АРБИТРАЖНЫЙ СУД НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

 Дело № А43 – 23112/2024

г. Нижний Новгород 12 февраля 2026 года Дата оглашения резолютивной части решения 29 января 2026 года. Дата изготовления решения в полном объеме 12 февраля 2026 года. Арбитражный суд Нижегородской области в составе судьи Логуновой Натальи Александровны (шифр 49-401, 15-401),

при ведении протокола секретарем судебного заседания Рогожиной Н.Е., рассмотрев исковое заявление исковое заявление ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "1С-СОФТ" (ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 20.04.2011, ИНН: 

<

***>) г. Москва, к ответчику: обществу с ограниченной ответственностью «СТП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Балахна, Нижегородская область, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: гр. ФИО1, о взыскании с учетом уточнений 12 865 200руб. 00коп.,

13.01.2026 в судебном заседании протоколирование с использованием средств аудиозаписи не велось в связи с неявкой сторон,

после перерыва в отсутствие представителей сторон,

от ответчика: ФИО2, доверенность от 09.02.2024 (представитель не допущен к участию в судебном заседании в связи с истечением срока доверенности).

в судебном заседании велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи, после перерыва при участии в судебном заседании представителей: от ответчика: ФИО3, доверенность от 13.01.2026, диплом

в судебном заседании велось протоколирование с использованием средств аудиозаписи, установил: ООО "1С-СОФТ" (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «СТП» (далее - ответчик) о взыскании с учетом уточнений 12 865 200руб. 00коп. компенсации за нарушение исключительных прав.

Определением от 18.10.2024 года суд истребовал из ОГИБДД ОМВД России «Балахнинский» надлежащим образом заверенные копии материала проверки КУСП № 4031 от 27.04.2022 по заявлению ООО «1С - Софт», в рамках которого произведен осмотр помещений, занимаемых ООО «СТП» по адресу: 

<

...>, и установленных в помещении компьютеров.

Определением и.о. председателя второго судебного состава от 07.05.2025 в связи с отставкой судьи Исайчевой Н.Е. произведена замена судьи.

Определением суда от 24.06.2025 суд в порядке статьи 51 АПК РФ привлек гр. ФИО1 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением от 24.06.2025 года суд повторно истребовал из ОГИБДД ОМВД России «Балахнинский» надлежащим образом заверенные копии материала проверки КУСП № 4031 от 27.04.2022 по заявлению ООО «1С - Софт», в рамках которого произведен осмотр помещений, занимаемых ООО «СТП» по адресу: 

<

...>, и установленных в помещении компьютеров.

Определением от 24.06.2025 года с целью получить информацию о регистрации по месту жительства (почтовый адрес) третьего лица гр. ФИО1, суд направил запрос в УФМС по Нижегородской области.

11.07.2025 ответ на запрос поступил в материалы дела.

Определением от 18.09.2025 года суд повторно истребовал из ОГИБДД ОМВД России «Балахнинский» надлежащим образом заверенные копии материала проверки КУСП № 4031 от 27.04.2022 по заявлению ООО «1С - Софт», в рамках которого произведен осмотр

помещений, занимаемых ООО «СТП» по адресу: 

<

...>, и установленных в помещении компьютеров.

18.10.2025 затребованные Арбитражным судом документы поступили в материалы дела.

В судебном заседании, состоявшемся 13.01.2026, объявлен перерыв до 27.01.2026 до 16 час. 50 мин., до 29.01.2026 до 16 час. 50 мин. После перерывов судебное заседание продолжено.

Истец и третье лицо, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения спора, в судебное заседание не явились, в судебном заседании, состоявшемся 27.01.2026, представитель ответчика не допущен в виду истечения срока действия доверенности.

От ответчика в материалы дела представлены письменные пояснения. Документы приобщаются к материалам дела.

В судебном заседании ответчик поддерживает ранее озвученные возражения.

Дополнительно представленные документы размещены на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru).

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ в отсутствие представителей истца и третьего лица.

Суд, исследовав материалы дела и оценив в совокупности все представленные доказательства, пришел к нижеследующему.

Как следует из материалов дела, Компания ООО «1С-Софт» является российским разработчиком программных продуктов.

Компания ООО «1С-Софт» является обладателем исключительных авторских прав на программные продукты «Платформа 1С: Предприятие 8.3», (согласно письму от 18.12.2015 № Н1512/0043 маркетинговое наименование – «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на n рабочих мест (USB)»).

23.05.2022 сотрудниками ОМВД России «Балахнинский» в рамках материала, зарегистрированного в КУСП ОМВД России «Балахнинский» за № 4031 от 27.04.2022 по заявлению представителя правообладателя – ООО «1С-Софт», произведен осмотр помещений, занимаемых ООО «СТП» по адресу: 

<

...>, и установленных в помещении компьютеров. В ходе осмотра одного из компьютеров, находящихся в помещении, в котором осуществляет деятельность ООО «СТП», выявлены установленные контрафактные программные продукты технологической платформы «1С: Предприятие 8.3», правообладателем которых является ООО «1С-Софт».

01.07.2022 по вышеуказанному материалу назначена компьютерная экспертиза по изъятому 23.05.2022 в помещении ООО «СТП» системному блоку № 3 с маркировкой MERB305090320 и установленным в нем: ТТН № 2 (SanDisk, SN: 174807A024C8), НЖМД № 3 (TOSHIBA, SN: 4862JYUAS).

Согласно заключению эксперта от 13.03.2023 № 3787Э

- в памяти ТТН № 2, представленного на экспертизу системного блока, имеются сведения об установленных программных продуктах производства компании «1С»: - «1С: Предприятие: 8 (х86-64)» (версия 8.2.18.1208); каталог установки C:\Program Files\1сv8\8.3.18.1208; дата установки 22.04.2021, 13:10. Обнаруженное в памяти ТТН № 2 установленное программное обеспечение: «1С: Предприятие 8.3 (версия 8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» (наименование ПП и клиентской лицензии: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)») запускается без аппаратного ключа защиты.

-в памяти ТТН № 2, представленного на экспертизу системного блока, установлено наличие файла: - 8.3.18.1208_RePack_x64_GUI.zip, расположенного по адресу – 1:\Users\malenin\Downloads\; после установки выявленного ПО создана тестовая ИБ и определена конфигурация – «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение». Установленное с помощью дистрибутива, обнаруженного в памяти ТТН № 2, программное обеспечение «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» (наименование ПП и клиентской лицензии: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)») запускается без аппаратного ключа защиты.

- в памяти НЖМД № 3, представленного на экспертизу системного блока, установлено наличие файла: - «1CEnterprice8-lite.exe», расположенного по адресу – 1:\1c\; после установки выявленного ПО создана тестовая ИБ и определена конфигурация – «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение».

Установленное с помощью дистрибутива, обнаруженного в памяти НЖМД № 3, программное обеспечение «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» (наименование ПП и клиентской лицензии: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на 10 рабочих мест (USB)»), запускается без аппаратного ключа защиты.

Вышеперечисленное программное обеспечение обладает признаками контрафактности, так как функционирует в нарушение авторских прав правообладателя с отсутствующими ключами, то есть отсутствуют технические средства защиты, используемые в лицензионной продукции.

Исковые требования основаны на обязательстве ответчика выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на произведение в связи с установленными фактами незаконного использования Ответчиком 6 (шести) экземпляров программных продуктов, обнаруженных на системном блоке № 3:

- «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка» – 3 экземпляра,

- «1С: Предприятие 8 ПРОФ. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)» – 3 экземпляра, путем их воспроизведения, то есть записи в память и хранения в памяти системного блока, обнаруженного 23.05.2022 в помещениях, занимаемых ООО «СТП» по адресу: 

<

...>.

В рамках досудебного порядка урегулирования спора истцом 17.02.2024 в адрес ответчика направлено претензия от 17.02.2024 с требованием оплатить компенсацию за нарушение авторских прав в размере 6 432 600руб. Доказательства отправки подтверждаются представленными в материалы дела документами.

Претензия оставлена адресатом без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения с настоящим исковым заявлением.

На основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим кодексом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В соответствии со статьей 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации право использования результата интеллектуальной деятельности может быть предоставлено третьему лицу (лицензиату) на основании лицензионного договора. Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную гражданским законодательством, другими законами, за исключением случаев, когда

использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ установлено, что к объектам авторских прав также относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения.

В силу статьи 1261 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения. Исходя из положений статьи 1262 Гражданского кодекса Российской Федерации, для возникновения авторских прав на программы для ЭВМ государственная регистрация такой программы не является обязательным условием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1270 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности: - воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме.

При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также по общему правилу считается воспроизведением; - перевод или другая переработка произведения; при этом под переработкой (модификацией) программы для ЭВМ или базы данных понимаются любые их изменения, в том числе перевод такой программы или такой базы данных с одного языка на другой язык, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя.

Согласно пункту 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» использование модифицированной программы для ЭВМ в отсутствие письменного договора с правообладателем, которым передается право на такое использование программы для ЭВМ как ее модификация, само по себе является нарушением авторских прав.

Для характеристики понятия использования, помимо положений статьи 1270 ГК РФ, применительно к программам для ЭВМ необходимо также учитывать и ряд действующих на территории Российской Федерации норм Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений (Берн, 09.09.1886; вступила в силу для России 13.03.1995, далее – Бернская конвенция) и Договора ВОИС по авторскому праву (Женева, 20.12.1996; вступил в силу для России 05.02.2009, далее – Договор ВОИС), дополняющих положения статьи 1270 ГК РФ.

В частности, нормы этих договоров по сравнению с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ более полно характеризуют понятие воспроизведения как разновидности использования произведения.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Бернской конвенции авторы литературных и художественных произведений, охраняемых этой Конвенцией, пользуются исключительным правом разрешать воспроизведение произведений любым образом и в любой форме. В соответствии с согласованными заявлениями по Договору ВОИС в отношении статьи 1(4) «право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции, и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме.

Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции».

Кроме этого, согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400 по делу № Л20-2391/2013, наличие факта хранения программы в памяти ЭВМ будет свидетельствовать об ее использовании владельцем материального носителя посредством сохранения до тех пор, пока не доказано иное.

Хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ, как произведения.

Исходя из указанной характеристики, использованием программы для ЭВМ следует считать не только ее запись в память ЭВМ, но также и хранение экземпляра программы в цифровой форме в памяти ЭВМ или на другом электронном носителе. При этом, один вид воспроизведения неотделим от другого, в частности, хранение экземпляра произведения в цифровой форме в памяти ЭВМ может иметь место только после соответствующей записи данного экземпляра произведения в память ЭВМ.

Таким образом, факт хранения спорных программ на электронном носителе (в памяти жестких магнитных дисков компьютеров) без согласия правообладателя также образует самостоятельный состав правонарушения.

В силу пункта 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

В соответствии с положениями статьи 1299 Гражданского кодекса Российской Федерации техническими средствами защиты авторских прав признаются любые технологии, технические устройства или их компоненты, контролирующие доступ к произведению, предотвращающие либо ограничивающие осуществление действий, которые не разрешены автором или иным правообладателем в отношении произведения.

В отношении произведений не допускается: 1) осуществление без разрешения автора или иного правообладателя действий, направленных на то, чтобы устранить ограничения использования произведения, установленные путем применения технических средств защиты авторских прав; 2) изготовление, распространение, сдача в прокат, предоставление во временное безвозмездное пользование, импорт, реклама любой технологии, любого технического устройства или их компонентов, использование таких технических средств в целях получения прибыли либо оказание соответствующих услуг, если в результате таких действий становится невозможным использование технических средств защиты авторских прав либо эти технические средства не смогут обеспечить надлежащую защиту указанных прав.

С учетом изложенного, применительно к настоящему спору в предмет доказывания входит факт принадлежности истцу исключительных прав на программы для ЭВМ, а также факт нарушения ответчиком этих исключительных прав одним из способов, перечисленных в части 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принадлежность истцу исключительного права, в защиту которого предъявлен настоящий иск, подтверждается материалами дела, договором об отчуждении исключительного права на программы для ЭВМ от 12.01.2015, и участвующими в деле лицами не оспаривается.

При этом доказательств, подтверждающих передачу истцом ответчику в установленном законом порядке своих исключительных прав на использование программного обеспечения, в материалы дела не представлено.

Факты наличия и незаконного использования ответчиком экземпляров программ для ЭВМ – «1С: Предприятие 8.3» и клиентских лицензий путем их воспроизведения, то есть записи в память ЭВМ – системного блока и установленных в нем ТТН № 2 (SanDisk, SN: 174807A024C8), НЖМД № 3 (TOSHIBA, SN: 4862JYUAS), обнаруженных 23.05.2022 в помещении ООО «СТП» по адресу: 

<

...>, установлены в ходе проверки сотрудниками ОМВД России «Балахнинский», в рамках

материала проверки, зарегистрированного в КУСП ОМВД России «Балахнинский» за № 4031 от 27.04.2022г. по заявлению ООО «1С - Софт».

В частности, в ходе производства компьютерной экспертизы на накопителях информации, представленного на экспертизу системного блока, изъятого в ООО «СТП», выявлены файлы, атрибутирующие себя в системе как программные продукты «1С», установленные на компьютер в 2021 г., запуск которых возможен при отсутствии аппаратного ключа защиты; а также установлено наличие информационных баз, к которым подключается контрафактное программное обеспечение. При этом обстоятельствами дела, а именно – запуском программы при отсутствии аппаратного ключа защиты, установлено, что такая запись не носит временный или случайный характер и не составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование произведения либо осуществляемую информационным посредником между третьими лицами передачу произведения в информационно-телекоммуникационной сети.

В рамках проверки установлено, что фактическим владельцем компьютера, в памяти которого 23.05.2022 в ходе осмотра сотрудниками органов внутренних дел обнаружены контрафактные экземпляры программ для ЭВМ, является ООО «СТП». Так, компьютер на момент осмотра находился в помещении, занимаемом Обществом; в памяти данного компьютера в ходе экспертизы обнаружены ключевые слова, связанные с наименованием и идентификационными данными компании, а также информационные базы, в которой осуществлялся учет хозяйственной деятельности предприятия. Обнаруженные в памяти системного блока ПК экземпляры программных продуктов «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензиями «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» являются контрафактными, поскольку запустились при отсутствии аппаратного ключа защиты, документы, подтверждающие законность использования программных продуктов «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка» и лицензий на 500 рабочих мест у ООО «СТП» отсутствуют. Правообладатель не давал ООО «СТП» разрешения использовать обнаруженные программные продукты с установленными или измененными средствами защиты.

В рамках досмотра одного из персональных компьютеров, находящегося по адресу - 

<

...>, выявлен факт установки контрафактных продуктов технологической платформы «1С: Предприятие 8.3».

01.06.2022 старшим инспектором ГИАЗ Отдела МВД России «Балахнинский» капитаном полиции ФИО4 было вынесено определение о назначении экспертизы по делу об административном правонарушении.

13.03.2023 Экспертно – криминалистическим центр ГУ МВД России по Нижегородской области была проведена экспертиза № 3787ЖЭ.

Согласно заключению эксперта от 13.03.2023 № 3787Э:

В памяти ТТН № 2, представленного на экспертизу системного блока, имеются сведения об установленных программных продуктах производства компании «1С»:

- «1С: Предприятие: 8 (х86-64)» (версия 8.2.18.1208); каталог установки C:\Program Files\1сv8\8.3.18.1208; дата установки 22.04.2021, 13:10.

Обнаруженное в памяти ТТН № 2 установленное программное обеспечение: «1С: Предприятие 8.3 (версия 8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» (наименование ПП и клиентской лицензии: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)») запускается без аппаратного ключа защиты.

В памяти ТТН № 2, представленного на экспертизу системного блока, установлено наличие файла:

- 8.3.18.1208_RePack_x64_GUI.zip, расположенного по адресу – 1:\Users\malenin\Downloads\; после установки выявленного ПО создана тестовая ИБ и определена конфигурация – «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение».

Установленное с помощью дистрибутива, обнаруженного в памяти ТТН № 2, программное обеспечение «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» (наименование ПП и клиентской лицензии: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП.

Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)») запускается без аппаратного ключа защиты.

В памяти НЖМД № 3, представленного на экспертизу системного блока, установлено наличие файла:

- «1CEnterprice8-lite.exe», расположенного по адресу – 1:\1c\; после установки выявленного ПО создана тестовая ИБ и определена конфигурация – «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение».

Установленное с помощью дистрибутива, обнаруженного в памяти НЖМД № 3, программное обеспечение «1С: Предприятие 8.3 (8.3.18.1208)» с лицензией «Локальный HASP4 ORGL8 500, получило клиентское приложение» (наименование ПП и клиентской лицензии: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка», «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на 10 рабочих мест (USB)»), запускается без аппаратного ключа защиты.

Вышеперечисленное программное обеспечение обладает признаками контрафактности, так как функционирует в нарушение авторских прав правообладателя с отсутствующими ключами, то есть отсутствуют технические средства защиты, используемые в лицензионной продукции. Вместе с тем, для защиты программного обеспечения, принадлежащего ООО «1С», при правомерном использовании применяется однопользовательский ключ защиты (ключ защиты) для порта USB или ПИН-коды для получения программной лицензии. Однако на компьютере Ответчика обнаружена возможность функционирования спорных программ без указанных средств защиты. Любые попытки заменить существующий ключ защиты какими-либо программными и/или аппаратно-программными средствами (эмуляторами) является незаконным вмешательством в работу защищенных Программ (модификацией) и нарушением целостности автоматизированных аппаратно-программных комплексов, а также приводит к несанкционированному правообладателем воспроизведению и использованию программ для ЭВМ (несанкционированное блокирование, модификация и компьютерной информации, нарушение работы ЭВМ).

В представленном в материалы дела отзыве на исковое заявление ответчик указывает, что истцом не доказан факт незаконного использования Ответчиком, поскольку согласно экспертизе от 13.03.2023г. № 3787ЖЭ, на системном блоке № 3 найдены файлы, при помощи которых возможно установить программное обеспечение производства 1С, однако, согласно Таблице № 4 экспертизы от 13.03.2023г. № 3787ЖЭ, указанная программа не запускалась (стоит 0). Запустить с помощью данного ПО информационные базы 1С не представилось возможным, т.к. программа «1С: Предприятие 8» версия 8.3.18.1208 не работает в режиме 1 «Конфигуратор». Режим «Конфигуратор» отсутствует. (стр. 31 экспертизы от 13.03.2023г. № 3787ЖЭ). Таким образом, по мнению ответчика, установленная программа не была активирована и не могла быть использована для работы. Фактически специалистом выявлены демо-версия установочных файлов.

Также согласно заключению эксперта № 3787ЭЖ от 13 марта 2023г., в памяти представленных на экспертизу образцов системных блоков, установлено наличие файлов с расширением «*cdw», «*frw», «*spw», «*kdw», «*m3d», «*a3d».

Ответчик обращает внимание суда на тот факт, что вышеназванные расширения не являются совместимыми с программой «1С».

Кроме того, по мнению ответчика, ООО «СТП» не совершало противоправных действий направленных на нарушение исключительных прав Истца.

Из объяснений ФИО5 от 23.05.2022 следует, что в своей хозяйственной деятельности ООО «СТП» использует программный продукт "1С Бухгалтерия". Приблизительно в 2020году организация приобрела лицензионный продукт 1С, который в настоящий момент времени используется в своей деятельности, что подтверждается Сублицензионным договором № 036/230120/005 от 23.01.2020, Сублицензионным договором № 036/100122/013 от 10.01.2022, а также УПД № 036/0000000085 от 01.02.2024, № № 036/0000001746 от 01.02.2025, № 036/0000012837 от 01.07.2022, № 036/0000009016 от 01.05.2022, № 036/0000009736 от 01.06.2022.

Кроме того, ответчик указал, что спорное ПО скачано иным лицом - ФИО1. Директор Компании не был в курсе данных действий и узнал о них только во время проверки.

Так, из объяснений ФИО1 от 23.05.2022 следует, что «ФИО1 проходил обучение в 2021г по специальности «Информационные системы». Для продолжения обучения ФИО1 скачал программу « С» на рабочий компьютер. После скачивания данной программы он ей не пользовался». Из заключения эксперта следует, что спорные файлы расположены по адресу: «1:\Users\malenin\Downloads\», т.е. в личном профиле указанного лица.

Доводы ответчика рассмотрены судом и отклонены судом в силу следующего.

Под дистрибутивом (программой для ЭВМ для первоначальной установки программного обеспечения) понимается форма распространения программного обеспечения, которая обычно содержит программы для инициализации системы, программу-установщик и набор специальных файлов, в совокупности образующих систему (ядро) программы.

Дистрибутивы являются объектом правовой охраны, представляя собой разновидность программ для ЭВМ, нелицензионное использование дистрибутивов (их воспроизведение на ЭВМ) влечет ответственность по правилам гражданского законодательства о нарушении исключительных прав на программы для ЭВМ.

Запись дистрибутива в постоянную память жесткого диска ЭВМ может рассматриваться судом в качестве воспроизведения объекта авторского права в случае, если на жестком диске ЭВМ содержится запись не самой программы, а лишь ее дистрибутива, что рассматривается в качестве самостоятельного состава нарушения исключительного права.

Факт размещения в системном блоке программных продуктов, авторские права на которые принадлежат истцу, подтверждает экспертное заключение от 13.03.2023 № 3787ЖЭ.

Постановлением № 137/3 о прекращении производства по делу об административном правонарушении ГИАЗ ОМВД России "Балахнинский" не опровергает обстоятельства о наличии на одном из компьютере (системном блоке) спорных программных продуктов и отсутствии у ответчика прав на использование спорного программного обеспечения. Несмотря на то, что указанным постановлением прекращено производство по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (программные продукты не использовались ответчиком для получения дохода), суд полагает, что данное обстоятельство не свидетельствует об отсутствии фактов совершения ответчиком нарушений исключительных прав истца и не опровергает наличие факта нарушения, установленного уполномоченным государственным органом.

Ответчик результаты экспертизы от 13.03.2023 № 3787ЖЭ не оспорил, ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявлял.

Заключение эксперта от 13.03.2023 № 3787ЖЭ оценивается судом в качестве иного письменного доказательства по делу в рамках статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимной связи с иными доказательствами по делу.

Кроме того, согласно разъяснениям пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" сам по себе отказ в привлечении лица к административной или уголовной ответственности не означает невозможность применения гражданско-правовых мер защиты.

Суд отмечает, что признаки состава преступления или административного правонарушения могут не совпадать с условиями привлечения лица к гражданско-правовой ответственности, так как, во-первых, не всякое нарушение исключительного права может представлять собой общественную опасность и, кроме того, публично-правовая и частноправовая ответственность построены на разных началах.

Доказательств, подтверждающих передачу истцом ответчику в установленном законом порядке своих исключительных прав на использование программного обеспечения на лицензионно программное обеспечение в материалы дела ответчик не представил.

Действия уполномоченных лиц, производивших осмотр помещения и экспертизу системного блока, в предусмотренном законом порядке не оспорены, незаконными не

признаны. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленные документы в данном случае являются допустимыми доказательствами. В этой связи возражения ответчика судом отклоняются.

На момент скачивая программных продуктов, гр. ФИО1, являлся сотрудником организации ответчика, следовательно ООО «СТП» является надлежащим ответчиком по настоящему делу.

Учитывая повышенный стандарт поведения предпринимателей в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), которым является юридическое лицо-ответчик, при подтверждении факта наличия контрафактных компьютерных программ на материальных носителях, принадлежащих такому лицу, действия со стороны владельца материальных носителей по сохранению программ в их память презюмируются до тех пор, пока владельцем материального носителя не доказано иное.

В связи с этим, при условии подтверждения факта наличия контрафактного программного обеспечения на имуществе ответчика, оставление бремени доказывания на истце необоснованно и неразумно, поскольку делает практически невозможным доказывание факта нарушения по таким делам. Ввиду того, что приобретение владения программой для ЭВМ возможно только посредством активных действий по сохранению программы в памяти ЭВМ, лицо, владеющее программой, должно доказать, что приобрело право владения правомерно, или, как в настоящем случае, опровергнуть факты, свидетельствующие о его неправомерном владении.

Применительно к настоящему спору в предмет доказывания истца входит факт обладания исключительными правами на программы для ЭВМ, а также факт нарушения ответчиком таких исключительных прав одним из способов, перечисленных в части 2 статьи 1270 ГК РФ. На ответчика же возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании спорных программ. В противном случае такое лицо признается нарушителем исключительного права, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Следовательно, наличие факта хранения программы в памяти ЭВМ будет свидетельствовать об их использовании владельцем материального носителя посредством сохранения до тех пор, пока не доказано иное.

Вместе с тем следует учитывать, что ответственность за хранение в памяти компьютера контрафактного программного обеспечения также возлагается нормами действующего законодательства на участников экономических отношений.

Хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ как произведения.

Данный вывод следует из нормы пункта 4 статьи 1 Договора Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20.12.1996, участником которого является Российская Федерация, в толковании согласованного заявления к указанной норме, согласно которому право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1886 года, и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции.

Аналогичное понимание хранения программы для ЭВМ в памяти компьютера как использования объекта авторского права, влекущего ответственность, содержится в статье 4 Директивы 2009/24/ЕС Европейского парламента и Совета от 23.04.2009, применимой в Европейском Союзе, согласно которой такие действия, как загрузка в память компьютера, отображение на экране, эксплуатация, передача или хранение компьютерной программы в памяти устройства влекут за собой воспроизведение компьютерной программы.

Таким образом, факт хранения компьютерной программы на электронном носителе (в памяти жесткого диска компьютера) без согласия правообладателя образует самостоятельный состав правонарушения.

Нарушением исключительных прав правообладателя (незаконным использованием) является в силу подпункта 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ переработка (модификация) программы для ЭВМ, под которой закон понимает любые изменения, за исключением адаптации, то есть внесения изменений, осуществляемых исключительно в целях функционирования программы для ЭВМ или базы данных на конкретных технических средствах пользователя или под управлением конкретных программ пользователя.

В отношении программ для ЭВМ и баз данных под переработкой произведения (модификацией) понимаются любые их изменения, за исключением адаптации (подпункт 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ, подпункт 1 пункта 1 статьи 1280 ГК РФ).

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что возможность запуска программ без ключа защиты установлена на компьютере ответчика, а отсутствие именно аппаратного ключа, который является средством защиты от нелегального копирования данной программы, свидетельствует о контрафактности программного продукта ответчика.

Таким образом, представленными в материалы дела документами подтверждается, что программные продукты, используемые ответчиком, являются контрафактными, поскольку запускались без обязательного ключа защиты, что свидетельствует об их модификации (пункт 9 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями статьи 1280 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены права лица, правомерно владеющего экземпляром программы для ЭВМ или экземпляром базы данных (пользователя).

Как разъяснено в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", право совершения в отношении программы для ЭВМ или базы данных действий, предусмотренных статьей 1280 ГК РФ, принадлежит только лицу, правомерно владеющему экземпляром такой программы для ЭВМ или базы данных (пользователю).

Такое право у пользователя возникает в силу закона. Правообладатель может запрещать использование своего произведения любым способом.

Для использования произведения необходимо разрешение автора или его правопреемника.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также приведенными выше нормами материального права, в предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на объект авторского права входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком.

Согласно разъяснениям пункта 109 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ).

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств. В иных случаях подразумевается презумпция авторства.

Представление ответчиком документов о приобретении программных продуктов «1С: Бухгалтерия» от ООО "ИТ Высота"(Сублицензионным договором № 036/230120/005 от 23.01.2020, Сублицензионным договором № 036/100122/013 от 10.01.2022, а также УПД № 036/0000000085 от 01.02.2024, № № 036/0000001746 от 01.02.2025, № 036/0000012837 от 01.07.2022, № 036/0000009016 от 01.05.2022, № 036/0000009736 от 01.06.2022) не указывает на отсутствие нарушения исключительных прав истца и наличие исключительных оснований для снижения размера компенсации, поскольку документы представлены на иное программное обеспечение.

Согласно предъявленной в суд УПД № № 036/0000009016 от 01.05.2022 от ООО "ИТ Высота" передала с неисключительные права на использование программных продуктов "1С Комплект поддержки" на один меся (с 01.05.2022 по 31.05.2022), вместе с тем в памяти

системного блока, изъятого в ООО «СТП», ни подобной конфигурации программного обеспечения "1С Комплект поддержки", ни технологической платформы "1С Комплект поддержки" в ходе проведенной экспертизы от 13.03.2023 № 3787Э обнаружено не было, а выявлены контрафактные программные продукты «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка» и «1С: Предприятие 8 КОРП. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)».

В рассматриваемом случае совершенные ответчиком действия, сопряженные с установкой на накопителе на жестких дисках принадлежащего ему системного блока записей контрафактных (нелицензионных) программных продуктов "1С", являются незаконными и нарушают исключительные авторские права на такие продукты их правообладателя - ООО "1С-Софт".

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с пунктом 59 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" при заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Согласно разъяснениям пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его

мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

В ходе рассмотрения дела, истцом исковые требования уточнены. Согласно представленным уточнениям, ООО "1С-СОФТ" заявляет требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости легального использования лицензионных программ, что по расчету истца, составляет 12 865 200руб. 00коп.

Расчет исковых требований выглядит следующим образом:

- «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка»: 13 000 * 3 экземпляров * 2 = 78 000 (семьдесят восемь тысяч) рублей 00 копеек,

- «1С: Предприятие 8 ПРОФ. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)»: 2 131 200 * 3 экземпляра * 2 = 12 787 200 (двенадцать миллионов семьсот восемьдесят семь тысяч двести) рублей 00 копеек.

Итого общая сумма компенсации (цена иска) составляет 78 000 + 12 787 200 = 12 865 200рублей 00 копеек.

Расчет произведен на основании Справочника цен на лицензионное программное обеспечение, разработанного Ассоциацией Поставщиков Программных Продуктов НП ППП, по состоянию на октябрь 2021 года.

Правовой подход к определению размера компенсации за нарушение исключительных прав на программные продукты, исходя из ориентировочной стоимости, приведенной в справочнике цен на лицензионное программное обеспечение, соответствует нормам действующего законодательства и ответчиком не опровергнут.

В ходе рассмотрения дела ответчик заявил, что спорное нарушение охватывается единством намерений, поскольку истцом заявлены требования по идентичным программам, скаченным единым архивом (два программных продукта).

Как следует из материалов дела, в ходе проверочных мероприятий 23.05.2022 сотрудниками ОМВД России «Балахнинский» в ООО "СТП" изъято 3 системных блока.

Как следует из экспертизы от 13.03.2023г. № 3787ЖЭ, на системном блоке № 3 найдены два программных продукта, каждый в трех экземплярах программ для ЭВМ: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка» – 3 экземпляра, «1С: Предприятие 8 ПРОФ. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)» – 3 экземпляра, путем их воспроизведения, то есть записи в память и хранения в памяти системного блока.

Как разъяснено в п. 65 Постановления Пленума № 10, компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя. Если истец-правообладатель обратился в суд с требованием о взыскании компенсации в твердом размере на основании пункта 1 статьи 1301, пункта 1 статьи 1311, пункта 1 статьи 1406.1, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515, подпункта 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ в связи с созданием ответчиком контрафактных экземпляров (товаров), новые требования о взыскании компенсации к тому же лицу в отношении товара из той же партии (тиража, серии и т.п.) не подлежат рассмотрению.

Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок. При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации. В случае если лицо, привлеченное к ответственности за правонарушение, продолжает после этого совершать противоправные действия того же характера, оно вновь может быть привлечено к ответственности за те деяния, которые совершены после привлечения к ответственности.

Как установлено судом, ответчик использовал 6 экземпляров программ истца для ЭВМ: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка» – 3 экземпляра, «1С: Предприятие 8 ПРОФ. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)» – 3 экземпляра, путем их воспроизведения, то есть записи в память и хранения в памяти одного системного блока № 3.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае хранения в памяти системного блока № 3 шести экземпляров программ истца для ЭВМ: «1С: Предприятие 8.3. Технологическая поставка» – 3 экземпляра, «1С: Предприятие 8 ПРОФ. Клиентская лицензия на 500 рабочих мест (USB)» – 3 экземпляра, охвачено единством намерений, поскольку скачено единым архивом.

Доводы истца о том, что архивы используются для объединения множества любых, а не идентичных файлов, в единый файл-контейнер с целью удобства хранения и переноса информации или сжать данные, отклоняются судом, поскольку в данном случае факт нахождения нескольких идентичных программ на одном устройстве не может рассматриваться как несколько самостоятельных нарушений исключительного права.

Таким образом, согласно расчету суда сумма компенсации за два нарушения исключительных прав составляет:

(13 000 руб. 00 коп. + 2 131 200руб. 00 коп.) х 2 = 4 288 400 руб. 00 коп.

В ходе рассмотрения дела, ответчик заявлял о несоразмерности заявленной суммы компенсации, просил ее снизить. Рассмотрев заявление ответчика о снижении размера компенсации, суд пришел к следующим выводам.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

Как разъяснено в п. 64 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения абз. 3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Следовательно, исходя из требования об установлении обстоятельств с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, суду необходимо определить, на что конкретно направлены доводы ответчика о снижении размера компенсации - на оспаривание доказываемой истцом цены, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного размера.

В материалы дела ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии фактических обстоятельств, соответствующих обозначенным в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П критериям.

Принимая во внимание вышеизложенное, у суда отсутствуют основания для снижения размера компенсации за нарушение исключительных прав ниже минимального.

На основании изложенного, Арбитражный суд, оценив в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, приходит к выводу, что исковые требования истца о взыскании с ответчика компенсации являются обоснованными и подлежат удовлетворению частично в сумме 4 288 400руб.

В остальной части исковых требований суд отказывает в удовлетворении.

Расходы по госпошлине на основании статьи 110 АПК РФ относятся стороны пропорционально, а именно с ответчика подлежат взысканию в размере 4 600руб. 00коп. в пользу истца, в размере 24 507руб. 00коп. в доход федерального бюджета. С истца подлежат взысканию в сумме 58 219руб. 00коп. в доход федерального бюджета.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте Арбитражного суда в сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180, 181, 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СТП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Балахна, Нижегородская область в пользу общества с ограниченной ответственностью «1С-СОФТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Москва 4 288 400руб. 00 коп. компенсации, а также 4 600руб. 00коп. расходы по госпошлине.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СТП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Балахна, Нижегородская область в доход федерального бюджета 24 507руб. 00коп. госпошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «1С-СОФТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Москва в доход федерального бюджета 58 219руб. 00коп. госпошлины.

Исполнительный лист на взыскание компенсации и судебных расходов выдается после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Исполнительные листы на взыскание госпошлины в доход федерального бюджета выдаются после вступления решения в законную силу.

В остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента принятия.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Вступившее в законную силу решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Логунова Н.А.