123/2019-10659(2) 

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,  

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-38970/2016

г. Саратов

01 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена «25» февраля 2019 года. 

Полный текст постановления изготовлен «01» марта 2019 года.  

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Пузиной Е.В., судей Самохваловой А.Ю., Грабко О.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания  ФИО1  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 07 ноября 2018 года  по делу № А12-38970/2016, принятое судьей Нехай Ю.А.,  

по заявлению УФНС России по Волгоградской области о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,  

в рамках дела о признании ООО «Волгоградспецстрой», (400051, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным  (банкротом),  

при участии в судебном заседании представителей: 

ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности от  16.11.2017 № 34АА2035456 (срок действия 5 лет),  

УФНС России по Волгоградской области - ФИО4, действующей на  основании доверенности от 29.112.018 № 117 (срок действия доверенности до  19.11.2019г.), ФИО5, действующей на основании доверенности от 29.11.2018   № 132 (срок действия до 09.11.2019г.),   

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 18 августа 2016  года общество с ограниченной ответственностью «Волгоградспецстрой»  (далее - ООО «Волгоградспецстрой», должник) признано несостоятельным  (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства ликвидируемого  должника, введена процедура конкурсного производства, конкурсным  управляющим утвержден ФИО6  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 марта 2018  года конкурсное производство в отношении общества с ограниченной  ответственностью «Волгоградспецстрой» завершено.  

01 июня 2018 года в Арбитражный суд Волгоградской области  поступило заявление Федеральной налоговой службы (далее - ФНС России),  уточненное в порядке статьи 49 АПК РФ, о привлечении контролирующих лиц  должника, ФИО2, ФИО7 и  Закрытое акционерное общество «Югресурс» солидарно к субсидиарной  ответственности, предусмотренной ст. 61.11 Закона о банкротстве, и взыскании в  порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Волгоградспецстрой» денежных средств в пользу УФНС России по  Волгоградской области в размере 30 335 389,30 рублей, из которых 6 559 004,30  рублей, подлежащих погашению в режиме второй очереди, 23 776 385 рублей  основного долга, подлежащих погашению в составе требований кредиторов  третьей очереди, 1 743 647,79 рублей пени и 3 107119,9 штраф, а также текущую  задолженность по уплате обязательных платежей в процедуре банкротства в  размере 1 422 892,39 рублей, в том числе 1 288 610,99 рублей - пени, 134 281,40  рублей - штрафы.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07 ноября 2018  года в удовлетворении заявления УФНС России по Волгоградской области  отказано.  

Не согласившись с указанным определением суда, уполномоченный орган  обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой  просит отменить определение Арбитражного суда Волгоградской области от 07  ноября 2018 года и удовлетворить заявленные требования в полном объеме.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции  в обжалуемом судебном акте сделаны выводы, не соответствующие фактическим  обстоятельствам дела, не учтено, что ФИО2, ФИО7 и ЗАО  «Югресурс», до введения в отношении должника процедуры банкротства,  заключены хозяйственные сделки (операции) по заниженной стоимости, с  неравнозначным встречным удовлетворением, с аффилированными лицами, что  привело к невозможности погашения требований кредиторов.  

В судебное заседание явились представители уполномоченного органа,  ФИО2  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не  явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на  официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной  сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных  актов на сайте.  

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в  отсутствие извещенных лиц.  

Представители уполномоченного органа поддержали доводы апелляционной  жалобы в полном объеме.  

ФИО2 возражает против доводов апелляционной жалобы  уполномоченного органа по основаниям, изложенным в отзыве, приобщенному к  материалам дела, в порядке статьи 262 АПК РФ, просит определение суда оставить  без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Через канцелярию суда от ФИО7, ЗАО «Югресурс» поступили  отзывы на апелляционную жалобу, просят определение Арбитражного суда  Волгоградской области от 07 ноября 2018 года по делу № А12-38970/2016 оставить  без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность  применения норм материального и процессуального права в пределах,  установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия  апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения  поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из следующего.  

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации и статье 32 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Под субсидиарной ответственностью понимается ответственность перед  кредитором лица, не являющегося стороной по обязательству, дополнительно к  ответственности другого лица - основного должника по обязательству (статья 399  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

С учетом общих положений главы 25 ГК РФ, статьи 10 Закона о банкротстве,  разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от  01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», для привлечения к субсидиарной  ответственности, которая является гражданско-правовой, в любом случае  необходимо установление совокупности условий, в том числе, установление вины  ответчика для возложения на него ответственности.  

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон N 266) статья  10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) признана утратившей силу и Закон о  банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и  иных лиц в деле о банкротстве». Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266  рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности,  предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до  дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с  

01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции  настоящего Федерального закона).  

Поскольку с заявлением в суд конкурсный кредитор должника обратился  01.06.2018г., суд руководствовался нормами Закона о банкротстве в редакции  Закона № 266.  

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это  лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника,  членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с  заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами  голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей  уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью,  или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического  лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало  выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте  1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том  числе, в случае если причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо  одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких  сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона;  

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N  53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление от 21.12.2017 N  53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной  сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких  сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют  на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных  сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том,  является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того,  что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях,  существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а  также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой  должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько  направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо  фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию  которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по  сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой  причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки  коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим  собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от  субсидиарной ответственности.  

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо,  одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо  косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на  номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной  презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред  кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно  было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.  

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения  презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие  вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки  недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей  совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки  недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.  

Для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный  вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в  том числе, предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3  (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.  

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как  значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе  факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из  кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.  

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017г. № 53 по общему правилу,  на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено  требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований  возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК  РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих  лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное  положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой  защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.  Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью  косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у  привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о  невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий  (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на  привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и  иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть  приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив  объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная  деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).  

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию  совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых  причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.  

Как следует из материалов дела, 18 июля 2016 года в Арбитражный суд  Волгоградской области поступило заявление индивидуального предпринимателя  ФИО8 о признании несостоятельным (банкротом)  общества с ограниченной ответственностью «Волгоградспецстрой».  

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 18 августа 2016  года общество с ограниченной ответственностью «Волгоградспецстрой» (далее  - ООО «Волгоградспецстрой», должник) признано несостоятельным (банкротом) с  применением упрощенной процедуры банкротства ликвидируемого должника,  введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим  утвержден ФИО6  

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, ООО  «Волгоградспецстрой» создано 21.04.2000г., присвоен основной государственный  регистрационный номер 

<

***>.  

Исполнительным органом и учредителем должника является ФИО2 с размером доли 100%.  

ЗАО «Югресурс» зарегистрировано в Едином государственном реестре  юридических лиц 22.09.2006г. за основной государственный регистрационный  номер 1063461036528.  

Директором ЗАО «Югресурс» является ФИО7. 

Полагая, что неплатежеспособность у ООО «Волгоградспецстрой» возникла  в результате совершения контролирующими должника лицами ФИО2,  ЗАО «Югресурс», ФИО7 хозяйственных сделок, совершенных до  процедуры банкротства, по заниженной стоимости, то есть с неравнозначным  встречным удовлетворением, с аффилированными лицами ФИО7, ЗАО  «Югресурс», уполномоченный орган обратился в суд с настоящим заявлением.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции  пришел к выводу об отсутствии совокупности условий для привлечения  вышеуказанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Апелляционная коллегия исходит из следующего. 

Из материалов дела следует, что общая сумма требований, включенных в  реестр требований кредиторов ООО «Волгоградспецстрой», составляет 33 704  802,59 рублей, из которых требования кредиторов второй очереди составляют 8  303 876,69 рублей, третей очереди - 25 400 925,9 рублей. Сумма задолженности по  обязательным платежам и денежным обязательствам составляет 30 375 389,80  рублей, в том числе основной долг - 25 460 040,60 рублей, пени - 1 808 351,26  рублей, штраф - 3 106 997,90 рублей.  

Расходы на проведение конкурсного производства составляют: расходы на  публикацию сообщений в печатном издании «КоммерсантЪ» - 6 185,05 рублей,  расходы на публикацию сообщений на сайте Единого федерального реестра  сведений о банкротстве - 32 200 рублей, вознаграждение конкурсному  управляющему - 450 000,00 рублей, расходы на оценку 5 500 руб.  

В результате проведенной 20.04.2017 г. конкурсным управляющим должника  инвентаризации имущества ООО «Волгоградспецстрой» выявлена дебиторская  задолженность, которая подтверждена вступившими в законную силу судебными  актами в размере 26 434 124,52 руб.  

В конкурсную массу должника поступили денежные средства от продажи  дебиторской задолженности в размере 120 315 рублей.  

Денежные средства, поступившие в конкурсную массу, направлены на  погашение текущих расходов конкурсного производства.  

В связи с недостаточностью денежных средств в конкурсной массе  погашения требований кредиторов не производилось.  

В результате проведенного конкурсным управляющим анализа финансового  состояния должника не установлены признаки преднамеренного банкротства,  признаки фиктивного банкротства не анализировались, поскольку заявление было  подано кредитором.  

В результате анализа сделок должника сделки, подлежащие оспариванию по  основаниям, предусмотренным ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)",  Гражданским кодексом РФ, не выявлены.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 марта 2018  года конкурсное производство в отношении общества с ограниченной  ответственностью «Волгоградспецстрой» завершено.  

По мнению уполномоченного органа, полное погашение требований  кредиторов стало невозможно вследствие действий контролирующих должника  лиц, а именно заключение бывшим руководителем должника подозрительных  сделок в пользу третьих лиц в ущерб интересам ООО «Волгоградспецстрой» и его  кредиторов.  

Как следует из материалов дела, в период с января по декабрь 2015 года  ООО «Волгоградспецстрой» были совершены действия по отчуждению  транспортных средств и самоходной техники, числящейся на балансе предприятия.  

По сделкам с ЗАО «Югресурс» должником было отчуждено 26 единиц  движимого имущества (техника). Оплата производилась взаимозачетом за услуги,  оказанные ЗАО «Югресурс» для ООО «Волгоградспецстрой».  

По сделкам с ФИО7 было отчуждено 29 единиц движимого  имущества (техника). Оплата производилась путем перечисления денежных  средств на расчетный счет должника.  

Из пояснений ФИО2, данных в судебном заседании суда первой  инстанции, в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что  стоимость отчуждаемых объектов по указанным уполномоченным органом  сделкам, определялась на основании отчета независимого оценщика - ООО  «Правовой центр оценки и экспертизы «Спарта» и отчетов независимого оценщика  Общества с ограниченной ответственностью «ВОА» Автоэкспертное бюро», а  денежные средства, вырученные от продажи имущества были удержаны с  расчетного счета должника по заявлениям работников на основании 73 (семидесяти  трех) судебных приказов мирового судьи судебного участка № 98 Волгоградской  области о взыскании в пользу физических лиц (работников ООО  «Волгоградспецстрой») с должника ООО «Волгоградспецстрой» суммы  задолженности по заработной плате.  

Материалами дела подтверждается, что стоимость отчуждаемых объектов  определялась на основании отчета независимого оценщика - ООО «Правовой центр  оценки и экспертизы «Спарта» и отчетов независимого оценщика Общества с  ограниченной ответственностью «ВОА» Автоэкспертное бюро».  

Как следует из отчета об оценке рыночной стоимости имущества,  составленного оценщиком ООО «Правовой центр оценки и экспертизы «Спарта»  

от 14.12.2015г. оценка транспортных средств была произведена оценщиком с  учетом данных о их фактическом техническом состоянии полученным посредством  визуального осмотра. Целью и предполагаемым использованием результата оценки  являлось определение наиболее вероятной величины рыночной стоимости объекта  оценки для цели отчуждения, дальнейшей продажи.  

Определяемой величиной стоимости является рыночная стоимость  имущества, рассчитываемая в соответствии со Стандартами оценки и  нормативными документами.  

На основании сведений о техническом состоянии АМТС и оборудования,  полученных посредством его осмотра, регистрационных данных, информации по  рынку подержанных АМТС и оборудования с пробегом, выполненных расчетов и  выводов, оценщик пришел к заключению, что итоговая величина ликвидационной  стоимости объекта оценки по состоянию на дату оценки составляет 533310 руб.  

Из описания характеристик транспортных средств и их технического  состояния следует, что оцениваемые транспортные средства, бывшие в  эксплуатации, находятся либо в аварийном состоянии, исключающем их  использование по прямому назначению, либо непригодные и требующие  капитального ремонта.  

При определении стоимости движимого имущества использовалось  несколько методов (затратный и сравнительный), путем осмотра имущества,  исходя из износа техники свыше 100%, учитывая, что транспортные средства 19801990 годов выпуска. 0,8% - это корректировочная поправка, которая колеблется в  диапазоне от 0,2 до 0,9, при анализе статистики проведения аукционов по объектам  имущественных торгов.  

Из отчета следует, что состояние имущества – неудовлетворительное. Рыночная стоимость имущества на дату оценки составляет 2666550 руб. 

Однако оценщик указал, что оцениваемое оборудование из-за  неоднократного технического назначения, степени технического состояния и  наличия износа является абсолютно неликвидным. Оценщик с учетом состояния  имущества определил вид рыночной стоимости, которую необходимо определить в  данном случае – ликвидационную стоимость при текущем использовании.  

Ликвидационная стоимость имущества определялась как расчетная  величина, отражающая наиболее вероятную цену, по которой данный объект  оценки может быть отчужден, в условиях, когда продавец вынужден совершить  сделку по отчуждению имущества (фактор вынужденности продажи).  

Уполномоченный орган указал, что согласно автоматизированных копий  сведений о стоимости имущества, размещенных в сети Интернет, рыночная  стоимость транспортных средств, реализованных должником ФИО7  составляет 11410613,30 руб.  

Суд апелляционной инстанции считает, что уполномоченным органом не  учтено, что указанные в сети Интернет сведения не отражают реальную рыночную  стоимость спорных транспортных средств, а указывают приблизительную  стоимость транспортного средства, без учета его технического состояния, износа,  без его визуального осмотра и т.д.  

 Из отчета оценщика следует, что должником фактически отчуждалось  ФИО7 имущество, находящееся в неудовлетворительном состоянии (либо  в аварийном состоянии, исключающем их использование по прямому назначению,  

либо непригодное и требующее капитального ремонта) и являлось абсолютно  неликвидным.  

 Таким образом, в результате износа транспортных средств в степени, не  позволяющей на сегодняшний день извлекать доход от их дальнейшего  использования либо отчуждать по возмездным сделкам на рыночных условиях,  существенный вред кредиторам указанной сделкой не причинен.  

Уполномоченным органом не представлено доказательств, опровергающих  выводы оценщика об оценке указанного имущества. Иной оценки спорного  имущества, уполномоченным органом не представлено.  

Как следует из отчетов об оценке рыночной стоимости имущества,  составленного оценщиком ООО «ВОА» Автоэкспертное бюро» от 20.01.2015г.  оценщиком определена рыночная стоимость объектов оценки (транспортных  средств), реализуемых в адрес ЗАО «Югресурс», которая составила 15323900 руб.  

Установленная оценщиком рыночная стоимость объектов уполномоченным  органом не оспаривается.  

Таким образом, отчеты оценщиков, на основании которых установлена цена  сделок, являются допустимыми доказательствами по настоящему обособленному  спору, поскольку соответствуют требованиям действующего законодательства.  

Отчет об оценке является документом установленной формы,  представляемый экспертом-оценщиком заказчику, в котором обосновывается  проведенная оценка стоимости заказанного объекта.  

В статье 11 Федерального закона от 29. 07. 1998 № 135- ФЗ (ред. от 03.08.  2018г) «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» указан  исчерпывающий перечень сведений, которые должен содержать отчет.  

Указанные отчеты уполномоченным органом не оспорены,  недействительными не признаны, уполномоченным органом не представлены  доказательства того, что отчеты оценщика, на основании которых была  согласована цена продажи (отчуждения) были составлены с нарушениями и  являются заведомо недостоверными.  

Уполномоченным органом не представлено доказательств, опровергающих  выводы оценщика об оценке имущества.  

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса РФ юридические лица  свободны в заключении договора, в связи с чем, заключая сделки с ФИО7,  ЗАО «ЮГРЕСУРС», должник, при определении стоимости (цены) товара  руководствовался отчетами независимых оценщиков, что не противоречит  действующему законодательству.  

Доказательств, свидетельствующих о том, что стоимость автотранспортных  средств существенно отличалась в худшую для должника сторону от оплат,  производимых сторонами при совершении аналогичных сделок, материалы дела не  содержат и уполномоченным органом, в нарушение статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.  

Стоимость отчуждаемого имущества определялась четко по результатам  проведенной независимой оценки, что подтверждается отчетами об оценке.  

Отчуждение имущества по цене, установленной оценщиками в отчетах, не  нарушило права должника и его кредиторов и не привело ООО  «Волгоградспецстрой» к банкротству.  

Материалами дела подтверждается, что оплата по сделкам между должником  и ЗАО «Югресурс» произведена взаимозачетом за услуги, оказанные ЗАО  

«Югресурс» для ООО «Волгоградспецстрой». В материалы дела представлены  договоры аренды, заключенные между ЗАО «Югресурс» (арендодатель) и  должником (арендатор) промбазы, помещений (сумма задолженности 2147606,60  руб.); договор уступки прав требований на сумму 13074295,99 руб.; акты  взаимозачета взаимных требований между ЗАО «Югресурс» и должником.  

 В обоснование задолженности ЗАО «Югресурс» представило в материалы  дела договор уступки от 15.01.15г., заключенный между ООО «СтройРост»  (цедент), ЗАО «Югресурс» (цессионарий), ООО «Волгоградспецстрой» (лицо,  права требования к которому, уступаются цессионарию), согласно которому, ООО  «СтройРост» уступило ЗАО «Югресурс» право требования к ООО  «Волгоградспецстрой» по исполнению обязанности по оплате задолженности за  выполнение подрядных работ в размере 13974295,99 руб. по договору субподряда  от 06.08.13г. № 52/05/13-СП, заключенному между ООО «Волгоградспецстрой» и  ООО «СтройРост», с учетом дополнительных соглашений № 2 от 15.10.2013, № 4  от 30.10.2013, № 7 от 07.04.2014, а также соглашения о новации от 11.12.2013, где  ООО «СтройРост» выступает в качестве «Субподрядчика», а ООО  «Волгоградспецстрой» в качестве «Подрядчика».  

 ООО «СтройРост» обязалось выполнить работы по устройству дорожной  одежды левобережного подхода к мосту через р. Ахтуба ПК0....ПК20 и съездов  транспортной развязки на ПК11 объекта «Строительство второго, третьего и  четвертого пусковых комплексов мостового перехода через реку Волга в городе  Волгограде. Второй пусковой комплекс» в соответствии с Проектом, а Подрядчик  обязался принять работы и оплатить их, в соответствии с условиями настоящего  Договора.  

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.11.16г. по делу   № А12-58720/2016 договор субподряда от 06.08.13г. № 52/05/13-СП расторгнут, с  ООО «СтройРост» в пользу ООО «Волгоградспецстрой» взыскана сумма  неотработанной части авансов в размере 166214319,15 руб.  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от  23.03.17г., оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда  Поволжского округа от 03.07.17г. решение Арбитражного суда Волгоградской  области от 29.11.16г. отменено, в удовлетворении требования о взыскании с ООО  «СтройРост» в пользу Волгоградспецстрой» суммы неотработанной части авансов  в размере 166214319,15 руб. отказано. Судом апелляционной инстанции указано,  что договор субподряда от 06.08.13г. № 52/05/13-СП не расторгнут, обязательства  сторон по договору не прекращены.  

При указанных обстоятельствах, обязательства сторон по договору  субподряда, с учетом дополнительных соглашений № 2 от 15.10.2013, № 4 от  30.10.2013, № 7 от 07.04.2014, а также соглашения о новации от 11.12.2013,  продолжились, не прекращены, в связи с чем, у ООО «Волгоградспецстрой» перед  ООО СтройРост» возник долг по исполнению обязанности по оплате  задолженности за выполнение подрядных работ в размере 13974295,99 руб. по  договору субподряда от 06.08.13г. № 52/05/13-СП, заключенному между ООО  «Волгоградспецстрой» и ООО «СтройРост», который впоследствии был уступлен  ЗАО «Югресурс».  

Доказательств обратного, уполномоченным органом не представлено. 

Договор субподряда между сторонами не расторгнут, взыскание  задолженности не произведено. Доказательства того, что правоотношения по  

договору субподряда между сторонами прекратились и ООО «СтройРост» не  выполнило весь объем работ, не представлено.  

Договор уступки не оспорен и недействительным не признан. 

Согласно справки налогового органа ООО «СтройРост» является  действующей организацией, не относится к категории налогоплательщиков, не  представляющих отчетность, нарушения законодательства о налогах и сборах не  выявлялись, численность работников 21 человек, не является фирмой  «однодневкой».  

Оплата по сделкам с ФИО7 производилась путем перечисления  денежных средств на расчетный счет должника, что уполномоченным органом не  оспаривается.  

 Существенная убыточность сделки является оценочной категорией,  поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические  обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности  должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с  учетом представленных доказательств.  

Материалами дела подтверждается, что у должника ООО  «Волгоградспецстрой» в 2015 году имелась задолженность по заработной плате и  обязательным платежам. Выплата задолженности по зарплате в проверяемом  периоде осуществлялась посредством взыскания денежных средств с расчетных  счетов ООО «Волгоградспецстрой», открытых в Волгоградском отделении № 8621  ПАО Сбербанк и Филиале Банка ВТБ (ПАО) в г. Ростове- на Дону.  

С учетом сложившихся обстоятельств, указанные сделки были вынужденной  мерой, направленной на погашение задолженности по заработной плате, и для  предотвращения банкротства Общества.  

В результате данных сделок были полностью выплачены физическим лицам  доходы, начисленные по сентябрь 2015 года, а также частично за октябрь, ноябрь  2015 года, что подтверждается материалами проверки Межрайонной ИФНС России   № 11 по Волгоградской области.  

При указанных обстоятельствах, уполномоченным органом не представлено  доказательств совершения сделок, причинившим существенный вред кредиторам  по основаниям недействительности, в том числе, предусмотренным статьей 61.2  (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о  банкротстве.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда  Волгоградской области от 14.02.2018г. по делу № А12-38970/2016 отказано в  удовлетворении жалобы УФНС по Волгоградской области на действия  арбитражного управляющего должника по непринятию мер к возврату имущества  путем оспаривания сделок должника.  

При вынесении указанного судебного акта, судом установлено, что  должником с 2013г. реализованы объекты транспортных средств и самоходной  техники, в том числе: 26 объектов транспортных средств в адрес ЗАО «Югресурс»  на сумму 15323900 руб., оплата произведена взаимозачетом за услуги, оказанные  ЗАО «Югресурс» для ООО «Волгоградспецстрой»; 29 объектов транспортных  средств в адрес ФИО7 на сумму 533310 руб., оплата произведена  перечислением на расчетный счет организации; 1 объект в адрес ООО  «Комплексная переработка вторичного сырья» на сумму 50000 руб., оплата на  

расчетный счет организации; 16 единиц техники списано в связи с полным  физическим износом основных средств.  

Суд посчитал жалобу налогового органа необоснованной, поскольку из  материалов дела следует, что конкурсным управляющим проведен анализ сделок  должника и сделан вывод об отсутствии оснований для оспаривания сделок  должника. С предложением оспорить сделки должника уполномоченный орган к  конкурсному управляющему не обращался, на собрании кредиторов вопрос об  оспаривании сделок не ставил. В полномочия налогового органа, как кредитора по  делу о банкротстве, входит возможность самостоятельно обжаловать сделки  должника. Возможностью обжаловать сделки, налоговый орган не воспользовался.  

 С учетом изложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу, что  руководителем должника не совершены невыгодные для ООО  «Волгоградспецстрой» сделки, в том числе, по продаже имущества должника по  заниженной цене, поскольку сделки между ООО «Волгоградспецстрой» и  ФИО7, ЗАО «ЮГРЕСУРС» по отчуждению транспортных средств в  декабре 2015 года производились по стоимости определенной на основании  отчетов независимых оценщиков и не причинили существенный вред кредиторам.   В рассматриваемом случае, отсутствуют основания, предусмотренные  статьей 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017  N 266-ФЗ), для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за  совершение указанных сделок, поскольку их заключение не предполагало  причинение вреда контрагентам и кредиторам должника, совершение спорных  сделок не привело к банкротству должника.  

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21 декабря 2017 г. N 53 г. Москва «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими  к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о  банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие  причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение  или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо  неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача  указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на  руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не  соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание  такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое  извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

С учетом изложенного, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда  первой инстанции о недоказанности уполномоченным органом того  обстоятельства, что неблагоприятная ситуация на предприятии сложилась ввиду  

отчуждения имущества должника в пользу ЗАО «Югресурс», Кудренка Г.И., что  причинило вред имущественным интересам кредиторов.  

Уполномоченным органом не представлено доказательств, что ЗАО  «Югресурс», ФИО7 были совершены невыгодные для должника сделки, в  том числе, покупка имущества должника по заниженной цене (в материалы дела  не представлены доказательства причинения ими существенного вреда  имущественным правам кредиторов), не представлено доказательств, что  указанными лицами давались какие-либо указания на совершение невыгодных  либо подозрительных сделок.  

Материалами дела подтверждается, что полное погашение требований  кредиторов стало невозможным вследствие объективно сложившейся  неблагоприятной экономической ситуации на предприятии, неплатежеспособности  контрагентов.  

Довод уполномоченного органа о том, что отчуждаемая техника была  единственным активом должника, не соответствует действительности, поскольку,  как следует из материалов дела, у ООО «Волгоградспецстрой» имелась  дебиторская задолженность в размере 26 434 124, 52 руб., подтвержденная  вступившими в законную силу судебными актами, что являлось гарантией расчетов  с кредиторами.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской  области от 12.02.2015г. по делу № А12-22105/2014 с ООО «Созвездие плюс» в  пользу ООО «Волгоградспецстрой» взыскан неотработанный аванс в сумме  6624051,44 руб., услуги генподряда в сумме 485278,46 руб., проценты за  пользование чужими денежными средствами в сумме 635396,36 руб.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской  области от 26.12.2012г. по делу № А12-24411/2012 с ООО  «АтомЭнергоИнжиниринг» в пользу ООО «Волгоградспецстрой» взыскана  задолженность и проценты в общей сумме 7789870,95 руб.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской  области от 25.07.12г. по делу № А12-10067/2012 с ООО «Управляющая компания  «Первая» в пользу ООО «Волгоградспецстрой» взыскана задолженность  3920534,82 руб., проценты 97675,92 руб.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской  области от 07.06.12г. по делу № А12-7833/2012 с ООО «АтЭИ» в пользу ООО  «Волгоградспецстрой» взыскана задолженность и проценты в общей сумме  6656301,02 руб.  

Заключая договора на выполнение строительно-монтажных работ на  объектах строительства с ООО «АтомЭнергоИнжиниринг», ООО «Созвездие  плюс», ООО «Управляющая компания «Первая» должник ООО  «Волгоградспецстрой» работал на авансовых платежах и не мог знать, что  вышеуказанные организации в дальнейшем не смогут произвести окончательный  платеж за выполненные работы, не возвратят неотработанные авансы, поэтому  возникли убытки, которые и привели в дальнейшем к банкротству. Невыполнение  финансовых обязательств, вышеперечисленными организациями повлекло за собой  цепочку неприятных событий для должника и его контрагентов, с которыми ООО  «Волгоградспецстрой» не смогло вовремя расплатиться.  

В данном случае возникшие ситуации не зависели от волеизъявления  руководителя, а возникли в рамках экономического кризиса, охватившего  вышеуказанные организации.  

В связи с нахождением дебиторов ООО «Волгоградспецстрой» в процедуре  банкротстве, они не имеют возможность погасить долги перед контрагентами, а  ООО «Волгоградспецстрой», соответственно, не имеет возможность выполнить  свои обязательства.  

 В период осуществления должником финансово-хозяйственной  деятельности с указанными организациями, последние являлись действующими  организациями, не являлись «фирмами-однодневками», сведения об обществах  недостоверными не признаны, руководители не дисквалифицированы.  

С учетом изложенного, апелляционная коллегия приходит к выводу, что все  сделки были совершены должником в рамках обычной хозяйственной  деятельности должника, что подтверждается наличием дебиторской  задолженности, являющейся активами должника, в размере 26 434 124, 52 руб.,  подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами, что служило  гарантией погашения задолженности перед контрагентами и уполномоченным  органом.  

ФИО2 выполнялись мероприятия по погашению задолженности.  ФИО2 добросовестно рассчитывал и предпринимал все зависящие от него  меры, направленные на исполнение действующих заказов, поиск новых  контрактов, а также сохранение трудового коллектива предприятия в целях  преодоления кризисной ситуации.  

Материалы дела подтверждают, что действия руководителя ООО  «Волгоградспецстрой» не выходили за пределы обычного делового риска и не  были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Вся бухгалтерская документация была передана конкурсному  управляющему ФИО6, что подтверждается актом приема-передачи и  материалами дела.  

Уполномоченный орган указал, что в ходе контрольных мероприятий в  отношении должника установлен факт неправомерного включения в состав  расходов для целей налогообложения прибыли затрат по осуществлению  субподрядных работ, ввиду отсутствия соответствующим образом оформленных  документов по взаимоотношениям с ООО «СтройРост», что по мнению налогового  органа, свидетельствует о последовательном выводе активов.  

Судом апелляционной инстанции указанный довод отклоняется, поскольку  установленные обстоятельства не свидетельствуют о доведении должника до  банкротства и необходимости привлечения в рассматриваемом случае ФИО2 к субсидиарной ответственности.  

В материалы дела не представлено доказательств того, что ЗАО «Югресурс»,  ФИО7 являются контролирующими должника лицами.  

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 3 постановления  Пленума N 53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих  должника является наличие у него фактической возможности давать должнику  обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия  (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ),  пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля  над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально- 

юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами,  входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в  капитале либо в управлении и т.п.). Суду необходимо установить степень  вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс  управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на  принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.  

Судами установлено, что согласно выписке из Единого государственного  реестра юридических лиц директором должника являлся ФИО2,  директором ЗАО «Югресурс» является ФИО7.  

Оснований полагать, что в силу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ и подпункта 1  пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве ЗАО «Югресурс», ФИО7  являются контролирующими должника лицами, а также необходимости  установления обстоятельств по совершению ими действий в результате которых,  должник признан несостоятельным (банкротом), у суда апелляционной инстанции  не имеется. Наличие у ЗАО «Югресурс», ФИО7 фактической  возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным  образом определять его действия, не установлено. Признаки аффилированности  либо заинтересованности между указанными лицами не установлены.  

Учитывая, что субсидиарная ответственность контролирующего должника  лица наступает тогда, когда в результате его поведения должнику причинен  имущественный вред, то при отсутствии вины единственного контролирующего  должника лица - ФИО2 в невозможности полного погашения требований  кредиторов, такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности.  

В силу пункта 18 Постановления Пленума Верховного суда Российской  Федерации № 53 от 21. 12. 2017 года «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве», контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к  субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие),  повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы  обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных  интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов  (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к  субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения  следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в  корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного  регулирования в сфере несостоятельности.  

Апелляционная коллегия приходит к выводу, что совершенные сделки  соответствовали закону, а материалы дела опровергают факт совершения  заявленными уполномоченным органами лицами, сделок, указанные в статьях 61.2  и 61.3 ФЗ о банкротстве, которые повлекли бы причинение ущерба  имущественным интересам кредиторов.  

То обстоятельство, что проведенные мероприятия в результате не позволили  избежать банкротства ООО «Волгоградспецстрой», не свидетельствует о том, что  общество признано банкротом по вине контролирующих лиц, в результате  совершения последними противоправных действий.  

Для возложения на привлекаемых лиц субсидиарной ответственности по  обязательствам общества, признанного несостоятельным (банкротом), необходимы  доказательства того, что эти лица давали указания, прямо или косвенно  направленные на доведение общества до банкротства, и заведомо зная, что  вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.  

Проанализировав материалы дела о банкротстве, судом установлено, что  бывший руководитель передал конкурсному управляющему всю документацию,  касающуюся деятельности должника (бухгалтерскую документацию, иные  первичные документы, иную документацию и т.д.).  

Из материалов дела о банкротстве в отношении ООО «Волгоградспецстрой»  следует, что не имеется судебных актов об установлении виновных действий  бывшего руководителя в рамках рассмотрения споров.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда  Волгоградской области от 14.02.2018 г. по делу № А12 -38970/2016 отказано в  удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной  ответственности.  

Наступление для юридического лица негативных последствий в виде  наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о  недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и  участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует  рисковому характеру предпринимательской деятельности.  

Таким образом, наличие задолженности само по себе не свидетельствует о  совершении руководителем должника виновных и противоправных действий по  намеренному созданию неплатежеспособного состояния должника.  

Уполномоченный орган не обосновал, в чем именно заключается вина  ФИО2, ЗАО «Югресурс», ФИО7, в чем заключались их действия в  доведении организации до банкротства, не доказана причинно-следственная связь  между действиями (бездействием) указанных лиц и наступившими последствиями.   Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии  причинно-следственной связи между действиями ФИО2, ЗАО  «Югресурс», ФИО7 и банкротством должника, и отсутствии оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности.  

Исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках  настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие  в деле доказательств того, что ответчики своими действиями способствовали  доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов,  принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам  разумности и добросовестности, или давали указания на совершение должником  убыточных операций, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что  заявителем не доказано наличие совокупности условий, необходимых и  достаточных для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а  надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные  обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой  инстанции об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО2, ФИО7 и Закрытое акционерное  общество «Югресурс» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Волгоградспецстрой», поскольку материалы дела не позволяют определить  

вину Потафеева А.В., как руководителя должника, все действия руководителя  были направлены на преодоление сложившегося кризиса при осуществлении  обычной хозяйственной деятельности, а также не позволяют установить  противоправные виновные действия (бездействия) по доведению должника  

до несостоятельности (банкротства), а также не установлено, что ФИО7 и  ЗАО «Югресурс» являются контролирующими должника лицами и способствовали  доведению должника до банкротства.  

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что  убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих  отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.  

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что  по рассматриваемому вопросу судом первой инстанции вынесено законное и  обоснованное определение, оснований для отмены либо изменения которого не  имеется. Выводы суда по данному вопросу основаны на установленных  обстоятельствах и имеющихся в деле доказательствах при правильном применении  норм материального и процессуального права.  

Апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Волгоградской области от 07 ноября 2018  года по делу № А12-38970/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу  

без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может  быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца  со дня изготовления постановления в полном объеме, через Арбитражный суд 1-ой  инстанции, вынесший определение.  

Председательствующий Е.В. Пузина  

Судьи А.Ю. Самохвалова  

 О.В. Грабко