АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 октября 2023 года

Дело №

А66-14894/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Зарочинцевой Е.В., Чернышевой А.А., 

при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 01.09.2022), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 18.11.2021), 

рассмотрев 28.09.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО5 и ФИО1 на определение Арбитражного суда Тверской области от 10.05.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2023 по делу № А66-14894/2021,

у с т а н о в и л:

В Арбитражный суд Тверской области 28.10.2021 поступило заявление кредитора ФИО6 о признании ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>) несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 08.11.2021 заявление кредитора принято к производству (дело № А66-14894/2021).

В Арбитражный суд города Москвы 02.11.2021 поступило заявление ФИО3 (Москва) о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2021 производство по делу № А40-237609/21-174-609 по рассмотрению заявления ФИО3 объединено в одно производство с делом № А66-14894/2021 для совместного рассмотрения, материалы дела № А40-237609/21-174-609 направлены на рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области. 

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2022 определение от 29.12.2021 отменено, заявление ФИО3 о признании ФИО5 банкротом передано Арбитражному суду Тверской области по подсудности. 

Определением суда от 03.03.2022 заявление ФИО3 принято к рассмотрению как заявление о вступлении в дело о банкротстве должника. 

Решением суда от 30.05.2022 (резолютивная часть оглашена 24.05.2022) заявление ФИО6 признано обоснованным, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Указанные сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 04.06.2022. 

Финансовый управляющий ФИО7 27.10.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора от 22.02.2017 купли-продажи квартиры № 12 общей площадью 136,7 кв.м по адресу: Москва, пер. Каменная Слобода, д. 2/1, стр. 1, заключенного должником и ФИО3

Определением от 03.11.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО1 и ФИО8. 

Определением суда первой инстанции от 10.05.2023, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе ФИО5, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит отменить указанные определение и постановление, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

По мнению подателя жалобы, решение Нагатинского районного суда города Москвы от 14.12.2020 по делу № 2-2037/2020 не имеет преюдициального значения для настоящего обособленного спора, поскольку суд общей юрисдикции не исследовал обстоятельства передачи денежных средств, суд рассматривал имущественный спор, предметом которого не являлась реальность сделки. 

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение судами норм процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, направить заявление на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Податель жалобы считает, что при оценке обстоятельств суды проигнорировали определения от 03.11.2022 и от 26.01.2023, которыми на ФИО3 была возложена обязанность представить дополнительные доказательства относительно финансовой возможности приобрести объект недвижимости, при этом ФИО3 указанную обязанность не исполнила. 

ФИО1 также считает, что суды не дали оценки заключению специалиста от 24.08.2022 № 24-08/2022, которым, по ее мнению, установлена недействительность подписи в договоре займа от 16.02.2019.

ФИО1 указывает на наличие в материалах дела относимых и допустимых доказательств мнимости, безденежности и недействительности оспариваемой финансовым управляющим сделки. 

Податель жалобы возражает против вывода судов о пропуске срока исковой давности как о единственной причине мотивированного отказа в удовлетворении заявления, считая означенный вывод ошибочным. 

Кроме того, ФИО1 оспаривает вывод суда апелляционной инстанции о том, что заявитель не обосновал выход за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В уточненной кассационной жалобе ФИО5 приводит доводы, аналогичные доводам кассационной жалобы ФИО1, за исключением ссылки на нарушение судами норм процессуального права – непривлечение к участию в деле нового кредитора – Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 10 по Тверской области (далее – ФНС). 

В отзыве ФИО3, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационные жалобы ФИО5 и ФИО1 – без удовлетворения.

Финансовый управляющий ФИО7 заявил ходатайство о рассмотрении кассационных жалоб в его отсутствие. 

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационных жалоб поддержал, представитель ФИО3 возражал против их удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО5 (продавец) и ФИО3 (покупатель) 22.02.2017 заключили договор купли-продажи квартиры № 12 общей площадью 136,7 кв.м по адресу: Москва, пер. Каменная Слобода, д. 2/1, стр. 1, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя за квартиру 29 500 000 руб.

Согласно пункту 4 договора продавец получил от покупателя денежные средства в полном объеме. 

В день заключения договора между сторонами подписан передаточный акт.

Государственная регистрация перехода права собственности на квартиру не осуществлена. 

Далее, 17.05.2019, ФИО5 (продавец) и ФИО8 (покупатель) заключили договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя ту же квартиру за 31 300 000 руб.

Государственная регистрация данного перехода права на ФИО8 осуществлена 24.05.2019.

Финансовый управляющий ФИО7 обратился в суд с настоящим заявлением, полагая, что договор, заключенный ФИО5 и ФИО3, является мнимой сделкой, поскольку переход права собственности не осуществлен, должник денежные средства не получал, стороны сделки являются аффилированными лицами, сделка заключена в отсутствие согласия супруги должника. 

Суд первой инстанции исследовал представленные в материалы документы в их совокупности и взаимосвязи, оценил позиции участвующих в деле лиц, пришел к выводу об отсутствии в оспариваемой сделке признаков мнимости, а также признаков злоупотребления правом, в связи с чем в удовлетворении заявленного требования отказал.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников, главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Процедура реализации имущества гражданина является реабилитационной процедурой, применяемой в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве).

Институт признания недействительными сделок, совершенных должником или третьими лицами с его имуществом, направлен на пополнение конкурсной массы с целью удовлетворения требований кредиторов должника.

Согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 данного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации; далее – ГК РФ).

На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и при установлении наличия оснований признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (пункт 9.1 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало совокупность следующих обстоятельств:

- сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки такой вред причинен;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 Постановления № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзацев второго - пятого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве непосредственно цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63).

При этом квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В рассматриваемом случае, с учетом даты возбуждения настоящего дела о банкротстве (08.11.2021), договор между ФИО5 и ФИО3 заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено и из материалов дела следует, что квартира не выбывала из владения должника. 

Согласно правовой позиции ФИО5 целью оспариваемой сделки являлось сохранение недвижимого имущества, поскольку в отношении должника проводились следственные мероприятия в рамках возбужденного уголовного дела. Должник предполагал, что возможно изъятие квартиры в пользу бюджета Российской Федерации. 

Впоследствии ФИО5 повторно продал спорный объект недвижимости.  

Однако решением Нагатинского районного суда города Москвы от 14.12.2020 по делу № 2-2037/2020 установлено, что должник получил от ФИО3 29 500 000 руб., при этом от регистрации перехода права собственности на квартиру уклонился; суд пришел к выводу о недоказанности безденежности заключенного договора и факта подписания означенного договора в иной период времени в связи со стечением тяжелых обстоятельств, под угрозой давления.  

Апелляционным определением Московского городского суда от 02.09.2021 решение от 14.12.2020 по делу № 2-2037/2020 оставлено без изменения. 

В апелляционном определении суд не принял довод ФИО5 о том, что он не получал денежные средства по оспариваемому договору, так как получение 29 500 000 руб. подтверждено пунктами 3 и 4 договора купли-продажи от 22.02.2017.  

В пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Таким образом, довод ФИО5 о том, что суд общей юрисдикции не исследовал реальность сделки, подлежит отклонению. 

Кроме того, в материалы дела представлена копия определения Нагатинского районного суда города Москвы от 08.11.2022, принятого по результатам рассмотрения заявления ФИО5 о пересмотре решения от 14.12.2020 по делу № 2-2037/2020 по новым обстоятельствам. 

Согласно мотивировочной части означенного определения, в обоснование заявления о пересмотре решения от 14.12.2020 ФИО5 указал, что ФИО3 не доказан факт платежеспособности, в то время как ФИО5 заявлял о мнимости и безденежности Договора.

Согласно резолютивной части определения Нагатинского районного суда города Москвы от 08.11.2022 в удовлетворении заявления ФИО5 о пересмотре решения от 14.12.2020 в порядке статьи 392 ГПК РФ, отказано. 

Руководствуясь частью 3 статьи 69 АПК РФ, правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П, суды пришли к обоснованному выводу о преюдициальном значении для разрешения настоящего обособленного спора указанных решений суда общей юрисдикции.

Довод ФИО5 об обратном противоречит принципу правовой определенности. 

Вопреки доводам подателя жалобы возможность арбитражного суда прийти к иным мотивам и противоположным выводам не означает осуществление неконтролируемой ревизии судебного акта суда общей юрисдикции. 

Данный процессуальный способ защиты, сформированный судебной практикой, не предполагает ревизию судебного акта лишь по причине несогласия с оценкой доказательств, данной судом при рассмотрении дела в порядке искового производства, и не может использоваться в целях пересмотра не устраивавшего его судебного акта.

При этом, отказывая в удовлетворении требований, суды при рассмотрении настоящего спора приняли во внимание не только положения статьи 69 АПК РФ, а исходили из оценки всех представленных в дело доказательств в их совокупности; судами не установлены признаки подозрительности сделки, свидетельствующие о том, что сделка направлена на причинение вреда кредиторам.

Более того, в случае удовлетворения заявления конкурсная масса не пополнится. 

Как указано в обжалуемых судебных актах, заявителем избран неверный способ защиты права, при этом в обязанность суда не входит самостоятельное изменение предмета и основания заявленного требования. 

Суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что при рассмотрении заявления ФИО3 о включении ее требования в реестр требований кредиторов должника ни должник, ни финансовый управляющий, возражений не заявили, о чем свидетельствует определение Арбитражного суда Тверской области от 02.06.2022 по настоящему делу. 

Согласно мотивировочной части постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.08.2023 по рассмотрению кассационной жалобы ФИО3 в рамках обособленного спора по рассмотрению заявления о признании обязательства супругов общим ФИО3 пояснила, что при вынесении решения Нагатинского районного суда города Москвы от 14.12.2020 по делу № 2-2037/2020 ФИО1 не заявляла об общности обязательств с должником, как и при рассмотрении ее заявления о включении требования в реестр. 

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3) и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 обращено особое внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

В результате оценки доказательств, представленных участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что финансовым управляющим не представлены достаточные доказательства, подтверждающие наличие у оспариваемого договора пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. Апелляционный суд согласился с означенным выводом. 

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют доказательствам, представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора, и основаны на правильном применении норм материального права.

Довод о необходимости привлечения ФНС судом кассационной инстанции также отклоняется, поскольку кредитор является участником дела о банкротстве и вправе самостоятельно пользоваться предоставленными ему правами.

Иные доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьей 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Кассационной инстанцией не установлено нарушений судами при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для их отмены.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 10.05.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2023 по делу № А66-14894/2021 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО5 и ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Е.В. Зарочинцева

А.А. Чернышева