоров, касающиеся деятельности исполнителей, выявлены имеющиеся в штатном расписании должности работников с аналогичным объемом обязанностей, произведено сопоставление деятельности исполнителей по договорам гражданско-правового характера с должностными инструкциями штатных работников Общества, результаты сопоставления обобщены в таблице (т. 5 л.д. 99-106).

По результатам сопоставления установлено, что описание видов их деятельности в договорах по смыслу и дословно совпадает с типовыми должностными инструкциями по определенной должности, исполнители привлекались Обществом для выполнения работы по определенной трудовой функции на систематической основе, а не для достижения какого-либо индивидуального конечного результата, были вовлечены в процесс труда и подчинены общему трудовому распорядку совместно со штатными работниками, работающими по трудовым договорам. При этом потребность в работах (услугах), для выполнения которых привлекались исполнители, существует у заявителя постоянно, без них невозможен процесс его производственной деятельности.

Суд согласен с оценкой Фонда договоров с вышеперечисленными физическим лицами как срочных трудовых договоров, а не гражданско-правовых договоров, и считает, что произведенные по ним выплаты по существу являлись оплатой труда данных лиц, а сами лица были допущены к работе в качестве работников заявителя.    

Материалами дела подтверждено, что договоры и акты выполненных работ (услуг) предусматривают не выполнение конкретных работ и сдачу результатов к определенному сроку, а выполнение работ в течение срока действия договора; во всех договорах установлен этап - 1 месяц, и их оценку по итогам каждого месяца (одного этапа). При этом сумма вознаграждения не связана с выполненной работой (ее результатом, объемом), так как отсутствуют единицы ее измерения и соответственно цена (за исключением договоров с ФИО18 и ФИО10); понятие этапа не связано с количественными и качественными результатами (1 месяц); является формальным; выплата вознаграждения гарантирована в фиксированной ежемесячной сумме по завершении этапа деятельности (этап равен 1 календарному месяцу), а не по мере получения каких-либо результатов деятельности; в актах сдачи-приемки работ (услуг) естественный процесс деятельности на определенном рабочем месте выдается за достигнутый результат работ, предусмотренный договором. 

Из представленных в материалы дела справок по форме 2-НДФЛ следует, что ряду физическим лицам кроме доходов с кодом 2010 (доход по гражданско-правым договорам), выплачивались и доходы с кодом 2000 (по трудовым договорам), данное обстоятельство свидетельствует о том, что при приеме работников заявитель оформлял с ними гражданско-правовые договоры, а с зарекомендовавшими себя с положительной стороны впоследствии заключал трудовые договоры (например, ФИО9, ФИО14 – т. 3 л.д. 65, 67), что также является еще одним подтверждением того, что заключение гражданско-правовых договоров имело формальный характер, они прикрывали собой трудовые отношения с работниками - в период испытательного срока или срочные трудовые договоры, которые заявитель не оформлял, желая сократить свои расходы на привлечение сотрудников за счет невключения выплат в базу, облагаемую взносами на социальное страхование. 

По отдельным договорам установлено следующее. 

Так, например, материалами дела подтверждено, что выплаты в отношении ФИО13 имели систематический характер; отношения с ним были оформлены договорами возмездного оказания услуг без №№ от 30.10.13г. сроком с 30.10.13г. по 28.02.14г., от 28.02.14г. сроком с 01.03.14г. по 31.12.14г., фактически данное лицо организовывало и осуществляло закупку основного сырья для заявителя – курицы, т.е. работало в должности старшего менеджера по закупкам и развитию ключевого продукта. Текстами договоров и составленных актов сдачи-приемки работ (услуг) подтверждено, что за результат работ (услуг) его деятельности выдаются совершенные им в текущим периоде действия (посещения поставщиков, анализ их коммерческих предложений, составление отчетов), при этом каких-либо документов, из которых следовало, что именно эти действия были ему поручены по договорам, не имеется. 

Из документов однозначно усматривается, что ФИО13 работал под руководством ответственных сотрудников заявителя, оперативно согласовывал с ними отрабатываемые планы, направлялся в командировки, в которых выполнял оперативные указания ответственных лиц. Расходы, которые он нес на выезде при исполнении поручений, согласовывались с заявителем; при этом именно заявитель организовывал его поездки, размещал его в гостиницах, компенсировал ему все расходы (в т.ч. за использование автомобиля наряду с другими работниками по трудовым договорам, для которых установлен разъездной характер работы; на питание, что является частью социального пакета; телефонную связь, транспортные расходы); мобильная связь оплачивалась без представления детализации проведенных разговоров от оператора мобильной связи и договора между исполнителем и оператором. Факт оформления с данным лицом именно гражданско-правовых договоров можно объяснить лишь значительностью выплат в пользу указанного лица; доводы заявителя о самостоятельном и автономном характере деятельности ФИО13 подвергнуты судом критической оценке как не соответствующие материалам дела. Разъездной характер работы указанного лица, обусловленный особенностями его трудовой функции (закупка сырья) не свидетельствует о том, что между ним и заявителем отсутствовали трудовые отношения.       

С ФИО8 были заключены договоры возмездного оказания услуг: без №№ от 24.11.14г. сроком с 24.11.14г. по 23.02.15г. от 10.03.15г. сроком с 24. 02.15г. по 09.03.15г., из которых следует, что договор заключен от 10.03.2015г. без № заключен после его фактического исполнения, им установлен срок действия договора с 24.02.2015 г. по 09.03.2015г., т.е. фактически работник был допущен к работе, но по истечении некоторого времени с ним был заключен договор оказания услуг, а не трудовой договор. Фактически данный сотрудник работал в должности менеджера по маркетингу и исследованиям, приемка работ по договору учитывалась в часах, приблизительно равных установленной рабочей неделе, а не исходя из какого-либо результата выполняемых ею работ.  

С ФИО21 были заключены договоры возмездного оказания услуг без №№ от 27.10.15г. сроком с 27.10.15г. по 26.01.16г., от 11.09.15г. сроком с 27.08.15г. по 26.10.15г., от 27.06.15г. сроком с 27.06.15г. по 26.08.15г., фактически данное лицо работало в должности менеджера по закупкам (сотрудника отдела закупок), текстом договоров прямо предусматривается, что ей была поручена "административная работа по заданию сотрудников отдела закупок: протоколы встреч, заседаний комиссий п. 1.1 пп.4», т.е. данное лицо осуществляло порученную ему деятельность в коллективе соответствующего отдела; круг ее обязанностей при заключении договора детально не был определен и исходя из поручаемой работы это было объективно невозможно; акты сдачи-приемки выполненных работ с этим лицом имеют формальный характер, в перечне работ приведено без конкретизации приведено "актуализация/корректировка базы", "сравнение предложений".

Аналогичная ситуация с договорами возмездного оказания услуг с ФИО22 (без №№ от 29.10.14г. сроком с 29.10.14г. по 28.01.15г., от 27.01.15г. сроком с 29.01.15г. по 28.04.15г.) и ФИО23 (без № от 28.10.14г. сроком с 28.10.14г. по 28.11.14г., с дальнейшей пролонгацией от 20.11.14г. на срок с 29.11.14г. по 12.12.14г), условиями которых также предусмотрена либо "административная работа по заданию сотрудников отдела закупок: ведение базы поставщиков, протоколы встреч, заседаний комиссий", либо "согласование договоров возмездного оказания услуг по организации деятельности в области закупок, поставок и технологического обеспечения с новыми партнерами»; т.е. данные лица, также как и ФИО21, являлись сотрудниками отдела закупок, менеджерами, вовлеченными в соответствующий трудовой коллектив и осуществлявшими в нем соответствующую трудовую функцию.   

С ФИО18 были заключены договоры возмездного оказания услуг без №№ от 03.08.15г. сроком с 01.06.15г. по 31.12.15г., от 08.02.15г. сроком с 01.12.14г. по 31.05.15г., от 14.07.14г. сроком с 14.07.14г. по 31.08.14г., от 01.01.14г. сроком с 01.01.14г. по 31.01.14г.; договоры заключены "задним числом" по истечении 2-х месяцев после начала работы: договор от 03.08.2015г. (срок действия с 01.06.2015г. по 31.12.2015г.), договор от 08.02.2015г. срок действия с 01.12.2014г. по 31.05.2015г.), т.е. сотрудник был фактически допущен к работе, но некоторое время спустя с ним был заключен гражданско-правовой договор. Фактически данное лицо работало в качестве сотрудника Департамента по работе с персоналом, отдела обучения и поддержки ресторанов.     

 В договорах возмездного оказания услуг без №№ от 10.11.14г., от 10.02.15г. с ФИО19 срок окончания договоров обозначен как "до выполнения сторонами обязательств"; договоры с данным лицом не предусматривали не только объемов работ, но и сроков действия договора. В соответствии с приложением к договору исполнитель обязывался оказать услуги по поиску кандидатов на должности менеджеров смены, директоров, проведение первичного интервью, ведение статистики по подбору сотрудников; однако никаких результативных обязательств ими не предусмотрено. Фактически данное лицо выполняло обязанности менеджера по персоналу.  

Договор возмездного оказания услуг без № от 06.04.15г. сроком с 06.04.15г. по 20.04.15г., заключенный с ФИО20, в качестве обязанности исполнителя предусматривал его обязанность "качественно и в срок выполнять задания и проекты, назначенные руководителем, связанные с основной деятельностью общества"; акт сдачи-приемки оказанных услуг датирован 06.08.2015г. при сроке действия договора с 06.04.2015г. до 20.04.2015г., т.е. спустя более трех месяцев после истечения срока договора; приемка работ по договору учитывалась в часах, что предполагает учет  рабочего времени, и является еще одним свидетельством того, что с указанным лицом имели место трудовые отношения. Фактически ФИО20 работала сотрудником Департамента по работе с персоналом. 

В соответствии с договорами возмездного оказания услуг без №№ от 22.07.13г., сроком с 22.07.13г. по 21.09.13г., от 11.03.13г. сроком с 11.03.13r.no 11.04.13г., ФИО10 были поручены обработка бухгалтерских документов, книг покупок, первичной документов. По существу указанное лицо работало в Обществе бухгалтером. В договоре от 11.03.13г. конкретный предмет договора отсутствует, работа обозначена как "обработка бухгалтерских документов", что подтверждает формальность договора; а в договоре от 22.07.2013г. предусматривается способ определения цены за единицу работы, однако оплата в соответствии с актом сдачи-приемки от 21.08.2013г. не соответствует условиям договора и предусмотренным им ценам. 

Договорами с ФИО10 предусматриваются работы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского и налогового учета организации. Однако, в соответствие с Положением по бухгалтерскому учету "Учетная политика организации" ПБУ 1/2008, утвержденным Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 06.10.2008г. № 106н все способы ведения бухгалтерского учета, в том числе и передача ведения учета на аутсорсинг, должны быть отражены в учетной политике предприятия. Кроме того, при передаче части функций по ведению бухгалтерского и налогового учета сторонней организации или физическому лицу в учетной политике должны быть предусмотрены правила документооборота и технология обработки учетной документации и информации. Способов, сроков и технологии передачи документации для их обработки и последующего возвращения заказчику в договоре не предусмотрено. Из представленных документов усматривается, что ФИО10 осуществляла работу по месту нахождения Общества; при этом документов, подтверждающих передачу ведения бухгалтерского на аутсорсинг, заявителем не представлено, что является еще одним подтверждением того, что исполнитель фактически являлся работником Общества, а договор с ним являлся не гражданско-правовым, а трудовым. 

Аналогичная ситуация с Галушка Ю.Ф. по договору возмездного оказания услуг   без № от 23.07.15г., сроком с 23.07.15г. по 23.10.15г., предмет договора описан как "техническая помощь на участках бухгалтерского учета", что подразумевается под указанной деятельностью и в каком объеме предусмотрена эта деятельность, в договоре не раскрывается. Фактически данный сотрудник работал в качестве архивариуса в бухгалтерии Общества, оплачивался не результат его работы, а процесс, что соответствует трудовой функции. Кроме того, данному сотруднику был присвоен табельный номер (таб. № 68413), что подразумевает ведение табельного учета сотрудника. Акт сдачи-приемки от 28.08.2015г. предусматривает оплату за работы, выполняемые на ежедневной основе. Совокупность данных обстоятельств свидетельствует о том, что с данным сотрудником имели место трудовые отношения. 

ФИО14 и ФИО12 фактически работали администраторами офиса заявителя (секретарями-референтами), однако отношения с ними также были необоснованно оформлены договорами возмездного оказания услуг: без № от 28.07.14г., сроком с 28.07.14г. по 27.08.14г. - с ФИО14 и без №№ от 26.08.13г., сроком с 26.08.13г. по 30.09.13г., от 01.10.13г. сроком с 01.10.13г. по 31.10.13г. - с ФИО12 Договоры кроме координирования и контроля за работой офиса предусматривали участие исполнителей в организации корпоративных мероприятий (в т.ч. в подготовке корпоративной газеты), "обработку входящих и поступивших в дирекцию звонков, обработку корреспонденции, заказ пропусков, встреча гостей", а также при необходимости командировку исполнителя (в отношении ФИО12). Договоры предусматривают контроль и надзор заказчика за ходом и качеством оказания услуг, т.е. подконтрольность трудовой деятельности исполнителей ответственным лицам со стороны фактического работодателя. 

Обязанности ассистентов, секретарей-референтов (с некоторой специализацией в части участков работы) выполняли и ФИО15, ФИО16, ФИО11, ФИО17, с которыми также были заключены договоры возмездного оказания услуг, которыми предусматривалось выполнение исполнителями следующих трудовых функций: "обработка входящих и поступивших в дирекцию звонков, обработка корреспонденции по отделам, заказ пропусков для гостей, канцелярских товаров", копирование, сканирование документов и др., т.е. все эти функции могли выполняться лишь по месту нахождения Общества, с использованием его имущества, не предполагали достижения какого-либо результата, а представляли собой подконтрольный руководству процесс обеспечения его деятельности, а не самостоятельную деятельность исполнителей.   

Показательно, что даже такие очевидно трудовые функции как администратор офиса, секретарь-референт, не предполагающие возможности их осуществления вне места нахождения заказчика и без его непосредственного участия, заявитель необоснованно оформлял договорами оказания услуг; между тем во всех указанных случаях обязательным являлось нахождение исполнителей по месту нахождения Общества, соблюдение режима рабочего времени и трудового распорядка. 

Учитывая вышеперечисленное, Фонд пришел к обоснованному выводу о том, что работы по всем договорам производились по местонахождению Общества,  исполнители подчинялись правилам внутреннего трудового распорядка, составным элементом которого является выполнение в процессе труда распоряжений работодателя, а также выезд в командировки с дополнительной оплатой; в договорах отсутствовали индивидуально-определенные, конкретные задания, не был установлен объем работы, что является существенным условием договора, и что определяет стоимость работ. Исполнители по договорам были включены не только в производственную, но и в общественную жизнь Общества (участие в выпуске газеты, корпоративные мероприятиях, являлись получателями подарков); какая-либо самостоятельность в планировании и организации их деятельности по выполнению поручений Общества отсутствовала, их деятельность имела, очевидно, подчиненный характер; тем самым заявителем оплачивался не результат работы, а процесс труда, что подтверждается ежемесячными фиксированными выплатами, не зависящими от объема произведенной работы. Более того, заявитель в ходе рассмотрения дела подтвердил, что исполнители по договорам привлекались в помощь или взамен штатным работникам, что также свидетельствует о том, что между указанными лицами и Обществом имели место трудовые отношения. 

По спорным договорам выполнялись не конкретные разовые работы, а выполнялись определенные функции, входящие в обязанности физического лица - исполнителя, при этом интерес для заявителя представлял именно сам процесс труда, а не оказанная услуга (результат работ), отношения сторон имели длительный характер. 

Между тем гражданско-правовой договор будет заключен правомерно в случаях, когда: работа (услуга) носит разовый или временный характер; важен не сам процесс и график труда, а сроки и результат работы (услуги);  принимать работника по трудовому договору (в т.ч. срочному) для выполнения (оказания) нецелесообразно. Например, гражданско-правовой договор на перевод документов с иностранного языка, разовую генеральную уборку территории, проведение аудита документации, создание проекта офиса, разработку дизайна оформления помещений и т.п. Тем самым работа (услуга), на выполнение (оказание) которой работодатель заключает гражданско-правовой договор, не должна носить признаки постоянно выполняемой трудовой функции.

Однако в рассматриваемом случае работы (услуги), для выполнения которых привлекались исполнители, имели признаки постоянно выполняемых трудовых функций; за выполнение своей работы исполнители ежемесячно получали заработную плату в одно и то же время, которая не зависела от объема и характера работы, указанной в договоре, а зависела от количества дней, отработанных в периоде, на который заключен договор. Работа по данным договорам выполнялась исполнителями лично, с указанием даты начала работы, а также срока его действия, при этом оговаривался перечень поручаемой работы с возложением на работодателя обязанности но обеспечению работников необходимыми условиями труда.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 17.03.2004 № 2 при заключении между сторонами договора гражданско-правового характера, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч.4 ст. 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и нормы трудового права.

Переквалификация договоров из гражданско-правового в трудовые осуществляется при наличий ряда условий, а именно: выполнение работы лично и включение работника в штат организации; учет рабочего времени исполнителя, в том числе наличие табеля учета рабочего времени; оплата не по результату работы, а за отработанное время, в том числе по ведомости выплаты заработной платы; отсутствие актов приемки-сдачи выполненных работ (подтверждающих, что результат исполнителем достигнут); указание профессии, должности или специальности, подчинение работника внутреннему трудовому распорядку; отсутствие в договоре конкретного задания; обязанность заказчика обеспечить исполнителю безопасные условия труда.

В рассматриваемом случае, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд установил фактическую включенность физических лиц в производственную деятельность заявителя; учитывая характер правоотношений между сторонами и взаимоотношения сторон, складывающиеся в ходе выполнения работ и оказания услуг, суд пришел к выводу о том, что спорные гражданско-правовые договоры фактически регулировали трудовые отношения. При этом незачисление работников в штат предприятия, отсутствие записей в трудовой книжке, выплат из средств Фонда социального страхования Российской Федерации и гарантий, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации не может быть расценено как безусловное основание для признания спорных договоров гражданско-правовыми.

Учитывая наличие в спорных договорах таких элементов трудового договора как систематическое ежедневное выполнение исполнителем работ определенного рода, включение работника в производственную деятельность предприятия, ежемесячная фиксированная оплата труда, контроль со стороны работодателя и обеспечение работодателем условий труда, суд пришел к выводу о том, что по своей правовой природе заключенные заявителем договоры услуг (подряда) с физическими лицами, не состоящими в штате его сотрудников, являлись трудовыми договорами и отвечали требованиям статей 56, 57 и 59 ТК РФ.

Статьей 15 ТК РФ установлен запрет на заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работниками и работодателями.

Поскольку Фонд обоснованно переквалифицировал спорные договоры услуг и подряда в срочные трудовые договоры, а выплаты по ним включил в облагаемую базу для начисления страховых взносов на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, а также на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, то оспариваемые решения в указанной части соответствуют требованиям законодательства, в связи с чем требования Общества о признании их недействительными в указанной части удовлетворению не подлежат. 

В отношении расходов на подарки работникам. 

В ходе проверки Фондом также было установлено, что в проверяемом периоде 2013-2015 г.г. расходы Общества на подарки своим работникам составили 1 001 235,33 руб. (таблица выплат по периодам – т. 5 л.д. 143). При этом данные выплаты были включены только в облагаемую базу по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а в базу по страхованию на случай временной нетрудоспособности, беременности и родам и в связи с материнством не включались. Фонд счел указанный подход необоснованным и учет указанные суммы выплат при определении базы по страхованию на случай временной нетрудоспособности, беременности и родам и в связи с материнством.

В части оснований для поощрения работников заявитель пояснил, что подарки не были предусмотрены Положением о награждениях и поощрениях Общества, являются элементом культуры признания работника, руководитель решал вопрос о поощрении, при этом письменных договоров дарения с работниками не заключалось. Заявитель указывал, что подарки не были связаны с трудовой деятельностью сотрудников, а были приурочены к юбилейным и праздничным датам, однако каких-либо доказательств в обоснование заявляемых доводов не представил.

Из представленных в материалы дела документов по данному эпизоду следует, что какого-либо надлежащего документального оформления данных расходов Обществом не производилось. В материалы дела представлены отдельные приказы на получение ценного подарка (например, т. 5 л.д. 144-146), из которых следует, что основанием для предоставления подарка являлись «достижение высоких результатов работы сотрудника и личное стремление к повышению качества обслуживания гостей ресторана», «достижение высоких результатов работы сотрудника». Никаких доказательств и данных, свидетельствующих о том, что подарки каким-либо образом были связаны с личностью работников, их памятными датами и событиями в личной жизни, не представлено. Подарками являлись конфеты, печатная продукция, подарочные карты (М-Видео, например), билеты в кино и др. В основном стоимость подарков составляла до 1000 руб., однако имели место подарки стоимостью свыше 1 000 руб. до 5 000 руб. 

Из представленных в дело ведомостей на получение подарков (сформированных как «дополнительный доход») следует, что датами получения подарков являлись последние дни месяца (31.01.2013 г., 28.02.2013 г., 31.03.2013 г., 30.04.2013 г., ….31.12.2015 г.) (т. 5 л.д. 147-150, т. 6 л.д. 1-36), что само по себе опровергает доводы заявителя о поощрении работников с учетом памятных дат и событий в личной жизни. При этом факт поощрения работников в последний отчетный день месяца свидетельствует о связи данного поощрения с осуществляемой трудовой деятельностью, достижениями в указанной сфере за отчетный период - месяц.    

 Согласно Федеральному закону № 212-ФЗ, страховыми взносами облагаются выплаты и иные вознаграждения сотрудникам в рамках трудовых отношений (ч.1 ст.7) и не облагаются выплаты и иные вознаграждения по договорам гражданско-правового характера, предметом которых является переход права собственности на имущество (к которым относится договор дарения) (ч.3 ст.7). 

Это означает, что: если подарки выдаются сотрудникам на основании трудовых и коллективных договоров без составления договоров дарения, суммы таких подарков облагаются страховыми взносами; если подарки (в том числе в денежной форме) выдаются сотрудникам на основании письменно заключенных договоров дарения, суммы этих подарков не облагаются страховыми взносами в ПФР, ФФОМС, ФСС, в т.ч. на страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Письмами Минздравсоцразвития от 27.02.2010 № 406-19 «Обложение страховыми взносами отдельных выплат» и от 05.03.2010 № 473-19 «Об уплате страховых взносов со стоимости подарков сотрудникам» разъяснено, что при наличии оснований квалифицировать подарки как поощрение за труд правомерно доначисление страховых взносов на суммы указанных выплат.

Поскольку материалами дела подтверждено, что награждение подарками производилось на основании приказов директора ресторана с формулировками «в виду достижения высоких результатов работы сотрудника», «в виду достижения высоких результатов работы сотрудника и личного стремления к повышению качества обслуживания» и т.п., что свидетельствует о том, что подарки выдавались в рамках трудовых отношений и являлись поощрением за достижения в труде.

Перечень выплат, освобождаемых от начисления страховых взносов, содержится в ст. 9 Федерального закона от 24.07.2009г. № 212-ФЗ и ст. 20.2 Закона № 125-ФЗ,  является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. 

Стоимость подарков работникам в нем не поименована. Исключая вышеуказанные выплаты из облагаемой базы, страхователь уменьшает размер среднедневного заработка для исчисления пособий по временной нетрудоспособности, беременности и родам, по уходу за детьми.

В силу ст. 191 ТК РФ за работодателем закреплено право награждать своих работников ценными подарками в качестве поощрения за труд. В этом случае стоимость подарка выступает как часть оплаты труда, а передача подарка происходит не на основе договора дарения, а на основе трудового договора с сотрудником. Подарки, выдаваемые работникам как поощрение за труд, по сути, представляют собой производственные премии.

С учетом существа спорных выплат, а также принимая во внимание правовое регулирование сходных отношений (в т.ч. положений ст.ст. 208, 211 Налогового кодекса Российской Федерации, предусматривающих учет при налогообложении доходов, получаемых в натуральной форме) суд считает, что спорные выплаты на подарки с целью поощрения достижений в труде были обоснованно учтены Фондом при определении базы по страхованию на случай временной нетрудоспособности, беременности и родам и в связи с материнством, в связи с чем требования Общества о признании оспариваемого решения недействительным в соответствующей части удовлетворению не подлежат.

 В отношении выплат за нарушение срока выплаты заработной платы. 

Проверкой Фонда также было установлено, что заявителем не начислялись страховые взносы (по обоим видам страхования) на выплаты за нарушение им как работодателем срока выплаты заработной платы в 2013 г. на общую сумму 557,26 руб. 

Общество какой-либо позиции в этой части не привело, однако оспаривало решения Фонда в полном объеме, в т.ч. в части начислений по указанному основанию.  

Выплата денежной компенсации работнику при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы относится к мерам материальной ответственности работодателя за нарушение договорных обязательств перед работником и не является возмещением затрат работника, связанных с исполнением им трудовых обязанностей.

Перечень не подлежащих обложению страховыми взносами выплат физическим лицам, приведенный в ст. 9 Федерального закона № 212-ФЗ, является исчерпывающим.

Специальной нормы о включении в указанный перечень денежных компенсаций работнику за нарушение организацией-работодателем установленного срока выплаты заработной платы, в ст. 9 Федерального закона № 212-ФЗ не предусмотрено.

Позиция Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации по данному вопросу изложена в письмах от 22.01.2014 г. 17-ЗВ-19, от 23.10.2015 г. № 17-3/В-517, от 28.04.2016 г. № 17-3/ООГ-692, а также в письме Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15.03.2011 г. №784-19.

На денежную компенсацию, выплачиваемую работнику организацией-работодателем за нарушение установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, не распространяется действие ст. 9 Федерального закона № 212-ФЗ и, следовательно, данные компенсации подлежат обложению страховыми взносами в общеустановленном порядке, в связи с чем требования Общества о признании недействительными решений Фонда в части указанных начислений удовлетворению не подлежат.

В отношении оплаты дополнительных выходных дней родителей детей-инвалидов. 

Удовлетворяя заявленные требования о признании недействительным решение от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в части включения в базу для начисления страховых взносов по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний 94 913,70 руб. - оплаты дополнительных выходных дней по уходу за детьми-инвалидами, а также соответствующих сумм пени и штрафов за их несвоевременную уплату суд исходил из того, что спорные выплаты в силу подпункта «и» пункта 2 части 1 статьи 9 Федерального закона № 212-ФЗ не подлежат обложению страховыми взносами, поскольку не являются вознаграждением за труд, а являются по существу гарантированной государством компенсацией лицам, исполняющим семейные обязанности.

Отношения, связанные с исчислением и уплатой (перечислением) страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации урегулированы Федеральным законом от 24.07.2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования».

В силу положений статьи 5 Закона № 212-ФЗ Общество является плательщиком страховых взносов.

Статьей 7 Закона № 212-ФЗ определен объект обложения страховыми взносами для плательщиков страховых взносов, производящих выплаты и иные вознаграждения физическим лицам. В соответствии с данной статьей выплаты, начисляемые плательщиками страховых взносов в пользу физических лиц в рамках трудовых отношений, признаются объектом обложения страховыми взносами.

Частью 1 статьи 8 Закона № 212-ФЗ установлено, что база для начисления страховых взносов для плательщиков страховых взносов - организаций определяется как сумма выплат и иных вознаграждений, предусмотренных частью 1 статьи 7 данного Федерального закона, начисленных плательщиками страховых взносов за расчетный период в пользу физических лиц, за исключением сумм, указанных в статье 9 названного Закона.

В соответствии со статьей 129 ТК РФ оплата труда состоит из заработной платы, а также компенсационных выплат и стимулирующих выплат (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статье 262 ТК РФ одному из родителей (опекуну, попечителю) для ухода за детьми-инвалидами по его письменному заявлению предоставляются четыре дополнительных оплачиваемых выходных дня в месяц, которые могут быть использованы одним из указанных лиц либо разделены ими между собой по их усмотрению. Оплата каждого дополнительного выходного дня производится в размере среднего заработка и порядке, который устанавливается федеральными законами.

Поскольку оплата дополнительных дней отдыха одному из родителей для ухода за детьми-инвалидами не является вознаграждением за труд, а является по существу гарантированной государством компенсацией лицам, исполняющим семейные обязанности, эти выплаты на основании подпункта "и" пункта 2 части 1 статьи 9 Закона № 212-ФЗ и статьи 20.2 Закона № 125-ФЗ не подлежат обложению страховыми взносами.

Таким образом, спорные выплаты не являются вознаграждением за труд работников, носят характер государственной поддержки, производятся в виде сохранения заработка в пользу только той категории работников, которая в силу своих семейных обязанностей осуществляет уход за ребенком-инвалидом, то есть имеют компенсационный характер.

Следовательно, оплата дополнительных дней отдыха одному из родителей для ухода за детьми-инвалидами как иная выплата, осуществляемая в соответствии с действующим законодательством, в силу Закона № 212-ФЗ обложению страховыми взносами для плательщиков страховых взносов не подлежит.

Часть 17 статьи 37 Федерального закона от 24.07.2009 № 213-ФЗ в редакции, действующей с 01.01.2015 (статьи 2, 3 Федерального закона от 29.12.2014 № 468-ФЗ), содержит положение о том, что финансовое обеспечение расходов на оплату дополнительных выходных дней, предоставляемых для ухода за детьми-инвалидами в соответствии со статьей 262 ТК РФ, включая начисленные страховые взносы в государственные внебюджетные фонды, осуществляется за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, предоставляемых бюджету ФСС РФ.

Такие перечисления для бюджета Фонда социального страхования Российской Федерации закреплены в, от 13.12.2010 № 357-ФЗ «О федеральном бюджете на 2011 год и на плановый период 2012 и 2013 годов», от 30.11.2011 № 371-ФЗ «О федеральном бюджете на 2012 год и на плановый период 2013 и 2014 годов», от 01.12.2014 № 386-ФЗ «О бюджете Фонда социального страхования Российской Федерации на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов».

Пунктом 8 Положения о Фонде социального страхования в Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 12.02.1994 № 101, предусмотрено, что средства этого фонда направляются в том числе на оплату дополнительных выходных дней по уходу за ребенком-инвалидом или инвалидом с детства до достижения им возраста 18 лет.

Фонд социального страхования Российской Федерации является главным администратором данного вида дохода бюджета Фонда (пункт 1 статьи 2 указанного Федерального закона). Подпунктом 8 пункта 1 статьи 7 данного Федерального закона установлено, что Фонд социального страхования Российской Федерации вправе осуществлять обеспечение расходов, финансируемых за счет средств федерального бюджета в соответствии с Законом № 213-ФЗ на выплаты пособий на оплату четырех дополнительных выходных дней работающим родителям для ухода за детьми-инвалидами, производимые непосредственно страхователями, путем взаимного расчета со страхователями по средствам обязательного социального страхования на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством. Таким образом, спорные выплаты в конечном счете компенсируются (возмещаются) работодателям за счет бюджетных средств.

Гарантированная государством оплата дополнительных выходных дней одному из родителей (опекуну, попечителю) для ухода за детьми-инвалидами, которая производится за счет средств Фонда социального страхования Российской Федерации, является по своей сути социальной выплатой, обеспечивающей создание для указанной категории лиц надлежащих условий жизнеобеспечения путем предоставления для этого необходимых денежных средств. 

В связи с чем решение Фонда от 02.11.2016 г. № 28-НС подлежит признанию недействительным в части включения в базу для начисления страховых взносов по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний 94 913,70 руб. - оплаты дополнительных выходных дней по уходу за детьми-инвалидами, соответствующего доначисления страховых взносов, пени и штрафов по указанному основанию (только в этой части требования Общества судом удовлетворены). 

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что требования Общества за исключением части о признании недействительным принятого Фондом решения от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в части включения в базу для начисления страховых взносов по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний 94 913,70 руб. - оплаты дополнительных выходных дней по уходу за детьми-инвалидами, а также соответствующих сумм пени и штрафов за их несвоевременную уплату не подлежат удовлетворению судом, как противоречащие действующему законодательству. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.27 Налогового кодекса Российской Федерации, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, обратившиеся в арбитражный суд в предусмотренных законом случаях в защиту государственных и (или) общественных интересов, освобождаются от уплаты государственной пошлины. Однако, названная статья, главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации, а так же о признании утратившими силу отдельных законодательных актов Российской Федерации» № 127-ФЗ от 02.11.2004 г., не содержат положений, предусматривающих освобождение от уплаты государственной пошлины государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов, выступающих в суде в качестве ответчиков.

На основании изложенных обстоятельств и в соответствии с пунктом 2, пункта 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 117 от 13.03.2007 г. «Об отдельных вопросах практики применения главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации», расходы по госпошлине распределяются между сторонами в соответствии со статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подлежат взысканию с заинтересованного лица в пользу заявителя. 

С учетом изложенного и в соответствии со статьями 110, 167, 170, 201, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным, не соответствующим Федеральным законам от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" и от 24.07.2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования», Трудовому кодексу Российской Федерации принятое в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Ям! Ресторантс Интернэшнл Раша Си Ай Эс» (ООО «Ям Ресторантс Раша», зарегистрированного по адресу: 125171, 

<

...>; ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 15.11.2005 г.) решение Государственного учреждения – Московского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации (зарегистрированного по адресу: 127006, г. Москва, б-р. Страстной, д. 7, корп. 1; ОГРН: 

<

***>; ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 19.07.1996 г.) от 02.11.2016 г. № 28-НС «О привлечении страхователя к ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» в части включения в базу для начисления страховых взносов по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний 94 913,70 руб. - оплаты дополнительных выходных дней по уходу за детьми-инвалидами, а также соответствующих сумм пени и штрафов за их несвоевременную уплату.  

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.  

Взыскать с Государственного учреждения – Московского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации (зарегистрированного по адресу: 127006, г. Москва, б-р. Страстной, д. 7, корп. 1; ОГРН: 

<

***>; ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 19.07.1996 г.) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Ям! Ресторантс Интернэшнл Раша Си Ай Эс» (ООО «Ям Ресторантс Раша», зарегистрированного по адресу: 125171, 

<

...>; ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 15.11.2005 г.) 3 000 (три тысячи) рублей расходов по оплате государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

А.Н.Нагорная