СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                            Дело № А45-19248/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 11 февраля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 февраля 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Назарова А.В., 

судей: Иванова О.А., 

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Драгон М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (№ 07АП-4091/2018(7)) на определение от 22.10.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Ничегоряева О.Н.) по делу № А45-19248/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибирские медицинские технологии» (633011, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 и дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору залога движимого имущества № ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015, заключенные между публичным акционерным обществом «Межтопэнергобанк» и должником, 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ПАО «Межтопэнергобанк», ГК «АСВ» - ФИО3 по доверенности от 25.05.2018, паспорт,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибирские медицинские технологии» (далее – ООО «НПО «СМТ», должник) 20.08.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными: дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 и дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору залога движимого имущества № ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015, заключенные между акционерным коммерческим межрегиональным топливноэнергетическим банком «Межтопэнергобанк» (публичное акционерное общество) (далее - ПАО «Межтопэнергобанк», Банк, ответчик) и должником.

Определением от 22.10.2018 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении заявленных требований отказано.

С вынесенным определением не согласился конкурсный управляющий ФИО2, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа признать недействительным дополнительное соглашение от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 и принять по делу новый судебный акт: признать недействительным дополнительное соглашение от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015, заключенное между Банком и ООО НПО «СМТ».

В обоснование заявитель апелляционной жалобы ссылается на необоснованность и незаконность обжалуемого судебного акта, указывает, что судом сделан неправомерный вывод об отсутствии доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО НПО «СМТ» заключением оспариваемой сделки при неправильном применении норм права. При наличии признаков неплатежеспособности, подтвердив своим волеизъявлением действие договора поручительства при переводе долга на новое лицо, должник лишил своих кредиторов возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Судом сделан неправомерный вывод об отсутствии цели причинить вред имущественным правам кредиторов ООО НПО «СМТ» заключением оспариваемой сделки при неполном установлении обстоятельств, имеющих значение для существа дела. Заключение оспариваемой сделки не могло служить  интересам группы лиц, так как давало возможность предъявить требования о досрочном погашении обязательств по кредитному договору в любой момент.

От ПАО «Межтопэнергобанк» поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому поскольку обязательства по поручительству и залогу у должника существовали на момент заключения оспариваемых сделок, то оспариваемые сделки не создали новых, в том числе имущественных, обязательств для должника, а лишь подтвердили ранее существовавшие перед Банком обязательства с учетом перевода долга. Следовательно, увеличение размера имущественных требований к должнику отсутствовало. Какой-либо ущерб имущественным интересам кредиторов причинен не был. Банкротство должника не являлось следствием заключения оспариваемых сделок либо в целом заключения договора поручительства и договора залога. Заявителем не доказан довод о действиях Банка с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Просит определение суда от 22.10.2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ПАО «Межтопэнергобанк» возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные участвующие в деле о банкротстве лица, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили. 

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве должника возбуждено определением суда от 01.09.2017 по заявлению Федеральной налоговой службы. 

Определением суда от 20.10.2017 (резолютивная часть объявлена 16.10.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Решением суда от 07.06.2018 (резолютивная часть объявлена 31.05.2018) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

13.07.2015 между ПАО «Межтопэнергобанк» (ответчиком) и ООО НПО «СМТ» (должник) был заключен договор поручительства № ДП-0031/100-00/3.

В соответствии с пунктом 1.3. указанного договора должник (поручитель) обязался отвечать за полное исполнение закрытым акционерным обществом Строительная компания «Афина Паллада» (далее – ЗАО «СК «Афина Паллада») обязательств, вытекающим из кредитного договора 

<

***> от 08.07.2015. 

Одновременно с заключением договора поручительства № ДП-0031/100-00/3 13.07.2015 между ответчиком и ООО НПО «СМТ» был заключен договор залога движимого имущества №ДЗ-0031/100-00/6. 

В соответствии с пунктом 1.1. указанного договора должник (залогодатель) обязался передать в залог в счёт обеспечения исполнения обязательств ЗАО СК «Афина Паллада» по всем обязательствам, вытекающим из кредитного договора 

<

***> от 08.07.2015, движимое имущество на общую согласованную с залогодержателем сумму 11 960 059,54 рублей.

Обе указанные сделки: выдача поручительства и предоставление имущества в залог в счёт исполнения обязательств ЗАО СК «Афина-Паллада» были одобрены единственным участником должника ЗАО Агентство «Афина Паллада» в лице генерального директора ФИО4 (Решение единственного участника ООО НПО «СМТ» от 08.07.2015). 

24.06.2016 между ответчиком и ОАО «Красноярский элетровагоноремонтный завод» (далее - ОАО «КрЭВЗ») в лице президента ЗАО Управляющая компания «Афина Паллада» ФИО5 было заключено дополнительное соглашение к кредитному договору № 

<

***> от 08.07.2015 о переводе долга по кредитному договору с ЗАО Строительная компания «Афина Паллада» (первоначальный должник) на нового должника по договору - ОАО «КрЭВЗ». 

24.06.2016 между ответчиком и ООО НПО «СМТ» было заключено дополнительное соглашение к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015, а также 24.06.2016 между ответчиком и ООО НПО «СМТ» заключено дополнительное соглашение к договору залога №ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015.

Полагая, что указанные сделки по заключению дополнительных соглашений совершены с целью причинения вреда кредиторам, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2202 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). 

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Конкурсный управляющий в силу статьи 61.9 и пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве вправе оспаривать сделки, а также заявлять о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника (абзац 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В пунктах 5 и 6 Постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил следующее.

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что оспариваемые сделки совершены 24.06.2016, то есть, в течение трех лет до принятия заявления о признании ООО НПО «СМТ» банкротом (01.09.2017).

В подтверждение довода причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсным управляющим представлен в материалы дела бухгалтерский баланс должника за 2015 год (отчетная дата, предшествовавшая заключению оспариваемой сделки), согласно которому совокупные активы ООО НПО «СМТ» составляли 389 040 000 рублей, при краткосрочных обязательствах 376 158 000 рублей.

Конкурсный управляющий указывает, что у должника имелись признаки неплатежеспособности, так как по состоянию на 24.06.2016 имелась просроченная задолженность перед бюджетом и кредиторами по гражданско-правовым основаниям, которая на настоящее время включена в реестр требований, в общей сумме 20 644 549, 90 рублей Согласно выписки с расчетного счета, открытого в ПАО «Межтопэнергобанк», последняя операция должника состоялась 18.02.2016.

При этом, конкурсным управляющим представлены документы (платежные поручения, распорядительные письма), из которых следует, что должник использовал расчетный счет третьего лица (ООО «Алматек»), через который поступали денежные средства от контрагентов должника (для ООО НПО «СМТ») и производились расчеты с контрагентами, согласно распорядительных писем должника. Таким образом, должник, прекратив исполнение обязательств по обязательным платежам, продолжал осуществлять хозяйственно-финансовые операции с иными контрагентами. 

Также конкурсный управляющий указывает, что в результате заключения оспариваемых дополнительных соглашений к договору поручительства и договору залога ООО НПО «СМТ» приняло на себя обязательства и (или) обязанности по погашению обязательств за третье лицо в размере 140,63% от балансовой стоимости активов должника, определённой по состоянию на 31.12.2015.

По мнению заявителя, заключение ответчиком и ОАО «КрЭВЗ» дополнительного соглашения от 24.06.2016 к кредитному договору 

<

***> от 08.07.2015 о переводе долга в силу положений статьи 355 и пункта 3 статьи 367 ГК РФ прекратило действие договора поручительства №ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 и договора залога движимого имущества №ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015. 

В случае отказа от подтверждения действия договора поручительства и договора залога со стороны ООО НПО «СМТ» незаключением оспариваемых сделок, исходя из данных бухгалтерского баланса ООО НПО «СМТ» на 31.12.2015, стоимость активов должника превысила бы стоимость его обязательств на сумму 2 089 000,00 рублей.

В этом случае признаки недостаточности имущества должника отсутствовали бы.

Однако заключением дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 и дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору залога №ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015, ООО НПО «СМТ» повторно приняло на себя забалансовые обязательства должника на сумму 547 110 000,00 рублей, в том числе, обеспеченные залогом собственного недвижимого имущества на сумму 11 960 059,54 рублей, и в результате заключения оспариваемых сделок должник стал отвечать признакам недостаточности имущества должника. 

Между тем, судом установлено, что 24.06.2016 путем заключения дополнительного соглашения к кредитному договору от 08.07.2015 был произведен перевод долга с первоначального заемщика АО Строительная компания «Афина Паллада» на нового - ОАО «КрЭВЗ», то есть произведена смена лица в обязательстве. 

Должником были подписаны 24.06.2016 дополнительные соглашения к договору поручительства от 13.07.2015 и к договору залога от 13.07.2015. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается с переводом на другое лицо долга по обеспеченному поручительством обязательству, если поручитель в разумный срок после направления ему уведомления о переводе долга не согласился отвечать за нового должника. 

Таким образом, из буквального толкования указанной нормы следует, что прекращение поручительства происходит не в момент перевода долга по кредитному договору, а по истечении определенного периода времени, «разумного срока» после отправления уведомления поручителю о переводе долга.

Согласие поручителя отвечать за нового должника должно быть явно выраженным и должно позволять установить круг лиц, при переводе долга на которых поручительство сохраняет силу. 

Таким образом, наличие волеизъявления поручителя отвечать за нового должника является единственным основанием для сохранения поручительства.

Арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что поскольку соглашение о переводе долга и оспариваемые сделки были совершены в один день - 24.06.2016, фактически одновременно, то не имеется оснований утверждать, что поручительство было прекращено и дополнительное соглашение от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 представляет собой новое обязательство по предоставлению поручительства. 

Должник при подписании дополнительного соглашения указал на свое согласие отвечать перед Банком за исполнение заемщиком обязательств на условиях, указанных в договоре поручительства, в связи с чем поручительство из договора поручительства не прекратилось в связи с переводом долга на заемщика.

В силу положений статьи 355 ГК РФ с переводом на другое лицо долга по обязательству, обеспеченному залогом, залог прекращается, если иное не предусмотрено соглашением между кредитором и залогодателем.

Из материалов дела усматривается, что пунктом 1.5. договора залога предусмотрено, что с переводом на другое лицо долга по кредитному договору залог не прекращается. 

Должник при подписании дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору залога движимого имущества № ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015, указал на свое согласие отвечать перед Банком за исполнение заемщиком обязательств на условиях, указанных в договоре залога, в связи с чем залог также не прекращался.

Кроме того, согласно пояснениям Банка, перевод долга с первоначального заемщика на третье лицо осуществлялся с целью продолжения надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору. 

Целесообразность заключения соглашения о переводе долга для АО «КрЭВРЗ» состоит в том, что в случае признания первоначального заемщика банкротом Банк имел бы основания истребовать у АО «КрЭВРЗ», как поручителя по кредитному договору, всю сумму задолженности по кредитному договору с причитающимися процентами, а в результате заключения соглашения о переводе долга и подписания последующих дополнительных соглашений между Банком и новым заемщиком срок погашения основного долга по кредитному договору был перенесен на 2018-2021 г.г., АО «КрЭВЗ» исполняло надлежащим образом обязанность по погашению процентов за пользование кредитом в соответствии с условиями кредитного договора.

Данные обстоятельства заявителем не опровергнуты.

Установив изложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в результате заключения оспариваемых сделок у должника не произошло изменения объема обязательств по сравнению с теми, которые имелись у него при заключении договора поручительства от 13.07.2015. 

Таким образом, отсутствуют доказательства причинения вреда имущественным интересам кредиторов тем, что должник принял на себя дополнительные обязательства, поскольку объем ответственности по договору поручительства не изменился.

При этом, договор поручительства и договор залога не оспариваются и не признаны недействительными.

Арбитражный суд также учитывает, что общества, участвующие в совершении сделок по получению кредита и обеспечительных сделках (АО СК «Афина Паллада», ОАО «КрЭВЗ» и ООО НПО «СМТ») имеют конечного бенефициара ФИО6, следовательно, являются группой лиц, что обуславливает наличие экономического интереса в заключении обеспечительной сделки и ее обоснованности.

Таким образом, материалы спора не содержат доказательств, подтверждающих совершение оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и, что в результате их совершения причинен такой вред.

Для признания оспоримой сделки недействительной заявителю необходимо доказать наличие состава недействительности (наличия квалифицирующих признаков) сделки, то есть наличие тех условий, при которых закон допускает ее признание недействительной судом.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по указанному основанию.

В связи с недоказанностью конкурсным управляющим одних из необходимых условий признания спорных сделок недействительными по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно факта совершения сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и в результате сделки причинен такой вред, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии основания для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Учитывая изложенное, судом правомерно отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительными дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору поручительства № ДП-0031/100-00/3 от 13.07.2015 и дополнительного соглашения от 24.06.2016 к договору залога движимого имущества № ДЗ-0031/100-00/6 от 13.07.2015, заключенных между ПАО «Межтопэнергобанк» и ООО НПО «СМТ».

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом сделаны неправомерные выводы об отсутствии доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО НПО «СМТ» заключением оспариваемой сделки, об отсутствии цели причинить вред имущественным правам кредиторов ООО НПО «СМТ» заключением оспариваемой сделки, ничем не подтверждены, документально не обоснованы, в связи с чем признаются арбитражным судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не имеют правового значения, учитывая вышеприведенные обстоятельства, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

При принятии апелляционной жалобы к производству конкурсному управляющему должника была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей

На основании статьи 110 АПК РФ, государственная пошлина подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 22.10.2018 (резолютивная часть объявлена 15.10.2018) Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-19248/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Сибирские медицинские технологии» в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

ПредседательствующийА.В. Назаров

СудьиО.А. Иванов 

ФИО1