СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                                       Дело № А45-39362/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 февраля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 марта 2022 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Дубовика В.С., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощниками судьи Гальчук М.М., Толстогузовой Е.В., рассмотрел апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (№ 07АП-9141/18 (7)) на определение от 09.12.2021 Арбитражного суда Новосибирской области (судья - Гофман Н.В.) по делу № А45-39362/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Транзит Дизель» (630032, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о включении требования в размере 4 915 650 рублей в реестр требований кредиторов должника.

В судебном заседании приняли участие:

от ИП ФИО2: ФИО3 по доверенности от 10.09.2021 (до перерыва).

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 31.07.2018 ООО «Транзит Дизель (далее - должник) признано банкротом, открыто конкурсное производство.

Определением суда от 21.06.2019 конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий ФИО4).

06.08.2021 принято к производству заявление ИП ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о включении требования в размере 4 915 650 рублей в реестр требований должника.

Определением от 09.12.2021 (резолютивная часть от 02.12.2021) Арбитражный суд Новосибирской области отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить его, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции, нарушение норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы её заявитель указывает на то, что отзыв и приложенные к нему документы от конкурсного управляющего не направлялись в адрес ИП ФИО2 Ходатайство об участии в веб-конференции было отклонено в день судебного заседание, поэтому кредитор не имел возможности явиться лично в процесс. Считает, что не имеется достаточных доказательств его аффилированности с должником, не является контролирующим должника лицом. В силу пропуска срока требования были бы включены в очередь, подлежащей удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, поэтому контроль за процедурой банкротства отсутствовал бы. Не подтверждается цель перечисления денежных средств на погашение требований третьих лиц.

В судебном заседании представитель ИП ФИО2 настаивал на доводах жалобы. 

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании был объявлен перерыв до 24.02.2022. В пределах перерыва от ИП ФИО2 поступили дополнительные пояснения, в которых настаивает на доводах жалобы.

Рассмотрев ходатайство об участии в веб-конференции, суд, руководствуясь статьями 9, 153.2, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции в связи с технической невозможностью его проведения.

После перерыва произведена замена в составе судей в связи с отпуском судьи Сбитнева А.Ю., рассмотрение дела начато с самого начала на основании положений статьи 18 АПК РФ 

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,  в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда   в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»,  в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установил суд первой инстанции, 15.02.2017 между ИП ФИО2 (Займодавец) и ООО «Транзит Дизель» (Заемщиком) был заключен договор займа № 5 на сумму 1 595 000 рублей.

Во исполнение своих обязательств по указанному договору займа ИП ФИО2 перечислил на расчетный счет Заемщика денежные средствав сумме 1 595 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 9 от 20.02.2017 (1 165 000 рублей) и № 15 от 21.02.2017 (430 000 рублей).

Заем является беспроцентным (пункт 1.2. Договора займа). Заемщик частично погасил сумму займа в размере 484 350 рублей. Остаток задолженности по Договору займа составляет 1 100 650 рублей.

10.05.2017 между ИП ФИО2 и ООО «Транзит Дизель» заключен договор займа № 6 на сумму 2 204 000 рублей.

Во исполнение своих обязательств по указанному договору займа ИП ФИО2 перечислил на расчетный счет Заемщика денежные средства в сумме 2 204 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 43 от 12.05.2017 (2 164 000 рублей) и № 46 от 22.05.2017 (40 000 рублей).

Заем является беспроцентным (пункт 1.2. Договора займа). Заемщик сумму займа не возвратил в полном объеме. Остаток задолженности по Договору займа составляет 2 204 000 рублей.

14.07.2017 между ИП ФИО2 и ООО «Транзит Дизель» заключен договор займа № 7 на сумму 60 000 рублей.

Во исполнение своих обязательств по указанному договору займа ИП ФИО2 перечислил на расчетный счет Заемщика денежные средства в сумме 60 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 73 от 17.07.2017 (60 000 рублей).

Заем является беспроцентным (пункт 1.2. Договора займа). Заемщик сумму займа не возвратил в полном объеме. Остаток задолженности по Договору займа составляет 60 000 рублей.

18.08.2017 между ИП ФИО2 и ООО «Транзит Дизель» заключен договор займа № 7 на сумму 1 402 000 рублей.

ФИО2 перечислил на расчетный счет Заемщика денежные средства в сумме 1 402 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 96 от 21.08.2017 (585 000 рублей) и № 101 от 23.08.2017 (691 000 рублей), № 105 от 28.08.2017 (126 000 рублей).

Заем является беспроцентным (пункт 1.2. Договора займа). Заемщик сумму займа не возвратил в полном объеме. Остаток задолженности по Договору займа составляет 1 402 000 рублей.

05.09.2017 между ИП ФИО2 и ООО «Транзит Дизель» заключен договор займа № 8 на сумму 149 000 рублей.

Во исполнение своих обязательств по указанному договору займа ИП ФИО2 перечислил на расчетный счет Заемщика денежные средства в сумме 149 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 112 от 06.09.2017 (50 000 рублей) и № 113 от 07.09.2017 (34 000 рублей), № 125 от 18.09.2017 г. (40 000 рублей), № 134 от 27.09.2017 (25 000 рублей).

Заем является беспроцентным (пункт 1.2. Договора займа). Заемщик сумму займа не возвратил в полном объеме. Остаток задолженности по Договору займа составляет 149 000 рублей.

Общий размер задолженности ООО «Транзит Дизель», возникшей на основании вышеуказанных договоров займа, составляет 4 915 650 рублей.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из отсутствия экономической целесообразности заключения сделок, сомнений в реальности отношений.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. 

Требование кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). 

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. 

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Вопреки доводам апелляционной жалобы о не направлении отзыва конкурсного управляющего кредитору и отказа в участии в онлайн-заседании в день судебного заседания, ИП ФИО2 не был лишен возможности на основании статьи 41 АПК РФ ознакомиться с материалами дела, в том числе с приложениями к отзыву конкурсного управляющего, и представить свои возражения и документы в обоснование своих возражений. Такое право ему было предоставлено в электронном формате, однако он не был лишен возможности ознакомится в здании суда с материалами дела. Однако он не воспользовался своим правом.

Суд апелляционной инстанции считает, что ИП ФИО2, обращаясь в суд с ходатайством об участии в онлайн-заседании за день до даты соответствующего судебного заседания (01.12.2021), то есть не заблаговременно, не проявил должной разумности и осмотрительности.

Инструкция по участию в онлайн-заседании (размещена на официальном сайте Арбитражного суда Новосибирской области) предусматривает, что при поступлении от лица, участвующего в деле, ходатайства об участии в онлайн-заседании арбитражный суд проверяет поданные документы и согласовывает в административном интерфейсе информационной системы «Мой Арбитр» возможность участия в судебном онлайн-заседании.

Следовательно, учитывая, что участие лиц, участвующих в деле, в онлайн-заседании подлежит согласованию судом, на что непосредственно указано в инструкции, ИП ФИО2, подавая соответствующее ходатайство за день до судебного заседания, не имел разумных оснований рассчитывать на его немедленное рассмотрение и удовлетворение судом апелляционной инстанции, независимо от изложенных выше обстоятельств технического характера.

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции считает, что процессуальное поведение ИП ФИО2, не заблаговременно обратившегося с ходатайством об участии в онлайн-заседании, не является разумным, ходатайств об отложении судебного заседания не поступало.

Не представлены уважительные причины неявки представителя кредитора в судебное заседание, причины невозможности направления другого представителя.

Ссылка ИП ФИО2 на дублирование судом первой инстанции доводов конкурсного управляющего отклоняется, так как сведения, представленные конкурсным управляющим, находится в свободном и открытом доступе в Информационно-телекоммуникационной сети Интернет, поэтому суд первой инстанции мог самостоятельно использовать указанную информацию.

Давая оценку доводам ИП ФИО2 об обоснованности заявленного требования, судебная коллегия исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (Определения от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с лицом, заявившем о включении требований в реестр, и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, и судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки и поведения в процессе исполнения заключенной сделки.

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом отсутствуют основания полагать, что данный факт безусловно указывает на необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования или понижения очередности при его удовлетворении.

Однако, если степень аффилированности между кредитором, заявляющим требование, и должником является существенной, такой кредитор обязан опровергнуть обоснованные доводы заинтересованных лиц о признаках недобросовестности в их действиях по отношению, в первую очередь, к независимым кредиторам должника. Проверка таких требований осуществляется судом более тщательно.

Займодавец, заявляя о включении задолженности по займу в реестр, обязан, помимо прочего, обосновать экономическую целесообразность предоставления денежных средств аффилированному лицу на возвратной основе.

При ином подходе остаются неразрешенными сомнения заинтересованных лицв намерении должника путем манипулирования денежными средствами подконтрольного ему общества искусственно нарастить кредиторскую задолженность на случай своего банкротства с целью последующего уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. Такое поведение явно свидетельствует о недобросовестности сторон заемных отношений, что достаточно для отказа во включении требований в реестр (статья 10 Гражданского кодекса РФ, абзац 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

В связи с этим, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований аффилированного должнику кредитора следует детально исследовать природу сложившихся между ними отношений, а также поведение сторон сделки в период, предшествующий банкротству.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, обращение в суд после закрытия реестра, не исключает необходимости его проверки на предмет реальности операций. Указание суда первой инстанции на цель последующего уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, не привело к принятию неверного судебного акта, поскольку нераскрытая цель формирования искусственной  кредиторской задолженности, может быть направлена на получение прав лица, участвующего в деле для создания препятствий в формировании конкурсной массы и иных препятствий, противоречащих целям и задачам процедуры банкротства. При том, что в размер субсидиарной ответственности включаются и требования, учтенные после закрытия реестра.

Из обстоятельств следует, что обращению ИП ФИО2 в суд с требованием о признании требования обоснованным, предшествовала подача конкурсным управляющим должника заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в том числе ФИО5

Как следует из материалов дела и не опровергается сторонами, согласно копии трудовой книжки должника, ФИО5 (директор ООО «Транзит-Дизель»)с 01.10.2012 осуществлял совместную деятельность с ИП ФИО2

С 01.10.2012 по 31.03.2015 ФИО5 работал в должности заместителя директора ООО «Газсибсервис». В указанный период директором являлся ФИО2

Согласно ответу МИФНС № 7 по Томской области от 07.10.2021 № 03-30/1927доп, решением учредителя № 1 от 18.02.2016 ФИО5 было создано ООО «Сибирь-Дизель».

С 01.04.2015 по 30.04.2016 (в период создания ООО «Сибирь-Дизель») ФИО5 работал в должности заместителя директора ООО «СибДорСервис».

В указанный период директором ООО «СибДорСервис» являлся ФИО2 С 04.05.2016 по 29.09.2017 ФИО5 работал в должности директора ООО «Транзит-Дизель», являлся его учредителем с 02.04.2016 по 11.10.2017.

С 02.10.2017 по 31.01.2018 ФИО5 работал в должности директора ООО «Сибирь-Дизель». 

В соответствии с представленными МИФНС № 7 по Томской области документами, с 18.04.2019 директором ООО «Сибирь-Дизель» был назначен ФИО2

10.02.2019 ООО «Сибирь-Дизель» изменило адрес местонахождения, представив в налоговый орган договор аренды нежилого помещения по адресу: 636460, Томская обл., 

<

...> / стр 14, оф. 2, заключенный с ИП ФИО2

По аналогичному адресу (оф. 1) также было зарегистрировано ООО «Сиб Сервис», где директором и одним из участников являлся ФИО2

На основании договора дарения доли в уставном капитале ООО «Сибирь-Дизель» от 27.08.2019, 100 % доли было передано ФИО5 - ФИО2

Таким образом, ИП ФИО2 и директор ООО «Транзит-Дизель» - ФИО5 на протяжении длительного времени (с 2012 года) вели совместную предпринимательскую деятельность, то есть являются аффилированными и контролирующими должника лицами (данные электронного дела 01.12.2021, 10:35).

Активы ООО «Сибирь-Дизель» на момент его отчуждения кредитору составляли более полутора миллионов рублей.

Представленные ИП ФИО2 дополнительные доказательства: баланс ООО «Сибирь-Дизель» и сведения из системы «Прозрачный бизнес» в отношении ООО «Сибирь-Дизель», находятся в свободном открытом доступе, в связи с чем приобщаются к материалам дела. Между тем данные доказательства вышеуказанный вывод суда первой инстанции не опровергают.

Согласно представленным кредитором договорам займа, все они беспроцентные сроком на 2 года, то есть заключение таких сделок не было направлено на извлечение прибыли в виде процентов ИП ФИО2 то есть кредитор производил безвозмездное финансирование деятельности должника.

Тогда как должник в момент получения займа находился в кризисной ситуации и не имел реальной возможности вернуть предоставленный заем (открытые данные Росстата).

В соответствии с финансовым анализом ООО «Транзит-Дизель» за 2016 год деятельность компании была неэффективной. Согласно абзацу 1 после таблицы 1.3.1 на странице 5 финансового анализа отражено: «Коэффициент автономии организации на последний день анализируемого периода (31.12.2016) составил 0,02. Данный коэффициент характеризует степень зависимости организации от заемного капитала. Полученное здесь значение говорит о недостаточной доле собственного капитала (2%) в общем капитале организации».

В абзаце 1 после таблицы 1.3.2 на странице 6 финансового анализа указано следующее: «Поскольку на 31 декабря 2016 г. наблюдается недостаток собственных оборотных средств, рассчитанных по всем трем вариантам, финансовое положение организации по данному признаку можно характеризовать как неудовлетворительное».

На странице 10 финансового анализа сделаны следующие выводы:

- коэффициент текущей (общей) ликвидности существенно ниже нормального значения;

- коэффициент абсолютной ликвидности значительно ниже нормы;

- коэффициент покрытия инвестиций значительно ниже нормы (доля собственного капитала и долгосрочных обязательств в общей сумме капитала организации составляет 2% (нормальное значение для данной отрасли: не менее 70%);

- критическое финансовое положение по величине собственных оборотных средств; за последний год получен убыток от продаж (-4 626 тыс. руб.), более того наблюдалась отрицательная динамика по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (- 4 626 000 рублей).

Общее финансовое состояние ООО «Транзит-Дизель» определено, как неудовлетворительное.

Однако, несмотря на неудовлетворительное финансовое состояние должника, займы были предоставлены на условиях длительной отсрочки платежа.

В процедуре конкурсного производства, директором ООО «Транзит-Дизель» заключенные договоры займа переданы не были. 

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства принудительного взыскания долга.

В процедуре банкротства ООО «Транзит Дизель» в реестр требований кредиторов включены три кредитора с общим размером требований 3 082 297,38  рублей.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 22.10.2020, вступившим в законную силу, установлено, что руководитель ООО «Транзит Дизель» ФИО5 систематически получал денежные средства в отсутствии отчетности о предоставлении встречного исполнения со стороны иных лиц.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020), договоры займа лишь оформляют предоставление должнику компенсационного финансирования.

В данном случае судом апелляционной инстанции учитывается, что предоставленные должнику денежные средства не обеспечивались залогом и/или поручительством самого должника или третьих лиц, что, не характерно для выдачи кредитов и займов в подобном размере обычным осмотрительным участником оборота. Таким образом, договоры займа в силу своей безвозмездности заключены на условиях, недоступных для независимых участников оборота, а также, что при наличии стандартного предпринимательского интереса.

Использование конструкции договора займа, то есть модели поведения, отличной от предписанной Законом о банкротстве, влечет для такого лица все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Кредитор продолжал выдавать должнику займы несколько раз в год, что подтверждает отсутствие экономической целесообразности заключения таких сделок, при этом, у суда первой инстанции обоснованно вызывала сомнение позиция кредитора по включению меньшего размера требований, чем было перечислено денежных средств должнику.

Из выписки по расчетному счету ООО «Транзит-Дизель» № 40702810564000004278 следует, что должник производил расчеты с АО «ВЭБ-лизинг» за компанию ООО «СибДорСервис», принадлежащую ФИО2(№ п/п 149, 151, 237, 240, 241, 228, 242, 360 и т.д.), на сумму не менее 1 527 933 рубля.

Согласно данным выписки о движении денежных средств должника, ИП ФИО2 перечислялись денежные средства по иным договорам займа, кроме заявленных (договор займа № 2, № 4).

Анализ представленной выписки по расчетному счету должника, открытом в ПАО Сбербанк», позволяет сделать вывод, что перечисление денежных средств между ИП ФИО2 и ООО «Транзит Дизель» носило транзитный характер.

Например, 05.09.2017 был заключен договор займа № 8, в тот же день перечислены на счет должника денежные средства в размере 25 000 рублей, 06.09.2017 – 50 000 рублей, а 07.09.2017 ООО «Транзит Дизель» произвело возврат денежных средств в размере 60 000 рублей по займу № 5 от 15.02.2017, и в этот же день (07.09.2017) ИП ФИО2 перечислил ООО «Транзит Дизель» 34 000 рублей по займу № 8 от 05.09.2017.

Должник рассчитывался с ИП ФИО2 за счет денежных средств, полученных по иным договорам займа, заключенным позднее. Так, начиная с 27.02.2017, то есть после подписания договора займа № 5 от 15.02.2017, должник произвел возврат денежных средств на общую сумму не менее 3 590 000 рублей. С учетом денежных средств, перечисленных должником АО «ВЭБ-лизинг» за компанию ООО «СибДорСервис», принадлежащую ФИО2, сумма составила не менее 5 117 922 рублей. При этом по договорам займа №№ 5, 6, 7, 8 за период с 15.02.2017 должником было получено не более 5 410 000 рублей.

Кроме того из дополнительных пояснений ИП ФИО2 следует, что расчет с ним также производился с расчетного счета ООО «Транзит Дизель», открытого в ПАО «ТомскПромСтройБанк», однако суммы перечислений не раскрыты.  

Таким образом, с учетом неудовлетворительного финансового состояния должника, обстоятельства совершенных между ИП ФИО2  и ООО «Транзит-Дизель» перечислений по договорам займа свидетельствуют о заинтересованности сторон в создании искусственного долга в крупном размере. 

Об отсутствии реальности заемных правоотношений косвенно указывает не заявление требований о включении в реестр в момент признание должника банкротом, а подача таких требований по истечении трех лет с момента введения процедуры банкротства, при том, что срок на включение требования в реестр требований кредиторов является пресекательным и восстановлению не подлежит. 

Такое поведение ИП ФИО2 свидетельствует о наличии у него иного интереса в деле о банкротстве ООО «Транзит Дизель».

С учетом установленных сомнений в реальности выданных займов, транзитного характера операций по перечислению денежных средств, апелляционный суд приходит к выводу о правомерности отказа судом первой инстанции в удовлетворении заявления ИП ФИО2

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 09.12.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-39362/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

 

             Председательствующий                                                                Е.В. Кудряшева 

 

 Судьи                                                                                              В.С. Дубовик

 

                                                                                                          ФИО1