Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-35454/2020

22 февраля 2022 года

г.Иркутск

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Уманя И.Н.,

судей Бронниковой И.А., Зуевой М.В.,

при участии в судебном заседании ФИО1 (паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от 20 сентября      2021 года по делу и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от         15 ноября 2021 года по делу № А33-35454/2020,

установил:

производство по делу № А33-35454/2020 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская кредитно-сберегательная корпорация» (ОГРН 

<

***>, г.Красноярск, далее - ООО «Сибирская КСК», должник) возбуждено на основании заявления ФИО1  (участник должника, далее – ФИО1), принятого определением Арбитражного суда Красноярского края от 1 февраля 2021 года.

Определением от 4 мая 2021 года заявление признано обоснованным, в отношении ООО «Сибирская КСК» введена процедура наблюдения с применением правил, предусмотренных параграфом 4 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), регулирующих банкротство финансовых организаций; требование ФИО1 в размере           8.184.072 рублей 03 копеек основного долга, основанное на договорах займа от 02.08.2019 и от 09.09.2019, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника (далее – реестр).

Судебное заседание для рассмотрения отчета временного управляющего ООО «Сибирская КСК» ФИО2 (далее – временный управляющий) о результатах процедуры наблюдения назначено на 21.03.2022.

12.07.2021 ФИО1 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с возражениями на заявление ФИО3 (далее – ФИО3) о включении в реестр требования в размере 11.113.030 рублей 48 копеек.

Определением от 20 сентября 2021 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 15 ноября 2021 года, требование ФИО3 в размере 11.113.030 рублей 48 копеек включено в третью очередь реестра.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 20 сентября 2021 года и постановление от 15 ноября 2021 года, принять новый судебный акт, которым требование ФИО3 признать подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей очередности распределения ликвидационной квоты.

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что ФИО3 является участником должника, контролирующим его деятельность, выступая членом совета директоров и обладая значительной долей в уставном капитале ООО «Сибирская КСК»; на согласованность действий ФИО3 с иными учредителями должника; на неправильное распределение бремени доказывания, не учитывающее наличие у   ФИО3 статуса контролирующего должника лица; на то, что уменьшение процентной ставки, отказ от начисления процентов и предоставление рассрочки по возврату займа относятся к компенсационному финансированию.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 выражает несогласие содержащимся в ней доводам, сообщает о том, что правоотношения, связанные с денежными средствами, сложились в 2017 году, когда должник являлся кредитным потребительским кооперативом; о том, что внесение денежных средств, переоформленное в договор займа, не было одномоментным, позволяло получать прибыль в виде процентов; о том, что получение доли в уставном капитале должника было обусловлено принятием решения о преобразовании кооператива, в котором имелся пай, в хозяйственное общество; о том, что ФИО1 приобрел статус участника должника и разместил денежные средства аналогичным образом, поэтому он не является независимым кредитором, в связи с чем бремя доказывания подчинено общим правилам.

В отзыве на кассационную жалобу должник указывает на их необоснованность, сообщая об идентичности договоров, на которых основаны требования как ФИО3, так и ФИО1, ранее признанного обоснованным и включенного в третью очередь реестра.

Определение от 27 января 2022 года о назначении на 12 часов 21.02.2022 судебного заседания для рассмотрения кассационной жалобы ФИО1 на определение от 20 сентября 2021 года и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15 ноября 2021 года по делу № А33-35454/2020 выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства в суде округа посредством его размещения 28.01.2022 на общедоступном официальном сайте суда в сети «Интернет».

Для участия в судебном заседании явился заявитель кассационной жалобы.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие ФИО3, представителя должника и его временного управляющего, в порядке, установленном главой 35 этого же Кодекса.

ФИО1 поддержал в судебном заседании доводы кассационной жалобы.

Выслушав заявителя кассационной жалобы, проверив соответствие выводов Арбитражного суда Красноярского края и Третьего арбитражного апелляционного суда об обстоятельствах, имеющие значение для разрешения возражений ФИО1, их соответствие имеющимся доказательствам, правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении спора и принятии обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не находит оснований, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, для отмены определения от 20 сентября 2021 года и постановления от 15 ноября 2021 года.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие выводу о наличии оснований для включения в реестр требования ФИО3, указывая на ее аффилированность с ООО «Сибирская КСК» и на предоставлении последнему компенсационного финансирования, а его процессуальные оппоненты (ФИО3 и должник) указывают, в свою очередь, на правильность разрешения обособленного спора.

Как установлено при рассмотрении спора по существу и видно из его материалов,  между кредитным потребительским кооперативом «Сибирская кредитно-сберегательная корпорация» (далее – КПК «Сибирская КСК») и ФИО3 заключались договоры      о передаче личных сбережений № ЛС-С.0327/ФЛ/Д1 от 13.02.2017, № ЛС-С.0393/ФЛ/Д1 от 27.07.2017, № ЛС-С.0596/ФЛ/Д1 от 30.07.2018, № ЛС-С.0603/ФЛ/Д1 от 07.08.2018,     № ЛС-С.0723/ФЛ/Д3 от 23.09.2019 и № ЛС-С.0727/ФЛ/Д3 от 01.10.2019 (далее – договоры о передаче личных сбережений), по условиям которых первому передавались путем внесения в кассу денежные средства на условиях возвратности, платности и срочности.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц деятельность КПК «Сибирская КСК» прекращена 24.07.2019 путем его реорганизации в форме преобразования в ООО «Сибирская КСК».

Денежные средства, полученные КПК «Сибирская КСК» по договорам о передаче личных сбережений, ФИО3 не возвращались.

ФИО3 и ООО «Сибирская КСК» подписали три договора займа № ЛС-С.0723/ФЛ/Д3 от 23.09.2019, № ЛСС.0727/ФЛ/Д3 от 01.10.2019 и № ЛС-С.0763/ФЛ/К2 от 27.05.2020 (далее – договоры займа от 23.09.2019, от 01.10.2019, от 27.05.2020), по условиям которых должнику предоставлены денежные средства в суммах, соответственно, 5.913.666 рублей 10 копеек, 4.817.744 рублей 84 копеек и 1.000.000 рублей, ранее полученных КПК «Сибирская КСК» по условиям договоров о передаче личных сбережений.

Квитанциями к приходно-кассовым ордерам № 151 от 13.02.2017 на                 сумму 1.500.000 рублей, № 518 от 28.04.2017 на сумму 500.000 рублей, № 559 от 16.05.2017 на сумму 1.650.000 рублей, № 737 от 14.06.2017 на сумму 350.000 рублей,       № 1001 от 27.07.2017 на сумму 3.160.000 рублей, № 1096 от 16.08.2017 на сумму  2.900.000 рублей, № 1349 от 11.10.2017 на сумму 70.400 рублей и № 263 от         27.05.2020 на сумму 1.000.000 рублей подтвержден факт внесения ФИО3 денежных средств в кассу должника.

Договором купли-продажи от 04.08.2017 на сумму 3.000.000 рублей, договорами уступки права требования от 27.01.2017, от 21.04.2017 и от 30.06.2017 подтверждено наличие у ФИО3 финансовой возможности передать денежные средства в заявленном размере.

В связи с преобразованием КПК «Сибирская КСК» в общество с ограниченной ответственностью 24.07.2019 паевой взнос ФИО3 трансформирован в долю участия в уставном капитале ООО «Сибирская КСК».

Доказательства наличия у ФИО3 возможности оказывать влияние на деятельность должника, а также заключения договоров займа в ситуации имущественного кризиса ООО «Сибирская КСК», не представлены.

Признавая требование ФИО3 обоснованным, Арбитражный суд Красноярского края руководствуясь статьями 2, 71, 183.26, 189.6-1 Закона о банкротстве и статьями 807, 808, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из реальности сделок, на которых основано требование, и неисполнения должником обязательства по возврату займов; из недоказанности возможности ФИО3 оказывать влияние на хозяйственную деятельность должника, а равно недоказанности того, что правоотношения сторон по договорам займа от 23.09.2019, от 01.10.2019 и от 27.05.2020, носили характер компенсационного финансирования.

Третий арбитражный апелляционный суд признал правильными обстоятельства, установленные судом первой инстанции, и по результатам повторного рассмотрения спора по жалобе ФИО1 постановлением от 15 ноября 2021 года оставил без изменения определение от 20 сентября 2021 года.

Порядок установления требований кредиторов в деле о банкротстве финансовых организаций в силу подпункта второго пункта 2 статьи 180 Закона о банкротстве предусмотрен статьей 183.26 названного Закона.

В соответствии с подпунктом вторым пункта 1 статьи 183.26 Закона о банкротстве в целях участия в деле о банкротстве кредиторы вправе заявить свои требования к финансовой организации в ходе конкурсного производства в течение двух месяцев с даты опубликования сведений о признании финансовой организации банкротом. Требования кредиторов направляются в арбитражный суд, финансовую организацию и арбитражному управляющему с приложением документов, подтверждающих их обоснованность.

Предусмотренные статьей 183.26 Закона о банкротстве особенности установления требований состоят в том, что арбитражный управляющий включает их в реестр, который ведется в порядке, установленном статьей 16 названного Закона с учетом особенностей настоящей статьи.

При наличии возражений относительно требований кредиторов, указанных в пункте 1 статьи 183.26 Закона о банкротстве, арбитражный суд проверяет их обоснованность и наличие оснований для включения в реестр (пункт 5 статьи 183.26 Закона о банкротстве).

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы права к подобного рода обязательствам относятся не только прямо предусмотренные корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможным, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование) с использованием, в частности, конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования в случае объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других, не аффилированных с должником, кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при банкротстве должника требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям иных кредиторов, в связи с чем таковое подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 названного Закона и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При рассмотрении спора установлено, что изначально правоотношения между ФИО3 и ООО «Сибирская КСК» сложились в 2017 году в условиях обычной хозяйственной деятельности последнего путем последовательного предоставления денежных средств по договорам о передаче личных сбережений, при этом в дальнейшем, в связи с преобразованием должника в общество с ограниченной ответственностью, характер отношений между сторонами не претерпел изменений,

Модель участника общества ФИО3 реализовывалась формально при отсутствии у последней намерения осуществлять руководство деятельностью должника, влиять на его деятельность и участвовать в распределении доходов, при этом сохранилась цель получения прибыли за счет ранее предоставленных должнику активов, в связи с чем передача таковых была переоформлена в договоры займа от 23.09.2019, от 01.10.2019 и от 27.05.2020.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов.

Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании (пункт 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, поступившие от участников обособленного спора, суды первой и апелляционной инстанций установив обстоятельства, входящие в предмет исследования при проверке обоснованности требования кредитора, пришли к выводам о реальности передачи должнику денежных средств на основании последовательно заключавшихся с ФИО3 договоров о передаче личных сбережений, переоформленных в связи с преобразованием юридического лица в договоры займа от 23.09.2019, от 01.10.2019 и от 27.05.2020, что имело место в период до возникновения имущественного кризиса в ООО «Сибирская КСК» и в условиях его обычной хозяйственной деятельности, отметив, что преобразование должника в общество с ограниченной ответственностью не изменило характера взаимоотношений между сторонами спорного обязательства. ФИО3 сохранила интерес в получении прибыли от переданных должнику активов, не имела намерения осуществлять руководство деятельностью ООО «Сибирская КСК» и участвовать в распределении его прибыли, выступая в качестве участника.

Сделав выводы, соответствующие обстоятельствам спора, Арбитражный суд Красноярского края и Третий арбитражный апелляционный суд обоснованно включили требование в реестр для его удовлетворения в составе третьей очереди, учитывая то, что оно основано на взаимоотношениях должника и кредитора, не имеющих характера компенсационного финансирования.

Доводы кассационной жалобы о несогласии с выводами, содержащимися в обжалуемых судебных актах, по существу направлены на иную оценку доказательств и обстоятельств спора.

Полномочия для переоценки доказательств, которые оценены с соблюдением положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, позволили установить обстоятельства, имеющие значение для его разрешения, суду округа законодателем не предоставлены (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение Арбитражного суда Красноярского края от 20 сентября 2021 года по делу и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15 ноября     2021 года по делу № А33-35454/2020 в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 287 этого же Кодекса подлежат оставлению без изменения, а кассационная жалоба – без удовлетворения.

Статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплаты государственной пошлины при подаче кассационных жалоб на судебные акты, принимаемые арбитражным судом по результатам рассмотрения в деле о банкротстве возражений на требования кредиторов.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 20 сентября 2021 года по делу и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15 ноября 2021 года по делу № А33-35454/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение двух месяцев в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

И.Н.Умань

И.А.Бронникова

М.В.Зуева