АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-8546/2023

Дело № А55-6579/2020

г. Казань

05 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 октября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Коноплёвой М.В., Кашапова А.Р.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 18.04.2019),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле - извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 27.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2023

по делу № А55-6579/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Новокуйбышевская промышленная компания» ФИО3 о привлечении ФИО4 и ФИО1 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новокуйбышевская промышленная компания», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 23.03.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Новокуйбышевская промышленная компания», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.06.2020 заявление ООО «Механические системы» признано обоснованным, в отношении ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3), член Ассоциации «РСОПАУ».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 112 от 27.06.2020.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 29.10.2020 в отношении ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Объявление об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 201 от 31.10.2020.

Конкурсный управляющий должником ФИО3 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просил привлечь бывшего директора ФИО4, (далее – ФИО4) и действующего учредителя ФИО1 (далее - ФИО1) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Новокуйбышевская промышленная компания», равным совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Новокуйбышевская промышленная компания», и текущих судебных расходов на процедуру банкротства на общую сумму 4 248 537,27 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27.02.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 27.07.2023, заявление конкурсного управляющего ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 и ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» удовлетворено, с ФИО1 и ФИО4 в пользу ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» взысканы солидарно денежные средства в размере 4 248 537,27 руб.

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 27.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2023 в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в указанной части, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы обособленного спора, выслушав представителя ответчика, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов в обжалуемой части исходя из приведенных в кассационной жалобе доводов, судебная коллегия приходит к следующему.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон от 29.07.2017 № 266ФЗ) были внесены изменения в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве); положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу; в Закон о банкротстве введена глава III.2 (статьи 61.10 - 61.22), предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - с 30.07.2017.

Из материалов дела следует, что заявление о привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 19.05.2022, обстоятельства, с которыми связано привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в законную силу Закона от 29.07.2017 № 266ФЗ, соответственно, суды правильно применили правила Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал, что им были выявлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для привлечения бывшего учредителя ФИО1 солидарно с руководителем общества ФИО4 к субсидиарной ответственности, предусмотренные статьей 61.11 Закона о банкротстве - за невозможность полного погашения требований кредиторов и статьей 61.12 Закона о банкротстве - за неподачу заявления о банкротстве.

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ, руководствуясь положениями статей 9, 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве (в актуальной редакции), пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО1, являвшегося учредителем должника, к субсидиарной ответственности, указав на невозможность погашения требований кредиторов ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» вследствие бездействия контролирующих должника лиц ФИО4 и ФИО1, а также на неисполнение обязанностей по своевременному обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и передаче документации и иного имущества должника.

В  соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 АПК РФ).

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу норм пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется. Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

В рассматриваемом случае с момента создания общества учредителем ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» является ФИО1, директором с момента создания общества и до признания банкротом являлся ФИО4

В силу пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац 2 пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким же образом должны решаться вопросы, связанные с наличием статуса контролирующего лица у номинальных и фактических членов органов должника (в том числе участников корпораций, учредителей унитарных организаций), ликвидаторов и членов ликвидационных комиссий, а также вопросы, касающиеся привлечения их к субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В этой связи доводы ФИО1 о том, что он являлся только учредителем должника, а ответственность за ведение хозяйственной деятельности несет руководитель, опровергаются тем, что ФИО1 не утрачивал статус контролирующего лица, поскольку назначение руководителя юридического лица не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает участника от осуществления обязанностей по контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом.

Степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности в процесс управления должником, подлежит установлению судом по результатам исследования вопроса значительности оказанного таким лицом влияния на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце седьмом пункта 1 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, из системного толкования абзаца второго пункта 3 статьи 56 ГК РФ, пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472 сформулирован правовой подход, согласно которому субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Из разъяснений, данных в пункте 23 Постановления Пленума № 53 следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Как следует из материалов банкротного дела, определением Арбитражного суда Самарской области от 29.09.2021 по делу № А556579/2020 была признана недействительной сделка - договор мены № 19/08/02 от 02.08.2019, заключенный между ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» и ФИО5, с которого в пользу ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» взысканы 1 600 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Указанным судебным актом установлено, что договор мены был заключен аффилированными лицами (ФИО5 является сыном ФИО1) в период неплатежеспособности и недостаточности имущества для расчетов с кредиторами в отсутствие встречного предоставления, в результате чего должнику и его кредиторам был причинен вред.

Как установлено судами, указанная сделка совершена в период рассмотрения спора о взыскании задолженности с ООО «Новокуйбышевская промышленная компания» в пользу ООО «Механические системы» в рамках дела № А55-22019/2019, решение вынесено судом 30.09.2019, при этом в результате совершения указанной сделки общество лишилось единственного ликвидного имущества, которое могло обеспечить частичное погашение требований кредиторов. 

Суды, приняв во внимание, что иных активов кроме автомобиля за должником не установлено, пришли к выводу, что совершение сделок по заключению договора мены значительно ухудшило финансовое положение должника, о чем ФИО1 не мог не знать в силу безвозмездности сделки.

Суды также признали обоснованными доводы конкурсного управляющего о том, что учредитель должника обладал всеми сведениями об экономической деятельности должника (наличие кредиторской и дебиторской задолженности, сроки исполнения обязательств перед кредиторами и т.д.); контролировал все действия руководителя должника; давал руководителю должника обязательные к исполнению указания, что, в свою очередь, позволило совершить действия по выводу ликвидного имущества в условиях наличия у должника признаков экономического кризиса.

Согласно сведениям, размещенным в сети Интернет во всероссийской системе данных о компаниях и бизнесе «За частный бизнес», по бухгалтерскому балансу за 2018 год (последний год, когда составлялась и сдавалась должником отчетность в налоговый орган) усматривается, что у должник имелись запасы в сумме 4 420 000 руб., дебиторская задолженность в сумме 3 488 000 руб., при этом документы в отношении данного имущества и само имущество не было передано конкурсному управляющему.

Бывшим руководителем не представлены документы ни на один из видов активов (финансовые вложения, дебиторская задолженность, запасы, основные средства), которые указаны в балансе, а также подтверждающих расход, с указанием на какие цели, указанных активов, что привело к невозможности пополнения конкурсной массы и расчетов с кредиторами в полном объеме.

Доказательств того, что учредитель должника осуществлял контроль за деятельностью руководителя должника и правильным ведением бухгалтерской и иной документации, с учетом положений Закона об ООО, при рассмотрении настоящего обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций представлено не было. 

Таким образом, исходя из совокупности установленных обстоятельств, суды заключили, что в рассматриваемом случае отсутствие контроля со стороны единственного учредителя Общества за деятельностью руководителя не могут быть расценены как добросовестное поведение, что привело к тому, что ФИО4 не передал документацию, имущество и иные материальные ценности должника конкурсному управляющему, что подтверждается определением суда от 06.05.2021.

Учитывая, что судами первой и апелляционной инстанций установлены факты, повлиявшие на неплатежеспособность должника вследствие действий (бездействий) ФИО1, приведшие к объективному банкротству и причинению вреда имущественным правам его кредиторов, судебная коллегия считает обоснованным вывод судов о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего учредителя ФИО1 в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статье 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

По мнению конкурсного управляющего, датой, не позднее которой должник должен был принять решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника, является 30.06.2019 - дата спустя месяц после возникновения обязательств должника по возврату ООО «Механические системы» суммы аванса в размере 1 058 400 руб.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, и установив, что по состоянию на 30.05.2019 должник имел неисполненные обязательства перед ООО «Механические системы», ЗАО «Ухтинский экспериментально-механический завод», ОАО «Российские железные дороги» и уполномоченным органом, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, суды пришли к выводу, что по состоянию на указанную конкурсным управляющим дату у должника имелись признаки неплатежеспособности, при наличии которых руководитель должника, действуя разумно и добросовестно, должен был объективно определить, что должник не имеет возможности рассчитаться в полном объеме с кредиторами, и что удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств в полном объеме перед другими кредиторами, следовательно, датой возникновения обязанности по подаче руководителем должника заявления в арбитражный суд о признании банкротом является 30.06.2019, однако руководителем  должника данная обязанность не была исполнена.

Суды установили, что ФИО1, являясь единственным участником должника, не мог не знать о наличии обстоятельств, свидетельствующих о возникновении обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве; являясь контролирующим должника лицом, обладал полномочиями по созыву собрания и по самостоятельному принятию решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

В данном случае, такой срок начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац 7 пункта 13 Постановления Пленума № 53, статья 9 Закона о банкротстве).

Таким образом, в отсутствие доказательств исполнения ответчиком указанной обязанности, суды правомерно привлекли ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, установив при этом наличие причинно-следственной связи между бездействием учредителя ФИО1 по неподаче заявления и наступлением негативных последствий в виде нарастания задолженности должника перед кредиторами. 

Доводы ФИО1 о неправомерном включении судом в размер субсидиарной ответственности требований кредиторов, возникших до наступления обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом, основаны на ошибочном толковании норм Закона о банкротстве и не учитывают привлечение ответчика к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Возражения ответчика о неправомерном привлечении его к субсидиарной ответственности в связи с его неосведомленностью о результатах финансово-хозяйственной деятельности должника из-за номинальности его участия в управлении должником не являются основанием для освобождения данного ответчика, добровольно принявшего на себя подобного рода риски, от ответственности (пункт 6 постановления Пленума № 53).

Изложенные в кассационной жалобе доводы об обратном подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшихся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получивших надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов отклонения.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 27.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2023 по делу № А55-6579/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья    А.Ф. Фатхутдинова 

Судьи              М.В. Коноплёва 

    А.Р. Кашапов