АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-80/2023

Дело № А57-4079/2020

г. Казань

21 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 февраля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Егоровой М.В.,

судей Гильмутдинова В.Р., Герасимовой Е.П.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ФИО1, ФИО2

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 28.09.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022

по делу № А57-4079/2020

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о признании должника – общества с ограниченной ответственностью «ВС Торговая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 410012, 

<

...>) (далее – ООО «ВС Торговая компания») несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 05.03.2021 (резолютивная часть объявлена 01.03.2021) по делу № А57-4079/2020 должник – общество с ограниченной ответственностью «ВС Торговая компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. 

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 11.05.2021 (резолютивная часть объявлена 11.05.2021) конкурсным управляющим ООО «ВС Торговая компания» утвержден ФИО1, член СРО «Ассоциация антикризисных управляющих» (443072, 

<

...> км.)». 

Сообщение о признании должника – ООО «ВС Торговая компания» несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства опубликовано в газете Едином федеральном реестре сведений о банкротстве от 13.05.2021 № 6645774. 

В Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, согласно которому конкурсный управляющий просил суд: 1. Привлечь контролирующих лиц ООО «ВС Торговая компания» ФИО3, ФИО4 ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВС Торговая компания». 

2. Взыскать с контролирующих лиц ООО «ВС Торговая компания» ФИО3, ФИО4 ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО в пользу ООО «ВС Торговая компания» сумму в размере 48 190 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 28.09.2022 заявление конкурсного управляющего ФИО1 удовлетворено частично. ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВС Торговая компания». С ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «ВС Торговая компания» взыскано 48 190 000 руб. В удовлетворении оставшейся части заявленных требований – отказано. Выдан исполнительный лист в порядке, предусмотренном статьей 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 28.09.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий ООО «ВС Торговая компания» ФИО1, ФИО2 обратились с кассационными жалобами, в которых просят определение Арбитражного суда Саратовской области от 28.09.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 изменить, привлечь к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 и ФИО5, взыскать с контролирующих лиц ООО «ВС Торговая компания» ФИО3, ФИО4 и ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «ВС Торговая компания» сумму в размере 48 190 000 руб.

В обоснование кассационных жалоб заявители ссылаются на то, что судами не дана оценка доводам заявителей относительно бездействия ФИО4, ФИО5, как лиц контролирующих должника при совершении 02.11.2016 сделки между ООО «ВС Торговая компания» и ООО «АМК БИЛД» по переводу долга последнего перед КБ «МСБ» на должника. Кроме того, заявители также считают необоснованным вывод судов относительно отсутствия вины ФИО4, ФИО5 в непередаче документов конкурсному управляющего.

В судебном заседании, проведенном 14.02.2022, в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 20.02.2022.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции на основании статей 274, 284, 286 АПК РФ в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ВС Торговая Компания»: - ФИО3 являлся директором ООО «ВС Торговая Компания» в период с 09.04.2019 по 26.03.2021, - ФИО4 являлся директором ООО «ВС Торговая Компания» в период с 05.08.2014 по 09.04.2019, - ФИО5 являлся учредителем (участником) ООО «ВС Торговая Компания» с 05.08.2014 по 23.04.2019. 

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 на основании статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд), на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (бездействиями контролирующего лица причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также ФИО4, ФИО5 и ФИО3 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (непредставление документов).

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 48 190 000 руб. руководителя должника - ФИО3, правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В указанной норме содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

В рассматриваемом случае из материалов дела следует, 09.04.2019 прекращены полномочия ФИО4, с указанного времени директором назначен ФИО3 Конкурсный управляющий в связи с неисполнением ФИО3 обязанности по передачи всей документации, обратился в суд за их истребованием, определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.05.2021 заявление удовлетворено, суд обязал ФИО3 предоставить ФИО1 перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения в виде заверенных копий документов должника. Из анализа бухгалтерского баланса за 2018 год установлено, что все основные позиции бухгалтерского баланса, указывающие размер активов общества, не подтверждены документально. Так нет никаких документальных подтверждений товарных запасов на сумму - 39 667 000 руб., дебиторской задолженности - 11 678 000 руб., финансовые вложения - 10 880 000 руб., прочие оборотные активы- 8 343 000 руб., нераспределенная прибыль - 1 133 000 руб. Истребованные судом у ФИО3 документы не были представлены и в рамках возбужденного судебным приставом-исполнителем исполнительного производства (исполнительное производство от 23.09.2021 № 232180/21/77023-ИП по исполнительному листу от 07.09.2021 №ФС 037140695).

В этой связи нераскрытие ФИО3 оснований возникновения дебиторской задолженности не позволило осуществить мероприятия по ее взысканию, а также отсутствие информации по товарным запасам, активам не позволили полно сформировать конкурсную массу в целях наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

При этом суды учли, что ответчик, применительно к правой позиции, изложенной в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), не давал пояснений относительно обстоятельств непередачи документов, что справедливо расценено в качестве проявления недобросовестного и неразумного поведения бывшего руководителя должника, который должен стремиться к сотрудничеству с конкурсным управляющим и раскрытию всех аспектов финансово-хозяйственной деятельности общества.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь, статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», пунктам 1, 3 статьи 7 Федеральный закон от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», суды обеих инстанций пришли к правомерному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определив ее размер в сумме 48 190 000 руб., что не превышает размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр.

Отказывая в удовлетворении требований в части привлечения по вышеуказанным основаниям ФИО4 и ФИО5, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что документация должника находится в распоряжении ФИО3, доказательств того, что документы находились или находятся в распоряжении ФИО4, ФИО5 в материалах дела не имеется. При этом, в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО3 не мог передать документацию, по независящим от него причинам.

Также в части основания для привлечения ФИО5(100% участник общества), ФИО4 (директор общества в период с 05.08.2014 по 09.04.2019) к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на бездействия вышеуказанных лиц при совершении 02.11.2016 сделки между ООО «ВС Торговая компания» и ООО «АМК Билд» по переводу долга ООО «АМК Билд» перед КБ «МСБ» (ООО) на должника. 

Отклоняя доводы конкурсного управляющего и оказывая в привлечении вышеуказанных лиц к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 9, частью 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и то, что уставом общества дополнительные обязанности на участников не возложены, указал, что сделка по переводу долга с ООО «АМК Билд» на должника 02.11.2016 была совершена генеральным директором ООО «ВС Торговая компания» ФИО4 без какого-либо участия ФИО5 и уведомления его, как участника ООО «ВС Торговая компания» о необходимости одобрения указанной сделки. Соответственно данная сделка находилась вне контроля со стороны участника ООО «ВС Торговая компания» ФИО5, в отношении него отсутствуют факты бездействия в отношении сделки по переводу долга, которая впоследствии послужила причиной банкротства должника.

Однако судами не было принято во внимание следующее.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника (объективные, рыночные и т.д.). 

Поскольку конкурсный управляющий ссылался на неправомерные действия ответчиков по данному основанию, имевшие место до введения в действие Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», в связи с чем, к спорным правоотношениям судами правомерно применены нормы Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вина причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (пункт 23 Постановление № 53).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий указывал на то, что учредитель ООО «ВС Торговая компания» - ФИО5 и руководитель ООО «ВС Торговая компания» ФИО4 должны были знать и располагать достаточной информацией о том, что действия руководителя ФИО4 и бездействие собственника (учредителя) ФИО5 на момент совершения действий (крупной сделки) по заключению договора перевода долга по кредитному обязательству перед банком (с ООО «АМК Билд» на ООО ВС Торговая компания) не отвечали интересам юридического лица-должника; совершаемая сделка осуществлялась на заведомо невыгодных для должника - ООО ВС Торговая компания условиях. Данная сделка заключалась по предварительному согласию участников данной сделки и иных лиц, так как перевод долга от стороннего юридического лица в сумме 53 145 760 руб. не имеет здравого смысла, не несет смысла получения прибыли для ООО «ВС Торговая компания». По мнению управляющего, заключенная сделка по переводу долга явно и безапелляционно указывает на неразумность действий со стороны руководителя ООО «ВС Торговая компания» ФИО4 и на неразумность бездействия со стороны учредителя ООО «ВС Торговая компания ФИО5 Участник ООО «ВС Торговая компания» - ФИО5 и руководитель ООО «ВС Торговая компания» ФИО4, заключив 02.11.2016 сделку по переводу долга по кредитному обязательству перед банком (с ООО «АМК Билд» на ООО ВС Торговая компания), сознательно и умышленно нанесли непоправимый вред экономическому положению ООО «ВС Торговая компания». 

С 17.02.2017 ООО «ВС Торговая компания» полностью прекратило выплаты по принятому кредитному обязательству перед банком. С указанной даты ООО «ВС Торговая компания», фактически имея задолженность в сумме 48 190 000 руб., не имела возможности полного погашения указанной суммы, что в итого и привело указанную компанию к банкротству. 

Также конкурсный кредитор ФИО2 неоднократно ссылался на то, что сделка была совершена в нарушение статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (крупная сделка без согласия единственного участника общества), а также на бездействие участника общества ФИО5 

Вышеуказанным доводам судами оценка не дана. Судам следовало исследовать вопрос о состоянии должника на момент заключения сделки, условия совершения сделки, наличие дефицита оборотных средств и отсутствие каких-либо мер по взысканию дебиторской задолженности и причинах последующего банкротства общества.

Кроме того, судами не оценивалось действие (бездействие) руководителя и учредителя по принятию мер по выработке и реализации комплекса решений, способствующих улучшению тяжелого финансового положения, по вопросу о смене руководителя, в случае его деятельности в ущерб интересам должника и его кредиторов, а также не исследовался вопрос о согласованности действия по заключению вышеуказанной сделки между участниками и руководителями общества и действия руководителя ФИО4 по выводу активов общества и ненаправлению денежных средств по погашению задолженности.

Необходимо также учесть, что презумпция совершения невыгодной сделки может применяться только тогда, когда инициированная контролирующим лицом невыгодная сделка являлась существенно невыгодной, в том числе применительно к масштабам деятельности должника. В частности, надлежало дать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с конкурсной массой, а именно, сопоставить размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодной сделки.

Судебная коллегия также полагает необходимым обратить внимание и на следующее. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В пунктах 9 и 12 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В данном случае заявители дополнительно к вышеизложенному ссылались на то, что из решения Арбитражного суда Саратовской области от 08.04.2019 по делу № А57-27870/2019 у должника на момент вынесения указанного решения имелась задолженность в размере 48 190 000 руб., указанная сумма задолженности включена в реестр требований кредиторов должника).

Однако, отказывая в привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.12. Закона о банкротстве суды указали, что обстоятельств, свидетельствующих о том, что в какой-либо период действия руководителя должника выходили за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота применительно к данной организации в сфере торговли, отсутствуют.

При этом в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено, что у должника не имеется и не подтверждено документально, что когда-либо имелись активы (определение от 28.09.2022)

В свою очередь от ответчиков никаких пояснений и отзывов не поступало.

Размер субсидиарной ответственности за неподачу вышеуказанного заявления составляет размер требований, возникших после даты, когда руководитель должника должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением, а, соответственно суд должен был установить наличие и размер обязательств, составляющих сумму субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию суду необходимо установить срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, лицо, которое подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию, а также размер обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного частями 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона.

Суд кассационной инстанции отмечает, что ни суд первой инстанции, ни суд апелляционной инстанции не устанавливали обстоятельства возникновения у должника признаков объективного банкротства, период объективного банкротства и дату возникновения обязанности у контролируемого лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Статьей 170 АПК РФ предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 АПК РФ.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве и на основании подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны при неправильном применении норм права, при этом суды не исследовали в полном объеме фактические обстоятельства спора и доводы сторон применительно к заявленным основаниям привлечения к субсидиарной ответственности, что в соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены судебного акта.

С учетом того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, установив все фактические обстоятельства по спору, дать оценку всем доводам сторон и представленным доказательствам, определить применимое законодательство и на его основании всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с соблюдением требований норм арбитражного процессуального законодательства, применив нормы права, подлежащие применению, принять судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 АПК РФ, Арбитражный суд Поволжского округа считает необходимым определение Арбитражного суда Саратовской области от 28.09.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 по делу № А57-4079/2020 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 и по статье 61.12 Закона о банкротстве отменить.

Обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области. В остальной части судебные акты  оставить без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 28.09.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2022 по делу № А57-4079/2020 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО5 по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 и по статье 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» отменить.

Обособленный спор в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области. В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                   М.В. Егорова

 

Судьи                                                                          В.Р. Гильмутдинов

 

                                                                                    Е.П. Герасимова