ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-2820/2023

12 декабря 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  05 декабря 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  12 декабря 2023 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Тетериной Н.В.,

судей  Рожкова Д.Г., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11454/2023) общества с ограниченной ответственностью ТК «Энергосберегающие технологии» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 06.09.2023 по делу № А70-2820/2023 (судья Шанаурина Ю.В.), по иску общества с ограниченной ответственностью «Интегра-Бурение» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место государственной регистрации: 625048, Тюменская область, 

<

...>, кабинет 201, дата регистрации 22.22.2006) к обществу с ограниченной ответственностью ТК «Энергосберегающие технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место государственной регистрации: 625007, 

<

...> Победы, д. 38, ст. 10, помещ. 201, дата регистрации 18.06.2015) о взыскании задолженности в размере 10 432 800 руб.,

при участии в судебном заседании представителя общества с ограниченной ответственностью ТК «Энергосберегающие технологии» – ФИО2 (доверенность  от 10.04.2023 сроком действия три года);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Интегра - Бурение» (далее – истец, ООО «Интегра - Бурение») обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью ТК «Энергосберегающие технологии» (далее – ответчик, ООО ТК «Энергосберегающие технологии») с требованием о взыскании денежных средств.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 06.09.2023 по делу № А70-2820/2023 исковые требования удовлетворены. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО ТК «Энергосберегающие технологии» обратилось в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Тюменской области от 06.09.2023 по делу № А70-2820/2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований о взыскании пени в размере 6 872 400 руб.

В обоснование жалобы ее податель указал на неполное выяснение обстоятельств судом первой инстанции, имеющих существенное значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее также АПК РФ), поскольку не принято во внимание, что просрочка поставки товара возникла ввиду обстоятельств непреодолимой силы, что в порядке пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исключает ответственность поставщика. Также не учтен период действия моратория, который истцом необоснованно включен в период начисления неустойки.

ООО «Интегра - Бурение» представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором высказалось против доводов ответчика.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

ООО «Интегра - Бурение», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своего представителя в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечило, в связи с чем суд апелляционной инстанции в порядке статьи 156, части 1 статьи 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие представителя истца.

Изучив материалы дела, рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв на нее, заслушав пояснения ответчика, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции установил наличие основания для его отмены, исходя из следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ООО ТК «Энергосберегающие технологии» (продавец), ООО «СИЛ» (покупатель, лизингодатель) и ООО «Интегра-Бурение» (далее - лизингополучатель) заключен договор купли-продажи от 26.10.2021 № 516  (далее - договор), в соответствии с условиями которого, продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить новые установки насосные рамные в количестве 2 (двух) единиц, согласно спецификации для передачи в лизинг лизингополучателю по договору лизинга от 26.10.2021 № ИНТ/26-10-21/08-516.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость товара составляет 82 800 00 руб., в том числе НДС 20%. 

В соответствии с пунктом 3.2.1. договора покупатель перечисляет 8 280 000 руб., в том числе НДС 20%, в течение пяти рабочих дней с момента уплаты лизингополучателем покупателю авансового лизингового платежа по договору лизинга. 

Со стороны покупателя и лизингополучателя обязательства по оплате товара согласно пункта 3.2.1 выполнены в полном объеме, а именно, 16.11.2021 оплачено ответчику 8 280 000 руб., в том числе НДС 20% (платежное поручение от 16.11.2021 № 346).

Согласно пункту 2.1.3 договора продавец обязался передать товар в собственность покупателя в течение 125 календарных дней с даты исполнения покупателем своих обязательств, предусмотренных пунктом 3.2.1. договора, с правом досрочной поставки.

Передача товара должна осуществляться по адресу: ХМАО-Югра, Нижневартовский район, п.г.т. Излучинск, Самотлорское месторождение Нефти, Территория производственной базы освоения скважин № 2 на р. Вах в 4,3 км на северо-запад от п.г.т. Излучинск (далее - склад лизингополучателя). 

Срок предъявления товара покупателю на складе лизингополучателя согласно условиям договора истек 22.03.2022. 

Фактически товар передан покупателю и лизингополучателю 27.07.2022, что подтверждается актом приема-передачи товара, подписанным сторонами договора. 

Срок передачи товара нарушен на 126 календарных дней. 

На основании пункта 5.1 договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по настоящему договору виновная сторона несет ответственность в порядке, предусмотренном действующим законодательством Российской Федерации и настоящим договором. 

В соответствии с пунктом 5.5. договора в случае нарушения продавцом срока передачи товара, продавец уплачивает покупателю пени в размере 0,1% от стоимости товара за каждый день просрочки. 

Руководствуясь изложенным выше пунктом договора, истец начислил неустойку за период с 05.05.2022 по 27.07.2022 в размере 6 872 400 руб. (с учетом уточнения исковых требований).

Обстоятельства ненадлежащего исполнения обязательств по поставке товара послужили основанием для обращения ООО «Интегра-Бурение» в суд с настоящим исковым заявлением.

Суд первой инстанции, приняв во внимание нарушение срока поставки товара и наличие оснований в связи с этим для начисления договорной неустойки, исковые требования удовлетворил в полном объеме. Оснований для освобождения от договорной ответственности или исключения периода в течение, которого действовал мораторий на начисление неустоек, не установил

Оспаривая принятое судом первой инстанции решение, ООО ТК «Энергосберегающие технологии» не оспаривает факта нарушения срока поставки товара, ответчик считает, что у суда первой инстанции не имелось правовых основной для взыскания меры договорной ответственности с учетом наличия обстоятельств непреодолимой силы и действия в период начисления договорной неустойки моратория на начисление таковой.

Иных возражений относительно принятого судебного акта судом первой инстанции апелляционная жалоба не содержит, таковых не приведено и стороной истца, в связи с чем оснований для переоценки выводов суда первой инстанции относительно исковых требований в остальной части суд апелляционной инстанции не имеет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Оценивая возражения истца в обжалуемой части, коллегия судей пришла к следующим выводам.

Статьями 309, 310 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (пункт 1 статьи 329 ГК РФ). В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Действующее гражданско-правовое регулирование института ответственности по общему правилу исходит из того, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет таковую при наличии вины (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В рассматриваемом случае ответчик в апелляционной жалобе указывает наличие обстоятельств непреодолимой силы не позволившей осуществить поставку товара.

В частности ответчик сослался на обстоятельства проведения специальной военной операции на территории Украины (затруднительность таможенного перемещения от китайских партнеров, обеспечивающих необходимыми комплектующими товарами).

Однако, из указанных обстоятельств, в отсутствие документального подтверждения, коллегия судей не установила оснований для освобожден от мер финансовой ответственности, поскольку данные обстоятельства, по сути, свидетельствуют об отсутствии у контрагентов поставщика необходимого товара, что имеет правовые последствия только в правоотношениях с контрагентами и не лишает права покупателя на начисления меры договорной ответственности (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Вместе с тем, коллегия судей считает заслуживающими внимание доводы ответчика о наличии оснований для применения моратория на начисление договорной неустойки.

Так, согласно пункту 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики Правительство Российской Федерации вправе в исключительных случаях ввести на определенный срок мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами.

Такой мораторий введен Правительством Российской Федерации на период с 01.04.2022 сроком на шесть месяцев постановлением от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее - постановление № 497).

Мораторием помимо прочего предусматривался запрет на применение финансовых санкций за неисполнение должниками денежных обязательств по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве Правительству Российской Федерации предоставлено право определить категории лиц, подпадающих под действие моратория. В данном случае Правительством Российской Федерации определено, что мораторий применяется в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, за исключением лиц, перечисленных в пункте 2 постановления № 497.

Как указано выше, постановлением № 497 в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве с 01.04.2022 сроком на 6 месяцев введен мораторий, в том числе, на начисление неустоек, процентов.

Таким образом, с 01.04.2022 на 6 месяцев прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.

В данном случае ответчиком нарушено неденежное обязательство, однако это не является препятствием для применения моратория, исходя из следующего.

Целью введения моратория является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам (пункт 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее также постановление № 44), а возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения, поскольку освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028).

По смыслу абзаца 4 статьи 2 и части 2 статьи 4 Закона о банкротстве финансовые санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, являются денежным обязательством, хотя и не учитываются при определении признаков банкротства (ответ на вопрос 8 Обзора судебной практики № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015).

Иными словами, санкция, начисленная должнику за неисполнение неденежного обязательства, в частности, обязанности по исполнению обязательства в натуре, сама по себе является денежным обязательством, включаемым в реестр требований кредиторов должника в третью очередь, хотя и подлежащая учету в реестре отдельно и не предоставляющая голоса на собрании кредиторов (пункт 3 статьи 12, пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве).

Названные санкции противопоставляются иным кредиторам при разделе конкурсной массы, поэтому в условиях, когда кредиторы по денежным обязательствам должника ограничены в начислении санкций в период моратория, кредитор по неденежному обязательству в случае, если санкции в его пользу в этот период продолжают начисляться, оказывается в более выгодном положении.

Следует учитывать, что неденежные требования, обращенные к конкурсной массе, при банкротстве должника трансформируются в денежные (подлежат денежной оценке, сумма которой указывается в реестре требований кредиторов), следовательно, санкции за неисполнение этих требований должником начисляться перестают (абзац третий пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве).

Экономический механизм моратория заключается в том, что законодатель моделирует ситуацию, при которой дело о банкротстве должника как бы возбуждено, то есть действуют предусмотренные Законом о банкротстве ограничения для «реестровых» кредиторов, но при этом не позволяет собственно возбудить дело о банкротстве, чтобы должник не погружался в принудительную ликвидацию из-за финансового кризиса, а сохранил возможность осуществления хозяйственной деятельности и, соответственно, вероятность выхода из кризиса с учетом временного блокирования санкций по «реестровым» требованиям.

Состав и размер требований кредиторов при возбуждении дела о банкротстве должника после окончания моратория определяются на день введения моратория, а не на день введения первой процедуры банкротства (подпункт 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве, пункт 10 постановления № 44). Требования, возникшие после начала действия моратория, квалифицируются как текущие (пункт 11 постановления № 44). Периоды для оспаривания сделок, предусмотренные статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, исчисляются исходя из дня введения моратория (пункт 13 постановления № 44).

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Следуя логике данной нормы и установленной мораторием фикции введения процедуры наблюдения (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве), принимая во внимание денежный характер обязанности по уплате санкций за нарушение натурного обязательства и прямое предписание подпункта 2 пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве (в истолковании пункта 10 постановления № 44), следует прийти к выводу, что размер такой санкции должен быть определен именно на дату введения моратория.

При введении моратория должник не может находиться в худшем положении, чем находился бы при отсутствии моратория, когда в отношении него могло быть возбуждено дело о банкротстве. Другими словами, если при возбуждении дела о банкротстве кредитор не вправе претендовать на какое-либо предоставление от должника (в частности, санкции), то при моратории это право у кредитора также отсутствует, иначе мораторий как мера экономической защиты должников утрачивает смысл.

Если продолжить начислять санкции за нарушение должником неденежного требования в период моратория, то при последующем возбуждении дела о банкротстве после окончания моратория и трансформации неденежного обязательства должника в денежное получится, что кредитор по неденежному требованию, став в один ряд с обычными кредиторами с денежными требованиями, будет иметь право на взыскание санкций за больший период, нежели остальные кредиторы.

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации (постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.), устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер, оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и разумного оправдания.

В этой связи санкции за неисполнение должником неденежных требований, подлежащих трансформации при банкротстве должника, не могут начисляться при введении моратория.

Надлежит подчеркнуть, что неденежное обязательство не относится к числу тех требований к должнику, которые не обращены к конкурсной массе и не трансформируются при признании должника банкротом в требования денежного характера (когда возбуждение дела о банкротстве должника не отражается на судьбе этих требований и способе их удовлетворения, а мораторий на них не распространяется применительно к абзацу седьмому пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве и абзацу первому пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Сказанное согласуется с содержанием определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845.

Таким образом, действие моратория распространяется и на неденежное обязательство ответчика.

При этом апелляционный суд также учитывает, что таковое возникло до введения моратория – 01.04.2022.

Так, из расчета истца следует, что неустойка в размере 6 872 400 руб. начислена за период с 05.05.2022 по 27.07.2022.

Суд первой инстанции, отклоняя доводы ответчика о применении моратория, принял во внимание срок исполнения обязательства по поставке, который выпадал на 04.05.2022, то есть на период действия моратория, в связи с чем не исключил из периода начисления договорной неустойки период действия моратория.

Такое применение положений постановления № 497 коллегия судей признает не верным, исходя из следующего.

Как разъяснено в пункте 7 постановления № 44 в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория.

Однако по смыслу приведенных разъяснений и абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве такие последствия возможны только по обязательствам, не являющимися текущими.

В целях установления момента возникновения требования кредитора (истца) необходимо учитывать положения Закона о банкротстве, из совокупного толкования пункта 1 статьи 5 которого и разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее - постановление № 63), в пункте 11 постановления № 44, следует, что требования кредиторов относятся к текущим платежам, если они возникли после начала действия моратория.

Исходя из абзаца второго пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве, пункта 2 постановления № 63, пункта 11 постановления № 44 возникшие после начала действия моратория требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

По смыслу изложенного текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после начала действия моратория, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Как разъяснено в пункте 11 постановления № 63, при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание следующее.

Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств.

Требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, не являются текущими платежами.

Таким образом, применительно к обстоятельствам настоящего спора правовое значение для квалификации требования истца о взыскании договорной неустойки в качестве текущего имеет именно период возникновения обязательства по поставке товара.

При этом следует учитывать, что срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет.

В силу положений статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 ГК РФ.

В рассматриваемом случае обязательство по поставке товара, принимая во внимание условия вышеприведенного пункта 2.1.3 договора, с момента перечисления ответчику 8 280 000 руб., то есть 16.11.2021.

Следовательно, вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения в отношениях сторон положений постановления № 497 является ошибочным. 

Обязательство поставщика возникло до введения моратория и не является текущим, в связи с чем в силу изложенного выше не допускается начисление неустойки за период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Следовательно, положения моратория установленного постановлением № 497, подлежат применению к взыскиваемой истцом неустойке, а требования истца не подлежат удовлетворению с учетом периода начисления пени с 05.05.2022 по 27.07.2022.

Таким образом, основания для удовлетворения исковых требований у суда первой инстанции отсутствовали. 

При данных обстоятельствах обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене в силу пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении исковых требований.

По правилам статьи 110 АПК РФ судебные расходы по делу относятся на истца.

На основании изложенного и руководствуясь статей 271, пунктом 4 части 1 статьи 270, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 06.09.2023 по делу № А70-2820/2023 отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Интегра-Бурение» из федерального бюджета 17 802 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 07.02.2023 № 588.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интегра-Бурение» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) с пользу общества с ограниченной ответственностью ТК «Энергосберегающие технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) судебные расходы по уплате государственной пошлине по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

 

Н.В. Тетерина

Судьи

 

Д.Г. Рожков

Ю.М. Солодкевич