№ 09АП-15409/2024

Дело № А40-57559/20

г. Москва

24 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 24 апреля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур,

судей А.А. Дурановского, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы АО «Банк Дом.РФ», финансового управляющего должника – ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.02.2024 по делу №А40-57559/20 (164-122) об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным соглашения №50/52 об оказании юридической помощи от 08.07.2022, заключенного между ФИО2 и Адвокатским бюро Красноярского края «Хорошев и партнеры», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника ФИО2 (дата рождения: 17.07.1971),

при участии в судебном заседании:

от АО «Банк Дом.РФ»: ФИО3 по дов. от 30.06.2023

иные лица не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 23.06.2021 в отношении гражданина- должника ФИО2 (дата рождения: 17.07.1971) введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев.

Финансовым управляющим должника суд утвердил арбитражного управляющего ФИО1 (член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица» в Москве и Московской области, ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 115088, 

<

...>).

В Арбитражный суд г. Москвы 20.10.2023 поступило заявление ФИО1 о признании недействительным соглашения об оказании юридической помощи и применить последствия недействительности сделок, в виде взыскания денежных средств в размере: 460 000 руб.

Определением от 15.02.2024 Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании недействительным соглашения №50/52 об оказании юридической помощи от 08.07.2022, заключенного между ФИО2 и Адвокатским бюро Красноярского края «Хорошев и партнеры».

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий должника и АО «Банк Дом.РФ» обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалоб ссылаются на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от АБКК «Хорошев и партнеры» поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель АО «Банк Дом.РФ» доводы жалоб поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 08.07.2022 между ФИО2 (доверитель) и Адвокатским бюро Краснодарского края «Хорошев и партнеры» заключено соглашение № 50/52 об оказании юридической помощи (далее – соглашение). Предметом соглашения является оказание юридической помощи Доверителю по гражданскому делу A33-34926/2018, находящемуся в производстве Арбитражного суда Красноярского края.

По условиям соглашения ФИО2 были внесены денежные средства в кассу Бюро, что подтверждается приходно-кассовым ордером № 112 от 21.07.2022 и № 156 от 05.04.2023 в общей сумме 460 000 руб. 05.04.2023 между ФИО2 и Бюро был подписан акт об оказании юридической помощи. В соответствии с которым Бюро оказано ФИО2 юридическую помощь, на общую сумму 460 000 руб.

Финансовый управляющий считает, что оспариваемая сделка должника была совершена в рамках периода подозрительности сделок, тогда как на дату заключения Соглашения должник был неплатежеспособным, поскольку прекратил исполнять часть обязательств.

Пояснил, что в результате заключения оспариваемого Соглашения был причинен вред имущественным правам, так как кредиторы лишились в частичном удовлетворении своих требований.

Бюро, являясь профессиональным участником арбитражного процесса, не могло не знать о том, что в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества, в том числе о неплатежеспособности и об ущемлении прав кредитор в рамках дела о банкротстве.

Полагая, что данная сделка по отчуждению имущества должника является недействительной, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также по основаниям, предусмотренным статьями 10 и 168 Гражданского кодекса РФ; пунктом 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве; пунктом 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса РФ.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из отсутствия совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также не установил оснований для признания сделки недействительной по ст. 10, 168 ГК РФ.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

Вместе с тем, заявитель не представил доказательств того, что ответчик знал о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и о признаках неплатежеспособности должника.

Кроме того, со стороны заявителя не представлено доказательств того, что ответчик являлся заинтересованным, аффилированным по отношению к должнику лицом.

Кроме того, привлечение ФИО2 адвокатов и оплата их услуг, даже если соответствующие действия совершены в условиях имущественного кризиса заказчика, сами по себе не свидетельствуют о недействительности соглашения и расчетных операций.

Так, Конституцией Российской Федерации гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1 статьи 48). Это означает, что каждое заинтересованное лицо должно иметь реальную возможность привлечения специалиста в области права, что придает отношениям по оказанию юридических услуг определенное публично-правовое значение. Адвокат является специальным субъектом упомянутых отношений, выступает в качестве независимого профессионального советника по правовым вопросам (пункт 1 статьи 1, пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 31.05.2002 №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»), постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.2015 №33-П, от 18.07.2019 №29-П).

В определении Верховного Суда РФ от 03.04.2023 года № 305-ЭС20-19905 (13, 14) по делу № А40-216654/2019, отмечено, что судебная коллегия не может согласиться с подходом, занятым судами апелляционной инстанции и округа, который фактически свелся к тому, что адвокаты под страхом недействительности не вправе заключать договор с гражданином, находящимся в сложном финансовом положении, имеющим неисполненные обязательства, так как, по сути, он блокирует саму возможность надлежащего доступа к правосудию для такого рода граждан.

В тексте данного определения Верховным Судом РФ были сформулированы критерии, свидетельствующие о правомерности заключенного должником соглашения об оказании юридической помощи: 

- соглашение не должно быть направлено на достижение противоправного результата в виде причинения вереда кредиторам; 

- стоимость юридической помощи не должна быть завышенной; 

- полученный в рамках соглашения правовой результат должен способствовать улучшению финансового состояния должника.

Между тем, судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что соглашение об оказании юридической помощи, заключенное между ФИО2 и Адвокатским бюро «Хорошев и партнёры», отвечает всем указанным признакам, принимая во внимание следующее.

Изначально истцом по делу №А33-34926/2018 было ООО «Евроскай», ФИО2 была привлечена к участию в данном деле в качестве третьего лиц, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, определением Арбитражного суда Красноярского края 06.03.2019 года. 

07.11.2019 года ООО «Евроскай» было признано банкротом, в отношении него было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим был назначен ФИО4 (дело №А33-31266/2018).

Конкурсный управляющий не принимал участия в данном споре, несмотря на то что в рамках дела о банкротстве ООО «Евроскай», ФИО2 ссылалась на наличие данного спора.

От имени ООО «Евроскай» не были поданы апелляционная и кассационная жалобы на первое решение Арбитражного суда Красноярского края 22.07.2019 года, которым в удовлетворении иска было отказано. Кассационная жалоба, на основании которой указанные решения были отменены, была подана ФИО2

Ввиду пассивной процессуальной позиции конкурсного управляющего ООО «Евроскай», ФИО2 вынуждена вступить в качестве соистца по настоящему делу.

Несмотря на то, что результат рассмотрения дела №А33-34926/2018 имел решающее значение для дел о банкротстве как основного заемщика по кредитному договору ООО «Евроскай», так и его поручителей ФИО2, ООО «Росжилстрой» и ООО «Премьер- строй», никто их конкурсных управляющих должников в нем активного участия не принимал и должников от неправомерных действий их основного кредитора АО «Банк Дом.РФ» не защищал. Финансовый управляющий ФИО2 также в данном деле не участвовала.

Единственным лицом, занимавшим в этом деле активную процессуальную позицию, была ФИО2, которая не обладает юридическим образованием и была вынуждена пользоваться помощью профессиональных юристов.

После вынесения решения Арбитражного суда Красноярского от 30.08.2022 года по делу №А33-34926/2018, ФИО2 были поданы заявления о пересмотре по новым обстоятельствам судебных актов, которыми требования банка, основанные на признанной ничтожной сделке, включались в реестр требований кредиторов ООО «Евроскай», ООО «Росжилстрой», ООО «Премьер-строй» и ФИО2

Указанные заявления были удовлетворены, судебные акты отменены.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 13.10.2023 года по результатам пересмотра судебных актов по новым обстоятельствам сумма требований Банка к ООО «Евроскай» была уменьшена с 248 523 027,85 рублей до 335 820,54 рублей.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 11.12.2023 года было отказано во включении АО «Банк Дом.РФ» в реестр требований кредиторов ООО «Росжилстрой» в связи с отсутствием задолженности у ООО «Росжилстрой» перед заявителем.

Таким образом, в результате полученной ФИО2 юридической помощи по делу А33-34926/2018 не причиняется ущерб кредиторам, а напротив, уменьшается кредитная нагрузка на гражданина-должника.

Соглашение об оказании юридической помощи было возмездным, адвокат Адвокатское бюро Красноярского края «Хорошев и партнёры» исполнило свои обязательства по соглашению, адвокат бюро ФИО5 участвовала при рассмотрении дела №А33-34926/2018, что подтверждается определением Арбитражного суда Красноярского края. Бюро не является заинтересованным по отношению к ФИО2 лицом, обратного управляющим не доказано.

Соответственно, суд констатирует, что в рассматриваемом случае в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов причинен не был, другая сторона сделки (Адвокатское бюро Красноярского края «Хорошев и партнёры») при заключении соглашения с ФИО2 действовало разумно и добросовестно, в рамках действующего законодательства.

Согласно пункта 1 статьи 1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре», адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам (далее - доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию.

ФИО2 обратилась в Бюро, поскольку не имеет юридического образования и не могла самостоятельно защищать свои права в таком сложном арбитражном споре, как дело №А33-34926/2018.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что оспариваемая сделка не носила безвозмездный характер.

Направленность сделки на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки финансовым управляющим не доказаны, в связи с чем оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания указанной сделки недействительной у суда первой инстанции не имелось.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Пунктом 3 данной нормы предусмотрено, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ (в редакции, действовавшей на день заключения оспариваемого договора) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок должника по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор, и последняя знала о неправомерных действиях должника.

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 07.02.2012 №11746/11, Определении Верховного Суда РФ №11-КГ12-3 от 05.06.2012, данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Вместе с тем, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 05.04.2011 № 16002/10).

В материалах дела не имеется каких-либо доказательств того, что стороны имели противоправную цель при осуществлении спорной сделки.

Финансовый управляющий, мотивируя необходимость признания соглашения об оказании юридической помощи на основании пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ, ссылается на то, что на заключение такого соглашение не было дано согласия финансового управляющего.

Оценивая данные доводы суд первой инстанции пришел к выводу, что для заключения соглашения об оказании юридической помощи не требуется одобрения финансового управляющего, поскольку в силу положений абзацев 2, 3 пункта 5 статьи 213.25, абзаца 5 пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве, статьи 153, пункта 1 статьи 160, пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», договор об оказании юридических услуг не является в понимании абзаца 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве сделкой по распоряжению имуществом, составляющим конкурсную массу должника.

Кроме того, суд первой инстанции, ссылаясь на часть 1 статьи 48 Конституции Российской Федерации и постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2021 №36-П «По делу о проверке конституционности абзаца пятого пункта 6 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданина ФИО6», указал, что положения законодательства о банкротстве не означают, что должник полностью лишается правоспособности и дееспособности, в том числе возможности лично или через представителей участвовать в делах, касающихся его имущественных прав.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 15.02.2024 по делу №А40-57559/20 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      О.В. Гажур 

 

Судьи:                                                                                               А.А. Дурановский 

 

ФИО7 

 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.