﻿/

 

 АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А43-2970/2021

г.Нижний Новгород                                                                                                  08 декабря 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 ноября 2021 года

В полном объеме текст решения изготовлен 08 декабря 2021 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Бычихиной С. А. (шифр 31-4),

при ведении протокола помощником Сысолятиной К.А., 

рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению 

общества с ограниченной ответственностью ПКФ "Спецэнергосервис" (ОГРН 1105262009665, ИНН 5262257563)

к обществу с ограниченной ответственностью "Раско-энергосервис" (ОГРН 1025202831686, ИНН 5259033115)  

о взыскании задолженности и пени

при участии в судебном заседании представителей:

Морозовой А.И по доверенности от 30.09.2021 (до перерыва)

Гилева А.С. по доверенности от 19.07.2021

установил:

общество с ограниченной ответственностью ПКФ "Спецэнергосервис" (истец, подрядчик) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к  обществу с ограниченной ответственностью "РАСКО-ЭНЕРГОСЕРВИС" (ответчик, заказчик) о взыскании задолженности по договору подряда № 40/9/17р с учетом дополнительных соглашений к нему. Сумма исковых требований составляет 543 311,87 копеек долга и 105760,38 рублей неустойки.  

	Иск мотивирован ненадлежащим исполнением заказчиком обязанности по оплате выполненных работ.

	Ответчик против удовлетворения иска в полном объеме возражает. Ссылается на недостатки в выполненных работах, в связи с чем полагает, что сумма долга должна быть уменьшена на  гарантийное удержание. Не соглашается с периодом расчета неустойки.

	В судебном заседании стороны поддержали свои позиции.

	Как следует из материалов дела, 16.01.2017 года между ООО ПКФ «Спецэнергосервис» (Подрядчик) и ООО «РАСКО-Энергосервис» (Заказчик) был заключен договор подряда № 440/9/17р (далее- Договор). Согласно Договору Подрядчик по поручению Заказчика обязуется выполнить комплекс работ и сдать Заказчику Объект в состоянии «под ключ», а Заказчик обязуется принять Объект и оплатить Подрядчик) стоимость работ на условиях настоящего Договора». 

	В пункте.2.2. Договора стороны согласовали, что работы считаются выполненными, а Объект сданным Заказчику, после подписания Заказчиком соответствующего Акта сдачи-приемки Объекта.

После заключения указанного договора, сторонами по нему заключались дополнительные соглашения № 2 от 28.03.2017, №3 от 18.05.2017, № 4 от 27.06.2017 на проведение дополнительных работ. 

	Подрядчик выполнил работы по основному и дополнительным соглашениям, что подтверждается имеющимися в материалах дела актами выполненных работ и справками о их стоимости, подписанными обеими сторонами. 

	Факт выполнения работ ответчиком не оспаривается. Наличие задолженности в части ответчик не также оспаривает. 

	Между сторонами возник спор об обоснованности гарантийного удержания ответчиком денежных средств в сумме 386 385,28 рублей по дополнительному соглашению № 4 от 27.06.2017.

	Изучив материалы дела, заслушав позиции сторон относительно гарантийного удержания, суд пришел к следующим выводам.   

	В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса РФ обязательства подлежат исполнению надлежащим образом. Условия обязательства согласовывают стороны.

	Согласно пункту 3 дополнительного соглашения № 4 от 27.06.2017 заказчик при оплате выполненных работ удерживает 10% стоимости работ, указанных в соответствующем акте. В случае отсутствия у Заказчика претензий к качеству работ в течение гарантийного срока (36 месяцев) заказчик выплачивает сумму гарантийного обеспечения подрядчику в течение 10 дней с даты окончания гарантийного срока.

	Каких-либо иных условий для удержания обеспечительного платежа, кроме наличия претензии к качеству работ, сторонами не согласовано.  

	Таким образом, исходя из буквального содержания договора  (статья 431 ГК РФ) обязанность по выплате гарантийного обеспечения наступает у заказчика в только том случае, когда отсутствуют претензии к качеству работ.	

	Между тем в материалах дела имеется претензия заказчика от 13.08.2019 № 441/481 к качеству работ, выполненных подрядчиком по дополнительному соглашению № 4, а также комиссионный акт от 09.08.2019 о выявленных неисправностях электроустановок. 

	Претензия направлена по юридическому адресу истца, что подтверждается списком почтовых отправлений. Акт подписан комиссионно, компетентными специалистами. Содержание претензии не противоречит содержанию акта. В документах указаны конкретные недостатки, которые соотносятся с предметом дополнительного соглашения (технического задания к нему), объектом выполнения работ, адресом, где работы производились. Таким образом оснований сомневаться в обоснованности претензии у суда не имеется. Ходатайств о фальсификации документов, либо о проведении экспертизы истцом не заявлено. 

	Довод истца о том, что претензия не должна приниматься во внимание, поскольку направлена не по адресу конкурсного управляющего, а по адресу юридического лица оценен судом и подлежит отклонению ввиду следующего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", юридически значимое сообщение юридическому лицу, направляется по адресу, указанному в ЕГРЮЛ либо по адресу, указанному самим юридическим лицом.

Место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации на территории Российской Федерации путем указания наименования населенного пункта (муниципального образования). В Едином государственном реестре юридических лиц должен быть указан адрес юридического лица в пределах места нахождения юридического лица (статья 54 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий выступает представителем должника, в том числе и в суде.

В силу пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 61 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица" переход полномочий органов юридического лица в установленных законом случаях (пункт 3 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 94, пункт 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"; далее - Закон N 127-ФЗ), а равно смена лица, имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности, по решению учредителей (участников) или иного уполномоченного органа юридического лица, в том числе передача полномочий единоличного исполнительного органа управляющей организации или управляющему, сами по себе не влекут изменение места нахождения юридического лица.

С даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника. С даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника (статья 129 Закона N 127-ФЗ).

Исходя из того, что Законом № 127-ФЗ на конкурсного управляющего возлагаются полномочия руководителя должника, на него распространяются все требования и по отношению к нему применяются все меры ответственности, установленные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации для руководителя такого должника (статья 20.2 названного Закона).

В силу указанных положений конкурсный управляющий обязан обеспечить получение почтовой корреспонденции, направляемой по месту регистрации и нахождения юридического лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2014 N 309-ЭС14-3932). Неполучение почтовой корреспонденции конкурсным управляющим по адресу местонахождения фирмы является риском фирмы, неблагоприятные последствия которого несет она сама (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2016 N 307-ЭС16-5134).

Таким образом, у истца отсутствовала обязанность по направлению претензии в адрес конкурсного управляющего должника (ответчика).

	Довод истца о том, что претензия направлена в ответ на требование истца об уплате задолженности не имеет правового значения в данном случае. Согласно условия дополнительного соглашения правовое значение для решения вопроса об удержании гарантийного обеспечения является наличие претензии о недостатках в работе. Как следует из договора, претензия должна быть направлена в течение гарантийного срока, что в данном случае подтверждено материалами дела.

	На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что ответчик обоснованно удерживает согласованный сторонами обеспечительный платеж по дополнительному соглашению № 4 от 27.06.2017 в сумме 386 385,28 рублей. Сумма гарантийного удержания истцом не оспорена. Следовательно, в данной части иск удовлетворению не подлежит. При этом сумма гарантийного удержания не является зачетом в смысле статьи 410 ГК РФ, а является способом расчетов между сторонами, в результате которого определяется сумма завершающего обязательства. Следовательно, спорное действие на нарушает законодательства о банкротстве.

	Также истец просит взыскать сумму задолженности по возврату гарантийного обеспечения по дополнительному соглашению № 2 от 28.03.2017 в сумме 19 914,31 рубль, по дополнительному соглашению № 3 в сумме 112 196, 66 и в сумме 24 815,62 рубля. Наличие названных сумм задолженности подтверждено материалами дела, ответчиком не оспорено, доказательств оплаты не представлено. 

	Следовательно, в данной части (19 914,31+112 196,66+24 815,62 = 156 926,59) иск подлежит удовлетворению.

	Истец просит взыскать договорную неустойку с данной суммы задолженности.

	Спорным между сторонами явился вопрос о времени, с которого подлежит начислению неустойка за просрочку выплаты гарантийного обеспечения дополнительным соглашениям № 2 от 28.03.2017, № 3 от 18.05.2017. Согласно расчету неустойки и правовой позиции истца неустойка начислена по следующему алгоритму:  дата подписания актов о выполненных работах по каждому дополнительному соглашению + 36 месяцев гарантийного срока + 10 банковских дней на оплату = день (начало периода), с которого подлежит исчислению неустойка.

	По мнению ответчика, начальный срок исчисления неустойки следует определять иначе: не по дополнительным соглашениям № 2 и № 3, а исходить из срока окончания работ в целом по договору. Предлагая свой начальный срок исчисления неустойки, ответчик принимает за начальную дату исчисления неустойки - 11.01.2021 года.  

	Проанализировав позиции сторон, изучив расчет истца, суд пришел к выводу, что примененный истцом алгоритм соответствует условиям дополнительных соглашений (пункт 2 и 3), вследствие чего является правомерным и обоснованным. 

	Согласно условиям дополнительных соглашений, гарантийный срок 36 месяцев  устанавливался сторонами в отношении конкретных работ, предусмотренных дополнительными соглашениями (которыми согласованы гарантийные сроки в отношении дополнительных работ). Следовательно, позиция истца согласно которой отправной датой для исчисления срока на возврат гарантийного обеспечения является дата подписания конкретного акта приемки выполненных работ является верной. Позиция ответчика противоречит условиям дополнительных соглашений, которым внесены изменены в договор в том числе и в отношении гарантийных сроков.

	Также между сторонами является спорным вопрос относительно начального периода начисления неустойки по дополнительному соглашению № 1  от 06.03.2017. Согласно позиции истца, он начисляет  неустойку исходя из того, что срок оплаты долга наступил 25.03.2019 (дата акта+24 месяца гарантийного срока +10 дней для оплаты). Ответчик полагает,  что начальная дата исчисления неустойки должна быть определена исходя из 36 месяцев гарантийного срока (дата акта +36 месяцев 10 календарных дней).  

	Между тем данная позиция ответчика противоречит вступившему в законную силу решению Арбитражного суда Нижегородской области от 25.02.2020 по делу №А43-36552/2019 (имеющему преюдициальное значение в данном случае). Данным решением суда установлено, что гарантийный срок по дополнительному соглашению № 1  от 06.03.2017 составляет 24 месяца. Следовательно, истец правомерно применил в расчете 24 месяца. Позиция ответчика подлежит отклонению как противоречащая материалам дела.

	Правовых оснований для снижения неустойки суд не усмотрел.

	Таким образом, суд приходит к выводу, что в данной части иск также подлежит удовлетворению. С ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в общей сумме 105 760,38 рублей (4 679,86+ 15819,73+4541,26+80719,53) по дополнительным соглашениям № 2 от 28.03.2017, № 3 от 18.05.2017 и № 1 от 06.03.2017.

	Расходы по уплате государственной пошлины согласно статье 110 АПК РФ распределяются между сторонами пропорционально удовлетворенным требованиям.

	Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью ПКФ "Спецэнергосервис" удовлетворить в части.

	Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Раско-энергосервис" (ОГРН 1025202831686, ИНН 5259033115) в пользу  общества с ограниченной ответственностью ПКФ "Спецэнергосервис" (ОГРН 1105262009665, ИНН 5262257563):

	- 156 926 (сто пятьдесят шесть тысяч девятьсот двадцать шесть) рублей 59 копеек задолженности по оплате выполненных работ;

	- 105 760 (сто пять тысяч семьсот шестьдесят) рублей 38 копеек  пени за нарушение условий оплаты выполненных работ;

	- 6 392 (шесть тысяч триста девяносто два) рубля 40 копеек расходов по уплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям.

	Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Первый арбитражный апелляционный суд (г. Владимир) в течение месяца со дня его принятия в соответствии со статьями 181, 257, 259 АПК РФ.

Решение может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течении двух месяцев со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 АПК РФ при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы (в том числе и в электронном виде) подаются через Арбитражный суд Нижегородской области.

Судья									                       С.А. Бычихина