РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-156481/23-164-339

г. Москва

04 июня 2024 г

Резолютивная часть определения объявлена 08 апреля 2024 г.

Определение в полном объеме изготовлено 04 июня 2024 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Махалкиной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кургановым Д.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании ООО «Рефреш» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам Гаулика Валериу (ИНН: 

<

***>),

при участии: согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О  В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2023г. было принято к производству заявление кредитора ООО «Рефреш» о признании ООО «МУМАИР» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2023г. производство по делу № 40-245929/22-164-469 «Б» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «МУМАИР» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) прекращено в связи с отсутствием доказательств финансирования процедуры банкротства.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Рефреш» о привлечении к субсидиарной ответственности Гаулика Валериу по обязательствам ООО «МУМАИР».

В настоящем судебном заседании подлежала рассмотрению обоснованность указанного заявления.

Представитель ООО «Рефреш» поддержал заявленные требования.

Заслушав мнения лица, участвующего в заседании, оценив все представленные в материалы дела доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд пришел к выводу об удовлетворении заявления ООО «Рефреш» о привлечении Гаулика Валериу (ИНН: 

<

***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «МУМАИР», исходя из следующего.

Согласно положениям статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Вместе с тем, согласно п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Пленум № 5) само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

В соответствии с пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица (в частности, статья 53.2 ГК РФ, ст. 9 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции», ст. 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Соответственно п. 5 Пленум № 53 разъясняет исключительный характер действия опровержимой презумпции контроля над юридическим лицом в отношении учредителя, владеющего более 50% уставного капитала общества с ограниченной ответственностью и правом назначения (избрания) руководителя должника.

Как установлено судом, согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Мумаир» с 12.01.2016 г. по настоящее время генеральным директором общества является гражданин РФ Гаулика Валериу.

Таким образом, из материалов дела следует и согласуется с данными ЕГРЮЛ, что Гаулика Валериу является контролирующими должника лицом и имеет возможность определять действия ООО «МУМАИР».

Следовательно, ответчик признается судом контролирующим должника лицом в соответствии с положениями ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что 10.11.2022 г. истец обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Мумаир».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.04.2023 г. по делу № 40- 245929/22-164-469 «Б» производство по делу № 40-245929/22-164-469 «Б» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Мумаир» прекращено на основании пункта 1 статьи 57 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», п. 28 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 года № 60 и п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 декабря 2009 года № 91, а именно отсутствия доказательств финансирования процедуры банкротства.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021, если производство по делу о банкротстве прекращено ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур банкротства (абзац восьмой пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве), то на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве, задолженность перед которым подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, вправе предъявить требование о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладает, в том числе, заявитель по делу о банкротстве

Правовая позиция заявителя сводится к тому, что основаниями для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности являются причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов посредством совершения сделок, направленных на вывод ликвидного актива должника.

Относительно довода конкурсного управляющего о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по основанию подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов суд пришел к следующему выводу.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которой является субсидиарная ответственность, конкурсный управляющий должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления: противоправный характер поведения лица, о привлечении к ответственности которого заявлено, наличие вины, наличие вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и причиненным вредом.

Следует учитывать, что для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководитель обязан принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов врезультате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этимлицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указаниюэтого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федеральногозакона;

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы.

При разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота.

По общему правилу реализация коммерческим предприятием принадлежащего ему актива должна быть обусловлена конкретными производственными целями либо объективной необходимостью денежных средств для текущих расходов. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент совершения.

Из материалов дела усматривается, что между ООО «Мумаир» и ООО «Рефреш» 16.08.2017 г. был заключен договор № Р 16-08/2017, в соответствии с п. 1.1. которого Продавец обязуется продавать товар в течение срока действия Договора, а Покупатель обязуется оплачивать и принимать товар на условиях, установленных Договором.

В связи с неисполнением своих обязательств по договору, у ООО «Мумаир» перед истцом образовалась задолженность по оплате товара, в связи с чем истец обратился в Арбитражный суд г. Москвы.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.11.2018 г. по делу № А40- 135117/2018 вступившим в законную силу 12.12.2018 г., с ООО «Мумаир» в пользу ООО «Рефреш» взысканы денежные средства в размере 415 571, 62 руб. – основной долг, 100 000 руб. – неустойка, 17 267 руб. – госпошлина.

По заявлению истца было возбуждено исполнительное производство № 610820/19/77010-ИП от 14.06.2019 г. о взыскании денежных средств в размере 532 838,62 руб. в отношении ООО «Мумаир».

26.11.2021 г. исполнительное производство прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 Закона об исполнительном производстве.

26.08.2022 г. по заявлению истца повторно возбуждено исполнительное производство № 81581/22/77010-ИП от 26.08.2022 г.

Вместе с тем, как установлено судом и подтверждается ответом из ФССП исх. № 1382239231 от 17.06.2019 г., у должника ООО «Мумаир» в собственности находился автомобиль HYUNDAI SOLARIS 2017 г.в., данный автомобиль в момент выявления находился в лизинге, в связи с чем обращение взыскания на него не представлялось возможным.

Определением Арбитражного суда от 29.09.2021 г. об утверждении мирового соглашения по делу № А40-164915/21-172-1221 должник ООО «Мумаир» передал в собственность ООО «МУМАИР ФРЕШ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) имущество в виде указанного автомобиля в счет возникшего долга.

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ участником и генеральным директором ООО «Мумаир» и ООО «МУМАИР ФРЕШ» является одно и тоже лицо Гаулика Валериу. То есть фактически должник вывел имущество на аффилированное лицо путем обращения в Арбитражный суд Москвы, вместо расчетов по обязательствам перед кредитором.

Таким образом, суд констатирует, что материалами дела подтверждается, а ООО «Рефреш» доказана причинно-следственная связь между совершенными конкретным ответчиком действиями, повлекшими неплатежеспособность должника и вывод активов должника, и самим фактом наступления указанных последствий в результате таких неправомерных действий. Соответственно, заявитель доказал осуществление ответчиком действий, приведших к отчуждению имущества должника.

Между тем, Верховный Суд Российской Федерации обоснованно подчеркивает, что сложившийся подход, предусматривающий привлечение всех контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, в отсутствие ясных и убедительных доказательств, подтверждающих их виновность, является недопустимым и не соответствует правовой сущности субсидиарной ответственности.

Если ответчик отрицает саму причастность к совершению сделок, то в предмет доказывания входит как установление самого факта совершения действий по одобрению, так и то, что субъект является либо инициатором, либо соучастником вывода активов, доказательства чего в рассматриваемом случае представлены конкурсным управляющим.

Поскольку деяния, влекущие привлечение к субсидиарной ответственности, имеют деликтную природу, следовательно, привлечение контролирующего лица к субсидиарной ответственности недопустимо без выяснения фактического состава деликта. Наличие всех 4 (четырех) элементов деликтного правоотношения должно доказываться заявителем (временным управляющим) на общих основаниях, без применения установленных Законом о банкротстве презумпций.

В настоящем случае ООО «Рефреш» в порядке ст. 65 АПК РФ суду представлены надлежащие относимые и допустимые доказательства в материалы обособленного спора, позволяющие констатировать факт того, что контролирующим должника лицом – Гаулика Валериу осуществлен вывод активов должника (транспортного средства) в пользу аффилированного с ним лица, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, что по смыслу статьи 61.11 Закона о банкротстве является основанием для привлечения Гаулика Валериу к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Суд отмечает, что вышеперечисленные обстоятельства дела явно свидетельствуют о недобросовестности в поведении ответчика в рамках исполнения своих обязанностей генерального директора ООО «Мумаир», что бесспорно свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) контролирующего должника лица и негативными последствиями для его кредиторов.

С учетом изложенного суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования ООО «Рефреш» о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.11 Закона о банкротстве за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов врезультате совершения Гаулика Валериу сделок должника, принимая во внимание, что вывод активов должника (транспортного средства) не был обусловлен целями ведения производственно-хозяйственной деятельности должника, по сути, контролирующее должника лицо распорядилось имуществом общества в целях удовлетворения своих потребностей, что усугубило положение должника, привело к невозможности осуществления расчетов с кредиторами должника за счет его активов и, как следствие, обусловило банкротство должника.

Учитывая совершение контролирующим должника лицом действий по выводу активов ООО «Мумаир» в существенном для должника размере, суд находит доказанным наличие необходимых и достаточных оснований для привлечения Гаулика Валериу к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку это стало причиной доведения его до банкротства.

Пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" содержит положение о том, что субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица, в связи с чем в части, не противоречащей специальному регулированию законодательства о банкротстве, к данному виду ответственности подлежат применению положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных норм права, основывающихся на общих правилах о деликтной ответственности (статьи 15, 1064 ГК РФ), привлечение к субсидиарной ответственности по рассматриваемому основанию допустимо лишь в случае доказанности состава правонарушения, включающего в себя факт наступления вреда (невозможность полного погашения обязательств перед кредиторами), противоправность действий/бездействия деликвента (совершение вредоносных сделок либо извлечение из них имущественной выгоды и т.п., непередача конкурсному управляющему документации должника), а также причинно-следственную связь между инкриминируемыми контролирующему должника лицу деяниями/бездействием и негативными последствиями на стороне конкурсной массы - объективным банкротством организации-должника, под которым для целей Закона о банкротстве понимается критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам.

Таким образом, установленная приведенными нормами Закона о банкротстве ответственность контролирующего должника лица перед внешним кредитором наступает не за сам факт неисполнения или невозможности исполнения управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) такого контролирующего лица.

С учетом изложенного, исследовав и оценив в порядке ст. ст. 71, 168, 170 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд исходит из наличия совокупности условий, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, поскольку ООО «МУМАИР ФРЕШ», являющимся аффилированным с должником лицом, получено имущество последнего, тем самым контролирующее должника лицо распорядилось имуществом общества в целях удовлетворения своих потребностей, что усугубило положение должника, привело к невозможности осуществления расчетов с кредиторами должника за счет его активов и, как следствие, обусловило банкротство должника.

Совокупность вышеуказанных действий повлекла увеличение долговой нагрузки должника и сделала невозможным расчет с независимым кредитором, поскольку они осуществлялись под руководством Гаулика Валериу, извлекшего в итоге выгоду от своих неправомерных действий по выводу активов.

Согласно ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии со ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Соответственно, в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

Как следует из материалов дела, согласно электронной картотеке арбитражных дел в отношении ООО «Мумаир» имеются дела, по которым вынесены судебные акты о взыскании денежных средств с ООО «Мумаир»:

- Решение по делу № А40-105453/21-117-785 от 20 июля 2021 г. о взыскании с ООО "МУМАИР" в пользу ООО "ЭР и Я" долг в сумме 85 570 руб. 88 коп. и расходы по государственной пошлине в сумме 3 423 руб.

- Решение по делу № №А40-122574/21-138-914 от 04 августа 2021 г. о взыскании с ООО "Мумаир" в пользу ООО "Фермерское хозяйство "Рамаевское" долга в размере 123 622 руб. 00 коп., а также расходы по оплате госпошлины в размере 4 709 руб. 00 коп.

- Решение по делу № А40-214738/21-69-1589 от 24.11.2021 г. о взыскании с ООО "МУМАИР" в пользу ООО "ФЕРМЕРСКОЕ ХОЗЯЙСТВО "РАМАЕВСКОЕ" задолженность в размере 202 603 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 052 руб.

- Решение по делу № А40-215017/21-125-1464 от 14.12.2021 г. о взыскании с ООО "МУМАИР" в пользу ООО "ФЕРМЕРСКОЕ ХОЗЯЙСТВО «РАМАЕВСКО» задолженность в размере 333 533,40 руб., госпошлину в размере 9 671 руб.

- Решение по делу № А40-215180/21-182-1191 от 06.12.2021 г. о взыскании с ООО «МУМАИР» в пользу ООО «ФЕРМЕРСКОЕ ХОЗЯЙСТВО «РАМАЕВСКОЕ» задолженности в размере 483 785 руб. 60 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 676 руб.

Все вышеуказанные судебные акты вынесены судами в связи с образованием задолженностей, возникших в период, когда контролирующими лицами являлся Гаулика Валериу.

Согласно данным с сайта https://fssp.gov.ru/ в отношении ООО «Мумаир» возбуждено порядка 14 исполнительных производств на общую сумму 1 520 637,18 рублей по исполнительным листам, полученным в срок с 2018 по 2022 год.

В связи с этим, суд приходит в выводу, что ООО «Мумаир» отвечало всем признакам неплатёжеспособности и недостаточности имущества, вопреки невозможности удовлетворения денежных требований кредиторов, ответчик обязанности по обращению с заявлением должника о банкротстве не выполнил.

Размер денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей явно превышал стоимость имущества (активов) должника. Финансовое состояния должника нельзя отнести к временным финансовым затруднениям, поскольку период неплатежеспособности должника начался с 2019 года и длится по настоящее время.

Однако, контролирующее лицо должника, не предпринимая меры по погашению задолженностей, прекращает свою деятельность, перестает получать корреспонденцию и вести какую-либо хозяйственную деятельность. Более того, создает новое юридическое лицо и продолжает осуществлять предпринимательскую деятельность.

Как неоднократно подчеркивалось в судебной практике, Закон о банкротстве устанавливает презумпцию недостаточности имущества в случае превышения размера обязательств должника над стоимостью имущества (активов) должника и неплатежеспособности должника в случае прекращения им исполнения денежных обязательств.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как указано в пункте 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

Суд учитывает, что доказательства, опровергающие недостаточность имущества должника и последовавшую неплатежеспособность, в материалы дела не представлены.

Приняв обязательства перед кредитором, при явной недостаточности имущества должника, при непринятии необходимых мер для банкротства (ликвидации) должника, контролирующее лицо должно нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.07.2023 N Ф08-6088/2023 по делу N А32-54384/2021).

Впоследствии, Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве 23.06.2023 г. внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц о недостоверности сведений о юридическом лице, а 17.01.2024 г. внесена запись о том, что регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности)

В свою очередь, внесение в ЕГРЮЛ недостоверных сведений о юридическом лице является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по смыслу пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).

Суд учитывает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П, если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

При этом, проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установив, что Гаулика Валериу являлся контролирующими должника лицом и им совершены действия по переводу активов с компании-должника на вновь созданную компанию с целью уклонения от погашения задолженности, сформировавшейся непосредственно перед регистрацией нового юридического лица, а в результате перевода хозяйственной деятельности и, как следствие, прибыли на другую компанию компания-должник окончательно перестала быть платежеспособной - прекратила хозяйственную деятельность, а затем исключена из Единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа, учитывая, что участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (безосновательное отчуждение ликвидных активов общества в пользу ООО «МУМАИР ФРЕШ»), суд пришел к выводу о доказанности в рассматриваемом случае недобросовестных действий ответчика.

Таким образом, при установленных обстоятельствах, суд находит, что в данном случае истцом доказана совокупность юридически значимых обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности руководителя ООО «Мумаир» по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, и наличие причинной связи с действиями (бездействием) руководителя.

С учетом изложенной правовой позиции в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П, суд отмечает, что в рамках рассмотрения заявления кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц действует правовая презумпция, согласно которой невозможность исполнения юридическим лицом обязательств перед кредитором вызвана действиями контролирующих должника лиц. Данный правовой подход, направленный на снятие "корпоративной вуали" призван защитить интересы кредиторов неплатежеспособного должника и возлагает бремя доказывания отсутствия вины контролирующих должника лиц в таком неисполнении на соответствующих контролирующих должника лиц (волеизъявляющие и волеобразующие органы юридического лица). В настоящем деле ответчик не опроверг вышеуказанную презумпцию, в связи с чем подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в том числе руководителя должника, зависит от размера не погашенных в ходе конкурсного производства требований конкурсных кредиторов. В силу приведенных норм Закона о банкротстве и разъяснений Пленума ВАС РФ привлечение таких лиц к субсидиарной ответственности возможно лишь в случае, когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований конкурсных кредиторов, и при этом все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны.

Поскольку решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.11.2018 г. по делу № А40- 135117/2018 вступившим в законную силу 12.12.2018 г., с ООО «Мумаир» в пользу ООО «Рефреш» взысканы денежные средства в размере 415 571, 62 руб. – основной долг, 100 000 руб. – неустойка, 17 267 руб. – госпошлина, суд пришел к выводу о взыскании с Гаулика Валериу в пользу ООО «Рефреш» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) сумму долга в размере 532 838,62 (пятьсот тридцать две тысячи восемьсот тридцать восемь рублей 62 копейки).

Доказательств, свидетельствующих об обратном, суду не представлено (ст. 65 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле.

В соответствии сто ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами

Руководствуясь ст.ст. 9, 61.10, 61.11, 61.12 Федерального Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 4, 64-66, 71, 75, 123, 156, 167-171, 184-186 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Заявление ООО «Рефреш» о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворить.

Привлечь Гаулика Валериу к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мумаир», взыскав с  Гаулика Валериу в пользу ООО «Рефреш» 532 838, 62 руб.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

 

Судья:

Е.А. Махалкина