ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-9318/2016

город Ростов-на-Дону

26 апреля 2018 года

15АП-3010/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен          26 апреля 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Герасименко А.Н.,

судей Емельянова Д.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

ФИО2, лично,

от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 20.09.2016,

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 09.09.2016, ФИО6 по доверенности от 20.01.2016,

от ФИО7: представитель ФИО8 по доверенности от 16.02.2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 05.02.2018 по делу № А53-9318/2016 об отказе в признании сделки недействительной и применении последствий недействительности

по заявлению конкурсного кредитора ФИО2 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

принятое в составе судьи Деминой Я.А.

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 поступило заявление конкурсного кредитора ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи акций ЗАО «Ростовхлебкомплект» от 27.04.2015, заключенного между ФИО4 и ФИО7; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу денежных средств в размере 10 400 000,00 руб. и восстановления задолженности ФИО4 перед ФИО7 в размере 550 000 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 05.02.2018 по делу № А53-9318/2016 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу в части законности отчуждения акций ЗАО «Ростовхлебкомплект» по оспариваемому договору, при нахождении их в залоге у ФИО2. Согласно доводам апелляционной жалобы, суд необоснованно посчитал, что условия договора о залоге акций не содержат запрета на их отчуждение, поскольку залог в силу закона является обеспечительной мерой, позволяющей кредитору получить удовлетворении в случае неисполнения должником своих обязательств. Таким образом, податель апелляционной жалобы указывает, что сделка по реализации предмета залога без согласия залогодателя является в любом случае недействительной. Также ФИО2 полагает, что ответчик по оспариваемой сделки, проявляя должную степень разумности и осмотрительности, должен был быть осведомлен о наличии залога на передаваемые акции. При этом податель апелляционной жалобы также полагает несостоятельным вывод суда о том, что регистратор ЗАО «Ростовхлебкомплект» внес в реестр сведений запись о прекращении залога акций на основании решения Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 28.01.2015, поскольку указанное решение было отменено судом вышестоящей инстанции.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО7 просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО7 поддержали правовые позиции по спору. Представители ФИО4 просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Решением Арбитражного суда Ростовской области от 05.07.2016 (резолютивная часть оглашена 24.06.2016) в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9.

Сведения о введении в отношении ФИО4 процедуры, применяемой в делах о несостоятельности (банкротстве) - реализация имущества гражданина, опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 02.07.2016 №117, объявление №61230006088.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.08.2016 требования индивидуального предпринимателя ФИО2 включены в реестр требований кредиторов ФИО4 в размере 8 500 000 руб. задолженности, 1 882 265,97 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 60 000 руб. госпошлины и 10 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

В обоснование заявленных требований о признании сделки недействительной, индивидуальный предприниматель ФИО2 указывает, что при ознакомлении документов, находящихся в распоряжении у финансового управляющего, ему стало известно, что между должником и ФИО7 заключен договор купли-продажи акций от 27.04.2015, по условиям которого должник продал, а ответчик приобрел акции ЗАО «Ростовхлебкомплект» в количестве 120 841 штук по цене 550 000 руб.

Заявитель ссылается на то, что в соответствии с отчетностью, размещенной акционерным обществом по итогам 2014 года, стоимость его чистых активов составляла 48 895 942 руб., того согласно отчету ООО «Юг-Оценка» № 75/06/14 об оценке рыночной стоимости предприятия (бизнеса) рыночная стоимость обыкновенной именной бездокументарной акции ЗАО «Ростовхлебкомплект» по состоянию на 16.05.2014 составляла 75,83 руб. Таким образом, по мнению заявителя 120 841 штук акций на дату оспариваемой сделки имели реальную рыночную стоимость 9 163 373,03 руб.

При этом, как указывает заявитель, из 120 841 штук акций, отчужденных на основании договора купли-продажи акций от 27.04.2015, 120 000 штук акций находились в залоге у индивидуального предпринимателя ФИО2 на основании договора залога акций № 0831/1 от 31.08.2012.

В соответствии с пунктом 1.4. договора залога акций № 0831/1 от 31.08.2012 стороны определили рыночную стоимость закладываемого пакета акций в размере 15 000 000 руб.

Таким образом, заявитель указывает на неравноценность оспариваемого договора купли-продажи акций от 27.04.2015.

В обоснование заявленных требований ФИО2 также указывает, что между заявителем и должником был заключен договор № 1111/1 от 11.11.2011 на оказание юридических услуг по спору ФИО4 с ФИО10, ФИО11 по возврату из незаконного владения 119 245 акций ЗАО «Ростовхлебкомплект».

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 22.03.2012 по делу № А53-26548/2011 в удовлетворении требований ФИО4 отказано.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2012, оставленным без изменения постановлением ФАС СКО от 06.11.2012, решение от 22.03.2012 отменено и принято новое решение об удовлетворении заявленных требований.

Сторонами был подписан акт выполненных работ № 0830/2 от 30.08.2012 на сумму 8 500 000 рублей, срок оплаты услуг был установлен до 01.04.2013.

В обеспечение исполнения обязательств должника по договору сторонами был заключен договор залога акций № 0831/1 от 31.08.2012, предметом залога по которому являются 120 000 штук акций ЗАО «Ростовхлебкомплект».

В соответствии с пунктом 2.2 указанного договора последующий залог акций, являющихся предметом залога по настоящему договору, без письменного согласия залогодержателя не допускается, а, следовательно, договор купли-продажи акций от 27.04.2015 в силу пункта 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной сделкой в части 120 000 акций.

При этом, как указывает заявитель, договор купли-продажи акций от 27.04.2015 был заключен без согласия залогодержателя.

Таким образом, заявитель указывает, что оспариваемая сделка является недействительной, как совершенная без согласия третьего лица, необходимость получения которого предусмотрена договором.

В отзыве на заявленные требования ФИО7 заявил о применении срока исковой давности, указав, что в рамках дела № А53-28029/2016 ФИО12 подано заявление о нарушении договором от 27.04.2015 его преимущественного права покупки акций и о переводе на себя прав покупателя. В рамках указанного дела судами первой и апелляционной инстанций сделан вывод о том, что ФИО12 должен был узнать о сделке не позднее 03.09.2015. ФИО2 являлся представителем ФИО12 в данном деле, следовательно, по мнению ответчика, также должен был узнать о сделке не позднее указанной даты.

Оценив обстоятельства, изложенные в обоснование доводов о пропуске срока исковой давности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не был пропущен срок исковой давности. 

Суд первой инстанции обоснованно указал, что судебные акты первой и апелляционной инстанций по делу № А53-28029/2016 отменены кассационной инстанцией, дело находится на новом рассмотрении в суде первой инстанции, судебный акт по делу не вынесен и не вступил в законную силу.

Само исковое заявление, на основании которого, возбуждено   производство по делу А53-28029/2016 подано 07.10.2016г., а заявление в рамках дела о банкротстве подано 15.08.2017г., доказательств того, что ФИО2 ранее  октября 2016г. знал о заключении оспариваемого  договора  в материалы дела не представлено.

Вместе с тем, оценив по существу представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Поскольку спорный договор заключен 27.04.2015, то есть до 01.10.2015, должник на момент совершения сделки не являлся индивидуальным предпринимателем, поэтому в данном случае спорная сделка может быть оспорена только на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Исходя из пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указал, что оспариваемая сделка была совершена при злоупотреблении правом, о чем свидетельствует неравноценность встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 149.2 Гражданского кодекса Российской Федерации передача прав на бездокументарные ценные бумаги приобретателю осуществляется посредством списания бездокументарных ценных бумаг со счета лица, совершившего их отчуждение, и зачисления их на счет приобретателя на основании распоряжения лица, совершившего отчуждение. Законом или договором правообладателя с лицом, осуществляющим учет прав на бездокументарные ценные бумаги, могут быть предусмотрены иные основания и условия списания ценных бумаг и их зачисления, в том числе возможность списания ценных бумаг со счета лица, совершившего отчуждение, без представления его распоряжения.

В силу пункта 2 статьи 149.2 Гражданского кодекса Российской Федерации права по бездокументарной ценной бумаге переходят к приобретателю с момента внесения лицом, осуществляющим учет прав на бездокументарные ценные бумаги, соответствующей записи по счету приобретателя.

Как следует из отчета ООО «Регистратор «ДонФАО» об операциях по лицевому счету за 22.06.2015 - 10.09.2015, списание переданных по оспариваемой сделке ценных бумаг со счета ФИО4 и зачисление их на счет ФИО7 было произведено 10.07.2015.

Таким образом, в силу закона права на отчуждаемые акции перешли к ответчику не 27.04.2015, а 10.07.2015, следовательно, проверке подлежит соответствие цены договора реальной цене акций на 10.07.2015.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.11.2018 в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении судебной оценочной экспертизы по настоящему обособленному спору отказано.

Согласно статье 2 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», акция - эмиссионная ценная бумага, закрепляющая права ее владельца (акционера) на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении акционерным обществом и на часть имущества, остающегося после его ликвидации.

Таким образом, акция предоставляет своему владельцу неимущественное право участия в управлении обществом и имущественные права на получение дивидендов и на получение ликвидационной выплаты.

Как следует из материалов дела, 26.03.2015 генеральным директором ЗАО «Ростовхлебкомплект» ФИО13 было принято решение о проведении годового общего собрания акционеров ЗАО «Ростовхлеб-комплект» с повесткой дня, включающей вопросы о выплате дивидендов и ликвидации общества. Этим же решением рекомендовано общему собранию акционеров принять решение о выплате дивидендов за 2014 год из расчета 100 руб. 04 коп. на 1 обыкновенную акцию, что составляло всего 45 001 193 руб. 28 коп. Дата, на которую определяются лица, имеющие право на выплату дивидендов, - 12 мая 2015.

06.04.2015 в газете «Молот» было опубликовано сообщение о созыве 30.04.2015 собрания акционеров ЗАО «Ростовхлебкомплект», в повестку дня которого были включены вопросы утверждения годового отчета общества, распределения прибыли, в том числе выплаты дивидендов, проведении аудита и последующей ликвидации общества. В том же объявлении указывалось, что с информацией и материалами к собранию можно ознакомиться с 08.04.2015.

Таким образом, заключая 27.04.2015 оспариваемую сделку, ФИО4 знала либо должна была знать о том, что общество планирует осуществить выплату дивидендов, а затем ликвидироваться, и определяла цену сделки с учетом указанных обстоятельств.

Из протокола собрания от 30.04.2015 следует, что собранием, в том числе, принято решение о выплате дивидендов за 2014 год из расчета 100,04 руб. на одну обыкновенную акцию лицам, имеющим право на получение дивидендов по состоянию на 12.05.2015.

Поскольку по состоянию на 12.05.2015 права на акции ЗАО «Ростовхлеб-комплект» еще не перешли в установленном порядке к ФИО7, право на получение дивидендов по итогам деятельности общества за 2014 год оставалось за ФИО4 и было ею осуществлено, что подтверждается платежными поручениями от 18.05.2015. № 58 на 700 000 руб. и № 59 на 9 817 372,64 руб., кроме того 18.05.2015г.  ОАО «Ростовхлебкомплект»  платежным поручением № 60 перечислило  13% НДФЛ с дивидендов ФИО4  (т.1, л.д. 174-176).

С учетом указанных обстоятельств, 10.07.2015 ответчику были переданы акции, дающие право лишь на получение выплаты ликвидационной стоимости. 

10.09.2015 ЗАО «Ростовхлебкомплект» ликвидировано.

Из представленного в материалы дела платежного поручения № 145 от 03.09.2015 следует, что ответчику была выплачена ликвидационная стоимость имущества предприятия в размере 597 087,73 руб., что сопоставимо с ценой сделки и лишь незначительно превышает цену договора купли-продажи акций от 27.04.2015 (т. 1, л.д. 86).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания сделки совершенной при неравноценном встречном исполнении.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указал также на наличие оснований недействительности договора от 27.04.2015, предусмотренных нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно статьей 174.1 указанного кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Между тем названная норма кодекса регулирует отношения, вытекающие из запретов и ограничений, установленных законом, тогда как ограничение, на которое ссылается заявитель, установлено не законом, а условиями договора.

В силу пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Исходя из данной нормы, установление запрета на основании судебного постановления или договора влечет сохранение прав, обеспеченных запретом, т.е. следование обременения за имуществом, но не недействительность сделки по распоряжению обремененным имуществом.

Кроме того, из буквального содержания пункта 2.2 договора залога акций следует, что указанным договором установлен запрет на последующий залог акций без согласия заявителя. Между тем по договору от 27.04.2015 должником произведено не последующее обременение, а отчуждение акций. Условие о запрете отчуждения акций без согласия заявителя в договоре № 0831/1 от 31.08.2012 отсутствует.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе с указанием на обязательное получение согласия залогодержателя по совершению любых сделок в отношении предмета залога, в том числе его отчуждения, поскольку в ином случае нарушаются права залогодержателя в части обращения взыскания на залоговое имущество, подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм права.

Суд первой инстанции верно указал, что установление запрета на основании судебного постановления или договора влечет сохранение прав, обеспеченных запретом, т.е. следование обременения за имуществом, но не недействительность сделки по распоряжению обремененным имуществом. Указанная правовая позиция соотносится с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Пунктом 94 постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что  по смыслу пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является действительной. Ее совершение не препятствует кредитору или иному управомоченному лицу в реализации прав, обеспечивающихся запретом, в частности, посредством подачи иска об обращении взыскания на такое имущество.

Таким образом, сделка по отчуждению предмета залога иному лицу является действительной за исключением случаев, если приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что приобретатель по оспариваемой сделке – ФИО7 не знал и не мог знать об имеющемся залоге на акции, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 149.2 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение, в том числе передача, залог, обременение другими способами бездокументарных ценных бумаг, а также ограничения распоряжения ими могут осуществляться только посредством обращения к лицу, осуществляющему учет прав на бездокументарные ценные бумаги, для внесения соответствующих записей.

Как следует из материалов дела, до 19.06.2015 регистратором, ведущим реестр акционеров ЗАО «Ростовхлебкомплект», являлось ОАО «Объединенная регистрационная компания».

Решением Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 28.01.2015 удовлетворены исковые требования ФИО4 о признании частично недействительными договора № 1111/1 от 11.11.2011 и акта № 0830/2 от 30.08.2012, залог признан прекратившимся.

ОАО «Объединенная регистрационная компания» являлось участником данного спора, копия решения была получена регистратором 20.03.2015. Исходя из истечения месячного срока на подачу апелляционной жалобы и отсутствия сведений о ее подаче, регистратор 23.03.2015 внес в реестр сведения о прекращении залога.

Апелляционным определением Ростовского областного суда от 09.07.2015 решение от 28.01.2015 отменено, принято решение об отказе ФИО4 в иске. Указанное определение поступило ОАО «Объединенная регистрационная компания» 03.08.2015.

Между тем, 19.06.2015 на основании решения собрания акционеров ЗАО «Ростовхлебкомплект» от 30.04.2015 система ведения реестра акционеров была передана иному регистратору - ООО «Регистратор «ДонФАО», ввиду чего регистрация залога в пользу заявителя не могла быть восстановлена ОАО «Объединенная регистрационная компания».

Указанные обстоятельства были установлены в ходе проверки следственными органами обоснованности заявления ФИО2 о нарушении работниками ОАО «Объединенная регистрационная компания» порядка учета прав на ценные бумаги и отражены в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.09.2016 (т. 1 л.д. 98-102).

Доказательств наличия у нового регистратора по состоянию на 10.07.2015 (дата регистрации перехода прав на акции к ответчику) сведений о наличии судебного акта, являющегося основанием для внесения (восстановления) в реестр записи об обременении 120 000 акций, принадлежащих ФИО4, залогом в пользу ФИО2, в материалы дела не представлено.

Также не было представлено доказательств заведомой осведомленности ФИО7 на дату заключения договора купли-продажи акций о наличии обременения в пользу ФИО2

Ссылка заявителя на то обстоятельство, что ФИО7 был назначен ликвидатором ЗАО «Ростхлебкомплект» и с 14.05.2015 согласно ЕГРЮЛ зарегистрирован в указанном качестве, не говорит о такой осведомленности, поскольку из доступных ликвидатору источников, в частности реестра акционеров ЗАО «Ростхлебкомплект», следовало, что обременение в пользу ФИО2 было снято 23.03.2015.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В данном случае поведение сторон спорной сделки не свидетельствует критериям для признании признания сделки недействительной по ст. 10 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что основания для признания договора купли-продажи акций от 27.04.2015 недействительной сделкой отсутствуют.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, повторяют доводы, которые были заявлены в суде первой инстанции, и получили надлежащую оценку, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств, но не опровергают их. 

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, заявителем не было представлено доказательств в обоснование доводов, на которые он ссылается. В частности не было представлено доказательств о наличия у нового регистратора ЗАО «Ростхлебкомплект» по состоянию на 10.07.2015 (дата регистрации перехода прав на акции к ответчику) сведений о наличии судебного акта, являющегося основанием для восстановления в реестр записи об обременении 120 000 акций, принадлежащих ФИО4, залогом в пользу ФИО2 Также не было представлено доказательств заведомой осведомленности ФИО7 на дату заключения договора купли-продажи акций о наличии обременения в пользу ФИО2

Доводы ФИО2 относительно осведомленности ФИО7 о залоге акций основаны на предположении и не подтверждаются доказательствами по делу.

В свою очередь обстоятельства получения предыдущим регистратором ОАО «Объединенная регистрационная компания» копии решения Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 28.01.2015, которым был признан прекратившимся залог акций следуют из материалов дела. При этом в данном случае не имеет значения обстоятельства последующей отмены решения Ворошиловского районного суда г. Ростова-на-Дону от 28.01.2015, поскольку запись о залоге не была восстановлена. 

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 05.02.2018 по делу № А53-9318/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном ст. 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                            А.Н. Герасименко

 

Судьи                                                                                                             Д.В. Емельянов

 

Н.В. Шимбарева