﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-20723/2019

г. Краснодар

24 сентября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 сентября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  24 сентября 2021 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Герасименко А.Н., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Металл-Дон» (ИНН 6165111610, ОГРН 1036165027359) – Сладкова Артема Евгеньевича – Погодина А.Г. (доверенность от 06.10.2020, онлайн), от Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» (ИНН 7750004150, ОГРН 1077711000102) – Кузиной Е.Ю. (доверенность от 22.10.2021), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе посредством размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Металл-Дон» – Сладкова Артема Евгеньевича и Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2021 по делу № А53-20723/2019, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Металл-Дон» (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий должника Сладков Артем Евгеньевич (далее – конкурсный управляющий) с заявлением об установлении суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в размере 13 920 014 рублей 66 копеек. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 01.12.2020 заявление удовлетворено. Сумма процентов определялась исходя из размера удовлетворенных требований залогового кредитора. Из пяти процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, произведено погашение судебных расходов, вознаграждений арбитражным управляющим, оплата услуг привлекаемых лиц в размере 4 642 029 рублей 84 копейки.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 26.06.2021 определение суда от 01.12.2020 изменено; абзац I резолютивной части определения изложен в следующей редакции: «Установить проценты по вознаграждению конкурсного управляющего Сладкова Артема Евгеньевича в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Металл-Дон» в сумме 12 675 165 рублей 90 копеек. В удовлетворении остальной части заявления отказать». 

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что размер суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего Сладкова Артема Евгеньевича в деле о банкротстве должника подлежит изменению, поскольку к сумме расходов на реализацию залогового имущества должника необходимо отнести также текущие обязательства по налогу на имущество в сумме 30 588 266 рублей 74 копейки и налогу на добавленную стоимость в сумме 10 906 692 рублей 20 копеек.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить постановление суда апелляционной инстанции от 26.06.2021, оставить в силе определение суда от 01.12.2020. По мнению заявителя, суд апелляционной инстанции применил закон, не подлежащий применению, применил судебную практику, которой не имелось на момент осуществления конкурсным управляющим своих действий.

В кассационной жалобе Государственная корпорация развития «ВЭБ.РФ» (далее – ГК ВЭБ.РФ) просит постановление апелляционного суда от 26.06.2021 изменить, исключив из мотивировочной части вывод о том, что к сумме расходов на реализацию залогового имущества должника необходимо отнести текущие обязательства по налогу на имущество в сумме 30 588 266 рублей 74 копейки и налогу на добавленную стоимость в сумме 10 906 692 рублей 20 копеек. Жалоба мотивирована тем, что судом необоснованно разрешен вопрос об обязательствах залогового кредитора – ГК ВЭБ.РФ. По мнению подателя жалобы, судебный акт вынесен без учета изменений положений статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в судебном акте, на которую сослался апелляционный суд, не может распространять свое действие на отношения, сложившиеся до её официальной публикации.

В судебном заседании представителя участвующих в деле лиц поддержали доводы своих кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемый судебный акт надлежит отменить, определение суда первой инстанции от 01.12.2020 оставить в силе по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела,  определением суда от 24.06.2019 заявление ГК ВЭБ.РФ о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству. Решением от 14.08.2019 суд признал должника несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре как ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден Сладков А.Е.

Решением суда от 14.08.2019 требования ГК ВЭБ.РФ в размере 10 170 237 508 рублей 23 копейки, из которых 5 663 478 338 рублей 24 копейки – задолженность, в том числе 2 263 687 231 рубль 20 копеек как обеспеченная залогом, 3 297 422 600 рублей 53 копейки – проценты за пользование кредитом, 1 209 336 569 рублей 46 копеек – неустойка признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Указанные требования возникли из неисполнения должником условий кредитного соглашения от 12.05.2008 № 110100/954.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об установлении суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в размере 13 920 014 рублей 66 копеек. В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий указал, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредитора ГК ВЭБ.РФ, обеспеченные залогом на общую сумму 2 263 687 231 рубль 20 копеек. После реализации предмета залога произведено погашение требований ГК ВЭБ.РФ на сумму 464 000 488 рублей 73 копейки, что составляет 20,50% от общей суммы требований.

Суд первой инстанции признал верным следующий расчет, представленный конкурсным управляющим должника. Из расчета Сладкова А.Е. следовало, что размер суммы расходов на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах составила 4 642 029, 84 руб. Конкурсный управляющий указал, что сумма полученная от реализации предмета залога с учетом вычета расходов на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах составила 464 000 488 рублей 73 копейки. Таким образом, по расчетам конкурсного управляющего сумма процентов по его вознаграждению составила 13 920 014 рублей  66 копеек (464 000 488 рублей 73 копейки*0,03%).

Определением от 01.12.2020 суд первой инстанции признал верным расчет, представленный конкурсным управляющим должника, и удовлетворил требование конкурсного управляющего в полном объеме. При этом, суд первой инстанции руководствовался статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 20.3, 20.6, 110, 111, 138 и 139 Федерального закона от 26.10.02 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о банкротстве), разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» (далее – постановление № 97).

Изменяя определение суда от 01.12.2020 апелляционный суд пришел к выводу о необоснованности расчета конкурсного управляющего исходя из следующего.

В силу положений пункта 2 статьи 20.3 и пункта 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве право арбитражного управляющего на вознаграждение находится в причинно-следственной связи с фактическим исполнением возложенных на него обязанностей, выплата вознаграждения арбитражному управляющему производится за совершение им деятельности в процедурах банкротства в интересах должника и кредиторов, а окончательная оценка размера вознаграждения арбитражного управляющего является прерогативой суда, который вправе решить вопрос об уменьшении размера вознаграждения.

В соответствии с абзацем пятым пункта 13 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего устанавливается в размере трех процентов от размера удовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, в случае удовлетворения менее чем двадцати пяти процентов требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств в соответствии с пунктами 1 и 2 указанной статьи.

Согласно пункту 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации сумма налога является частью цены аренды. Учитывая изложенное судом апелляционной инстанции сделан вывод о том, что суммы налога на имущество и налога на добавленную стоимость, выделяемые из арендных платежей, и подлежащие уплате в бюджет в рамках текущих обязательств должника следует считать расходами на реализацию предмета залога, указанным в пункте 6 статьи 138 Закона о банкротстве, а значит, затраты на уплату налогов, начисленных при сдаче в аренду заложенного имущества в ходе конкурсного производства, погашаются за счет арендной платы до ее распределения по правилам, установленным пунктами 1 и 2 статьи 138 Закона о банкротстве, и не могут быть переложены на иных кредиторов должника, что подтверждается судебной практикой (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 № 305-ЭС20-20287 по делу № А40-48943/20150, от 19.10.2020 №  305-ЭС20-10152 по делу № А40-46117/2019).

Суд апелляционной инстанции установил, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на общую сумму 11 303 831 586 рублей 36 копеек, погашение произведено на сумму 464 000 488 рублей 73 копейки, что менее 25% от требований, включенных в реестр.

Конкурсным управляющим и Управлением Федеральной налоговой службой по Ростовской области не оспаривается, что налог на имущество составил 30 588 266 рублей 74 копейки, налог на добавленную стоимость составил 10 906 692 рубля 20 копеек.

Апелляционный суд сделал вывод о том, что к сумме расходов на реализацию залогового имущества должника необходимо отнести также обязательства по налогу на имущество и налогу на добавленную стоимость.

Судом апелляционной инстанции установлено, что уплата налогов произведена не за счет сумм, вырученных от реализации предмета залога, а за счет иной конкурсной массы должника, в связи с чем права залогового кредитора в данном случае не нарушены. Однако апелляционный суд не указал, какими доказательствами, представленными в настоящий обособленный спор, данные выводы подтверждаются. 

Вместе с тем, апелляционный суд не учел следующее.

Согласно пункту 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, соблюдение разумного периода реализации заложенного имущества свидетельствует о соблюдении управляющим требований законодательства не перекладывать на незалоговых кредиторов текущих расходов по содержанию должником залогового имущества, которые могут быть увеличены при затягивании управляющим срока реализации залогового имущества.

Как следует из материалов дела часть имущества должника, являющегося предметом залога ГК ВЭБ.РФ, реализованного конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства, являлась предметом договоров аренды от 02.07.2018 № 172, 173, от 15.03.2019 № 73, от 03.07.2019 № 136, от 23.09.2019 №150, от 29.11.2019 № 162, 163, от 31.12.2019 № 164/1.

Представитель конкурсного управляющего указал, что размер налоговых платежей по НДС и налогу на имущество по реализованному предмету залога составил 41 576 632 рубля 70 копеек и оплачен до момента распределения денежных средств от реализации предмета залога из поступлений по договорам аренды предмета залога (80 411 650 рублей), что подтверждается представленными в дело доказательствами (платежными поручениями об оплате налогов, выписками по счетам должника).  Таким образом, на момент распределения денежных средств от реализации предмета залога, задолженность по обязательным текущим платежам по НДС и налогу на имущество по реализованному предмету залога отсутствовала.

Верховным Судом Российской Федерации сформулирован правовой подход, согласно которому  системное и телеологическое толкование пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве приводит к выводу о необходимости применения правового режима, установленного данной нормой, к обязательствам должника по уплате налогов, начисление которых связанно с продолжением эксплуатации залогового имущества в период нахождения должника в банкротных процедурах (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.07.2021                        № 308-ЭС18-21050(41) по делу № А53-32531/2016). 

С учетом изложенного, апелляционный суд пришел к выводу о том, что к сумме расходов на реализацию залогового имущества должника необходимо отнести также обязательства по налогу на имущество и налогу на добавленную стоимость. 

Суд апелляционной инстанции указал, что в данном случае факт частичной или даже полной оплаты суммы налогов не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку не влияет на расчет процентов по вознаграждению конкурсного управляющего, данная сумма не может быть исключена из суммы расчетов. Вместе с тем, судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что указанные налоговые обязательства уже погашены за счет выручки от сдачи в аренду залогового имущества и не могут быть повторно отнесены на залогового кредитора. Следовательно, в данном случае при расчете процентов по вознаграждению управляющего, а также для определения размера выплаты залоговому кредитору размер данных налогов не подлежит исключению, поскольку они уже уплачены за счет арендной платы.  

Апелляционный суд не указал,  на основании каких норм права он отклонил пояснения представителя конкурсного управляющего, согласно которым платежи произведены за счет сумм, вырученных от сдачи в аренду предмета залога.

Таким образом, вывод апелляционного суды о необходимости снижения процентов по вознаграждению на расходы по текущим обязательствам по налогу на имущество в сумме 30 588 266 рублей 74 копеек и налогу на добавленную стоимость в сумме                      10 906 692 рубля 20 копеек является необоснованным. При указанных обстоятельствах у апелляционного суда отсутствовали основания для изменения определения суда первой инстанции.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

Суд первой инстанции правильно рассмотрел заявление управляющего, нарушения им норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 288 Кодекса, кассационной инстанцией не установлены.

Таким образом, постановление суда апелляционной инстанции от 26.06.2021 подлежит отмене, а определение суда первой инстанции от 01.12.2020 – оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2021 по делу № А53-20723/2019 отменить, определение Арбитражного суда Ростовской области                    от 01.12.2020 по данному делу оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке статьи 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

Е.В. Андреева

А.Н. Герасименко