﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-458/2018

г. Краснодар

20 ноября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2019 г.

       Постановление изготовлено в полном объеме 20 ноября 2019 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Герасименко А.Н. и Гиданкиной А.В., в отсутствие в судебном заседании финансового управляющего Домалевского Андрея Леонидовича (ИНН 771584995840, СНИЛС 112-433-624-07) Мелеховой Ирины Алексеевны, Домалевского Андрея Леонидовича, Домалевской Александры Андреевны, Домалевской Марии Андреевны, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы Домалевского Андрея Леонидовича и Домалевской Марии Андреевны на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.07.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019 по делу № А32-458/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Домалевского А.Л. (далее ? должник) финансовый управляющий должника Мелехова И.А. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного должником, Домалевской А.А. и Домалевской М.А. договора дарения от 06.02.2015 в отношении здания, расположенного по адресу: г. Москва, р-н. Северный, ш. Челобитьевское, д. 1, корп. 16, с кадастровым номером 77:02:0025017:1150, применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением суда от 12.02.2019 к участию в настоящем обособленном споре привлечен в качестве третьего лица Отдел социальной защиты населения района Лианозово СВАО г. Москвы.

Определением суда от 31.07.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 25.09.2019, заявленные требования удовлетворены в полном объеме. Судебные акты мотивированы наличием правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенной сторонами при злоупотреблении правом с целью причинения вреда кредиторам должника.

В кассационных жалобах должник и Домалевская М.А. просят определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Податели жалоб указывают, что на дату совершения сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности. Договор займа от 19.02.2013, заключенный с кредитором Крикунчиком Д.Г., был обеспечен дорогостоящим недвижимым имуществом. Финансовый управляющий не представил наличия доказательств злоупотребления со стороны ответчиков. Целью заключения договора дарения являлось обеспечение несовершеннолетних детей должника жилым помещением. Суды ошибочно пришли к выводам о том, что бывшая супруга должника преследовала цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Фактические семейные отношения супругов Домалевского А.Л. и Боцман Н.Н. прекращены еще в 2013 году. На дату совершения оспариваемой сделки Боцман Н.Н. не знала о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Крикунчик Д.Г., действуя недобросовестно, не запросил у Боцман Н.Н. согласие на принятие Домалевским А.Л. обязательств по договору займа. Спорное жилое помещения является единственным жильем для ответчиков и на него не может быть обращено взыскание (пункт 1 статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации). Орган опеки и попечительства представил заключение, согласно которому признание оспариваемой сделки недействительной приведет к ухудшению прав малолетних детей должника.

В отзывах на кассационные жалобы финансовый управляющий, кредиторы Крикунчик Д.Г. и Лыбанева И.О. просят определение первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения, указывая, что у должника имеется в собственности квартира согласно выписке ЕГРН. Брак с Боцман Н.Н. расторгнут 15.05.2017, между тем супруги продолжают проживать совместно.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 09.01.2018 Крикунчик Д.Г. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании Домалевского А.Л. несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 01.02.2018 заявление принято к производству.

Определением суда от 17.07.2018 заявление признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена Мелехова И.А.

Решением суда от 17.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Мелехова И.А.

В ходе анализа выписки из ЕГРН от 23.07.2018 № 99/2018/135558798 (т. 1, л. д. 10 ? 13) финансовый управляющий установил, что 03.03.2015 право собственности на здание, расположенное по адресу: г. Москва, р-н. Северный, ш. Челобитьевское, д. 1, корп. 16, с кадастровым номером 77:02:0025017:1150 перешло от должника к Домалевской А.А. и Домалевской М.А. в равных долях по 1/2 доли каждой. Основанием для перехода права собственности указан договор дарения жилого дома.

В последующем финансовый управляющий установил, что договор дарения заключен 06.02.2015 (т. 2,  л. д. 22, 23).

В силу пункта 1 названного договора даритель (Домалевский А.Л.) передает безвозмездно в собственность одаряемых (Домалевской А.А. и Домалевской М.А.), от имени и в интересах которых выступала Боцман Наталия Николаевны (мать ответчиков),  а одаряемые принимают в качестве дара жилой дом, назначение: жилое, 2-этажный (подземных этажей ? 1), общей площадью 294,3 кв. м, инв. № 3431/61, находящийся по адресу: г. Москва, шоссе Челобитьевское, д. 1, корп. 16 (т. 2, л. д. 92 ? 95).

В соответствии с пунктом 1.3 договора данный жилой дом принадлежит дарителю на основании договора дарения от 06.06.2012, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 77 АО 130829.

В соответствии с пунктом 1.4 договора жилой дом оценивается сторонами в 10 млн рублей.

Финансовый управляющий Мелехова И.А., полагая, что договор дарения является недействительной сделкой, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» названные положения закона об оспаривании сделок граждан по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до указанной даты с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Спорный договор дарения заключен 06.02.2015, т.е. до 01.10.2015, должник на момент сделки не являлся индивидуальным предпринимателем, по своему характеру сделка предпринимательской не является, поэтому договор дарения может быть оспорен только на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по специальным основаниям Закона о банкротстве.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Судебные инстанции установили, что по договору займа от 19.02.2013 займодавец (Крикунчик Д.Г.) предоставил заемщику (Домалевскому А.Л.) заем в сумме 40 млн рублей. Заемщик обязался возвратить займодавцу названную сумму в срок до 01.06.2013 (пункты 1.1, 2.1 договора займа).

Пунктом 8.2 договора займа установлено, что для обеспечения приведенных в названном договоре обязательств заемщик предоставляет залог, состоящий из нежилых помещений общей площадью 245,2 кв. м, а именно: комнат № 37 ? 45, расположенных в помещении I девятом этаже здания, находящегося по адресу: Россия, г. Москва, Алтуфьевское шоссе, д. 48, корп. 1.

Между тем договор залога стороны в установленном законом порядке не зарегистрировали.

На дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства по возврату Крикунчику Д.Г. 39 900 тыс. рублей по договору займа от 19.02.2013, а также процентов за пользование займом.

Наличие указанной задолженности подтверждено вступившим в законную силу решением Басманного районного суда города Москвы от 04.04.2017 по делу № 02-0111/2017 (т. 1, л. д. 16 ? 20).

Правовое значение для установления признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества имеет момент наступления обязанности по исполнению денежного обязательства, а не дата вынесения судебного акта и выдачи исполнительного листа для его принудительного исполнения.

Таким образом, признаки неплатежеспособности у Домалевского А.Л. имелись начиная с 01.06.2013 (дата возврата займа по договору от 19.02.2013).

В рассматриваемом случае сделка совершена между заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, что участвующими в деле лицами не оспаривается (даритель (должник) является отцом одаряемых).

Таким образом, оспариваемый договор дарения заключен заинтересованными лицами, принадлежащее должнику имущество отчуждено по безвозмездной сделке в период его неплатежеспособности.

Судебные инстанции сделали обоснованный вывод о том, что оспариваемый договор дарения фактически направлен на вывод активов должника в преддверии его банкротства в ущерб интересов кредиторов. При заключении сделки в интересах несовершеннолетних Домалевской А.А. и Домалевской М.А. действовала Боцман Н.Н., которая на момент совершения оспариваемой сделки являлась супругой должника, т.е. лицом, которому должно было быть известно о неплатежеспособности Домалевского А.Л. в силу наличия семейных отношений. Брак между Боцман Н.Н. и Домалевским А.Л. расторгнут только 15.05.2017 по решению мирового судьи. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №  63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве).

Суды пришли к выводу о том, что в рассматриваемом случае совершение должником действий по передаче имущества в дар своим детям направлено на минимизацию потерь должника в случае предъявления к нему требований кредиторов. 

Крикунчик Д.Г. в своих письменных пояснениях указал, что должник свои обязательства по договору займа не исполнил; Домалевский А.Л. имел возможность погасить задолженность по договору займа путем продажи недвижимого имущества либо передачи его по отступному займодавцу; действия должника по безвозмездной передаче имущества в пользу своих детей должны быть квалифицированы как недобросовестные; после заключения договора дарения Домалевский А.Л. продолжал проживать в спорном помещении (т. 1, л. д. 39, 40, т. 2, л. д. 36).

На основании изложенного, судебные инстанции пришли к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенной сторонами при злоупотреблении правом с целью причинения вреда кредиторам должника.

В кассационной жалобе заявлен довод о том, что спорное имущество является единственным пригодным жильем для несовершеннолетних детей должника.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи. 

Как следует из материалов дела о банкротстве должника, помимо настоящего помещения за должником зарегистрировано на праве собственности иное имущество, а именно: 1/8 доли в праве на жилой дом, расположенный по адресу: Шатурский район, д. Ворово, д 63 и квартира площадью 70 кв. м, расположенная по адресу: г. Москва, р-н Лианозово, ул. Угличская, д. 21, кв. 47.

Вопрос о том, какое из помещений будет защищено исполнительским иммунитетом, подлежит разрешению судом только после окончательного определения перечня жилья, подлежащего включению в конкурсную массу должника. Суд кассационной инстанции учитывает правовые выводы, изложенные в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 по делу № А53-15496/2017.

Право ребенка на совместное проживание с родителями установлено в пункте 2 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации, конкретизируя данное право, пункт 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации говорит, что местом жительства детей до 14 лет и граждан под опекой признается место жительства родителей или законных представителей, в том числе опекунов и усыновителей. Пункт 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации, в свою очередь, закрепляет, что, если родители ребенка проживают раздельно, место жительства ребенка родители устанавливают по своему взаимному соглашению.

Суды установили, что спорное имущество не отчуждено ответчиками и находится в их собственности, в связи с чем обоснованно применили в качестве последствия недействительности сделки обязание Домалевской А.А. и Домалевской М.А. возвратить в конкурсную массу должника спорный объект недвижимого имущества.

Доводы заявителей отклоняются судом кассационной инстанции как основанные на неверном толковании норм материального права в их системной взаимосвязи с нормами Закона о банкротстве. Основания для отмены или изменения определения и апелляционного постановления по приведенным в кассационных жалобах доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.07.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019 по делу № А32-458/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                               И.М. Денека 

Судьи                                                                                                             А.Н. Герасименко                                                                                                                 А.В. Гиданкина